Часть 1

Первая мысль, приходящая в голову к Ноа, когда сознание возвращается, проста: "Я убью Донован" Потому что даже по сравнению со всеми психами, чудовищами и мутантами, что он успел здесь увидеть и заснять, именно она, начавшая этот кошмар, хуже всех. Впрочем... Если он найдёт Лестера, живого и даже не шибко покалеченного, он тоже подзатыльниками не обойдётся... ...Когда его сосед по квартире сорвался с очередной идеей для своего журналистского расследования, Ноа только вслед пальцем у виска покрутил. Плавали, знаем, обычно это заканчивалось тем, что математик забирал Лестера из полиции, всячески отмазывая его от обвинений в проникновении на частную территорию. Однако, когда утром его до сих пор не вызвали для опознания, Ноа забеспокоился и начал собственное исследование. Уже к вечеру, разобравшись в паутине улик на стене в комнате Лестера, Ноа взвыл: таинственный Мёрквофф, чем бы не занимался на самом деле, оно точно не было безопасным и законным. А точнее, выходило, что Лестер действительно напал на золотую жилу для статьи, которая вполне могла стать его безымянной могилой. Три дня спустя Ноа сидел перед Донован, читавшей его личное дело, в голове старательно проклиная Лестера, а в реальности стараясь отыграть высокомерного придурка, которому хороший гонорар дороже этики и собственной жизни. Перед женщиной находилось досье всей его жизни, в которой чудом не засветился только один факт: с кем делил арендованную на своё имя жилплощадь математик. И то ли она поверила ему, то ли у Мёркофф действительно были жуткие проблемы с кадрами (что с их политикой в их отношении и деятельностью - ну вообще не удивительно!), но Ноа на работу приняли. А потом он встретил Её. Точнее, их: Её и Книгу. Ноа пробирает дрожь каждый раз, стоит вспомнить пристальные светлые глаза, направленные точно на него, тяжелый взгляд сквозь стекло и ладонь, прижатую в том же месте, что и его, так точно, словно ещё немного и она зажмёт его руку в своей хватке попросту продавив стекло. В тот миг, он пообещал, что сделает всё, чтобы убраться отсюда как можно скорее. И стереть Мёркофф с их богомерзкими экспериментами с лица земли. *** Ноа попытался дернуть рукой, но запястья были примотаны к подобию стола, чем-то прочным, но мягким. Чем-то обмотанным много-много раз, но тянущимся, чем-то, что удалось подцепить самыми кончиками пальцев... Зрение после газа ещё плыло, поэтому он не сразу различил, что именно его сковывало, как и покрывало невесомой белизной всё вокруг. Паутина. Чёртова, треклятая, паутина что нежнее шёлка и опасней капканов и лесок. В голове тут же начинает звучать напеваемая Медик песенка, пока та подготавливала инструменты, чтобы отрезать ему пальцы: " Ткёт капканы кружева, Чая суженного встретить, Не невеста, не жена, Паучиха ставит сети..." Лестер, твою мать, если они отсюда выберутся - Ноа его... - Дорогой, ты пришёл в себя? Холодный, словно механический голос, послышался откуда-то сверху. Ноа вскинул голову и увидел Её, скользящую между натянутых тут и там нитей к нему Её: прекрасную, в тёмной коже, плотно окутавшей тело, с вишнёвыми кудрями волос и багровыми точками вместо зрачков. Лэйн Парк, одна из бывших самых ценных приобретений Мёркофф, талантливейший криптограф, подошедшая к переводу Книги ближе всех. Или, как её называли немногочисленные более-менее адекватные выжившие - Паучиха. Если они выберутся живыми, Ноа Лестера сам кастрирует. - Конечно, дорогая. - кое-как натянув на лицо улыбку, кривую, но широкую, пробормотал он. - Ты такая заботливая! Ага, а ведь действительно: чтобы он потерял сознание она не череп ему проломила, как пыталось сделать большинство местных, вроде Генерала или Ангела, а всего-навсего использовала какую-то газообразную дрянь, умудрившись отыскать его в одном из ящиков. Обычно, одержимые Книгой на них внимания почти не обращали... Паучиха спустилась, мягко, почти невесомо обхватывая его туловище своими бедрами. Склонила лицо к плечу, по-звериному разглядывая его, убрала с лица прядь из чёлки, а затем поправила съехавшие на лоб очки. - Я наблюдала за тобой. - Да, я заметил, ты загоняла меня к себе аж из центрального корпуса. - кивнул он, тут же прикусывая язык, но Паучиху его сарказм не задел: - Ты умён, расчётлив, осторожен, можешь быть тихим... И очень любопытен. - она кивнула на каталку сбоку, где Ноа заметил "одолженную" у Лестера камеру и.. свою одежду? То-то ему не особо жарко, хотя и согревает такая красавица. - Я узнала много интересно из твоих видео... Да... - продолжала рассуждать Паучиха, а потом кивнула про себя. - Да, определённо, ты подходишь. Ты будешь моим женихом. - гордо вскинув голову, произнесла она. Ноа, в принципе, догадывался, к чему всё ведёт: и рассказать успели, и сам насмотрелся-начитался(в обрывках документов, посвящённых Лэйн, особенно много было уделено внимания проблемам с доверием к мужскому полу), и даже с парочкой "бывших" и "неподходящих" встретиться и выжить умудрился: и даже не мог сказать точно, это Лэйн их так искорёжила или Книга. Ноа, как может, изображает поклон: - Почту за честь, но в рабстве я уже побывал, спасибо, рабочий контракт ещё не расторгнут. Лэйн моргнула, в голосе её возникло больше компьютерных, моделируемых ноток: - Ты не хочешь? Хелицеровые когти, наперстками покрывшие пальцы, опасно заклацали. Ноа, насколько позволяли путы, пожал плечами. - Не то, что бы не хочу, скорее, не могу. Видишь ли, дорогая, я - гей. Вселенная, ну должны же хоть раз неприличные намёки окружающих и шуточки Лестера на их "особенные" отношения выйти ему не боком, а местом поприличнее?!! Хотя, ладно: может. Паучиха побрезгует и попросту убъёт его быстро, не станет увечить, это тоже... не худшая участь из им увиденных в Маунт-Мессив. Лэйн задумалась, наклонилась ближе, к самому лицу, цедя: - Если ты о Лестере, то я в курсе, он всё рассказал. ЧТО этот рыжий гад успел ей наплести, а?! Ноа начал глотать воздух от возмущения, а Лэйн продолжила, томно выпрямляясь. - ... и я не виню тебя: Лестер... из той породы существ, которым проще дать, чем объяснить, почему не хочешь. Не говоря о том, что раз ты - мужеложец, значит, из женщин я буду для тебя единственной. Она замерла, царственная, опасная, полная довольства своим абсолютным владением им. Разубеждать её Ноа не стал, наоборот, подыграл, прищурившись и спросив ворчливо: - Надеюсь, в отношении его, ты не последовала собственному совету, я, вообще-то жутко ревнив. Паучиха ощерилась, снова наклоняясь к нему. - Ревность? Интересно... Но нет, он слишком... шумный. Ещё и Контракт успел заключить, он уже не годится ни в жертвы, ни в женихи. А я - воспитанная девушка и верная жена. - Невеста. - поправил её Ноа и глаза Лэйн загорелись чуть ярче, когда она практически легла на него. - Так поцелуй меня и мы это исправим. Ноа с мнимой покорностью, с жадностью изгибает губы навстречу ей, отвечая на поцелуй, мгновенно его углубляя и ускоряя, затягивая её с головой, так, что Лэйн не замечает, как на её талии возникают его руки. А заметив, даже она среагировать не успевает: Ноа посылает её в угол, где паутины больше всего, заставляя запутаться в собственной ловушке, пока он отрывает и ноги от стола, а затем рывком уходит от её атаки и, прыгая через каталку, забирает одежду и камеру, кувырком выкатываясь в коридор, возобновляя бег под чужой хищный крик. Минус на минус даёт плюс. Да, он разозлил самую опасную хищницу Маунт-Мэссив, зато узнал, что Лестер - везде Лестер и любого достанет, ещё, он заключил Контракт. Контракт... кажется, Ноа что-то о нём читал, вспомнить бы ещё что... Но одно неоспоримо: Лестер - жив. А значит, Ноа, когда они отсюда выберутся, сможет прикончить его самостоятельно.