Часть 1

Когда Джон вернулся в мотель, переполох был в самом разгаре. — В номерах не допускается никаких домашних животных! — рявкнула ему хозяйка мотеля со своим неопределяемым акцентом. Она торчала возле двери его номера, удерживая до трясучки разгавкавшегося добермана, охраняющего мотель. Поморщившись, Джон вылез из машины. Он оставил мальчишек в номере одних… неужели они нашли какую-то животину и притащили в мотель как питомца? — Извините, но домашних животных у нас нет. — Да что вы говорите? Они моему Фитци носик поцарапали! Вы оставили питомцев в комнате без присмотра! Если они там нагадят, за уборку номера сами будете платить! Примирительно выставив ладони перед собой, Джон заверил хозяйку, что любую возникшую проблему он решит. Бормоча что-то о приютах для животных, хозяйка удалилась вместе со своим псом. Какого хрена вы там замутили, парни? Подойдя к двери, Джон прислушался. — Ч-ш-ш, кто-то пришел! — Если снова тот пес, на этот раз я его кастрирую! Голоса были как у Сэма и Дина, но… но не совсем. Джон открыл дверь. На одной из кроватей в смятых одеялах сидели два котенка. И никаких следов Сэма с Дином. Котята были беспородными, Джон не имел понятия, как назывался их беспорядочный пятнисто-полосатый по белому фону окрас. Один котенок стоял, вызывающе таращась на Джона в стиле «только попробуй, тронь!», второй выглядывал из-за его спины. https://i1.imageban.ru/out/2021/12/16/b6cbf1f3178cca5cf2960137fa2ab9f3.png Сердитый котенок обмяк. И заговорил. — Ой! Это всего лишь папа! Сэмми, все в порядке. — А я и не пугался, — буркнул второй котенок, выходя из-за спины первого и небрежно потягиваясь. Джон заморгал. Котята говорили голосами его сыновей. Так, ладно, это не самое странное из того, что с ними случалось. Хотя довольно близко к рекорду. Он повернулся и закрыл дверь. И немедленно обнаружил, что лодыжки подверглись атаке. То есть не совсем атаке — сыновья бодали его ноги и трепали шнурки ботинок. Джон криво усмехнулся, наблюдая за этим. Выглядели они чертовски мило, но все равно — это было совершенно неправильно. — Ну-ка, парни, брысь обратно на кровать, пока я на вас не наступил. Дин и Сэм, подпрыгнув и вцепившись когтями в мотельные одеяла, вскарабкались на них и уселись перед лицом Джона. — Итак. Я слышал, вы поцарапали хозяйкиного добермана? — Он гавкал на Сэмми! Мне пришлось, папа! Он был словно какой-то Куджо. — Я бы и сам с ним справился, — сказал Сэм, очень тщательно намывая себя лапой. — Ты не справился бы! Ты смог только… — Дин вздыбил шерсть, увеличившись вдвое, и зашипел. — А он все лаял на тебя и пускал слюни! А я такой… — котенок с воем подрал когтями воздух перед собой. — А он потом только: «Уиау! Уиау!» — и Дин запрыгал по кровати. Котенок Сэм захихикал. — Это было круто, ага! Джон многозначительно откашлялся. — А? Э… Извини, пап, — Дин уселся на постели, поставив рядышком передние лапки и обвив их хвостом. — Так, мальчики. Вы знаете, отчего стали, хм… котятами? — Не-а! — Сэм, опрокинувшись на спину, махал в воздухе лапами, играя с пылинками, пляшущими в солнечном луче. — Но это так весело! Кончик хвоста у Дина дернулся. — Я не знаю, папа. Мы вроде бы задремали, когда мультики смотрели. А потом проснулись — и бумс! Мяу-сити. Джон нахмурился. — Не помню никаких ведьм или заклинателей, которых я зат… — он бросил взгляд на огромные пушистые сыновьи уши, — э… которым я досадил настолько, чтобы они сотворили нечто подобное. Сэм отвлекся от пылинок и стал с хищным видом примериваться к подергивающемуся хвосту Дина. Тот притворялся, что не замечает. — И что мы будем делать? — Для начала мы… то есть, я — соберемся. Нам надо съехать отсюда, пока хозяйка не вызвала службу контроля за опасными животными. Теми животными, которые атаковали ее драгоценного сторожевого пса. Дин уткнулся взглядом себе в лапы. — Прости, пап. — Не извиняйся, не надо. Уверен, псина заслужила. Сэм насторожил уши, его зад зашевелился, сигнализируя о близкой атаке на дергающийся хвост брата. Дин по-прежнему делал вид, что ничего не замечает. — Как только соберем все и убедимся, что комната чиста, отправимся прямо к Бобби. Сэм резко сел, глаза его загорелись. — К дяде Бобби? Дин тут же воспользовался случаем и с театральным рычанием бросился на брата. Сэм подскочил на полфута вверх, потом захихикал и отпрыгнул за тумбочку. Джон вздохнул и приступил к сборам. ******* Как оказалось, заклятие не ограничилось превращением человеческих детенышей в говорящих котят. Сэм и Дин заснули на заднем сиденье в обнимку, свернувшись в пушистый клубок, а когда Джон посмотрел на них в следующий раз… м-да. Котята — это было плохо. А так еще хуже, и намного. — Да не трогаю я тебя! — прощебетал на заднем сиденье слишком высокий, но все равно безошибочно узнаваемый голос Сэмми. — Прекрати! — прочирикал Дин. https://i3.imageban.ru/out/2021/12/16/de319aa7e7f6728f9cd1befe25af87d3.png — Но Ди-и-и-ин! — тоненький голос Сэма завибрировал где-то за головой Джона, и тот почувствовал, как на затылке волосы взъерошиваются от быстрых взмахов крохотных Сэмовых крылышек. Он размытым пятном мелькал взад-вперед по воздушному пространству над задним сиденьем машины. — Я!.. — … не!.. — … трогаю!.. — … тебя! — Да ну? — Да! Я вообще ничего не трогаю! — Умник! Вот я тебя сейчас… И два тоненьких голоса затерялись в звуках, напоминающих шум мотогонки, происходящей в воздухе, — суетливый шорох маленьких крыльев заполнил все пространство над задним сиденьем. Окна в машине были закрыты, но меньше всего Джону хотелось, чтобы кто-то из его сыновей с птичьими — сейчас в буквальном смысле слова — мозгами врезался в лобовое стекло и вырубился или вообще сломал свою идиотскую шейку. Или влетел Джону в затылок, отправив в кювет их всех. — Тихо! Вы оба! Быстро куда-нибудь сели и успокоились! — Да, сэр! — Да, папа! Джон посмотрел в зеркало заднего вида на двух слегка смущенного вида крошечных красногорлых птичек, которые трепали друг друга и пихались крылышками. Дать своим сыновьям-колибри вместо еды на последней остановке кока-колу было очень плохой идеей. Но мальчишки были голодны, а немногое, что Джон знал о колибри, сводилось к тому, что им «надо постоянно питаться сладким». Что метаболизм колибри с кофеином несовместим, он не знал, хотя мог бы и догадаться вообще-то. — Мальчики, может, попытаетесь немного поспать? Может, тогда превратитесь во что-то другое. — Янемгуспать, слишком нрвничью!!! — просвиристел Сэмми. Дин, чуть подпрыгнув, изобразил движение, похожее на кивок. — Папа, у меня такое чувство, как будто я сейчас взорвусь. — И я! И у меня! И я! И у меня! Джон огляделся — они ехали по сельской местности, по проселочной дороге, на которой почти не было автомобилей, кроме машин местных фермеров. Насколько хватало глаз, по обе стороны тянулись поля, засеянные чем-то цветущим ярко-желтыми цветочками. — Знаете что, парни? Мне не помешает чуть передохнуть. Мы можем остановиться здесь ненадолго, и вы, мальчики, э… Полетайте вокруг немного, сбросьте энергию. А потом мы поедем дальне. Хорошо? — Ой, да, пжалста-пжалста-пжалста, пап! Дин, изображая кивок, опять подпрыгнул, но промахнулся, садясь, и заскользил по спинке сиденья вниз. На середине он захлопал крылышками и воспарил. Джон остановил машину и повернулся к заднему сиденью. — Правила будут такие. Далеко не улетать, оставаться в пределах моей видимости. Помните, мальчики, сейчас вы совсем крошечные. Так что чем ближе будете ко мне, тем лучше. Зададим радиус в сто ярдов. Увидите ястреба или другую большую птицу, любую хищную птицу — немедленно летите обратно в машину. Окно я оставлю открытым настолько, чтобы вы могли влететь внутрь. Если почувствуете себя усталыми и сонными — возвращайтесь сразу, потому что кто знает, во что вы опять превратитесь. Времени вам — полчаса максимум. Все поняли? — Да, сэр! — хором прощебетали они. Джон опустил стекло на четыре дюйма, и мальчики вылетели из окна прямо в небо. Он посмотрел, как сыновья гоняются друг за другом, как ныряют в цветущее поле и выныривают обратно, кружась в воздухе; их пронзительное хихиканье долетало до него вместе с ветром. Джон улыбнулся и подумал, что, если не брать в расчет общую странность происходящего, все же восемь и двенадцать лет — лучший возраст, чтобы научиться летать. Джон смотрел, как его мальчишки, с невидимыми в солнечном свете крыльями, стремительно носятся над полями. Он надеялся, что Бобби услышит оставленное ему на автоответчике сообщение. Сингер уже не так часто занимался охотой в полевых условиях, но, на их удачу, сейчас был на выезде. Еще примерно час — и они доедут до него. Как только мальчики налетаются. Как ни старался Джон бодрствовать, все же у него не вышло — перед возвращением в мотель он не спал всю ночь и очень устал. Наблюдая за полетом сыновей, он незаметно задремал. ******* — Пап? — Папа? — Эй, папа? — Па-а-а-а-ап?! Джон фыркнул и посмотрел на приоткрытое окно, где, наклонив к нему головы, сидели Сэм и Дин. — Ну чего? — Э… — Дин чуть тряхнул головой. — Полчаса уже прошло. И ты… ты сейчас морж. — Что? — рявкнул Джон и потянулся к зеркалу заднего вида. И обнаружил, что ластом его не достать. Ластом. — Епонский!.. Сэмми подскакивал на своем насесте. — Дин, папа — не морж! У моржей бивни, и моржи большие, гораздо больше машины. Папа — тюлень. — Да без разницы, — отмахнулся крылом Дин. — Гм… пап? Если ты теперь тюлень, то как мы поедем к дяде Бобби? Как мы вернемся обратно в нормальный вид? Джон дотянулся, чтобы увидеть себя в зеркале. Гладкий серый мех, морда с жесткими белыми усами, торчащими по обе стороны от черного носа. Взгляд больших и блестящих черных глаз светился печалью. Тюлень. Епонский городовой. https://i6.imageban.ru/out/2021/12/16/a0559561384cbe4660c5b4478ea84130.png — Не знаю, — Джон посмотрел на бледный мех своего живота и нижние ласты, болтающиеся в воздухе над педалями Импалы. — Действительно не знаю. — Папа, а ты можешь вылезти? Джон забарахтался и сполз под рулевое колесо, чтобы достать до ручки двери. Хоть какая-то радость — дверь Импалы изнутри можно открыть даже ластом. Он толкнул рычажок вниз. Не открылось. Толкнул еще раз. Опять ничего. Джон обернулся и посмотрел на сыновей, сидящих на краю оконного стекла, потом перевел взгляд на замок машинной двери. Тот был заблокирован. С какой стати он заблокировал дверь? Джон посмотрел на дверь с пассажирской стороны. Тоже заперто. Подпрыгнув, он вылез из-под руля и снова умостился на водительском сиденье. — Гм. Похоже, ребята, я в машине застрял. Сэм вспорхнул и завис в окне. — Тебе надо заснуть. Может, тогда превратишься в кого-то, кто может водить машину? Джон повозился, устраиваясь на переднем сиденье в более подобающей тюленю позе, от которой его спина не сломается. — И сколько шансов на такое? — Я мог бы слетать за Бобби, — сказал Дин, вытягиваясь в струнку на краю окна, — Позвать, чтобы он приехал сюда. — И я, я тоже могу, — зачирикал Сэмми. Дин бросил быстрый взгляд на брата. — Я могу тоже, Дин! — Нет, — рыкнул Джон. — Ну, папа! Мы сможем! Мы можем летать очень быстро! — крикнул Сэмми и продемонстрировал это, облетев машину за долю секунды. — И мы сможем полететь туда напрямую, это будет быстрее, потому что не вдоль шоссе, — добавил Дин. — И я… у меня есть такое чувство… Как компас в голове. Я знаю, вот здесь… — Дин метнулся вперед, к капоту Импалы, и снова назад, к окну, — … будет север. Если ты мне скажешь, где направление на дом Бобби, я туда долечу и не заблужусь. — И я! — Я сказал — нет, — Джон начал шарить носом по машине. — Говорящие колибри? Если даже вас не поймает в дороге какой-нибудь хищник, так сам Бобби пристрелит. Дин влетел в открытое окно и завис в воздухе над рулем. — Папа, мы быстрые, и мы можем летать зигзагами. Он ни за что в нас не попадет. — Ответ по-прежнему отрицательный, Дин, — Джон шлепнул ластами о спинку переднего сиденья, привстав на дыбы, чтобы оглядеть заднее. Двери сзади тоже были заблокированы. Какого черта? И тут он вспомнил. Мальчики были котятами, когда он положил их на заднее сиденье. Он запер все двери и пошел рассчитываться с хозяйкой мотеля. Не хотелось, чтобы кто-то мальчишек увидел и забрал или выпустил из машины. А потом никто двери не открывал, мальчики вылетали не через них. И он, похоже, запер свою дверь, когда заснул — соскользнул плечом по обивке, нажав на стопор. Где-то перед превращением в тюленя. Джон шлепнул себя ластом по морде. У него разболелась голова, и не на шутку хотелось пить. Неважно чего, только бы напиться. — Что ты ищешь, папа? — Сэмми снова присел на край открытого окна. — Как выйти. Или что-то, чем можно открыть дверь. Или что-нибудь попить. Сильно пить хочется. Дин взмыл в воздух. — Как сильно? Джон моргнул — глаза у него словно песком засыпало. — Так сильно, что больше ни о чем думать не могу. Дин облетел вокруг него и уселся на спинку сиденья, скачками подобравшись вплотную к щелевидному слуховому отверстию тюленя. — Пап? Ты, ну… ты морское животное. Тебе жить требуется в океане, а ты застрял в черной машине на проселочной дороге Вайоминга. Нам надо срочно лететь за Бобби! — Дин… — Папа, мы не можем водить машину, мы не можем открыть двери, мы даже оконное стекло опустить до конца вниз не можем! Мы не можем отвезти тебя к океану. А если мы уснем, то вообще неизвестно в кого превратимся. Джон попытался придумать какой-нибудь аргумент, но все его мысли крутились вокруг куда-то пропавшей чертовой фляги со святой водой. Куда она делась, когда он превратился в тюленя? Потому что сейчас она бы пришлась очень кстати. — Папа? Я и Сэмми прямо сейчас можем полететь. А то вдруг потом превратимся в кого-то, кто летать не умеет? Папа, я смогу! И я пригляжу за Сэмми. Мы осторожненько, клянусь! — Дин серьезно наклонил свою круглую маленькую головку. Он переминался с лапки на лапку, вцепляясь крошечными коготками в спинку сиденья. Он беспокоился. Джон фыркнул, усы его зашевелились. Он повернул голову и посмотрел на Сэма. Тот метался туда-сюда через приоткрытое окно, делая вид, что вовсе не подслушивает их разговор. Джон повернулся обратно и обнаружил перед собой Дина, зависшего в воздухе. — Папа, ну пожалуйста. Разреши мне помочь? Джон положил подбородок на спинку сиденья. — Дом Бобби… — он открыл и снова закрыл пересохшую пасть, чмокнув своими мохнатыми губами. — Отсюда дом Бобби находится примерно на северо-востоке. Если вы увидите военную базу, значит, залетели слишком далеко. Скажете Бобби, что машина стоит на Секшен Лайн Роуд, съезд с 450 шоссе к западу от Ньюкасла. — Хорошо, папа. — Дин… — Джон приподнял ласт, словно собрался положить сыну на плечо руку, но тут же сообразил, что ласты для таких жестов непригодны, да и плеч у Дина сейчас точно нет. Он уперся ластом в спинку сиденья. — Да, пап? — Летите очень низко. Берегись хищников и оберегай своего брата, хорошо? — Да, сэр! — чирикнул Дин. — Сэмми, полетели! Джон проводил глазами сыновей, вылетевших в окно, и нырнул вниз, в тень под пассажирским сиденьем. ******* Бобби снимал прокладку крышки клапанной коробки, засунув голову под капот «Вольво» 78-го года выпуска, когда услышал быстро приближающийся высокий пронзительный звук. Что-то в нем было знакомое. Немного походило на… — Дядя Бобби-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и! Нечто крошечное и быстрое, вереща, пронеслось мимо Бобби на чертовски высокой, насколько он мог судить, скорости. Другое маленькое нечто нырнуло под капот, обогнуло в полете стойку крышки и снова вылетело наружу. — Что за… — Бобби потянулся к ящику с инструментами, где лежал пистолет. — Дядя Бобби! Дядя Бобби! Это мы! — оглянувшись, Бобби увидел зависшего в паре футов от его лица колибри. Говорящего колибри. Со знакомым голосом. — Не стреляй! — Как классно было! Ух!!! — прощебетало первое маленькое существо, пролетевшее мимо. Тоже колибри. Тоже говорящий. И тоже знакомым голосом. Внезапно странное и туманное телефонное послание Джона Винчестера обрело смысл. — Дин? Сэм? — Привет, дядь Бобби! — это чирикнул Сэм. На секунду он приблизился к его лицу, укрупнившись, и сразу же отпрянул назад, не прекращая чирикать что-то, чего Бобби уже не мог разобрать. — Эй, кто превратил вас в отходы Диснеевских мультиков? Вы похожи на тех, кто наряжал Золушку к балу. Где ваш отец? — Папа послал нас тебя спросить, а сам папа… — Сэм снова пронесся мимо. — Папа застрял в машине! А мы обогнали поезд! Сингер вздрогнул — Дин влетел ему под козырек кепки. Ветерок от его крошечных крыльев заставил Бобби прищуриться. — Сэмми не очень понимает, что папа на самом деле в опасности, он просто решил, что мы устроили гонки, а папа застрял. Но папа действительно может умереть! Дядя Бобби, пожалуйста! Ты должен сейчас же поехать ему помочь! — Постой-ка, что случилось с вашим отцом? — Он застрял в машине на дороге, э-э-э… на Секшен Лайн Роуд, съезд с 450 шоссе к западу от Ньюкасла. Он тюлень, и он… — Тюлень? Дин затрепетал в воздухе. — Тюлень, который в океане живет! А там нет воды, и он застрял в машине и очень пить хочет! — Ладно, ладно, сейчас кое-что возьму, и мы поедем к нему. Хорошо? — Только скорей, пожалуйста! Сэмми! Быстро в эвакуатор! ******* Июньская жара в Вайоминге — плохое время года для тюленя. Джон не превратился в кого-то, кому смерть от обезвоживания не грозила, потому что так и не заснул. Не мог он заснуть, пока его мальчики крошечными птичками летели где-то в мире, полном ястребов и орлов, и реактивных двигателей, и лобовых стекол автомобилей, и обрезов Бобби, и… Джон едва услышал гул подъехавшего грузовичка. Дверь Импалы распахнулась, и он внезапно обнаружил себя вывалившимся прямо в объятия Бобби. — Ну и тяжелый же ты сукин сын, Джон Винчестер, — пропыхтел тот, и, пошатываясь, поволок его к своему эвакуатору. — Кх… де мальчики? — прохрипел Джон. — Спят в кабине. — Бобби локтем распахнул дверь с пассажирской стороны пошире. Джон повернул голову и моргнул слипшимися веками, пытаясь разглядеть двух маленьких колибри, дремлющих в запасной водительской кепке, пристегнутой задним ремешком к сиденью. — Полет их вымотал. Неудивительно, на такую-то дистанцию. — Бобби, стараясь не брызнуть на спящих птичек, засунул Джона в большой ящик-холодильник, стоявший перед пассажирским сиденьем. Ящик был наполнен водой — соленой водой. Джон опустил голову в воду и стал пить. Он пил и пил, и остановился только когда забеспокоился, как бы не выпить всю воду, в которой он сидел. Тогда он вынул голову из воды и приподнялся в ящике, чтобы посмотреть на мальчиков. Те просто спали, ничего страшного. Один во сне вздрогнул, взъерошив перышки. Джон соскользнул обратно в ящик. К чести Бобби надо сказать, что он не позволил себе ни смешка до тех пор, пока Импала не была закреплена на эвакуаторе. Потом он сел за руль — и ухмыльнулся. — Знаешь, Джон, я всегда думал, что ты морской котик , а не тюлень. — Заткнись, Сингер, — рыкнул Джон и снова спрятал голову под воду. — На здоровье, — сказал Бобби и включил передачу. — И кого же на этот раз ты так чертовски взбесил, а, Винчестер? — Никого, насколько мне известно, — Джон скользнул на дно ящика. — Я думал, ты сможешь разобраться в этом. — Повстречался с каким-нибудь ацтекским бесом? — Нет. Хотя пару лет назад была какая-то мелкая болотная нечисть. Бобби хмыкнул. — Тот был не ацтекский. И даже не бес. А на пикси ты не наступал? — Если и было, то я не в курсе. — На что ты охотился, когда это началось? — На призрака. Рядовое «посолить и сжечь» в нескольких милях от Лас-Вегаса. — Призрак случайно не гринписовцем был? — Нет, просто водитель бетономешалки. — Угу. Бобби притормозил перед знаком «СТОП», посмотрел на пассажирское сиденье, потом еще раз посмотрел. — Папа! — рыжая мордочка с висячими ушами свесилась с края сиденья, глядя на Джона. — Привет, Дин, — Джона слегка встревожило то, как легко он узнал в щенке сына. — С тобой все хорошо, пап? — Все нормально. Дин высунул язык и быстро лизнул отца в морду, потом отдернулся. — Ой, извини, пап! Это само собой получилось. Джон улыбнулся. Как выглядит при этом морда тюленя, он не знал, но по ощущениям — улыбалась. — Все нормально. Я не против. — Дин! Я застрял, помоги! — это протявкал Сэмми. Дин скрылся за краем сиденья. Джон приподнялся в ящике с водой и увидел, что Сэм, заполнивший своим телом запасную кепку Бобби, запутался задней ногой в ремне безопасности. Дин ухватил ремень зубами и рычал на него. Бобби сидел, ошарашенно хлопая глазами на внезапно появившихся в эвакуаторе щенков. Потом включил аварийку и стал высвобождать Сэмову лапу. — Я даже не заметил, как это случилось. Они превратились из птиц в щенков мгновенно. — Это поможет тебе разгадать причину всего этого? Бобби выключил аварийку и повел машину через перекресток. — Возможно. ******* Прудик скрывался за окраиной автосвалки. Бобби присел на корточки у кромки воды, а Джон подплыл к берегу. — Слушай, у меня на кухне есть банка сардин, ты не… — Иди нафиг, Сингер, — буркнул Джон. — Ты уже сообразил, какого дьявола тут творится? Бобби снял кепку и почесал голову. — Насколько я понял, это нечто, именуемое «природной магией». Отчего такие вот невероятные беспричинные вещи иногда происходят, никто не знает. Насколько я могу судить, случай с тобой — наихудший из зарегистрированных до сего времени. Морда у Джона скривилась, как от кислятины, усы раздраженно вздрогнули. — Как лестно, вот спасибо-то. — Это случается периодически, как пятна на солнце. Последняя серия вспышек природной магии была в шестидесятых. В основном в кампусах колледжей, так что особого внимания никто не обратил. Джон фыркнул. — Просто происходит? Бобби пожал плечами. — Похоже, вселенная периодически решает, что в мире маловато сверхъестественной фигни, и вываливает кучу на какого-нибудь бедолагу. Или на какого-нибудь бедолагу и его семью. — Но как мы угодили в… — Джон указал на себя ластом. — Что за передозировка сверхъестественной фигни? Бобби пожал плечами. — Ты охотник. Вселенной пришлось как следует постараться, чтобы навалить в твою жизнь сверхъестественной фигни больше, чем в ней обычно есть. — Зашибись. И как нам с этим покончить? — Никак. Оно закончится само по себе. — И когда? — Через пару дней, возможно? — Бобби снова пожал плечами. — Пару дней? — рявкнул Джон. — Мне придется плюхаться в этой луже еще несколько дней? — Полагаю, ты превратишься во что-то менее склонное к плюханью в луже, когда заснешь. — Я не могу здесь заснуть! Слишком открыто, и вода неправильная! — Джон шлепнул ластом по поверхности пруда, обрызгав сапоги Бобби зеленоватой жижей. — Ты сам сказал, что предпочитаешь побыть снаружи. — Я передумал. Это нелепо, — Джон выбрался из пруда и заковылял в сторону дома Бобби. — Я забираю твою гостевую ванну. Бобби, ухмыляясь, пошел обратно в дом следом за своим неповоротливым водоплавающим другом. — Как скажешь. Никаких гостей у меня больше не ожидается. Пока Джон шлепал по двору свалки, мимо промчался Дин. Увидев отца, он резко остановился, и лапы у него разъехались. — Дин, — кивнул ему Джон. — Привет, пап! А дядя Бобби, что… Вуф! — рыжий с развевающимися ушами клубок Сэма вылетел из-за угла и врезался в Дина головой; оба кувырком полетели по пыльному двору, словно пушистое перекати-поле. — Попался, Дин! Я осалил, тебе водить! Ой. Привет, пап! — щенки распутались, Дин уселся на задние лапы, а Сэм плюхнулся на пузо. https://i7.imageban.ru/out/2021/12/16/3ad5c8bee3a46c93cd445114243c9b01.png — Парни, надеюсь, Бобби не за что вас упрекнуть? — Нет, сэр! — хором пролаяли мальчики. Бобби улыбнулся и потрепал их по ушам. — От них никаких хлопот. Сэмми хихикнул и перевернулся на спину, подняв клуб пыли. — Хорошо. Послушайте, Бобби считает, что все это через несколько дней пройдет само, так что нам просто нужно набраться терпения и подождать. Понятно? — Да, папа! — тявкнул Дин и вильнул хвостом. — Ага! — взвизгнул Сэмми. Он вскочил на ноги и атаковал уши Дина. — Я тебя щас осалю! Джон вздохнул и вперевалку продолжил свой путь в дом Бобби. Он уже снова чувствовал себя обезвоженным. Радостный сыновний лай растворялся на фоне летнего гомона. — Эй! Если ты меня осалишь, значит, снова водишь ты, а сейчас моя очередь водить! — Так нечестно! Я папу позову, пусть он решает! Бобби последовал за Джоном в дом, перекрыв свет в дверном проеме. — Затащить тебя вверх по лестнице? — ухмыльнувшись, предложил он. Джон уставился на Бобби. Потом перевел взгляд на лестницу и вздохнул опять. — Если хочешь. — Но мой счет мануальному терапевту оплатишь ты. ******* Стукнув в дверь, Бобби просунул в ванную комнату голову. — Ты в приличном виде? Джон фыркнул. От его носа в ванне струйкой поднялись пузырьки. Он завозился, расплескивая соленую воду, чтобы развернуться мордой в сторону Бобби. — Что они там натворили? — Джон мотнул головой на окошко, откуда доносился шум, производимый его сыновьями-щенками, игравшими во дворе. Бобби поднял брови. — Ничего особенного для щенков. Разве что съели фунт гамбургера на двоих. Он поставил на бортик ванны открытую банку сардин. — Вот. Думаю, ты проголодался. Джон посмотрел на банку и отвернулся с таким видом, словно запах от нее не был самым распрекрасным в этом чертовом мире. — Нет, спасибо. — Джон, не обязательно относиться ко всему этому так. — Как? — Дуться, как жалкий говнюк без чувства юмора? — Я так понимаю, ты собрался мне поведать, что природная магия выпадает на долю только жалких говнюков без чувства юмора? И что таким типам следует отпустить вожжи, расслабиться и «подурачиться», и тогда все это закончится? — Нет, оно происходит совершенно случайным образом среди усредненной статистической выборки жалких говнюков без чувства юмора, — Бобби присел на край ванны. — Но это не зло и не добро. Это просто случилось. Твои сыновья веселятся на славу. И если честно — я тоже. — Ага, тебе-то что, это ведь не ты стал ластоногим. Бобби усмехнулся. — Это точно. Но взгляни с другой стороны — оно случилось и ничего не изменить. Тебе все равно еще несколько дней отсиживаться на скамейке запасных, так почему бы не извлечь из ситуации максимум приятного? — Это неестественно. — Строго говоря, оно вполне естественно, ведь нет ничего естественнее природной магии. Джон уставился на банку с сардинами. — Джон Винчестер, ты можешь побыть жалким говнюком в любое время, почему бы для разнообразия не побыть сейчас кем-то другим? Джон фыркнул еще раз. — В общем, тебе решать. — Бобби вышел из ванной комнаты. Джон рассеянно съел сардины из банки и погрузился в соленую воду. ******* Бобби снова влез под капот «Вольво» 78-го года, усмехаясь проделкам Сэма и Дина. Те гонялись друг за другом, что-то вынюхивали в сорной траве и преследовали бабочек-капустниц. Может, ему пора завести собаку. Присматривать за щенками — это, конечно, замечательно, но на свалке нужна собака. Сетчатая дверь дома Бобби распахнулась с треском. Подняв взгляд, он увидел золотистого ретривера. Бобби ухмыльнулся и помахал ему рукой — похоже, Джон в ванне задремал. Золотистый ретривер — для него самое то. https://i5.imageban.ru/out/2021/12/16/ca58f30393421ff12bb72cdb2b63388e.png Некоторое время Джон наблюдал, как Дин и Сэм носятся взад-вперед, а потом гавкнул: — А ну-ка, хватит! Сэм и Дин резко затормозили, налетев друг на друга, и уставились на него. — Ух ты! — Ой, пап! Ты… Мальчики замолчали, когда Джон, с которого все еще текло, воззрился на них. — Не знаю, парни, кто из вас сейчас кого осалил… Сэм с Дином переглянулись в замешательстве и насторожили уши. — … но сейчас водить буду… я! Хвост Сэма бешено заколотил по земле. — Серьезно, пап? — тявкнул Дин. — Ну, чего дожидаетесь? Даю вам пять секунд форы! Одна… Оба щенка, хохоча, побежали прятаться, скрывшись в клубах пыли. Бобби ухмыльнулся. — Видишь? — крикнул он Джону через весь двор. — Иногда повеселиться совсем неплохо, а? Джон все еще был мокрый, хоть выжимай; он потрусил к Бобби и, приблизившись, изо всех сил встряхнулся. С пышной рыжей шерсти, сверкая, сорвалось облако мелких брызг, окутав Бобби запахом мокрой псины. — Тоже мне, напугал! — сплюнул Бобби, глядя на Джона, вывалившего язык. Джон побежал искать своих мальчишек; хвост его махал из стороны в сторону, мех высыхал на теплом солнце. Бобби улыбнулся, а потом опять переключился на «Вольво», прислушиваясь к шумным играм семьи Винчестеров.