Часть 1

По побережью гуляет ветер. Лёгкий вечерний бриз, который заставляет непослушные пряди волос взмывать в воздух, липнуть к лицу. Жёлто-оранжево-кровавый закат мазком масла на тёмном холсте неба засох над морем. Красиво. Хочется своими руками удержать это вечер, хочется, чтобы весь этот мир был в одних руках. Но он лишь человек. Вздыхает и смотрим на фигуру, идущую впереди. Волосы, заплетённые в хвост, слабо колышутся на ветру, подол юбки облегает ноги с той стороны, откуда дует ветер. Ветер прохладный, а на плечах только майка. Тепло улыбается в ответ на улыбку спереди. Так и идут, иногда смотря друг на друга, улыбаясь. Этот вечер — их. Можно себе позволить. Он ненавидит пляжи. Горсти песка, который потом не отмыть от ступней, который растащится по всей квартире, а потом будет неприятно спать, крепко обнимая крепко спящее тело рядом. Но сейчас он стоит, смотря на закрытые глаза. Погрязает в песке и не может наглядеться на такой родной профиль. Подходит ближе. Голова идёт кругом, от этой красоты. Он видит мурашки на молочной коже, а сам погружается ногами в песок всё глубже. Но стоит твёрдо. Хочется прижать её к себе и согреть. Видит, что прохладно. Протягивает руку и касается тёплой шеи. Девушка вздрагивает и оборачивается, с широко раскрытыми от испуга глазами. Парень хмыкает улыбается. — Прости, — извиняется он и притягивает к себе, кладя руку на талию. Девушка жмётся ближе, пытаясь согреться. Правда замёрзла. Парень треплет руками шею, целуя скулу. Улыбка расцветает на губах, а тонкие руки окутывают чужую шею. Уютно. И тепло. Тоже хочет согреть себя. Губами по скулам, лбу, подбородку. Тает в руках. Дух захватывает, а между поцелуев тихое «люблю». Она ничего не говорит. Ничего страшного. Её молчание дороже слов, а мысли дают уйти далеко-далеко. Давно не в этом мире. Руки с шеи сползают на талию, глаза смотрят в глаза. Сухие губы улыбаются шире и теплее. Кожа на них вот-вот лопнет. Языком касается таких, на самом деле, мягких губ. Приоткрывает рот, позволяя коснуться своего языка. Нравится. Безумно нравится. Губы зудят всё больше и больше. Поцелуй всё глубже и глубже. Сердца бьются уже где-то за рёбрами, отдавая приятными спазмами в горле. Над головами гремит гром. Внутри растекается тепло, а на головы падают первые крупные капли дождя. Закат светится неоновым насыщенным светом. Парень стаскивает с себя свитер и быстро натягивает на девушку. Да кутает ладони в рукавах. Такая милая. Ливень накрывает с головой, а он глупо и влюблённо смотрит. Смотрит и снова целует, не закрывая глаз до конца, чтобы видеть подрагивающие ресницы. Чувствует, как сжимаются тонкие пальцы на предплечьях, как маленькие зубки оттягивают губу. Чувствует и улыбается. Они бегут обратно. На парне давно нет рубашки. Он в одних шортах. Рубашка где-то впереди, в тонких руках, окутанных свитером который отвратительно липнет к телу от влаги. Но она ничего не чувствует. Бежит, смеётся, изредка оглядываясь назад, взмахивая мокрой юбкой. Здесь только они. Дождь мочит только их, закат горит только для них. Море что-то шепчет только им. Только для него она останавливается, потому что видит, что устал. Улыбку прикрывают мокрые пряди, голые ноги топчутся на песке. Холодно. Слишком холодно для неё. Он смотрит на неё исподлобья, опираясь руками в колени и глубоко дыша. Она смотрит на него сквозь волосы и капающие с них и ресниц капли и пританцовывает от холода. Он поднимается и медленно идёт к ней. Она преданно стоит, прижимая мокрую рубашку к груди. Он хочет её согреть. Сгребает в объятия, крепко прижимая к ещё тёплому телу. А она утыкается носом ему в шею, и расслабляется. Домой совсем не хочется. Ведь сейчас это всё только для них.