Часть 21 Ледяная королева: восхождение Арии Третьяковой

Через два дня я пришла как раз к выступлению Юрия. Утром я пожелала ему удачи. Всё время я напряжённо следила за его прыжками. Уже шла вторая половина выступления. — Давай, Юра, продержись ещё чуть‑чуть! — молилась я, сжав кулаки. Он крикнул, разгорячился. — Молодец, Юра! — выкрикнула я. Парень свалился на колени, задыхаясь. По итогу он занял второе место. После выступления Юрий пытался убежать от восторженного Кацуки, который обнимал всех подряд. — Чего?! Не подходи ко мне! — кричал Юрий. — Ария, спаси меня! Все наблюдали, как он еле шёл. — Ему не плохо? — взволнованно спросила я. — Не думаю, — фыркнул парень. Вскоре все разошлись кто куда из того злосчастного коридора. П-ов Юрий — Юрий, ты должен зарегистрироваться! — крикнул Яков. — Яков, сделай это сам, я устал, — отвлёкся от телефона Юрий. Ария, которая стояла рядом, приехала со мной на соревнования. Она хихикнула, и мы хотели уйти, но наткнулись на моих фанаток — у каждой были кошачьи уши на голове. — Юрочка! — крикнула одна. — Дай автограф! — подхватила другая. Поднялся шум. Лицо Юрия скривилось. — Ах вы су… — начал он, но его перебила Лилия: — Юрий Плисецкий, некрасивым словам не место в твоём лексиконе. Мне пришлось сфотографироваться с ними. Меня облепили со всех сторон. Вопросы о том, есть ли у меня девушка, каждый раз выводили из себя.  — «Ну сколько можно?! Будто без пары человек неполноценный. Ария вон молчит… Может, ей вообще всё это неинтересно? А может, наоборот — ждёт, что я что‑то скажу?» Я бросил взгляд на подругу. Ария фотографировала и смеялась, прикрывая рот, — «Ладно, потом разберёмся. Сейчас бы только отсюда вырваться». П‑ов автор — Круто, он так популярен? — спросила Изабелла. Юра услышал и повернулся. — Ангелы Юрия замечательны, — сказал мужчина. — Да, но девочки Джи Джи симпатичнее, — ответила Изабелла. Юра вспыхнул: — Не смей называть моих фанаток уродинами, уродина! — Как страшно, спаси меня, Джи Джи! — притворно испугалась Изабелла. — Он просто завидует — моя невеста красотка, — улыбнулся Жан. — Парни с очками на голове — неудачники. Поищи получше, уродина, — бросил Юра. — Юр, не заводись, не обращай внимания, — тихо сказала Ария, взяв его за рукав. — «Опять она. И опять срабатывает — злость как рукой сняло. А этот её взгляд… Жан сразу язык прикусил, Изабелла даже отступила. Вот это да. Редко можно увидеть ее такой — будто другой человек. И странно, но от этого только сильнее тянет. Может, потому и тянет — потому что она не боится быть настоящей? Не играет, не претворяется, как остальные…» — Ну‑ну, не злись, — аккуратно, примирительно развёл руками Жан, и тут же перевел внимание на проходящего мимо человека, Алтына Отабека — фигуриста из Казахстана. — Отабек, куда ты? Отабек снял очки: — Иду ужинать. — Ужинать один? Ты все не меняешься, хочешь с нами? — предложил Жан. — Я пас, — ответил Отабек, глянув на Юрия. Юра разозлился: — Что тебе надо, придурок? Ария дёрнула его за рукав, и Отабек ушёл. — Пойдём ужинать? — позвала Ария. — Я проголодалась. — «Ужинать… Да, надо бы. Но не хочется уходить. Хочется стоять вот так, рядом, чувствовать, как её пальцы всё ещё держат мой рукав. Она всегда появляется в нужный момент — то остановит, то рассмешит, то взглядом прогонит надоедливых. И чем дальше, тем чаще я ловлю себя на мысли: а вдруг она — та самая? Та, о ком не надо врать, что „на примете“, потому что она уже здесь, рядом. Только как ей это сказать? Как объяснить, что за всей этой грубостью — просто страх потерять то, что наконец нашёл?» Вечером все встретились в кафе. Там были: Юра с Арией; Витя с Юри; Отабек; Крис; Пхичит с Мари и Минако. — Я умерла от счастья, — обе женщины плакали, закрывая лица, пока сидели в кругу финалистов Гран‑при. — Вы слишком сильно радуетесь этому, — подметил Кацуки. Юра злобно смотрел на него. — Почему мы сидим все вместе? — спросил парень. Ария тоже не была рада — у неё были совершенно другие планы. — И всё‑таки странно, что мы собрались все вместе перед началом финала, — заметил Кацуки. — На прошлогоднем финале я всё время был один, даже на банкете. — Он улыбнулся. — Я даже не смог заговорить с Виктором. Виктор выплюнул пиво. — Юри, ты не помнишь? — спросил он. Юри удивился: — Что? Тут подал голос Крис: — Юри, тогда ты выпил много шампанского и начал танцевать. Все видели это, — с простодушной улыбкой объяснил он. Юри с шоком смотрел на него. — Это было отвратительное зрелище, — подметил Плисецкий. — Пришлось участвовать в батле, это было так стыдно! — Он злобно посмотрел на японца. — Танцевальном батле… с Юрио? — заикался Кацуки. По его лицу стекал пот, а глаза ничего не выражали. — А я исполнял танец на шесте, полуголый, — добавил Крис. Парню стало совсем плохо, он наклонил голову. — Это было ужасно, Крис! — подметила Ария. — Но я тоже участвовала в батле. Это был позор… — добавила она, пробормотав последнее слово. *Воспоминание* П-ов Ария Мы стояли втроём: я, Юра и Витя. Кацуки тогда выглядел так, будто его сюда тренер привёл насильно. Поначалу он не общался с другими фигуристами и продолжал пить шампанское. — Ю‑юр, — протянула я. — Пошли танцевать! — Я потянула его за рукав. Мы вклинились в круг танцующих и стали танцевать со всеми. Подол развивался. — Юрий, ну же, сделай лицо попроще. А то как будто тебе вообще не нравится. Мы тут с друзьями общаемся, танцуем, пьём. Ну что ты такой скучный? — Он всё‑таки решил послушать меня и стал веселее проводить время — до поры до времени. *Конец воспоминаний* — У меня всё ещё есть это видео, — показал экран Виктор. — И у меня тоже есть, — показал Крис. — У меня полно фоток, — сказала девушка, листая галерею. — Ой‑ой, что это? — спросил Пхичит, беря телефон у Криса. — Юри, как неприлично! Тут вклинились Мари с Минако: — Хочу посмотреть! Юри стал махать руками: — Не смотрите, пожалуйста, прекратите! — Здорово, правда? — спросил Витя, показывая видео Отабеку. — А что это за кольца у вас двоих? — спросил Крис, хитро улыбаясь. — Что, кольца? — спросила Мари. — Не помню такого, — добавила Минако. Кацуки стал махать руками и закрыл руку другой рукой. Витя приблизился к нему, держа телефон в руках. У обоих были странные выражения лиц. — Ну, это… — пытался оправдаться японец. — Они парные, — показал Витя. До Пхичита что‑то доходило, пока он смотрел на них. Потом он резко крикнул: — Поздравляю с помолвкой! — и стал аплодировать. — Что?! Нет! — стал оправдываться Кацуки. Но было уже поздно — Пхичит встал. — Эй, народ! Мой лучший друг женится! — отовсюду послышались аплодисменты. — Нет, это не так. Это в благодарность за его помощь… — Юри пытался бессмысленно оправдаться. За столом Мари и Минако смотрели скептически. Крис, опершись локтем на стол и положив голову на руку, улыбался. Отабек аплодировал с каменным лицом. Юра и Ария были в полном шоке. — Да, это не так. Кольца обручальные, — показал руку Виктор. — Поженимся, когда он выиграет золото. — Он показал на Юри пальцем. — Ведь так, Юри? Тот завис. — В‑Виктор… — заикаясь, произнёс парень. Поняв, что до него дошло, он рывками повернул голову. — Золотую? — сказал Отабек. — Медаль? — добавил Пхичит. — Неужели? — спросил Крис. Юру перекосило от злости, он фыркнул. — Ну, это самое… — его перебили: — Подождите‑ка! Тем, кто выиграет золотую медаль и женится, буду я! — на входе появился Жан со своей невестой Изабеллой. — Верно, это будет Джи Джи, — с улыбкой добавила она. — Прости, что не поздравляю с грядущей свадьбой, — почесав затылок, подметил Жан. — Ладно, завтра рано вставать, нам пора, — все начали выходить из кафе, ясно давая понять, что шутку Жана никто не оценил. Я держала Юру за руку. — Э, чего, подождите! — он даже не успел ничего понять, как все разошлись. — Я же просто пошутил! — крикнул он вслед. — Всю посиделку обломал, — возмутилась я. Юра молча кивнул в знак согласия. Ну что ж, завтра и послезавтра — последние дни финала Гран‑при: сначала женское, затем мужское фигурное катание. Следующий день. Финал в женской категории. — Четвёртой выступает 15‑летняя Ария Третьякова, Россия! — объявил диктор. Ария застыла в центре катка. Взгляд — острый, сосредоточенный. Юрий Плисецкий невольно задержал дыхание: в этой хрупкой фигуристке чувствовалась стальная воля. Зазвучала музыка из «Круэллы». — Тема программы — «Пусть сумасшедшая, но зато свободная». Пять четверных прыжков — дерзкий вызов, — прокомментировал диктор. — Посмотрим, справится ли юная россиянка. П‑ов Ария «Время доказать, что это не безумие, а расчёт». Крюк + выкрюк + тройка — и резкий заход на 4F. — Идеально! — воскликнул комментатор. — Руки в высшей точке — дополнительные баллы! «Глаза слезятся от подводки… Не отвлекаться! 4S следом», — мысленно скомандовала она. П‑ов автор Юра следил за каждым движением Арии, и в голове билась одна мысль: — «Только не дрогни…» Когда она пошла на четверной сальхов, он невольно сжал подлокотники кресла. — «Слишком резко взяла заход… Успеет выровняться?» — сердце ухнуло вниз. Но Ария в воздухе мгновенно скорректировала положение. Вращение — чёткое, приземление — как пёрышко. Юра выдохнул: «Фантастика… Она читает лёд, как открытую книгу». Четверной тулуп. Юра замер, ловя каждый миг: «Не торопись с отрывом… Держи ось… Да!» Чистое приземление. Он невольно улыбнулся: «Она играет со сложностью, как с игрушкой». Каскад двойной аксель + тройной тулуп. — «Аксель безупречен… Теперь тулуп… Не сбавлять темп!» — Юра чувствовал, будто сам скользит рядом. Ария задержала ласточку дольше запланированного. Юра напрягся: — «Ошибка? Нет… Это намеренная пауза. Драматургия». Зал затаил дыхание. — Обратите внимание на линии тела, — говорил комментатор, — Даже в статичной позе Ария сохраняет невероятное изящество. Каждое движение — как штрих кисти мастера. Это не просто техника, это искусство! — Эта спортсменка — само воплощение элегантности и грации. Её движения изящны и легки, будто для неё это сущий пустяк. Уровень наших российских фигуристок — вне конкуренции! — с восхищением произнёс второй комментатор. Каскад: четверной лутц + четверной тулуп. Юра впился взглядом в её фигуру: — «Два ультра‑си подряд? Она либо гениальна, либо безумна… Но это работает!» Каждое вращение, каждый перенос веса — как удар пульса. Приземление — безупречное. — «Невероятно… Она переписывает правила», — в груди разливалось тепло восхищения. Ещё один четверной лутц. Юра почувствовал, как вспотели ладони: — «Последний рывок… Ты можешь!» — Кораблик бести, сложные шаги, либела… Юра ловил каждое движение: — «Ты уже у финиша. Не отпускай концентрацию!» Финальная поза. Лёд словно замер. Зал взорвался овациями. Ария, тяжело дыша, опустилась на лёд. — 175,75 балла за произвольную! 255,95 — итоговый результат! Ария Третьякова — новая чемпионка мира! — провозгласил диктор. На пьедестале Ария сияла, размахивая флагом. Юра стоял в стороне, не в силах пошевелиться. — «Она не просто победила… Она показала, как выглядит совершенство», — мысль была простой, но от неё перехватывало дыхание. Он смотрел, как она принимает поздравления, и понимал: — «Это только начало. Она — будущее фигурного катания».