XII. Я и твой кот

      Сережа не спал. Ночь растянулась в мучительное, вязкое ожидание, а он, словно зверь в клетке, мерил шагами кабинет, пытаясь угомонить собственные мысли. Попытки заснуть оборачивались пыткой: стоило сомкнуть глаза, как его затягивало в череду кошмаров. Он просыпался с шумным вдохом, холодный пот стекал по спине, а сердце колотилось так, будто вот-вот выскочит из груди. Несколько секунд он не мог понять, где находится, реальность смешивалась со сном, оставляя его на грани безумия. Грудь сдавило яростью необузданной, слепой. Захотелось что-то сломать, разбить, стереть с лица земли этот мерзкий осадок страха. Глубокий вдох, а затем еще один. Бессильная усталость медленно захлестнула его, оставляя лишь глухое онемение. Если сон не приносит покоя, значит, он не нужен. Разумовский резко поднялся на ноги и вышел в кабинет. Если уж Варвара согласилась работать с ним, все должно быть идеально, безупречно. К утру рядом с его столом стоял еще один — новый, с блестящим экраном монитора и всем необходимым для работы. Он даже не думал, что Варвара откажется сидеть рядом с ним. Но теперь она избегает его взгляда, держится на расстоянии. Это совсем не то, что было раньше, когда она с лёгкостью касалась его рук, плеч, волос, обнимала, слушала его с интересом и искренним вниманием. Сейчас она другая, сломленная совсем не так, что прежде. Но, может быть, это просто этап, через который ей нужно пройти. Возможно, её отстранённость — это способ проверить его или даже незаметный призыв о помощи, который он может понять и ответить на него. Может, это его шанс помочь ей, вернуть то, что было раньше. Однако что, если это не временное состояние, а осознанный выбор? Что, если она просто не хочет, чтобы он был рядом? Эта мысль ему неприятна, но он старается её отогнать. Сергей опустился в кресло, провел рукой по лицу. Приезд Вари выбил его из привычного ритма, но отвлекаться нельзя. Нужно работать. Он не услышал, как двери кабинета приоткрылись и Варвара тихо вошла внутрь. Уставший после бессонной ночи, он потёр лицо руками, пытаясь прогнать напряжение. Откинувшись на спинку кресла, он вздрогнул, рядом, совершенно незаметно для него, уже сидела Варвара. — Ты не спал? — девушка оглядела его, вскинув брови. Удивительно, но её голос был ровным и спокойным. — Нет, — мужчина тихо выдохнул, отводя взгляд. — Не делай так больше. — Как? — девушка взяла в руки пустую баночку из-под таблеток, покрутив ее в руках. Видимо, он не смог уснуть даже после них. — Не пугай так, — Разумовский запустил руку в волосы, укладывая их так, чтобы не падали на глаза. — Я до сих пор не могу привыкнуть, что ты жива. Губы девушки дрогнули в слабой улыбке, в которой было больше иронии, чем тепла. — Жива ли… — звучало чуть тише. Воробьева облокотилась руками о стол, рассматривая Сережу. Сама она выглядела еще не проснувшейся, волосы спутались, и о челке вообще стоило промолчать. — Иногда я и сама сомневаюсь. Она не врала, за эти годы её организм пропитался столькими успокоительными и сильными седативами, что границы между сном и реальностью стёрлись до болезненной неразличимости. Бывали моменты, когда она сидела в комнате, смотрела перед собой и не могла сказать, это сон или очередной виток её нескончаемого коматозного бреда, и сегодня один из таких дней. Впервые они с Сережей остались наедине, странное ощущение, почти тревожное. Проснувшись, она какое-то время просто смотрела в потолок, не сразу осознавая, где находится. Осадка внутри не было. Только тихое принятие. Голова гудела сильнее всего, но не от тревоги, скорее, от перегруженности. Варвара наблюдала за мужчиной из-под полуопущенных ресниц. В темном свете её глаза казались провалами, лишенные блика, будто если сделать освещение чуть тусклее, белков не останется вовсе. Её руки двинулись прежде, чем она успела обдумать этот жест. Деликатное, едва уловимое движение, пальцы скользнули по его волосам, язычкам огня, такими мягкими, что обжигали по-своему. Мужчина замер, не отстраняясь, пытаясь уловить ее едва ощутимые касания. Будто бы проверял, действительно ли оно случилось. Варвара усмехнулась, но без насмешки, скорее с каким-то ленивым удовлетворением. Она не понимала, почему осталась, почему не собрала вещи и не исчезла в серых коридорах, растворившись, как дым, в этом не было логики. Сережа перевел взгляд на её рабочее место и едва заметно кивнул. Варвара удивленно подняла брови, не ожидала. Почему-то она была уверена, что окажется внизу, среди серой массы, просто еще одной тенью в общем потоке, но все вышло иначе. Это даже приятно. Глаза её блеснули почти восторженно, и она уселась за свой стол, оглядывая пространство. Чужое, новое, но, кажется, пока что принадлежащее ей. — От тебя требуется немного, — он почти протараторил ее мелкие обязанности, отводя взгляд к окну. — Я многого не успеваю, виртуальный помощник забирает все время и силы. — Виртуальный помощник? — Варвара подняла взгляд на мужчину, улыбнувшись с интересом. — А можно посмотреть? Сережа кивнул, отодвигаясь немного от своего компьютера. Он открыл свои наработки, которые закончил всего двадцать минут назад, и то ли от бессонной ночи, то ли просто от невнимательности совсем не заметил явную ошибку. Варвара была уверена, что он бы все понял позже, но сейчас было видно, что усталость дала о себе знать. Разумовский вскинул брови, когда она пододвинула клавиатуру ближе к себе, быстро защелкав по клавишам. Только сейчас он заметил свою оплошность. Воробьева слабо улыбнулась, повернувшись к нему: — Ты уставший, — она легко заправила локон его волосы за ухо, задевая своими ноготками висок мужчины. Это было совсем не больно, а наоборот как-то приятно. — Плохой сон? — Кошмары. Если еще вчера Варвара старательно пыталась избежать общества Сережи, то сейчас, наоборот, ее будто затягивало. Может быть, это было желание понять, что скрывается в его голове, или, возможно, эта неосознанная тяга исходила от какой-то внутренней нужды в его реакции. Ее разум, как всегда, скачет от мысли к мысли, но тут, перед ним, все кажется таким ясным и простым. Может, это просто желание испытать что-то новое, а может, ей хотелось увидеть, как он будет реагировать на эту неожиданную близость, без логики, без причин, просто потому что в какой-то момент ей захотелось нарушить привычные границы. Она рассматривала его, совсем не скрывая этого, а мужчина смотрел в ответ. — Они очень реалистичны, — Разумовский сам не понял, почему захотел рассказать девушке о них. Хотелось поделиться с ней всем. — Тягостные. После них совсем не хочется спать. Он помедлил, отводя взгляд, а она ждала продолжения, не прекращая изучать его. И Разумовский вновь заговорил, рассказывая ей о самых крайних плохих снах, что заставляли его подскакивать посреди ночи. Она слушала внимательно, медленно водя ноготком по его руке, вверх к локтю и обратно, касаясь ладони. Когда речь зашла о Варе, о том, как жестоко он расправлялся с ней во снах, ее пальцы невольно замерли. А потом Варвара неосознанно надавила на кожу, не больно, но очень ощутимо. — Варя хорошая, — когда он замолчал, Воробьева отвела взгляд в сторону окна. — Ты можешь ненавидеть ее. Это тоже своеобразная любовь. — Она и Олег дороги мне, — Сережа тихо выдохнул. — Но что-то внутри заставляет меня видеть эти страшные сны. Олег. Варвара внутренне поморщилась, где-то в глубине неприятно кольнуло, будто чужое имя разрезало что-то внутри. Волков, их первое знакомство пошло наперекосяк с первых минут, и с тех пор он даже не пытался скрывать свою предвзятость к ней. Впрочем, и она не собиралась притворяться, что испытывает к нему что-то кроме раздражения. — Если бы Олег мог, он бы убил меня, — неожиданно резко вырвалось у нее. Она даже не поняла, почему сказала это вслух. Это заело где-то под коркой мозга, наверное, еще с детства. — Почему ты так думаешь? — Разумовский слабо нахмурился, глядя на Варвару. — Думаю? Я это знаю. Он убьет меня рано или поздно. — С ее губ сорвался тихий нервный смешок. — А почему меня нет в твоих снах? — Наверное, мое сознание не хочет снова терять тебя, — Сережа слабо пожал плечами, едва ощутимо касаясь ее руки. А она не отстраняется от него, и Разумовского это радовало. Невидимая стена между ними очень быстро осыпалась, не оставляя и следа, после стольких лет отсутствия друг друга в их жизни. — Может, я просто лишняя? — Девушка отвела взгляд вновь. Легкий, почти насмешливый тон, почти. Если не прислушиваться слишком внимательно, если не замечать, как она едва заметно напрягает плечи. — Для меня ты не лишняя, мне тебя не хватало. — Мужчина провел по ее руке выше, касаясь предплечья, будто изучая ее. Он только сейчас заметил, что и на плечах Варвары мелкой россыпью раскинулись веснушки. Она резко вдохнула, будто эти слова что-то внутри всколыхнули. Девушка поджала губы, наблюдая за его действиями. На душе становилось очень спокойно, будто вся тяжесть и тревога покинули ее в одну секунду, оставив после себя приятное умиротворение, и это было так непривычно. Снова шумно выдохнула, а после резковато обняла его за плечи. Мужчина лишь на секунду растерялся, но обнял ее в ответ, прижав к себе крепче. Он уткнулся носом в ее шею, действительно боясь потерять вновь. — Ты мне нужна, — он говорил тихо, обжигая дыханием шею. — Безумно сильно. После этих слов дыхание чуть перехватило. Что-то теплое и нежное наполняло ее изнутри, она с улыбкой прикрыла глаза, зарываясь руками в его рыжие волосы. — Тебе нужно отдохнуть. — С заботой пронеслось над ухом Сережи, но он отрицательно качнул головой. — Я не смогу. — Разумовский неохотно отстранился от нее, подняв взгляд. — Я никуда не уйду. — Девушка обхватила его лицо руками, осторожно погладив по щеке. Мужчина растворялся от ее касаний еще в детстве, а сейчас это ощущалось в разы сильнее. — Ты устал, тебе нужен сон. — Точно? — Он прильнул щекой к ее ладони, прикрыв глаза. Так спокойно и тихо становилось в голове рядом с ней. — Пообещай. — Обещаю. — Она перехватила его ладонь, потянув за собой к выходу из кабинета. Раз Варвара пообещала, то точно не уйдет. Он не сможет ее снова потерять, а если даже и потеряет, то сделает все, чтобы найти.       Волков, почувствовав сквозь сон едва уловимый приятный аромат, проникший за закрытую дверь его комнаты, проснулся. Приоткрыв глаза, он потер лицо руками, пытаясь понять, откуда тянулся столь аппетитный запах. Быстро поднявшись с кровати и переодевшись, мужчина вышел в коридор, заглядывая в кухню. Хмурова в эту же секунду поставила на стол тарелку с целой стопочкой блинчиков, запах которых уже успел дойти до него. На лице девушки не было и следа после вчерашней истерики. Она выглядела отдохнувшей и даже спокойной, будто ее жизни совсем ничего не угрожает. — Доброе утро, — Варя заметила его краем глаза, подняв взгляд. — Я надеюсь, ничего, что я тут похозяйничала. — Доброе, — он прошел в кухню, садясь за стол. Мужчина окинул взглядом кухню, замечая две кружки с еще не остывшим кофе. Сделав глоток, он вдруг обратил внимание на завтрак, чуть приподняв брови. Это явно было неожиданно для него. — Ты за час соберешься? Варя кивнула, садясь за стол. Завтрак не занял много времени, и вскоре они уже сидели в машине. Мужчина запустил двигатель, краем глаза наблюдал за молчаливой девушкой. — Поговорим о правилах, — сказал он, не отводя взгляд от дороги, Варя тут же повернулась к нему. — Окна в квартире должны быть всегда зашторены, звонки с неизвестных номеров блокируешь сразу. Моя квартира полностью в твоем распоряжении, кроме спальни. — Он говорил спокойно, но с твердостью глядя на девушку. — Никогда не оставайся одна. Всегда держись среди людей. В нужный момент это может спасти тебе жизнь. Он не пугал её, просто говорил так, как говорил бы любому, кто оказался бы в подобной ситуации. Коротко, четко, по делу. Девушка молча кивнула, чуть даже удивленно смотря на Олега. Они выехали из двора, останавливаясь на перекрестке перед светофором. — А почему кроме спальни? Боишься, что я найду что-то, что мне не нужно знать? — Варя слабо улыбнулась. Она явно шутила, но Олегу было не до смеха. Она даже не представляла, насколько была права. В спальне действительно было то, чего ей не следовало видеть. Оружие, поддельные документы, вещи, которые говорили о нем больше, чем он сам был готов рассказать. — Ценю свое личное пространство. — коротко бросил Волков, прервав повисшую паузу. Хмурова не знала, куда они едут, да и не доставала Олега расспросами. Откинувшись на спинку кресла, Варя всю дорогу молча рассматривала город из окон автомобиля и лишь изредка поглядывала на мужчину. Спустя некоторое время они подъехали к закрытой территории дома престарелых. Блондинка успела пробежаться глазами по табличке на воротах, удивленно вскинув брови. В голове тут же закрутились вопросы, зачем Олег приехал сюда и кого собрался навещать? Остановившись на парковке, мужчина перевел взгляд на девушку, что увлеченно рассматривала здание дома. Свежая краска на стенах, аккуратно подстрижены газоны и кустики у крыльца. Где-то вдалеке пенсионеры с санитарами медленным шагом прогуливались по аллеям. Погода сегодня радовала, солнце грело, заставляя забыть о наступающей осени. Если Варя не ошибалась, это был один из лучших домов престарелых в городе. — Пошли, — Волков отвлек ее, покидая машину. Девушка тут же выскочила следом, осматриваясь вновь: — Я думала, ты меня в машине оставишь. — В других обстоятельствах — оставил бы. — ответил он, не оборачиваясь. Они зашли в здание, где их сразу встретили молодые санитарки. Девушки, похоже, хорошо знали Олега, потому что сразу повели их за собой, направляясь на задний двор. Хмурова все еще находилась в непонимании. К кому частенько мог заезжать Олег, что ему уже представляться не нужно на входе? Сотрудницы указали на самую отдаленную беседку, оставив Волкова и Варю одних. Они медленно направились вперед, и вскоре их внимание привлекли две фигуры. Пожилой мужчина в инвалидной коляске и, вероятно, медбрат. Олег шел неторопливо, а Варя посматривала по сторонам, замечая немного дальше двух пожилых дам, что мило беседовали на скамейке. С виду действительно были счастливы тут. Они улыбались, тихо хихикали между собой, приветствуя проходящих мимо других пенсионеров. Хмурова не заметила, как они подошли к беседке, пока пожилой мужчина в инвалидной коляске не расплылся в широкой улыбке, увидев Олега. Потом с интересом, так же приветливо и добродушно глянул на Варю. Она почему-то засмущалась, чуть спрятавшись за спину Волкова. Девушка не хотела вторгаться в личные дела своего друга, но, увидев, как дедушка смотрит на неё, она ответила ему той же дружелюбной улыбкой. И только теперь она поняла, что знакома с этим человеком. Его улыбка была до боли знакомой — это был сторож их детского дома, который всегда встречал их так, когда они возвращались с прогулок по городу. Молодой медбрат оставил их одних, накрыв колени старичка теплым пледом. — Олег, — дедушка поднял на него взгляд, что без слов говорил, как он рад был видеть его. — Не ждали? — Волков протянул ему руку, сам расплываясь в доброй улыбке. Тот с легким трепетом пожал её дрожащими руками. — Это Варя. — он кивнул на блондинку позади себя. — Я узнал, — старичок кивнул, сложив руки себе на колени. Хмурова находилась в легком шоке. Она никогда не думала, что Олег проводит время в таком месте, да еще и навещает этого добродушного старичка. Улыбка не сходила с ее губ, и она с интересом наблюдала за ним и Волковым. — Ну как вы тут? — Волков присел на скамейку перед ним. — Жив, здоров и в расцвете сил. — дедушка с хрипотой посмеялся. — Правда, сыновей не хватает. Варя краем глаза заметила, как на лице Волкова мелькнула едва заметная печаль, но он сразу скрытно отводит взгляд, не глядя на девушку. Еще в детском доме Варя частенько слушала рассказы сторожа о своей любимой семье. Он с чистой отцовской любовью говорил о своих сыновьях, двух близнецах, и Варя мечтала о таком любящем отце. — Они мне ничего не говорили, — Олег слабо пожал плечами. — Завал на работе, сами понимаете. Не завал, это было чистейшее безразличие к своему родному отцу. Одним словом можно было назвать то, что сделали сыновья старика. Предательство. Волков не привык оставлять людей, которые когда-то были ему дороги. Тем более тех, кто помогал ему, пусть даже просто пропуская мимо ушей его детские шалости или прикрывая перед воспитателями. Он не мог забыть, как этот человек охранял их сон, встречал после прогулок, как-то даже дал ему теплую куртку зимой, когда свою он порвал. Теперь настала его очередь. Олег взял всё в свои руки: он договорился о переводе, оплатил частный дом престарелых с лучшими условиями, убедился, что здесь за стариком ухаживают как следует. Волков не говорил об этом вслух. Просто приезжал, звонил, узнавал, как идут дела. Это был его личный долг, его способ сказать «спасибо» человеку, который когда-то тоже о нем позаботился. — Понимаю, — старик досадно махнул рукой, переводя взгляд на Варю, и вновь расплылся в улыбке. — Расскажи о себе, Варечка. Раз уж Олег не удосужился. — А что рассказать? — блондинка присела рядом с Волковым. — Я даже не знаю… — Ну сама скромность, просто золотко, — дедушка бросил взгляд на Олега. — Ты ее зашугал? Он тебя обижает? — мягко улыбаясь, он вновь оглядел девушку. Разговор шел легко, оставляя после себя приятное тепло. — Нет, конечно. — Варя махнула рукой, улыбнувшись. — Я хирург. Улетела в Польшу учиться, а сейчас вот вернулась. — Хирург? — он удивленно вскинул брови. — О, я помню, как ты горела этим делом. Ты такая молодец, Варя. Девушка чувствовала, как сердце болезненно сжимается от похвалы этого дедушки. Это было по-родному, по-семейному и так мягко. — А расскажите вы о себе. — Варя вновь улыбнулась. — Да что рассказывать… — дедушка лениво махнул рукой, но после этих слов он выдал ей и Олегу буквально половину своей биографии. Увлеченно принялся рассказывать молодость, школьные годы, студенческое время. А Хмурова слушала не перебивая, полностью погруженная в рассказ. В какой-то момент ей показалось, будто она оказалась на семейном празднике, где всё вокруг наполнено уютом и теплом. Она вдруг перестала думать о своих проблемах, растворяясь в этом моменте и наслаждаясь беседой. Олег внимательно наблюдал за ними. Вмешиваться не спешил, ему хватало просто быть рядом, видеть Варю такой увлечённой, искренней. Даже та давняя обида ненадолго уходит на второй план. Наверное, это один из лучших выходных за последнее время. Их беседу было не остановить, а время пролетало незаметно. Дошло до того, что медсестре пришлось прервать диалог лично, напомнив, что Ивану Васильевичу пора принять лекарства и отдохнуть. — Было так приятно с вами увидеться, — старик расплылся в теплой улыбке, подняв взгляд на Олега. — ты береги ее. Замечательная девушка. — Конечно, Иван Васильевич. — Волков кивнул, слабо улыбнувшись. И, попрощавшись, он с девушкой направился к выходу. Остановившись уже у машины, Олег потянулся за пачкой сигарет в кармане, закурив. После визита в дом престарелых внутри было тяжело. Он давно привык к этому чувству. Варя встала рядом, и только сейчас мужчина заметил, что девушка не проронила ни слова с тех пор, как они покинули старика. Хмурова отвернулась в сторону. Она стояла рядом, отвернувшись, словно разглядывая здание, но это было просто попыткой скрыть эмоции. Волков не обращал на нее внимания, пока не услышал тихий шмыг. Выдохнув дым в сторону, он развернулся к ней, глядя в затылок. На секунду он подумал, что ему показалось, но девушка вновь тихо шмыгнула, дернула рукой, будто смахивала слезы. — Варя? — он подошел чуть ближе, положив руку на ее плечо. — Ты плачешь? — Нет, — Варя глупо лгала, а дрожащий вздох выдал ее с потрохами. Олег посмотрел на неё внимательнее. Глаза блестели, губы дрожали. Насколько ей было жаль старика. Так обидно, что родные сыновья оставили его, и так печально. Перед глазами мелькала его искренняя улыбка, такая добрая, будто родная, отцовская. То, как он спрашивал Олега о своих детях, которым было совершенно плевать на отца, разбивало сердце окончательно. Приезжали ли они хоть раз? Хоть раз звонили узнать о его состоянии? А Олег звонил и ездил, всегда, когда подвернется выходной или мало загруженный день. Девушка утирала слезы, отводя взгляд, и, будто сама того не ожидая, резко обняла Волкова. Волков чуть пошатнулся, но не отстранился. Он замер, глядя на её белокурую макушку. Секунды тянулись, и вдруг он понял: её сердце бьётся быстро, но его собственное тоже. И это было невозможно скрыть. Сначала осторожно, будто не решаясь, он приобнял её в ответ. Потом крепче. Она прижалась сильнее, уткнувшись в его плечо, глухо всхлипнув. Он облокотил подбородок о ее макушку, глядя куда-то вперед, а в голове возникли странные мысли. Сон это или реальность? Она прижалась только сильнее, почувствовав его крепкие объятья, всхлипнув куда-то в плечо. Эта сентиментальность преследовала ее всю жизнь. Она не хотела отстраняться от мужчины, сейчас мир будто полностью затих, оставляя только улыбку старика и Олега, укрывавшего ее от всего. А он молчал, не говоря ничего, но слова были не нужны. Неосознанно он поглаживал ее по кудрям, так успокаивающе и аккуратно. Они простояли так еще некоторое время, прежде чем блондинка все же медленно отстранилась, утирая влажные щеки рукавом кофты. — Прости, — Варя тихо выдохнула. — Я пыталась не заплакать. — За столько лет ты совсем не изменилась. — это звучало спокойно, тихо и так по-родному. В голове Олега вновь всплывали приятные детские воспоминания. Он сам не заметил, как его рука потянулась к ее щеке, смахивая слезы большим пальцем. И резко замер, будто опомнившись. — Все в порядке. Я понимаю. — он отстранился от девушки, отходя чуть дальше. — Возьми меня в следующий раз снова с собой. — Уверена? — он ездил бы с ней в любом случае, пока история с Вадимом не утихла бы. Но то, что она попросила его сама об этом, приятно удивило. Девушка кивнула, слабо улыбнувшись. А мужчина будто заразился ее мышкой улыбкой, и уголки губ дрогнули. Он открыл дверь машины, дождавшись, пока Варя сядет, быстро сел за руль. — Поедем за вещами и в магазин, — он запустил двигатель, отъезжая с парковки. — Нужно что-то неприметное. — Такое сойдет? — она указала на свой воздушно-голубой кардиган, усеянный облачками. — Выделяешься. Варя вопросительно вскинула брови, не понимая, это был комплимент от Олега или ей просто показалось?