1

– Ты разве не этого хотела? Кристофер ухмыляется и разжимает пальцы, позволяя Мими трусливо сбежать из своей, их общей теперь спальни. Она замирает уже у двери, чувствуя себя застигнутой врасплох, снова, и снова, и снова, как и каждый раз рядом с ним. Здесь и сейчас Мими смертельно уставшая демоница, напуганная маленькая игрушка и самая желанная на свете женщина. Наверно, в этом и заключается мудацкое обаяние Кристофера, несмотря ни на что заставляющее ее продолжать грезить о грубости его прикосновений. Мими шагает обратно, медлит, давая себе время на раздумья, позволяя сделать ему очередной первый шаг, чтобы легкомысленно и так удобно свалить всю вину на него после. Она готова сорваться на бег, если только он сделает хоть шаг ей навстречу, но Кристофер наоборот опускается на узкую софу, нахально глядя ей прямо в глаза. Он вынуждает Мими взять, наконец, ответственность за каждое из последующих действий на себя. Он знает, почему она все еще здесь, в то время как Мими не до конца осознает собственные желания. Губы горят от фантомного ощущения тепла чужого рта, всего мгновением позже она оказывается у него на коленях, дрожащая то ли от ужаса, то ли от возбуждения. Кристофер глубоко вдыхает сладкий вишневый запах ее парфюма и откидывается затылком на витую спинку софы. Он рассматривает Мими с нового ракурса, выжидая. Особенное удовольствие – заставить ее делать все самой после всех тех мучительных мгновений. Дрожащими пальцами она спускает с плеч тонкие лямки шелкового платья, позволяя скользкой ткани скатиться по высокой груди и осесть складками на талии. Мими злится, неласково кусает подставленные гладкие губы, изогнутые в лукавой усмешке. Тело под бедрами приходит в движение, толкаясь навстречу, Кристофер притирается к ней через одежду, раскрывает губы, перенимая инициативу. Он целует ее жестко и властно, сжимает ее колени, собирая ползущим вверх движением нижнюю часть платья. – Да ты жадина, – Кристофер едко шепчет прямо в поцелуй, ногтями царапает по внутренней стороне бедра, подталкивая шире развести ноги. Мими шипит и вздрагивает, крылья раскрываются и складываются за спиной, когда большим пальцем он потирает половые губы через кружево белья. Кристофер сминает в горсти мягкие перья, и Мими стонет, сама пугаясь того, каким громким и беспомощным выходит звук. – Прекрати, – она капризно выдыхает, тем не менее раздвигая колени шире и подставляясь под давление его пальцев, позволяя в полной мере ощутить, насколько пропиталось смазкой кружево. Кристофер сломал ее, своими смешками и взглядами вытравил из головы здравый смысл, выкрутил похоть на полную, заражая своим безумием. – Я слышу “продолжай”. Он смеется, надавливая сильнее, ловит клитор, зажимая между большим и указательным пальцами. От того, что это происходит через преграду тонкого белья, от того, как грубый шов впивается в нежную плоть, ощущения только острее. Мими дышит с присвистом, нетерпеливо ерзает, пробуждая очередную наглую мальчишескую усмешку. Она тянется к его брюкам сама, сдавливает член через одежду, выгибаясь под умелой лаской. Кристофер приподнимается, прикладывается ртом к гладкой шее, скользит языком к нежной груди, кусая горячо и сладко. Ему хочется подмять ее под себя, чтобы крылья беспомощно распластались по простыни, взять ее, вбиваясь грубыми толчками в безупречное податливое тело. Смотреть глаза в глаза, видеть, как она захлебывается в ощущениях, но он уже решил, что сегодня играет по ее правилам. И ожидание оправдывает себя, когда Мими опускается на его твердый член, позволяя войти в нее полностью. Она протяжно стонет, сладко сжимается вокруг него, приподнимается, лихорадочно цепляясь пальцами за его сильные крылья. Ее рот оставляет на его шее мокрые саднящие засосы, ласковые, игривые укусы, пальцы с аккуратным маникюром комкают перья, сжимают плечи под гладкой рубашкой. Шепфа, на нем столько лишней одежды и так не с руки обнажаться сейчас, когда Мими плавно раскачивается на нем вперед и назад, потираясь клитором о его лобок. Она жалобно и громко стонет, едва Кристофер двигается навстречу, со всей горячностью поддавая снизу, быстрым рывком погружаясь в горячее и влажное. И остановиться у него уже не хватит никаких моральных сил. Он заставляет ее кричать, гладит мягкое тело так трепетно и нежно на контрасте с дикими толчками, отчего Мими мгновенно подводит к границе оргазма. Она сдавливает его собой, выдаивает до последней капли, жадно вылизывает подставленные припухшие от поцелуев губы. Мими загнанно дышит, не сразу снимаясь с члена. – Было горячо, – Кристофер обнимает ее своими крыльями, полностью укрывая такую беззащитную сейчас, мягко целует в лоб. – Надо повторить. Он знает, как скоро ей захочется большего. – И не мечтай, – огрызается Мими, скатившись на софу с его коленей и поправляя одежду. А если нет, он знает, куда надавить.