Потеря?

На следующее утро Белла проснулась с тяжёлым чувством, которое не покидало её с момента того разговора с Калленами. Всё стало слишком сложным, слишком чуждым. Её жизнь, как кусочек древнего хрусталя, который она случайно уронила, — вот-вот разобьётся. Она чувствовала это. Каждый шаг, каждое слово, каждое действие казались частью чего-то, что она не может контролировать. Как бы она ни пыталась, мысли возвращались к Рене. Она скучала по маме, по их обычным разговорам по телефону, по тому, как они с Рене смеялись, обсуждали мелочи жизни, заботились друг о друге. Белла внезапно осознала, как ей не хватает этих простых, привычных моментов. Кажется, её жизнь с Рене была другой, такой… настоящей, нормальной. Ничего не было важным, и всё было в своих местах. Там она была Беллой — простой девочкой, которая не знала ничего о вампирах и о том, что её жизнь изменится в мгновение ока. Она взяла свой телефон и набрала номер мамы. Номер знакомый, родной, почти не замечаемый, пока не становился таким важным. Мама долго не отвечала. Белла почувствовала, как её сердце начинает сжиматься, и перед глазами снова встал тот холодный вечер в доме Калленов, когда она ощутила этот новый, чуждый мир, который не был её. Где-то далеко, за горизонтом, была её старая жизнь, и она так сильно хотела вернуться к ней. Наконец, телефонный экран ожил, и на другом конце раздался знакомый голос. — Привет, Белла! Как ты? — Рене всегда говорила с улыбкой, даже если не могла её слышать. Это был её способ успокоить Беллу, отдать ей хоть немного того тепла, что её окружало. — Привет, мама, — Белла постаралась сделать голос как можно спокойнее, но её слова были натянутыми. — Всё нормально. Просто хотела услышать твой голос. Как там у вас с Филом? Все в порядке? Рене сразу вздохнула, и Белла почувствовала, как её мать невольно волнуется. Мама всегда чувствовала, если с дочерью что-то не так, даже по голосу. — Всё хорошо, дорогая. Фил недавно принес мне несколько новых книг, так что я опять начну читать. А ты? Как тебе в Форксе? Всё наладилось? Тебе не скучно? Белла почувствовала, как её сердце сжалось, и она закрыла глаза, пытаясь не дать эмоциям вырваться наружу. У неё не было сил объяснять Рене, что её жизнь стала настолько сложной, что не оставалось ни места для смеха, ни для обычных разговоров. Она не могла ей сказать, что её жизнь больше не похожа на ту, что была раньше. Даже если бы и могла, это было бы слишком тяжело. — Да, мам, всё нормально, — сказала она, чувствуя, как её голос всё больше и больше звучит фальшиво. — Немного скучно, но это скоро пройдет. Просто… иногда хочется, чтобы всё вернулось на круги своя. Ты знаешь, как это бывает. На другом конце провода Рене молчала, а потом тихо ответила: — Я понимаю. Ты мне не рассказываешь всего, Белла, но я знаю, что тебе нелегко. Если тебе нужно что-то, просто скажи. Ты же знаешь, я всегда рядом. Белла почувствовала, как слёзы подступают, но сдержала их. Она не могла позволить себе показывать слабость, не могла позволить себе терять эту связь с мамой, которая всегда была её опорой. Вместо этого она тихо поблагодарила Рене за её слова и закончила разговор, пообещав, что скоро позвонит снова. Когда Белла положила телефон, она ощутила, как тяжёлое молчание повисло в комнате. Всё это время она пыталась убедить себя, что она сильная, что она может справиться, но здесь, в этом доме, с этими людьми, она чувствовала себя потерянной. Она скучала по своему старому дому, по тому, как всё было просто. Но теперь её мир стал другим, и она не знала, что с этим делать. Когда Белла спустилась в зал к вечеру, Чарли уже был на кухне, готовя ужин. Он старался быть внимательным, но его глаза не могли скрыть того беспокойства, которое он ощущал, когда его дочь не была с ним в полной мере, старается скрыть свою обеспокоенность. — Как ты? Белла молчала некоторое время, и её взгляд скользнул по столу. Ужасное чувство тоски охватило её, как будто она не могла вернуться домой, не могла вернуться в ту жизнь, которая была раньше. Всё казалось чужим и далёким. — Всё нормально, — ответила она, но её голос был пустым. — Просто немного устала. Чарли ничего не сказал. Он, как и всегда, пытался не давить на неё, но её молчание не ускользнуло от его внимания. Он мог бы спросить, но что толку? Он знал, что она не расскажет. Он привык к её молчанию, но оно всё равно его беспокоило. — Я сделаю ужин, — сказал он, с трудом отрывая взгляд от неё. — Садись, я принёс рыбу, тебе понравится. Белла просто кивнула и села за стол. Она понимала, что Чарли, как и она сама, ощущал эту пустоту. Всё вокруг было как будто на грани, как что-то, что вот-вот развалится, и не было никакого пути назад. Ужин прошёл в тягостной тишине. Белла не могла избавиться от чувства, что всё, что происходило с ней, и что происходит с её жизнью, не имеет смысла. Она хотела, чтобы всё вернулось, но не знала, как. Она не могла остановить этот поток событий, этот новый мир, в который она погрузилась. Когда ужин был закончен, Чарли, заметив её молчание, встал и положил руку на её плечо. Он ничего не сказал, но его присутствие, хотя и было привычным, всё равно приносило Белле немного утешения. Она знала, что он не сможет ей помочь, что он не сможет вернуть то, что она потеряла, но в этом простом жесте было что-то такое, что заставляло её не чувствовать себя полностью одинокой. Она кивнула ему, и, несмотря на всю тяжесть, что лежала на её сердце, она чувствовала, что, возможно, даже в этом новом, страшном мире есть место для чего-то хорошего. Может быть, это не всё потеряно. Может быть, ещё есть шанс вернуть хотя бы кусочек того мира, который она когда-то знала.