Часть 1

Тщетно твердили отовсюду, что для счастья нужно немного. Ложь! Жизнь диктует свои правила, и быть счастливым без звонкой монеты в кармане – утопия. Материальные блага – вот фундамент благополучия. И чем больше у тебя денег, тем ненасытнее становятся твои желания. Так и здесь, в этой смертельной игре. Почему же добрая половина игроков проголосовала за продолжение? Ответ прост, он звучит в каждом сердце, пусть и не произносится вслух: жажда большего. Мы все хотим большего – быть красивее, стройнее, вкусить лучших яств, облачиться в роскошные наряды. Это вечно, как восход солнца. А те, кто решился на игру, просто чуть более алчны, чуть более голодны до жизни, чем остальные. Намгю, например, преуспевающий менеджер по закупкам в модном баре. Он зарабатывает достаточно. Но ему нужны наркотики. А когда купил одну пачку, начинаешь хотеть еще одну. Покупаешь, и желание растет с каждой покупкой в геометрической прогрессии. И вот уже накопления тают, как снег на солнце. Ещё дозы уже не купить - денег осталось мало, надо ведь ещё на что-то жить. И вот он сидит на скрипучей кровати, растерянный, оглядывая унылую комнату, когда-то полную таких же отчаявшихся душ. Он чувствует дискомфорт в области живота. На нём не привычная зелёная форма, а элегантный чёрный костюм. Взгляд падает наверх: огромная свинья-копилка наполняется большим количеством купюр, а на экране пульсирует внушительная сумма – 45 миллиардов вон. Усмешка трогает его губы – он выжил. Он смог. Но какой ценой… Он замечает ещё две кровати в комнате, на которых, к сожалению, кто-то есть. Всего двое. Недовольство сквозит в его взгляде. Ему ещё не хватало делить деньги с ними. В этот момент к нему подходит девушка в таком же чёрном, элегантном костюме с номером "380" на груди. У неё странное выражение лица. Губы поджаты, брови нахмурены. Что ей нужно? – Мы финалисты, – тихо произносит она, сжимая кулаки и опуская руки в бессилии. Её взгляд ищет ответа в глазах Намгю. Тот лишь кривит губы и вздыхает. – И что? – выдыхает он, искренне не понимая, зачем ему эта информация и почему она обратилась именно к нему. Девушка хмурится и трёт виски, не находя слов. Вдруг комнату наполняет торжественная музыка, словно гимн финалистам игры. Сэ Ми поднимает голову, ищет источник звука, и на её лице появляется робкая улыбка. – Станцуем? – предлагает она, когда праздничный марш переходит в нежный вальс. Намгю морщится. Почему она прицепилась именно к нему? В комнате ведь ещё двое. – Я не танцую, – отрезает он, не отрывая взгляда от девушки. У неё красивые глаза. – Ну...– вздыхает брюнетка, прикрывая глаза. Она делает шаг вперёд, берёт его большую, грубую ладонь, отражающую его натуру, и притягивает к себе. Неожиданно. Намгю хочет вырваться, но что-то удерживает его. Может быть, дело в том, что это Сэ Ми, а не кто-то другой. Его рука осторожно сжимает её хрупкую ладошку. Он вздыхает и отворачивается, но делает шаг вперёд, когда чувствует, как Сэ Ми отступает назад, имитируя вальс. Его вторая рука ложится на её талию. – Ну, как? – спрашивает она, слегка наклоняя голову, и тёмные волосы падают ей на лицо. – Никак, – хмурится Намгю, но продолжает двигаться в такт музыке, покачиваясь, делая шаги в стороны и крепко держа её руку. В этот момент мир вокруг исчезает. Оставшиеся игроки растворяются в воздухе, кровати и всё остальное – тоже. Остаётся только музыка и их неуклюжий, но трогательный танец. Его взгляд скользит по её лицу. Она такая бледная. Ему хочется прикоснуться к её щекам и губам, почувствовать тепло. Ему хочется поцеловать её, но при этом оттолкнуть тоже хочется. Намгю осторожно убирает руку с её талии. Его пальцы касаются её руки, и по телу пробегает дрожь. Её глубокие глаза цвета кока-колы завораживают и манят, но в них читается какая-то пустота. – Слушай, – начинает он, но замолкает, утонув в её взгляде. Снова это желание большего. Только сейчас хочется не дозы, а ее. Он облизывает пересохшие губы, моргает, сохраняя хмурое выражение лица. Наклоняется, чтобы поцеловать, но что-то останавливает его. Он чувствует странный барьер. Он дотрагивается до её холодной щеки и проводит по ней большим пальцем, удивляясь её ледяной, как у мертвеца, коже. Сэ Ми усмехается, убирает его руку со своей щеки и кладёт ему на талию, приглашая продолжить танец. Он сглатывает, хочет возразить, но передумывает. Вместо этого он сжимает ткань её пиджака на талии и подаётся вперёд, беря инициативу на себя, вызывая довольный смешок на лице Сэ Ми. И время снова останавливается. Снова исчезает всё, кроме них двоих, музыки и их неумелого, но чувственного танца. Остальные выжившие, сидящие на кровати в другом конце зала, недоумённо смотрят на эту картину. Они переглядываются, пожимают плечами и снова бросают взгляд на Намгю. Ведь вальс – это танец для двоих, не так ли? А на кровати парня валяется открытый крест, некогда наполненный наркотиками. Только сейчас он пустовал.