Часть 4 Работник месяца

«И он мне грудь рассёк мечом, И сердце трепетное вынул, И угль, пылающий огнём, Во грудь отверстую водвинул.»

Автора вспомните сами

***

Волк глубоко вдохнул затхлый воздух. Выдохнул. Лучше не стало. Он уже вторые сутки как в новом рабстве. Они конечно пытаются показать будто это не так. Но пока языковой барьер не даёт толком объясниться. И как бы он не пытался отмахнуться от прижавшейся стаи, они явно отказывались уходить. Те что способны о себе позаботиться ушли. Точнее убежали сразу как закончились стражники. И теперь за ним бродила толпа тех… кто собственно остался. Среди них есть несколько волчиц(волк отчаянно старается на них не смотреть), лисья пара(те вроде с рождения в рабстве, и просто не знают как жить на воле), троица старых волков(на удивление, самые адекватные и полезные), и полудурной барсук. Последнего выкрали ещё мелким вместе с семьёй, заставили убить собственных… вообще лучше бы про его судьбу не спрашивать. Иначе можно и свихнуться. Но если коротко, с помощью магического ошейника и голодовки, из него пытались сделать послушного бойца. Не вышло. И что самое отвратительное, волк в упор не может понять его мотивацию. Он может и спас его случайно, сняв ошейник… но этот придурок просто назвал его другом, и теперь ни на шаг от него не отходит. И на любое слово или движение в сторону волка реагирует агрессией. Даже на волчиц. Хотя учитывая отношение последних, он может был-бы и не против воспользоваться "благодарностью" одной из них. Но главная проблема остаётся неизменной. Волк и сам не знает куда идти. И давно ушёл бы куда нибудь к морю, на корабль, в другую страну, подальше от этого грохочущего оружия. Но диким понадобилась "помощь" в транспортировке награбленного. И конечно пунктом их назначения оказался ебучий портал в другой мир. Куда он меньше всего хотел бы соваться. И теперь он стоит в какой-то мрачной каморке, а напротив него человек, в тёмном плаще, названный местными словом "скупщик". Вот уж где, а в этом мире ему точно делать нечего.

***

В это же время, в Токио Лязг гусениц, топот ботинок, и приказы на японском звучали по всему Токио. В кратчайшие сроки были мобилизованы все Силы Самообороны Японии. Даже те что были в запасе. Что конечно не очень нравилось Итами. Так уж получилось что он именно в тот момент оказался в нужном месте в нужное время. Но это не тревожило отаку. Да он честно называет себя отаку. Чему его научила армейская жизнь, так это что надо быть честным хотя бы с самим собой. И его как и любого отаку волнует крайне важный вопрос касающийся другого мира. А там есть кошкодевочки? Не, не поймите неправильно, он сильно переживает за потери среди гражданских, и безусловно, это огромное горе для общества. И он обязательно принесёт цветы на монумент. Но как и любому военному, бывшему или действующему, ему также свойственна некоторая черствость. Он не бессердечная тварь, но когда не понаслышке знаком со смертью, невольно начинаешь меньше зацикливаться на моральной составляющей. Многих это ломает. А некоторых извращает. Или просто оставляет свой след. И замечаешь это именно в такие моменты. Когда все нормальные люди убитые горем плачут, ты тоже делаешь вид что убит горем. А внутри задаёшься вопросом "А есть ли в том, другом мире кошкодевочки? Или девочки-зайки?" Или может это он такой странный? Кто знает. Между тем, к нему спокойно подошёл человек. Синяя куртка, поношенные, но дорогие ботинки, и тактические очки. Под курткой, почти незаметный, гражданский бронежилет. Как его только военные пустили? - Итами, полагаю? Говорит на ломаном японском. И что отвратительно, конечно не считается с суффиксами. - Вы не из Сил Самообороны. Говорю сухо, скорее фактом. Если он не проявляет уважение, я тем более не обязан. Но ему это и не нужно. Он протягивает конверт. Увесистый, похоже там не только бумага. - И что это? - Предложение. Вас оно определённо заинтересует. Не волнуйтесь, с вашим начальством я уже договорился. Вот это уже откровенно плохо. Но будто видя моё недовольство, он добавляет. - Не поймите неправильно, Террагрупп заинтересованы только в исследованиях! От вас нам нужна только самая незначительная помощь. Вместе с вашим экспедиционным корпусом отправится небольшая исследовательская группа, и только пара человек охраны. Только теперь внимание падает на маленькую деталь на куртке. Небольшая вышивка, в форме трёх квадратов и треугольника. Ещё и корпорации теперь. Блеск. - Но взамен, операция получает статус международной, при этом оставаясь без влияния других стран. И конечно наша полная финансовая поддержка. Ну конечно, деньги как всегда решают всё. - Тогда при чём здесь я? - А вы будете нашим посредником с Силами Самообороны Японии. Вы назначены командованием в разведывательный отряд. Помимо задач от вашего командования мы хотим лишь иметь некоторые… скажем привилегии в исследовании. Естественно мы можем обговорить дополнительные условия, за дополнительную плату с нашей стороны… - Обойдусь. Жутко бесят такие типы. Будто всё в мире меряется деньгами. Мерзость. - Не переживайте, я ещё свяжусь с вами. Будто ничего не было, сотрудник спокойно развернулся и ушёл, оставив в руках Итами конверт. Который вскоре отправился карман. Ему есть о чём поговорить со старым другом.

***

Спустя несколько часов, в одном из подвалов Тарковских многоэтажек. Группа антропоморфов стояли в грязном коридоре подвала, с кучкой консерв в лапах. Волк стоял напротив них. По углам коридора были кучи разного хлама, строительного мусора, и судя по слабому запаху, где-то за стенкой был труп. Но "скупщик" заверил что место никому не принадлежит, и здесь достаточно безопасно. И ещё недалеко от портала. Что значит, в случае чего можно сбежать. Но это не точно. За прошлые два дня, волк успел мало-мальски узнать немного местный язык. Русский, если он правильно запомнил. Один из них если быть точным. Но другими здесь пользоваться нет смысла, так как Русский – язык местных. А ещё он теперь будто при деньгах. Что чувствуется крайне странно. Он конечно попытался распределить их между всеми… но остальная группа уставилась на него так, будто он их предал. Пришлось забрать себе. Даже этот невыносимый барсук отказался брать деньги. - Я чё, на учёного похож? Сам эти бумажки считай. Как он сказал. Объяснить ему что в этом мире деньги сделаны из бумаги я не смог. Также в связи с тем, что в своём мире мы теперь беглые рабы, было принято общее решение(все просто согласились со мной) остаться тут. Оказалось что дикие, хоть и ведут себя как придурки, но в целом понимающие ребята. Многие даже поделились долей с проданного. Ещё и научили пользоваться "ксюхой", как они назвали этот автомат. А когда я попытался им объяснить что у меня уши болят от грохота выстрела, они накрутили мне железную банку на ствол. Что кстати здорово помогло снизить звук выстрела. А ещё ему объяснили как можно заработать. Как оказалось, золото здесь очень, ОЧЕНЬ высоко ценится. И серебро кстати тоже. Поэтому ему легко дали автомат, когда узнали о его отношении к людям Империи. Но сначала ему нужно немного "прогуляться" по городу, в целях ознакомления со своим новым местом жительства. Несмотря на временное перемирие между местными наёмниками и дикими, в округе всё ещё хватает опасных районов. И вроде как центр города является наиболее безопасной территорией, где сейчас обживаются и закрепляются временно объединившиеся "медведи" и "юсеки". Даже строится какой-то блокпост, появляются патрули по обе стороны портала. Не то чтобы волку было до этого дело. Он просто хотел отделаться от компании барсука. Поэтому сегодня он решил пообтереться, так сказать с местными. Единственное, что сильно раздражает здесь волка это постоянные попытки местных узнать его имя. - Ну смотри серый, меня вот Сеня кличут. - Волк. - и волк показывает на себя большим пальцем. - Да ты задрал! Ты уже понимаешь ведь что я тебе говорю. - Мало. - Ну понимаешь же? Волк уставился на Сеню. Тот начал чесать черепушку. - А мама с папой тебя как называли? - А кто это. - Бля, да как показать то… о! У меня же фотка есть? Несколько минут дикий по имени Сеня роется в замызганной жилетке, пока не находит квадратный клочок бумаги. Там маленький человек, и два побольше. - Вооот, смотри! Это я, - и показывает сначала на маленького человечка, затем на себя. - А это мама и папа! Видишь? - и показывает на двух людей побольше. Родители. Теперь понятно. Уши невольно прижимаются к голове. Волк молчит. - Ты чего замолчал то? Чё предков давно не видел или… ой да хер с тобой. Махнув рукой, Сеня убирает фотку в карман, и отходит, доставая пачку сигарет. Между тем к блокпосту не спеша подходит фигура в жуткой маске-черепе. «Медведи» стоящие на посту сразу напряглись. Некоторые сразу начали осматривать округу. Мой взгляд привлекает незаметное вдалеке. На одном из этажей многоэтажки, из разбитого окна выглядывает ствол. И именно его еле заметное движение притянуло мой взгляд. - What the fuck are you doing here? - And you shouldn't give a fuck about it. Между тем около импровизированной будки завязался диалог. Волку не было понятно ни слова, но судя по усмешкам «медведей», перепалка не носит серьёзный характер. Но потом его взгляд останавливается на мне. - Well, fuck, now there are furries here too. Don't say that "it" escaped from the lab. Дикие сидящие рядом, да и «опера» начали понемногу ржать. Мне даже стало интересно. - А чё? Мож реально из лабы? Кто знает какие там эксперименты эти умники ставили. После комментария одного дикого, смех стал громче. Мне шутки местных пока ещё не очень понятны, но тут заметил ещё одну фигуру. Уже ближе, в окне ближайшего офиса. С оружием, куда большего калибра. Я незаметно подтянул "ксюху" к себе. Сеня, стоявший рядом, хоть и смеялся, но тоже подвинул дробовик поближе. И тут, моего слуха коснулся щелчок. Уже знакомый, когда взводят курок на пистолете. Но более грубый. Как раз оттуда, где за редкой неразбитой стеклимой магазина виднелся силуэт с чем-то похожим на тот маленький револьвер, который Сеня нашёл на трупе одного гражданского. Только будто увеличенный раз в десять. И я отчётливо вижу как он целится куда-то в центр блокпоста. Не дожидаясь пока они начнут, я вскидываю автомат, и с глухим треском высаживаю очередь по силуэту. Стекло разлетается. Фигура за ним чуть дёргается, и стреляет выше. Снаряд пролетает над постом, взрываясь уже где-то в другом мире. Фигура в жуткой маске будто исчезает, но вскоре появляется уже с автоматом, снимая двух "медведей" стоящих на недавно построенной вышке. СВД выпадают из их рук вниз. "Юсек" сидящий за пулемётом, чуть дёргает головой, и оседает прямо на Корде. Черепоголовый поворачивается ко мне, но я уже бегу за ящики. Очередь предназначенная мне сбривает Сеню, успевшему выстрелить только один раз куда-то в воздух, над головой нападавшего. Не глядя, высовываю автомат и зажимаю курок, стараясь стрелять в сторону черепоголового. Судя по крику, его задело. Вскоре один из "юсеков"перепрыгивая из-за укрытия, хватает на ходу СВД, и начинает полуавтоматическим огнём накрывать снайпера в здании в далеко. Раненный черепоголовый, под прикрытием пулемёта другого, с трубкой в зубах, выбегает с улицы, исчезая в здании. Очнувшиеся дикие, стреляют в их сторону не глядя. Но те, грамотно меняя укрытия, вскоре исчезают в коридорах зданий. - И этот ушёл. Тц. - комментирует подобравший СВД. Вскоре я чувствую как кто-то хватает меня за ногу. Сеня, хрипя кровавой пеной, явно что-то пытается сказать. Но выдавить что-то внятное у него не выходит. Очередь прошила лёгкие, позвоночник и руку. Задыхаясь кровавой пеной, он тянется уцелевшей рукой куда-то внутрь жилетки, залитой его кровью. Нехрен ему страдать. Переведя на одиночный, выпускаю пулю ему в лоб. Люди в моём мире называют это милосердием.