…

рассвет есть трещина между двумя мирами, как умерщвляет га́рмала могильный мрамор, проникая под шкуру, вплетаясь в ребро цветами, истекая ядами, струится сердцами лавр: на стороне ночи точатся корнями когти, а в горле застрял нерождённый богами Каин, и забыть бы тебе привкус бывалой злости, но затмила взгляды, как чернокрылый саван, и шумит в тебе кровь немыми теми лесами беспробудными, дикими, где разгоралось пламя, слышится в глухой темноте чьими-то голосами, что зовут в утробы, словно прибылья стая, завывая детьми Венеры под покровом луны и смерти: «следуй за болью первых, беги по извивам и тропам», ощущая силу холодной земельной тверди отдашься обличием болотным смеющимся топям, что хранят в своем иле прах и кости голодной жертвы, смотря на тебя оскалом, янтарным и волчьим оком, то, что казалось когда-то дышащим и неизвестным - зеркалами раскроет, кто явился звериным богом… а на стороне света луч коснется тонкой, чуть влажной кожи, откроются ясные очи, окропленные молитвами рос, ночь со сном покажутся чересчур друг на друга схожи, когда вновь вплетешь га́рмалу в узлы девичьих распустившихся кос…