Откровенния.

На следующий день Белла пришла в школу с тяжёлым сердцем. Всё, что происходило с ней за последние сутки, не укладывалось в голове. Вспоминала, как Джаспер спас её в переулке, как Карлайл и остальные Каллены объяснили, что они вампиры, и как Белла ощущала не только потрясение, но и странное чувство, что ей не хватает чего-то важного, чтобы пережить все эти откровения. Её шаги были медленными, почти невесомыми. В голове роились мысли. Она пыталась понять, что она теперь будет делать. Она не могла просто забыть о том, что произошло, и даже если пыталась представить свою жизнь без этого, ей не удавалось. Невозможно игнорировать то, что стало частью её жизни. Когда Белла подошла к школе, её взгляд сразу встретил Джаспера. Он стоял у входа, облокотившись на столб, словно ждал её. Она почувствовала, как её грудь сжалась. Она уже знала, что этот разговор не может быть отложен. Джаспер заметил её приближение и с лёгкой улыбкой сделал шаг вперёд, в его глазах всё равно читалась тревога, хотя и скрытая за маской спокойствия. — Ты хочешь поговорить? — его голос был тёплым, но в нём чувствовалась некоторая осторожность. Белла чувствовала, как её мысли снова начинают крутиться в круговороте сомнений и страха. Всё, о чём они говорили, вертилось в её голове как неумолимый вихрь. Слова Джаспера, слова Карлайла… Всё это было слишком новым и сложным для восприятия. Но самое тяжёлое было осознание того, что если бы она не начала интересоваться их семьёй, ничего бы этого не произошло. Она почувствовала, как её грудь сжалась, а в горле появилось неприятное чувство тяжести. «Я всё это сделала сама», — думала она, и это осознание было самым болезненным. Она не могла избавиться от мысли, что её вопросы, её любопытство привели её к этому. Всё началось с того, как она стала обращать внимание на странное поведение Калленов, с её растущими подозрениями и беспокойством. Теперь, когда она узнала правду, она не могла отделаться от чувства вины. «Почему я не могла просто оставаться в стороне? Почему я должна была искать ответы на все эти вопросы?» — её мысли не давали покоя. Внезапно Белла почувствовала, как Джаспер замедлил шаг и остановился рядом. Он внимательно наблюдал за ней, и в его глазах была не просто забота, а какая-то непередаваемая настороженность. — Белла, — сказал он, его голос был мягким, но с нотками беспокойства. — Что-то не так? Она хотела что-то ответить, но не могла найти слов. Это было слишком тяжело. Всё её тело было напряжено, а в груди росла тяжесть. — Я… — она на мгновение прикусила губу, пытаясь собрать мысли. — Я чувствую себя виноватой, Джаспер. Если бы я не начала интересоваться вашей семьёй, если бы не пыталась разгадать ваши секреты, ничего бы этого не произошло. Я привлекла ваше внимание, и теперь вы все связаны со мной. Она вздохнула, её сердце билось в груди как молот. Как только она это сказала, вся тяжесть слов обрушилась на неё. Джаспер молчал, наблюдая за ней. Его взгляд стал более мягким, а в его глазах появилась тоска, почти сдерживаемая боль. — Белла, — наконец произнёс он тихо, — ты не виновата. Ты не могла знать, что всё будет именно так. И вряд ли бы ты могла поступить иначе. Ты была честна с собой, искала правду, и за это не стоит себя обвинять. Но для Беллы его слова не приносили успокоения. Она уже чувствовала, как её судьба сплетается с их судьбами. Она была связана с ними, и, возможно, эта связь была не просто случайностью. — Но… если бы я не начала искать ответы, если бы не стала так обращать внимание на всё, что происходит вокруг… — её голос дрожал. — Могу ли я теперь просто забыть об этом и продолжить жить как прежде? Джаспер сделал шаг вперёд, небрежно откинув волосы с лица, и её взгляд встретился с его глазами. Белла ощущала, как его присутствие как-то успокаивает её, но внутренне она всё ещё была разорвана на части. — Белла, — сказал он, мягко и уверенно, — это не твоя вина. Это то, что мы все делаем. Ты теперь в нашем мире, и это не зависит от того, как ты сюда попала. Это просто... случилось. Его слова, хоть и попытались успокоить её, всё равно не могли вытолкнуть из её души чувство вины. Белла вздохнула, её дыхание всё ещё было тяжёлым. Джаспер понял её чувства. Он всегда был чутким к эмоциям окружающих, и теперь он ощущал, как её внутреннее напряжение буквально пронзает. Он видел, как она борется с этим осознанием, как её сердце сжимается от тяжести. Он знал, что она не просто испытывает жалость к себе, она переживала, что её действия стали причиной чего-то более глубокого, чем она могла себе представить. Он сделал шаг к ней и положил руку на её плечо, стараясь не переборщить с близостью, но и не дать ей почувствовать себя одинокой. — Ты не одна, Белла, — повторил он, с серьёзностью в голосе. — Это не твоя ошибка. Она посмотрела на него, её глаза были полны растерянности. Он чувствовал её отчаяние, и в какой-то момент, когда её взгляд пересекся с его глазами, он почувствовал нечто большее, чем просто сочувствие. Ему было не просто тяжело видеть её в таком состоянии — он хотел её поддержать, защитить, не дать ей почувствовать себя одинокой. Он осознал это мгновение, но не сказал ничего. Он знал, что её нужно успокоить, а не торопиться с признаниями. Но с каждым словом, с каждым взглядом, он чувствовал, как его собственные чувства меняются. Это была не просто защита. Это было что-то другое, гораздо более глубокое, чем он ожидал. После этого разговора Белла и Джаспер решили провести день вместе. Вечером они вышли из школы, и Белла, несмотря на всю свою борьбу с внутренними переживаниями, почувствовала облегчение, находясь рядом с ним. Они гуляли по тихим улицам, и Белла замечала, как её тревога постепенно отступала, пусть и не исчезала совсем. Она почувствовала, что может довериться ему. Это не было простой симпатией, это было что-то большее. Белла не понимала до конца, что именно она чувствует к Джасперу, но то, что он был рядом, что он поддерживал её, давало ей силы. Джаспер молчал долго, но, в конце концов, он сказал: — Ты должна понять, Белла. Не переживай о том, что не можешь контролировать. Мы все были в твоём положении, и ты не должна чувствовать вину. Мы рядом. Всё будет в порядке. Он не знал, почему его слова были такими искренними. Но он чувствовал, как всё больше и больше осознаёт своё отношение к ней. И хотя он был вампиром, несмотря на свою природу, его чувства к Белле стали для него важными. Белла, в свою очередь, чувствовала себя немного легче, чем утром. В его словах было что-то успокаивающее, и её внутренний конфликт немного ослаб. Они продолжили гулять, и Белла поняла, что, возможно, именно в эти моменты она и обрела тот самый баланс, который искала.