Часть 48. Благородный порыв

      По горячим следам, больше для того, чтобы Люда не успела забыть или передумать, уже на следующий день Эльвира Марковна повела девочку в гимназию. Сперва посадила в пустой класс, где-то нашла какое-то задание по чистописанию, велела сесть и начать делать. Потом прошла по кабинетам в надежде встретить хоть кого-то. Увидела вдалеке учителя словесности, чуть было не бегом побежала к нему.       — Сергей Германович! — с искренней радостью произнесла Эльвира Марковна. — Вы же у двоечниц задания сегодня принимаете?       — Да, — догадываясь, что речь пойдет о Люде, ответил мужчина.       — Надеюсь, мадемуазель сегодня будет заниматься, а не… — Эльвира Марковна задумалась. — Груши околачивать.       — Эльвира Марковна, — Сергей Германович задумался. — А вы уверены в этом? Вы уверены в том, что девочка в состоянии учиться?       — Если и сейчас не сможет — видать, и вправду беда с головой, — ответила Эльвира Марковна.       Сперва Сергей Германович подумал о том, что Люду не так давно выпороли до полусмерти — иначе с чего бы такие заявления? Однако уже вскоре мужчина убедился в том, что ничто не свидетельствует о подобной версии. Решив, что Эльвира Марковна просто переговорила с дочерью, Сергей Германович решил попробовать дать Люде задание.       Люда выполнила все задания, однако количество ошибок удивляло — такого Сергей Германович не видел, наверное, никогда.       — Она все сделала, — произнес мужчина, увидев Эльвиру Марковну. — Но там столько ошибок, сколько, не знаю, нигде никогда не видел.       — Так она два месяца ни черта не делала, — ответила Эльвира Марковна. — А так все сделала?       — Да, все, — сказал Сергей Германович. — Правда… Мне показалось, что с таким видом, будто… Будто ее заставили стены сажей мазать.       — Главное, что сделала, — обрадовалась Эльвира Марковна.       О частном уроке договориться удалось. На следующий день удалось договориться и об уроке по математике. Естественную историю Эльвира Марковна решила оставить себе.       — Садись и читай, — произнесла женщина уже дома.       Люда с надеждой посмотрела на Эльвиру Марковну.       — Читай, — повторила Эльвира Марковна. — Потом мне перескажешь.       Люда растерянно посмотрела на книгу.       — Пока не прочитаешь и не перескажешь — не пущу за стол, — сказала женщина.       «Это, значит, для нее не учеба? — подумала Эльвира Марковна. — Для нее учеба — это то, что в стенах гимназии?»       Однако Люда кое-как прочитала текст. Запинаясь, прочитала потом Эльвире Марковне вслух.       — Учителя надо было слушать и запоминать, — женщина отвесила Люде подзатыльник. — А так будешь учить сама.       Но, все же, какие-то подвижки были. Решив, что не стоит губить начинающийся благородный порыв, пусть и основанный на необходимости, Эльвира Марковна сказала:       — Теперь можешь отдыхать. Продолжим завтра.