17. Нет твоей вины

Арсений ходил по рынку вместе с родителями Яны и носил прозрачные пакеты с помидорами, персиками, клубникой. Он почти не разговаривал. Отвечал односложно. То, что он увидел вчера, потрясло его до глубины души. Не смог посмотреть и десяти секунд видео. Выключил компьютер и лёг спать, даже ничего не говоря жене. Из-за этого у них случилась лёгкая ссора с утра, но мужчина сразу извинился. Попросил не давить на него с расспросами. Зинаида Петровна ходила среди прилавков с зеленью. Её плетеная белая панамка отдавала на плечи сетчатую тень. Лёгкая ткань платья в мелкий цветочек струилась по телу. На руках явно проступали морщины, ноги всё больше покрывались пигментными пятнами. Старость брала своё. Но только не разум. Энергичная и веселая женщина была готова хоть сейчас совершить кругосветное путешествие. Её муж, Виктор Анатольевич, был менее активным, но более серьезным. Реально смотрел на вещи и никогда не строил иллюзий. Жил одним днём и не ждал от жизни большего. Из-за чего у них случались на этой почве лёгкие размолвки. Но Виктор Анатольевич, будучи мудрым человеком, всегда уступал жене. И вот сейчас, он шел вместе с Арсением, нес пакеты с капустой и огурцами, и устало вздыхал. Солнце поднималось всё выше и припекало всё сильнее. Мужчины явно не были рады такой поездке. Одна лишь Зинаида Петровна ходила по рядам и высматривала свежую зелень. — Арсюш, — обратилась она, отдавая очередной пакет, — ты нас сейчас домой отвезешь, может на чай хотя бы останешься? — они плавно двигались в сторону выхода на парковку. — Зинаида Петровна, я не могу. Мне ехать на работу ещё. — Работа-работа, о детях пора бы подумать, — по-доброму улыбалась, смотря снизу вверх на высокого зятя. Мужчина прекрасно понимал, что родителям хочется внуков, а жизнь уже не так длинна, как кажется. Поэтому ответил максимально просто. — Мы как раз работаем над этим, — а в голове было «у меня сын-подросток с травмированной психикой и беременная жена. О чем ещё нам думать?» Они сели в машину и поехали к дому. Зинаида Петровна почти всю дорогу рассказывала про то, какой она купила чудо-массажер. Буквально от всего, а главное - дешево. Арсений не мог впитывать информацию. Голова была забита совсем другим. Попрощавшись с родителями, он решил набрать номер друга. — Кость, привет. Занят? — выехал со двора на главную дорогу. Держал руль двумя руками и разговаривал по громкой связи. Не привык в машине держать телефон рукой. — Привет, работаю, а что случилось? — в трубке был слышан шум офиса. — Хотел встретиться на обеде… или вечером с Яной ещё… не знаю. В себе не могу держать. — Что случилось? — хлопнула дверь, и шум прекратился. — Я вскрыл вчера коробку, которую дети нашли в лагере. — И? Софи у меня спрашивала что там с ней. — Я не могу им сказать об этом. Мне нужно сначала с вами посоветоваться. — Так. Забирай вечером Яну и ко мне. Возле офиса хороший ресторан есть. Перекусим. Ты, кстати, своего не планируешь куда-то отвезти? — Нет, а что? — Я просто подумал, чтобы детей сплавить на недельку в деревню к моим. Там им заняться есть чем: козы, куры, домино. Жизнь без интернета. — Мы поедем к своим. Знакомить нужно. А потом, нам к психологу ходить. — Аааа. Точно-точно. Ну как он? — Нормально, — заехал на парковку своего дома и остался сидеть в машине, поставив кондиционер побольше, — не конфликтный и послушный. Меня это напрягает. Словно затишье перед бурей. — Хочешь сказать, что скоро он начнет показывать характер? — Думаю, что да. Адаптируется, привыкнет к нам. Он вроде как привык уже, в общении нет зажатости, но я чувствую, что что-то не так. С недавних пор вроде начал называть нас «папа, мама». Сегодня утром снова по имени меня. Яну - мамой. — Ему тяжело перестроиться. Хочется иметь отца, но рана ещё свежая. — Ну, да. Да я не настаиваю. — Друг, я побегу, совещание начинается, — быстрее заговорил Костя. — Давай-давай. Вечером заедем к тебе. У меня один экзамен и около семи я освобожусь. — Хорошо, — положил трубку. Арсений выключил машину и вылез из неё. Забрал из багажника два пакета с рынка и направился домой. Антон открыл ему дверь и забрал сумки, заглядывая в них. — Клубника и картошка? — удивился он. — Да, а что? — снимал кроссовки. — Странный набор. Я думал, что на рынке обычно скупают всё. — Твоя бабушка так и делает, — пошел умываться. Антон убрал клубнику в холодильник, а картошку поставил в корзину для овощей. Арсений зашёл на кухню с мокрым лицом. Так хотя бы освежало. — А какие они? — поинтересовался парень, садясь на барный стул. — Кто? — не понял мужчина, приглаживая волосы. — Бабушка с дедушкой. — Они, — оперся локтями на стол и посмотрел ребенку прямо в глаза, — бабушка Зина добрая и веселая. Дедушка Витя строгий. С ним лучше не баловаться. Помню, — улыбнулся и посмотрел на стену, где висела фотография его с женой, — когда мы с Яной только познакомились, я приехал к ним знакомиться. Виктор Анатольевич отвел меня в сторону и сразу, с первых минут знакомства сказал: «обидишь мою дочь, я тебе всю жизнь сломаю». — Ого, — напрягся Антон, — и что, ты ни разу не обижал? — Жизнь - штука сложная и идеально прожить её невозможно. Конечно я обижал. Не так сказал, не так сделал. Но мы взрослые люди и решали проблемы сами. Она не бегала к родителям по каждому поводу. А самое главное, что наша личная жизнь - это наша личная жизнь. И посвящать в неё родителей со временем уже не обязательно. У них свои правила, по которым они живут, а у нас свои. Вот например, ты взрослый парень. Я не заставляю тебя делиться со мной всем, что происходит у тебя. Хотя мне было бы приятно это. Ты общаешься с Софией так, как этого хотите вы. Я могу лишь посоветовать, что её не нужно обижать, что нужно уважать и поддерживать, что иногда у девочек меняется настроение. Ты же знаешь почему оно меняется? — Ну, они более капризные. У них ещё есть эти… критические дни. — Да. Они очень влияют на настроение. — То есть, когда она плачет из-за ерунды, то значит у неё… — Да. Не всегда, конечно. Иногда ерунда для нас, может быть трагедией для неё и без месячных. — Девочки сложные, — улыбнулся. — Конечно. Именно поэтому отношения - это работа. И вот я тебе просто посоветовал, рассказал. Но так, как у тебя не было ещё опыта общения с девочками, то ты прислушаешься к моим словам. Я надеюсь на это. А если бы тебе было много лет, как мне, и родители начали говорить: «Арсюша, ты люби её, не говори ей плохих слов, делай то, что она хочет», это уже начинает раздражать. Я знаю, как мне общаться с человеком. Понимаю её состояние и настроение. И она это понимает. Мы оба общаемся так, как комфортно нам, а не нашим родителям. Да, мы ссоримся. И это нормально, в определенной степени. У нас разные взгляды и каждый отстаивает их. Главное потом находить компромисс. — Это когда находите что-то среднее? — Ну, почти. Вот тебе ситуация, — решил тоже присесть напротив сына, — я говорю, что мы едем на дачу, а она говорит, что мы едем на море. Случился конфликт. Она психует, я стараюсь не проявлять негативные эмоции. Как найти компромисс? — улыбнулся, смотря на сына, который сильно задумался. Видно было, что ребенок включил все свои извилины. Спустя несколько секунд, он ответил. — Наверное, нужно выбрать что-то одно. Потому что и туда, и туда мы не сможем поехать. — Таааак, — показывал интонацией, что парень размышляет верно. — Ну, если я скажу, что на море, то стану подкаблучником, — Арсений улыбнулся ещё шире, — а если поедем на дачу, то она будет недовольна. — Так как надо поступить? — На море? — грустно сморщился Антон. — Я бы дал ей сначала остыть от своих эмоций и никуда не поехал бы сразу. Женщины, как правило, импульсивны короткое время. К вечеру ей станет легче. А потом, если ты знаешь свою даму, то можешь помочь ей снять напряжение. — Секс? — поднял одну бровь наверх. Арсений засмеялся в голос. — Антоша мой, пока у тебя только да… только секс на уме. Но, это тоже вариант, хотя я имел в виду другое. С ней можно сходить в кафе. Девочки любят такое. Взять ей там бокальчик вина. Алкоголь подтупливает негатив и расслабляет. Но, — пригрозил пальцем, — ты до восемнадцати ни-ни. Понял? — тот кивнул, — и Софию не спаивать. — Почему всё о Софие? Может я не с ней?! — возмутился Антон. — Тош, — так нежно сказал отец, — я же не слепой. Я прекрасно вижу вашу дружбу. Как она на тебя смотрит, как ты на неё. Я не запрещаю, влюбляйтесь. Просто хочу предостеречь. Секс, алкоголь, наркотики, сигареты - это все зло, а особенно для детского организма. Ну, с сексом я перегнул, но для детей он зло. Потом не всегда. По ситуации. Не злись. — Лааааадно. Девочки выпить любят? — продолжил тему. — Ну, не все. А в целом да. И вот она успокоится от своих негативных эмоций и можно ей сказать, что на даче мы сможем пожарить вкусный шашлык, посидеть на улице и посчитать звезды. Что я могу поставить бассейн и она будет плавать одна, без всяких детей вокруг и орущих туристов. Вилла только для неё. — А потом, дача экономнее. Меньше денег потратим. — А вот этого говорить нельзя ни в коем случае. — Почему? — Зачем ты выставляешь себя человеком, который не может финансово вынести её желания? Ты должен быть сильным и умным. И если ты будешь направлять ваши отношения в правильное русло, то она будет отдавать тебе всю свою любовь. Ты думаешь о финансах, а она думает о любви и уюте. Ты сыт, чист, отглажен, обцелован. — Но она ведь тоже будет работать. Вон Яна. Она работает и тоже приносит деньги. — Она молодец. Но ты будешь в её глазах богом, если возьмёшь на себя всю финансовую ответственность за семью. — Ты так делаешь? — Да. Её деньги - это ее деньги. А мои деньги-это наши деньги. — Нихера себе! — возмутился, — это че мы за всех в доме должны работать? — Антош, ты подрастаешь и поймешь какой кайф, когда ты можешь позволить своей семье слетать на море, купить квартиру, машину. Это дорогие удовольствия. И если ты можешь это сделать, твоя женщина будет видеть в тебе настоящего мужчину. А тебе будет приятно. Тебе приятно, когда ты можешь позаботиться о маме? О Яне? — Да, — начал понимать, потому что сегодня шел отбивать маму от этого ухажера. — Вот. Яна на свои деньги несомненно покупает продукты, лекарства, химию и многое другое. Помимо того, что она работает, покупает на свои деньги всё для дома, она ещё и дома работает. Убирается, моет, стирает. — Мы же помогаем ей. — И это прекрасно. Потому что дома живём мы все вместе, значит и поддерживаем порядок все вместе. Антону позвонили. — Ща, — он спрыгнул со стула и побежал в комнату, закрыв за собой дверь. — Вот она, — прошептал на улыбке Арсений, — тайная подростковая жизнь. Вскоре Антон вышел из комнаты и сказал: — Па, я могу с Артемом в парк сходить? — Можешь. В девять дома, не позже. Никакого спорта, — голос стал строгим. Антон крикнул в трубку, что может и, не закрыв до конца дверь в комнату, начал переодеваться. Арсений проводил сына и посмотрел на часы. Время до работы ещё было достаточно. Глубоко вздохнув, он направился к себе в кабинет на балкон. Включил компьютер и увидел на паузе картину. Мужчина включил звук и нажал на плей. Сердце снова билось с нереальной скоростью. Руки дрожали. Глаза стали огромными и испуганными. Звук видео был просто ужасен и пробирал до мурашек. Не досмотрев видео до конца, Арсений включил другое. Там ещё хуже. Просматривая видео за видео, ему постепенно становилось всё тяжелее и тяжелее. Мужчина выключил компьютер спустя пол часа просмотра всех видео на флешке и лёг на кровать. Дышать было тяжело. Грудная клетка рвано поднималась и опускалась. Собравшись с силами, достал из комода тонометр. Измерил. Давление сильно высокое. Там же в аптечке нашел таблетки. Выпил две штуки и лёг. Поставил будильник через час. Глаза моментально закрылись. Антон гулял с лучшим другом по парку и общался. — Ты как? — спросил Артем, — а то меня не было долго. Улетал к родственникам в Париж. — Везет тебе, можешь в другие страны летать. А я теперь нет, — грустно сказал Антон. — Полетишь ещё. Лучше скажи, как они к тебе относятся. — Хорошо, — улыбнулся, — я впервые понял, что такое мама. Яна капец какая заботливая. Мне, кстати, через два часа к ней ехать уже. — Зачем? — поинтересовался Артем. Они шли медленно по теневой стороне аллеи. Свежий ветерок приятно обдувал тело. Среди листьев деревьев по правую руку ребят виднелись река. Там плавали теплоходы и катера. Возили и развлекали туристов. — Да, — отмахнулся Антон, не желая сильно посвящать кого-то в свою авантюру, — там нужно помочь. А вообще, с ней так спокойно. Я даже не думал, что чужая женщина сможет меня полюбить и чтобы я смог её полюбить. — Это редкость. А Арсений тоже тебя так же любит? — Угу. Я, если честно, боюсь, что люблю его больше своего отца. Меня это пиздец как тревожит. Но блять, Арсений не просто опекает меня, он словно… словно живет мной. Переживает, как я буду с бабушкой и дедушкой знакомиться, дает наставления, как с девушкой общаться… — У тебя есть девушка? — перебил Артем и посмотрел с улыбкой на друга. — Ннннннт. Я знаю, что у нас. Мы дружим. Ну… один раз поцеловались. Так… не в засос. — А тебе она как… в целом… она тебя привлекает? — Чувак, если ты… в плане стояка, то да, — я сам офигел, но она… блять… кароче ты понял. — Понял-понял, — улыбнулся. Они еще долго бродили по парку, разговаривали на темы семьи, Парижа, новых игр на приставку. Антон понял, что хотел бы купить диск. Артем предложил зайти к нему завтра в гости и поиграть. Ведь у него как раз появилась игра, купленная во Франции. Обещали крутую графику, захватывающие головоломки и интересные стратегии. Антон обрадовался и согласился. Спустя два часа, парень выехал в сторону работы мамы. Он специально решил приехать чуть раньше, чтобы если что, то сразу разобраться с этим Николаем. Арсений чуть не проспал будильник. Подорвавшись, вскочил с кровати. Голова гудела и готова была лопнуть. Прекрасно понимал, что в таком состоянии за руль нельзя, но нужно было заехать потом за Яной. Умывшись и взяв кожаную рабочую сумку, он вышел из дома. У подъезда вызвал такси и через пол часа уже был в университете. Ещё нужно было подготовиться. Хоть и зачет, у многих автоматы, но всё же. Антон сидел на краю бетонного забора в тени под пышной кроной старого дуба. Он высматривал каждого мужчину, который проходил мимо. В голове себе составил психотип. Одинокий, сутулый, среднего роста, но выше Яны. Не в самой элегантной одежде. Курит и пьет. Плохо одет. Так Антон просидел около тридцати минут. Яна уже вышла из проходной и, Антон уже надеялся, что никого не будет, встал, чтобы пробежаться к ней. Но внезапно из машины вышел мужчина. Довольно симпатичный, официально одетый. Голубая рубашка, темно-синие брюки. Чёрные лакированные туфли. В руках держал пышный букет. Антон ещё раз посмотрел на машину ухажера. BMW кабриолет, полная комплектация. Довольно серьезные деньги. Предел мечтаний только Rolls Royce. Яна сделала несколько маленьких шагов назад, увидев Николая. Антон быстро подбежал и встал перед ней. — Пацан, — начал мужчина, но не закончил. Антон перебил его. — Попрошу вас уйти! Разве вы не видите, что дама не хочет с вами разговаривать? — нахмурился. — Пацан, — у Николая была улыбка, — вали от сюда. Взрослые разговаривают. — Коля, — начала Яна строго, — это мой сын. И свалишь сейчас уже ты. — В смысле? — слегка опустил букет и опешил от новости. — В коромысле, — ответил Антон. Чтобы я рядом… — …Тебя больше не видел, — договорил фразу мужской и серьезный голос. Антон обернулся и увидел Арсения. Вид был уставший, но решительный, — я так полагаю, что ты тот самый Ромео на лавочке в парке? — Амм… — затушевался Коля от такого напора от всех троих, но в частности от мужчин. Букет цветов опустил бутонами вниз, — ну, мы… мы тогда… — Я знаю, что вы тогда. Она замужем и уже давно. Знал об этом? — Да, — ничего не оставалось делать, понял, что его выводят на чистую воду. Смирился. — Уму тебя учить бесполезно, поэтому запомни раз и навсегда, что дорога тебе к ней закрыта. У неё муж и дети, — Антон стоял гордый за отца. Спустя несколько секунд до него стало доходить слово «дети» во множественном числе. Он нахмурился, но на родителей посмотреть не решался, — так что, — строго продолжил Арсений, — проваливай. Если ещё раз увижу или мой сын тебя увидит рядом с ней, то гореть тебе в аду. Мало не покажется. Усёк? — Да, — с опущенным букетом ушел обратно к себе в машину. Арсений проводил его взглядом, а потом оба родителя повернулись на Антона, что стоял гордый и смотрел, как Николай уезжает. Почувствовав на себе строгий взгляд, парень обернулся. — А теперь с тобой, — продолжил Арсений, — что ты здесь делал? Ты же с Артемом гулял. Соврал? — Нет! — ответил тот, понимая, что сейчас будут отчитывать и нужно придумывать, как узнал о Николае, — мы уже погуляли. Ему домой нужно, а я решил Яну встретить. Тут недалеко были. — Понял, — Арсений был недоволен, — в следующий раз, если ты что-то знаешь, то мне говоришь, а не сам лезешь и потом врёшь, — Антон старался не показывать ни одной эмоции, хотя внутри было дикое чувство вины. Отец раскусил его, не наругал, не наказал, не стал орать. От этого стало ещё страшнее, — а сейчас ты едешь домой. Ясно? — Угу, — тот кивнул. — Метро в той стороне, — указал рукой в правую сторону. Мальчик молча двинулся. Внутри него поселилось странное чувство. Хотел защитить семью, спасти маму. А тут ещё и виноват. Не понимал, почему на него так наехали. Но с другой стороны четко осознавал, что прочитал чужую переписку, узнал о планах, удалил сообщение. Может Яна увидела бы это и сама бы позвонила Арсению. Ведь она тоже не хочет общаться с Колей. Антон приложил проездной у валидатору и прошел сквозь турникет к эскалатору. Арсений посмотрел на жену, тяжело вздохнул и вяло улыбнулся. — Я люблю тебя, — прошептал он. — И я тебя, — но без какого либо энтузиазма ответила Яна, — зачем ты так на него? — На кого? — На сына. Он защищал. Лучше бы похвалил! — Ничего, будет думать в следующий раз, — взял телефон и решил заказать такси, слегка пошатнулся. — Ты пьян? — заглянула ему в глаза. — Нет! — четко ответил Арсений, — через две минуты будет. — Куда едем? Хотя у меня нет никого желания ехать с пьяным мужем. — Да не пил я! — повысил голос и снова слегка пошатнулся, — Яна провела взгляд с ног до головы, словно сканируя его, — на…хуууууу, — дыхнул ей в нос. Запахов алкоголя действительно не было. Тогда девушка заволновалась. Признаки опьянения, слегка развязанная речь, лёгкая агрессия, потеря концентрации. Все это напоминало инсульт. Подъехало такси. Арсений открыл дверь и помог жене сесть. Сам сел рядом и облокотил голову на окно. Яна взяла его за руку, а сама нащупала пульс. Очень быстрый. Женщина понимала, что: либо она ошибается, либо нужно срочно спасать мужа. Пока думала, они уже приехали. Арсений вышел, подал ей руку и Яна увидела Костю. — Привет, — улыбнулся друг семьи и пожал руку Арсению. Тот её поднял с трудом, — что с тобой? — заволновался Костя. — Всё нормально. Я устал просто, — уголок губ перестал подниматься. — Ян, — встревоженно обратился к ней Костя, поцеловав в щёку, — мне кажется, что что-то не так. Яна тоже понимала, что происходит что-то странное. Она решительно набрала номер скорой и попросила Костю уложить Арсения. Тот подвёл его к лавочке. Под голову положил его рабочую сумку. Яна, разговаривала со скорой по телефону, забежала в ресторан, который находился по соседству с лавочкой. Именно в нём должны были встреться все трое. Вскоре она выбежала и положила пакет со льдом по затылок мужу. — Сейчас скорая приедет, — взволнованно сказала она Косте, — у него инсульт скорее всего. — Инсульт? — испугался за друга, — подожди, но откуда? — Возможно стресс, возможно… не знаю. Сегодня он увидел Колю возле моей работы. Тот приехал с букетом цветов. Каким-то образом там появился Антон, стал меня защищать. Потом подъехал на такси Арс. Прогнал, наехал на ребёнка, его прогнал и я стала замечать, что он словно пьяный, — она постоянно смотрела на мужа, который лежал с открытыми глазами и молча дышал. Ему становилось всё хуже. Яна нащупала сонную артерию, стала измерять пульс, — где же скорая, — волновалась она и готова была расплакаться. — Тихо-тихо, — успокаивал её Костя, держа за плечо, — сейчас приедет. Если что, то на машине его отвезём. Показал на свою, которая стояла на парковке с краю дороги. — В общем, я уже тогда стала понимать, что с ним что-то не так. — Я думаю, что это не из-за Коли. Он тебе говорил, что мы хотели сейчас встретиться втроем? — та замотала отрицательно головой, — ну, вот. Мне позвонил. Был встревожен. Сказал, что не может это держать в себе и должен посоветоваться с нами. Решили тут встретиться. Он что-то нашел в той коробочке, которую откопали дети. Им пока не говорим ничего. — Господи, когда это закончится? Зачем ее нужно было брать? — Яна резко повернулась в сторону звука сирен. Двое фельдшеров в синих костюмах быстрым шагом подошли к небольшой кучке людей у лавочки. Там уже вышло двое персонала из ресторана, предложили помощь. Яна отошла от мужа, давая проход врачам. Костя обнял её за одно плечо, по-дружески поддерживая и сказал: — Всё будет хорошо, — она ничего не ответила, а лишь тревожно вздохнула. Фельдшер измерила пульс, давление, проверила реакцию зрачков на свет. Попросила улыбнуться, поднять руку, повторить слово. Позвала Яну и стала расспрашивать подробности, как всё началось. После общей картины, стало всё понятно. Костя помог переложить Арсения на каталку и те аккуратно загрузили его в карету скорой помощи. — Кость, — почти плача сказала Яна, заходя в машину скорой. — Тихо-тихо. Я за вами поеду. Там посмотрим. Ему капельницу поставили, сейчас сердце проверят и в палату положат. Пару укольчиков и всё. Ты же знаешь. Что инсульт в легкой форме можно купировать и без последствий, — хотя сам переживал не меньше. — Знаю. Но все равно волнуюсь. Дверь машины захлопнулась, включились мигалки, сирены. Две минуты подождали, пока Костя заведет авто и вместе выехали. Перестроились сразу в крайний левый ряд, Костя включил аварийку и плотно ехал следом, чтобы никто перед ним не перестроился. Минут через пятнадцать скорая уже заезжала на территорию больницы. Костя припарковался на улице, совсем рядом со въездом и поспешил к другу. Арсения отвезли на обследование, сбор анализов. Приступ купировали уколами, уже в скорой ему стало легче, но по кардиограмме была сильная тахикардия. Яну не пустили, так как посещение возможно только в палаты. Женщина стояла на улице. Её трясло. Фельдшеры дали ей успокоительно, предложили для эффективности сделать укол, но она просто выпила таблетку. Костя старался утешить её, обнимал одной рукой, прижимая к себе, а потом сказал: — Ян, ты Антону позвони, предупреди. Ты поздно приедешь, а Арсений здесь останется. — Угу, — втянула сопли и начала копаться в сумочке. Потом нашла телефон, и набрала номер сына. Дрожащим и слабым голосом сказала, — сынок, привет. — Привет, — виновато ответил Антон, ещё не вслушиваясь в её голос. — Я приеду поздно, папу в больницу положили… — В смысле? — опешил парень. Голос взволнованно прозвенел. — Вот так, у него инсульт случился… как раз, когда с тобой разговаривал после твоего героического поступка. — А… а… как… я не хотел, — голос дрожал и был на грани срыва. — Нет-нет-нет. Ты не виноват! Не думай. Наоборот, молодец, что приехал и защитил меня. Мне приятно. Папа сильно переволновался за тебя и вдобавок инсульт одолел, поэтому так разговаривал с тобой. Ты прости его. — Я не злюсь. Мне приехать к тебе? К нему можно? — Нет. Ко мне не нужно, здесь Костя со мной. К папе пока нельзя, его увезли на обследование. Не переживай, ладно? — Ну… ладно… что мне сделать? — Ничего. Просто подожди. Сходи в душ и ложись. Дусе туалет проверь. Я скоро вернусь. Папа здесь пока останется скорее всего. — Угу. Пока, — голос всё так же виновато дрожал. — Пока, — она положила трубку. Успокаивая сына, у неё словно у самой появились силы. Либо подействовало успокоительное. Она сейчас не задумывалась над этим, но знала, что такое состояние лучше. Они с Костей просидели на лавочке около получаса. Мужчина уже успел позвонить своим и тоже предупредить, что поздно вернется, ведь ещё будет подвозить Яну до дома. К ним вышел врач и Яна с Костей сразу встали с лавочки, понимая, что тот двигается к ним. — Здравствуйте! — поприветствовал их мужчина в возрасте, — меня зовут Андрей Иванович, я лечащий врач вашего мужа, — смотрел на Яну, — не переживайте. Этот инсульт не несет в себе сильных последствий. Он уже не мальчик, нужно это понимать. Никакой онкологии, никаких судорог и отека мозга. Мы состояние стабилизировали, давление снизили. Чувствует он себя хорошо. Перевели в палату. По анализам слегка не очень, но всё лечится. Я бы проверил печень, но мы здесь это сделаем. Не думаю, что там критично. Как и все мужчины, скорее всего алкоголь присутствует в его рационе? — Да, — Яна даже не смогла нормально поздороваться, лишь кивнула в ответ, — но не часто. По праздникам там, вчера или позовчера выпил рюмку коньяка. — Ну, это всё равно алкоголь и он влияет на печень. Скорее всего ещё усталость или стресс могли дать такие побочки. Но для инсульта там надо знатно понервничать. — К нему можно сейчас? — спросил Костя. — Да, — развернулся боком к ним и рукой показал в сторону входа. Все вместе направились в отделение. Они прошли по длинному коридору на втором этаже и зашли в палату, — только не долго, — напомнил врач и вышел. Антон лежал на своей кровати, рядом с ним вытянулась Дуся. Парень сильно волновался за отца, боялся, что это всё из-за него, хоть Яна и сказала, что нет.