Пролог

 Пролог Стучащие колеса       Вы когда-нибудь проводили ночь в морге? Даже представить о таком страшно, не так ли? А ведь для некоторых людей это привычное дело. К ним отношусь и я. Я работал со многими случаями: убитые на почве ревности, самоубийства разной степени изощренности, невнимательные жертвы заводских станков с хаотичной мозаикой из раздробленных костей. Нередко мои “клиенты” двигают конечностями из-за трупных спазмов: то пальцами подёргают, то губами, то кисть сожмут. Пару раз такое случалось на глазах у проходящих у меня практику интернов мединститута, и меня, признаться, это очень забавило. За пятнадцать лет я лично перевскрывал людей с практически всеми известными болезнями, за исключением, пожалуй... разве что эпидермодисплазии и лучевой болезни.       Тяжелее всего с утопленниками и новорождёнными. У первых, особенно тех, кто пролежал на дне около десятка дней, мало того, что плоть разваливается от малейших прикосновений, так ещё и запашок такой, что после них две недели приходится морг проветривать. А у новорождённых выявить причину смерти это в принципе та еще задачка. В общем, работка у меня нервная, не простая, большинство здравомыслящих людей предпочтет сюда не соваться. Тема смерти, как никак, простому люду не близка, и нередко ассоциируется с чем-то…чужеродным… табуированным…       Но я, видимо, не совсем здравомыслящий, раз уж решился на это. Моя адаптация к гнетущей тревожной атмосфере морга прошла сравнительно быстро: я охолодел к теме смерти рано, и ради доплаты не чурался оставаться на ночные смены, где вышеперечисленные неприятные ощущения усиливались примерно раза в два. Я в принципе потерял внушительную часть эмоциональности, в особенности ту, что отвечает за чувства страха и тревожности. И я определенно точно не подозревал, что когда-нибудь ещё раз испытаю этот... давно забытый спектр эмоций.       Я смутно помню тот день, смутно помню как, я заснул. Многие из моих воспоминаний как будто в принципе потеряли какую-либо ценность, и, даже ещё не разомкнув глаза, я сразу понял: что-то не так. Я не слышал ни режущих ухо звуков телефонного будильника, ни лая соседских собак, ни гудящих прямоугольных больничных ламп. Все эти параметры, повторяющиеся в моей жизни из раза в раз так мне приелись, что я мгновенно понял, что не проснулся ни дома, ни в морге на работе. Вместо привычных моему уху звуков, по мере пробуждения моё сознание всё отчётливее различало успокаивающий и, в то же время, напрягающий стук проезда металлических колес по рельсовому стыку.