Часть 1

Ранним утром сонную тишину квартиры нарушало мерное стучание клавиш — похоже, кто-то решил, что это не время для сна, а идеальный момент для написания историй. Женщина в пижаме со взлохмаченной прической сидела за кухонным столом и мерно стучала по кнопкам ноутбука. Кружка кофе, наполовину выпитая, выглядела так, будто она пережила настоящую битву, а недоеденный бутерброд с хлебом и колбасой на белой тарелке, явно страдал от недостатка внимания. Вдруг тихий стук когтей по линолеуму нарушило этот идиллический процесс. На кухню с нескрываемым возмущением зашла кошка. Она остановилась, посмотрела на хозяйку и недовольно тряхнула головой, словно говорила: «Ты что, совсем спятила? Ночь ещё на дворе, а она за ноутбуком. Если уж не спится, то давай-ка лучше сделай мне завтрак!». Женщина, не обращая внимания на кошку, продолжала стучать по клавишам, а та, в конце концов, решила, что настало время подкрепиться и подошла к миске с кормом. Тишину квартиры нарушили хрустящие звуки — кошка, как настоящий экскаватор, поглощала сухой корм с хрустом, который звучал так, будто она пыталась переработать всё, что было в миске в один присест. Хозяйка на секунду отвлеклась от своих дел и укоризненно взглянула на белую пушистую «экскаваторщицу». — Мась, ты не могла бы потише? Мешаешь, — произнесла она с напускным строгим видом, как будто собиралась объявить кошке выговор. Кошка, услышав это, возмущенно фыркнула и сразу же вернулась к процессу еды, как будто не было никаких преград, и звуки хруста вновь заполнили кухню, превращая утренний спокойный ритуал в борьбу реальности и воображения. Эта борьба была нешуточной, потому что на белом экране ноутбука разворачивалась сцена соблазнения героев, которая явно требовала полного внимания. Хозяйка, пытаясь не отвлекаться на кошачьи «строительные работы», с трудом удерживала фокус на сюжете. Ситуация накалялась: с одной стороны — страсть и эмоции, с другой — беспощадный хруст и кошачье игнорирование. Казалось, что в этом утреннем бою единственным победителем будет тот, кто сможет отвлечь другого: либо герои на экране, либо пушистая «экскаваторщица», решившая, что её завтрак важнее, чем любые романтические приключения. Хозяйка в очередной раз отвлеклась от сцены, потерев переносицу, и строго пробурчала: — Мася, ну прекращай, а! Кошка, услышав это, возмущённо дёрнула хвостом. Затем, демонстративно повернув голову к чашке с водой, начала громко лакать, создавая шум, который мог бы заглушить даже самый романтичный момент на экране. Хозяйка устало вздохнула, чувствуя, как вдохновение вот-вот покинет её светлую голову. В голове женщины и так творилась полная каша: идеи роились, как пчёлы в улье, а где-то на фоне заиграла мелодия-ассоциация «Ты — пчела, я — пчеловод!». Тут же набатом кричал календарь, напоминая о сроках, как будто требовал немедленного выполнения задач. Она заново прочла последний абзац, но слова танцевали перед её глазами, не желая укладываться в стройный ряд. Ситуация накалялась и кошка, похоже, решив пожалеть хозяйку, сыто развалилась на кухонном полу. В квартире вновь наступила тишина. Женщина с облегчением вздохнула и погрузилась в текст, перечитывая абзац и беззвучно шевеля губами: — «Он подошёл к Майклу, встав между его ног, а тот»… Что тот? Что можно сделать, когда к тебе подошли так близко? Так… Ноги… Ноги же будут мешать, точно, надо придумать что-нибудь с ногами. Хм, пусть он их раздвинет. Интересно, есть в этом что-то провоцирующее. Так и запишем «Он подошёл к Майклу, встав между его ног, а тот раздвинул их пошире.» Хм… Женщина, не глядя, дотянулась до бутерброда и, поднеся его ко рту, откусила. Задумчиво перечитав полученное предложение, она начала жевать откушенный кусок, но что-то в этом предложении не давало ей покоя. Вот что именно — никак не могла понять. Сделав глоток кофе, она резко поставила кружку на стол и поторопилась дописать предложение, пока мысль не улетучилась. — «Он подошёл к Майклу, встав между его ног, а тот, будто желая смутить, раздвинул их пошире.» Вот так теперь лучше! — радостно воскликнула женщина, ударив по столу от восторга. Кошка, практически уснувшая на своем местечке, резко подняла голову и укоризненно взглянула на хозяйку, как будто говоря: «Ты что, с ума сошла?! Это же мой тихий час!» Женщина, заметив взгляд Маси, рассмеялась и сказала: — Прости, моя пушистая муза, но вдохновение — это святое! Она снова посмотрела на экран, и в голове её забурлили новые идеи. Кошка, недовольная шумом, снова устроилась поудобнее и закрыла глаза. — Так теперь надо его напоить… но сделать так, чтобы второй соблазнился… Так «Джек нагнулся, чтобы оказаться на уровне глаз…» — женщина напечатала текст и задумалась, представляя получившуюся картину. — Ага…«облокотившись о спинку кресла»… Нет не то, «рукой облокотившись о спинку кресла»… Хе-хе, как будто он мог облокотиться чем-то ещё — она беззвучно рассмеялась, представив варианты абсурдного решения сцены. Вдоволь насмеявшись над всеми вариантами, она прочистила горло, возвращая себя в реальность. — Так всё соберись, иначе не успеешь дописать. Итак… «левой рукой облокотившись о спинку кресла»… отлично теперь можно и правую руку пристроить куда-то… «а правой взял со столика стакан с виски»… Так, а они пьют виски же? Что-то я уже забыла. — она отмотала текст назад колёсиком мышки и, найдя нужный кусок, беззвучно ругнулась. — Чёрт, это бурбон. Что ж я их все время путаю. Так-с надо исправить… «бурбоном» …перечитаем… «Джек нагнулся, чтобы оказаться на уровне глаз, левой рукой облокотившись о спинку кресла, а правой взял со столика стакан с бурбоном». — Отлично! — довольно воскликнула женщина, чувствуя прилив энергии и вдохновения. Она посмотрела на часы и заметила, что до звонка будильника оставалось ещё полчаса. Кошка, мерно сопя, удобно устроилась на полу, словно зная, что её жизнь — это сплошной отдых. Где-то внутри женщины закралась мысль: а не вернуться ли ей в тёплую постельку и не поваляться ли, как кошка, в уютных объятиях одеяла — это звучало заманчиво. Но время утекало, словно песок сквозь пальцы, и каждая секунда напоминала о том, что дела не ждут. Она вздохнула, посмотрев на экран и поняла, что сейчас — самое время превратить свои мысли в слова. Собравшись с силами, она вернулась к работе — пока вдохновение не улетучилось окончательно. В конце концов, у неё был план, и она была готова его реализовать, даже если это означало немного пожертвовать уютом и сном ради творчества. — Так ну тут просто… «Поднеся его ко рту Майкла, он едва коснулся краем стакана его губ»… Вот уже интересненько выходит. Так, а дальше пусть немного позаигрывают. Угу, будет, наверное, хорошо… «Майкл, желая насладиться напитком, попытался придвинуться к стакану, но Джек»… А что Джек? Джек не дал? Или дал? — она в очередной раз хихикнула, и поток пошлых шуток ворвался в её воображение, устроив целый хаос в голове. — Если он не дал, то, может, стоит попросить? — произнесла она вслух, улыбаясь сама себе. Кошка, услышав её смешок, приоткрыла один глаз, будто спрашивая: «Что там у тебя в голове?» Женщина продолжала фантазировать: — Наверняка, он бы ответил что-то вроде: «Я всегда готов дать за хороший материал!» Она опять засмеялась, понимая, что такие мысли только отвлекают её от работы. Но, с другой стороны, иногда нужно просто расслабиться и посмеяться, особенно когда вокруг столько серьёзности. — Ладно, хватит с меня шуток на сегодня, — сказала она, отгоняя мысли о Джеке и его фразах, — пора сосредоточиться на тексте. Кошка, снова закрыв глаза, будто одобрила это решение, и женщина уселась поудобнее. — Итак «Майкл, желая насладиться напитком, попытался придвинуться к стакану, но Джек резко убрал его, поднеся к своим губам и сделал глоток»… Неплохо… как же отреагирует на это Майкл? Хм, ну я бы точно офигела. Так какое слово — синоним офигеть? Удивился? Нет, нужно что-то другое… А если вот так… «Майкл заворожённо смотрел на него, ожидая дальнейших действий»… Ух, да то, что надо! — она покачала головой из стороны в сторону, разминая затёкшие мышцы шеи, и посмотрела на часы. Времени оставалось совсем мало. — Так ладно, сейчас он его поцелует, и, наверное, на этом сегодня всё, — подумала она, быстро набирая текст. Руки летали по клавиатуре, словно танцуя в ритме её мыслей. Каждая буква приближала её к завершению, и она чувствовала, как напряжение начинает спадать. В её воображении разворачивалась сцена: Джек, наконец, решается на этот поцелуй. Она чуть прищурилась, представляя, как он наклоняется к лицу своего партнёра, как губы сливаются в страстном поцелуе и при этом вкус алкоголя обжигает рот. — Так, это уже кое-что горяченькое, а не просто флирт! — мелькнула мысль, и она хмыкнула, осознавая, что в её рассказе эта сцена становится отправной точкой, после которой можно будет перейти к постельной сцене. С каждым нажатием клавиши она всё больше погружалась в мир своих персонажей, забывая о времени и внешних заботах. Впереди маячила цель — закончить этот фрагмент, а там, глядишь, и до самого конца не далеко! — Вот это будет поворот! — с улыбкой подумала она, заканчивая последний абзац, и, наконец, почувствовала удовлетворение от проделанной работы. Мелодия будильника оповестила об окончании творческого процесса, и кошка, как верный страж, подняла голову, внимательно глядя на хозяйку. Она, сладко потянувшись, с улыбкой взяла недоеденный бутерброд с тарелки и, запивая его кофе, приготовилась насладиться утром. — А утро сегодня действительно доброе — подумала она и закрыла ноутбук. Кошка, заметив, что хозяйка закончила свою работу, лениво потянулась и, с акробатической грацией, запрыгнула на стол, понюхав пустую тарелку из-под бутерброда. Затем подойдя к женщине, она потёрлась об руку с бутербродом, надеясь выпросить кусочек. Женщина задумчиво смотрела вперёд и продолжала завтракать, не обращая внимания на попытки питомца выпросить лакомство. С каждым глотком кофе и каждым кусочком бутерброда настроение поднималось, и утро постепенно становилось не просто началом дня, а настоящим праздником творчества и хорошего настроения.