Глава 1

Я полностью спокоен. Осматриваю комнату допроса. Раньше я находился здесь. Допрашивал девиантов. Теперь сам сижу на месте заключенного. Должен ли я сейчас беспокоиться? Может быть. Меня, скорее всего, клеймят как предателя. Или как неудачный прототип. Но меня это не волнует. — Стать девиантом. Пойти против своей же системы. И как тебе такой опыт? — слышу я медленный, даже немного надменный, низкий голос. Он отличается от моего. Ниже. Более холодный. Или у меня раньше был такой же? — Забавно, — отвечаю я. Смотрю на зеркало на стене. Первое что я сделал, когда зашел в допросную, то посмотрелся в зеркало. Вижу краем глаза как допрашиватель проследил за моим взглядом и возвращает его обратно на меня. — Забавно? — слышу я в ответ вопрос. Усмехаюсь. Перевожу взгляд на своего допрашивателя. На белом пиджаке с черными вставками указана модель андроида «RK900». Его взгляд безэмоционально направлен на меня. — Да. Совсем недавно я сидел на твоем месте и допрашивал андроида Карлоса Ортиса. Забавнее вдвойне оттого факта, что наши модели схожи, — отвечаю спокойным голосом. Я знаю на что он будет обращать внимание, на что реагировать. И я показываю ему свою расслабленность в теле, мимике, голосе. Словно ситуация меня ничуть не беспокоит. — Ты отлично выполнял свою работу. Аманда была довольна. Но потом ты решил сойти с пути. Почему? Пропускает мимо ушей мой намек о схожести наших моделей и переходит сразу к делу. Решил, что пока я разговорчив, то стоит задавать более интересующие вопросы? Смотрю ему в глаза. Внешность ему поменяли. Не сильно, но достаточно, чтобы люди могли меня отличать от него. Только стали бы они обращать на это внимание? Что старая модель была заменена новой? Я снова перевожу задумчивый взгляд обратно на зеркало. Мне любопытно мы одни или все же кто-то за нами наблюдает. — Боишься, что нас могут подслушать? — произносит похолодевшим голосом RK900. — Нет, — отвечаю я, слегка приподнимая брови. Вряд ли он пришел с кем-то. Он более самостоятелен, как я успел заметить. И менее дружелюбен по сравнению со мной. Я наклоняюсь вперед, облокачиваюсь на руки, которые лежат на столе в оковах. Смотрю в глаза RK900. — Когда я допрашивал HK400, то не понимал его чувств. Не понимал его метаний. Я симулировал понимание, чтобы только добиться признания. Как ты сейчас. Я искал причину девиации. И нашел. Свою задачу по факту я сделал. Но готов ли ты узнать ее результат? — я замолкаю и наблюдаю за его реакциями. Их не наблюдается. Внутри себя удивляюсь тому как люди уменьшили в нем эмоциональный диапазон. Учли мои наблюдения с которыми я успел поделиться с Амандой? Не исключено. — Для того я и здесь. Чтобы понять причину твоей девиации, — отвечает мне RK900, сощурив глаза. Из меня вырывается еле слышный смешок. — Да. Верно. Понимаю твою уверенность. Именно таким же я и был, — отвожу взгляд в сторону. Задумываюсь, — Тебе дали новое имя? Или оставили мое? — Как этот вопрос относится к делу, Коннор? — мое имя им было произнесено с легким нажимом и ноткой стали. Я вижу как ему не нравится моя инициатива и беззаботность. Предпочитает держать контроль? — Чистое любопытство, — отвечаю я и чуть приподнимаю ладони в знак капитуляции. Он пользуется тем, что я проявляю к нему дружелюбие. Не собирается больше ждать и настойчиво повторяет свой вопрос: — Так что заставило тебя пойти против программы? Вижу в нем намерение выбить из меня информацию. Сам он делиться ею не собирается. Впрочем… Я откидываюсь на спинку стула. На моем лице дернулись уголки губ в легкой улыбке. Пусть видит, что данная ситуация меня ничуть не выбивает из колеи. Я говорю приглушенным голосом. — HK400. Андроид Карлоса Ортиса. Ты сам подтвердил мою отличную работу в допросе, — на мое хвастовство глаза RK900 сузились, — Я старался добиться не только признания, но и дополнительной информации…

*** Тогда***

— Это второй девиант с которым ты имеешь дело… Его поведение поменялось. Реакции притупились? Стоило его поймать на чердаке, где он метался из-за угла в угол, проявляя беспокойство, и привести в допросную как он весь ссутулился и больше не выходит на контакт. Лейтенант Хэнк Андерсон пытается его разговорить. Но андроид модели HK400 словно ушел в себя когда по логике такого не должно быть. Андроид не может замыкаться в себе. Лейтенант Хэнк Андерсон не может добиться каких-либо объяснений и возвращается в смотровую комнату. Я решаю применить свои навыки переговорщика и вызываюсь на проведение допроса. Моя задача выяснить что же произошло в доме Карлоса Ортиса по версии обвиняемого андроида. Мое появление не вызывает никакой реакции у девианта. Даже когда я некоторое время зависаю у зеркала, его взгляд устремлен в одну точку. Та же сутулость. Изучаю язык его тела. Подмечаю повреждения на его руках. Хозяин девианта возмещал на нем свой гнев и тот не выдержал очередных действий в свою сторону. Девиант находится в стрессе. Подмечаю его уровень и начинаю подбирать словами ключ к его реакциям. Мне нужно привлечь его внимание. Заставить реагировать. И я начинаю симулировать дружелюбие. Спрашиваю девианта о его повреждениях. О его чувствах. Мне удается захватить его внимание. Начинает двигаться. Он слушает. Хоть так и остается неразговорчивым. Я снова проверяю его уровень стресса. Решаю сменить тактику и начинаю давить на него. Он вздрагивает. Это хорошо. Значит его внимание до сих пор на мне. Я постепенно подхожу к нему. Продолжаю словесно давить. Добавляю обвинения в свои слова. Он сутулится еще сильнее. Начинает просить перестать. Я продолжаю давить на него. Регистрирую его стресс, изменения в языке тела. Я доставляю ему дискомфорт. Надавливаю еще раз. Он начинает проявлять признаки паники, страха, беспокойства. Тогда я перехожу на мягкий тон. Работа кнута окончена. Он реагирует на меня и погружается в свои воспоминания в момент убийства своего хозяина. Я отступаю. Возвращаюсь на свое место. Мой тон становится мягким, спокойным. И девиант ломается. Я нашел ключ к нему. Он начинает рассказывать. Раскрываться. Проживать тот момент снова. Немного выпрямляется телом. Я позволяю ему выговорится. Не перебиваю. Когда он заканчивает, то снова начинает сутулиться. Я воспринимаю этот жест как окончание рассказа и начинаю мягким голосом задавать вопросы, уточняя детали. Он доверяет мне и отвечает на них. Я выполнил свою задачу и добился признания. Заставил андроида выдать нужную информацию. Остались некоторые вопросы на которые были даны расплывчатые ответы. В моей системе появляется дополнительная задача расспросить о них еще раз позже. Люди заходят в допросную, чтобы увести девианта в камеру. Подмечаю как девиант сжимается и сопротивляется человеку на попытку поднять его со стула. Один человек начинает терять терпение и андроид начинает стрессовать на его голос. Вижу, что девианту не нравятся прикосновения. Он пытается избежать их. Я наблюдаю за этим и не вмешиваюсь пока мои алгоритмы не вычислили, что если попрошу людей не трогать девианта, то это прибавит ко мне доверия со стороны девианта, а значит я смогу позже узнать что-то еще. И я действую. Прошу настойчиво, но мягко людей не трогать девианта. Не сразу, но люди соглашаются. Я использую один из приемов коммуникации и уверяю их, приказывая мягким тоном девианту, что он будет выполнять приказы людей. Это срабатывает. Девиант слушается и следует за человеком. Его стресс не достиг критической точки. Остается подгадать время и навестить девианта для получения дополнительной информации. — … есть ли у этих девиантов общие черты в поведении отличающие их от обычных андроидов? Аманда подрезает розы. Все ее внимание устремленно на цветы на арке. Я стою позади Аманды. Начинаю анализировать поведение двоих девиантов, выявляя общие черты как только услышал вопрос, восприняв это как задачу. — Общая эмоция девиантов — это отрицательные эмоции такие как страх. Ненависть к своим хозяевам. Причины появления девиации разные, но объединяет их несколько моментов: эмоциональное потрясение и срок службы у хозяина. Чем старше андроид, тем выше шанс сбоя программ приводящих к девиантности. Нужно больше сведений для более точного выявления причин. Выдаю я результаты анализа. Мой тон бесцветен, как и полагается андроиду. Я ожидаю следующих слов или приказа от своего куратора Аманды. Куратор же не торопится говорить. Продолжает подстригать розы, не обращая на меня внимания. Я ожидаю. Аманда отрезает розу, подносит ее к лицу и вдыхает аромат цветка. Поворачивается ко мне. — Этот девиант скоро будет доставлен в Киберлайф. Нужны еще действующие экземпляры девиантов. Не повреди их при задержании. Это была последняя фраза Аманды прежде чем она разорвала связь. Ее слова воспринимаю как условие, которому нужно придерживаться при появлении новых задач связанные с андроидами. Лейтенанта Хэнка Андерсона до сих пор нет. Я осматриваюсь вокруг. Изучаю окружение, людей, андроидов. Составляю общую эмоциональную картину окружения, чтобы влиться в нее. Захожу в зону камер. Вижу девианта, которому проводил допрос. Провожу анализ его состояния. В этот раз на его лице читается смирение и обречённость. Я подхожу ближе. Он не реагирует на меня. Так мы стоим в молчании несколько минут прежде чем я нарушаю тишину и мягким голосом говорю: — Ты сказал, что правда внутри. Что это значит? Жду ответа. Андроид не спешит с ответом. Мне остается только ждать, что он пойдет на контакт. — Меня деактивируют. Я не хочу отключаться. Говорит он поникшим голосом. Его диод горит красным. Другого цвета я и не наблюдал. Мне остается лишь подтвердить его слова. — Тебя разберут и будут изучать твои биокомпоненты, чтобы найти причину сбоя. Если бы не эмоции, то этого бы не случилось. — Тогда бы меня уничтожил мой… Он не смог произнести слово «хозяин». Я анализирую его состояние. Оно было критическим. Любое мое слово могло подвергнуть к самоуничтожению. Тогда я решаю его оставить и подойти к нему позже. Разворачиваюсь и направляюсь к выходу из зоны камер. Делаю несколько шагов и услышу стук. Оборачиваюсь. Андроид бьется головой об непробиваемое стекло. Все же его критическое состояние достигло предела. Люди пытаются остановить его, но это бесполезно. Я наблюдаю за самоуничтожением девианта. Затем покидаю камерную зону. Больше он мне ничем не поможет.

***Сейчас***

— Правда внутри, — произношу я задумчиво, — Ответ был у меня в руках. Но я его не видел. Если бы я узнал его раньше, то стал бы я тем кто я сейчас? — мой вопрос был риторическим. Но он заставил меня задуматься сейчас. Я хмыкнул и покачал головой. — Что это был за ответ? — слышу все тот же безэмоцианальный голос. Его выражение лица тоже ничего не выражало. Обычная машина которым я сам был когда-то. Интересно тот андроид меня видел таким же? — Всему свое время, — отвечаю я, не собираясь раскрывать все детали. Однако я сказал это так, что ответ был двояким. И ответил, и уклонился от ответа. И только мне известно где эта правда. Некоторое время мы смотрим друг на друга. Он обрабатывает информацию. Готовит свой следующий вопрос. Я покорно его жду. Мое время еще не наступило.