Малиново розовый и черные глаза

Должно быть с этим рецептом что то не так. Почему? Потому-что он уже как тридцать минут маячит около кастрюли, а толку то? Только зря время время потратил. Род взглянул на содержимое, розовая жидкость— основа мороженого, приятно пахла, неуместно приятно, если учитывать из чего она приготовлена, поглазев на это еще секунд десять, не потому что разглядывал маленкие пузырки, и кусочки клубники, а потому что задумался, вырвавшись из этого состояния мороженщик отступает, и подходит к двери с щелчком открывает ее, и выходит из небольшой лаборотории, с весом потраченого времени. Следущие часы проходят типично, он и вовсе забыл о казане в комнате. Рука в перчатке ложится на дверную ручку его комнаты, прежде чем опомнится, Он забыл дневник в кабинете. Господи как можно быть таким пустоголовым… Салливан уже у дверей лаборотории, не колебаясь заходит ,глаза находят книгу, он подходит поднимая со стола, прежде чем остановится Кастрюля пуста. То есть...пуста, действительно, эссенции внутри нету, зато она размазана по полу, начиная от самой посуды до…другой стороны стола, не просто размазана, оставлена следами? Кто-то шутит? Было бы кому шутить. Сделав шаг, опасающийся, но увереный, Салливан слабо щурится, смотря на другую сторону стола, но тут же замирает. Нихрена. Он стоит там, уставившись на… На странную светло розовую кучу…с силуэтом человека, маленькое, держало в руках бутылку малинового сиропа, по видимому выпивая, сладкую до тошноты жидкость до дна. Род стоял там уставившись, рот приоткрыт, глаза широко раскрыты, руки слегка расставлены по бокам, он разглядывал сущевство. Разум кричал швырнуть комок через окно, или прихлопнуть. А тело? Тело не двигалось, не потому-что ему так жалко этот ошметок сливок и магии.а потому-что ну, он не каждый день видит такое, Точнее не видел никогда в жизни. Ошарашеный он просто смотрел на комок похожий на маленького человека, на гнось которая допила бутылку сладкого соуса, небрежно уронив на пол, от чего она лязгнула, не разбилась, укатившись куда то. Род попытался заговорить, но издал лишь смехотворное эканье, но этот звук в тишине был уловлен сущевством, и оно повернуло свою э...голову, устремив на него свои агатовые глаза, секунду, две, три, словно разглядывая, определяя, усваивая первого кого оно встретило в своей жизни. А затем детским голосом, почти писклявым голосом-

мама!—

—…о боже.