Часть 1

      Они перестают кружиться в танце под любопытные взгляды окружающих. До её слуха доносятся редкие шепотки: «Правитель сделал выбор», и она не сдерживает гордую улыбку, пускай на какое-то мгновение и хочется выкрикнуть этим сплетникам: «Вообще-то я тоже сделала выбор!». Мальбонте прижимает её к себе, обхватив за талию, так близко, что оба заливаются краской. Не сводит с неё взгляда, полного желания, от которого у неё в животе начинают порхать бабочки.       — Я люблю тебя больше жизни… — шепчет он ей на ухо, пока музыка набирает силу. Где-то совсем рядом заливисто смеётся Мими, тоже в объятиях метиса, малознакомого для Люции, но отличающегося контрастным цветом волос.       Вокруг разливается всеобщее счастье, тепло. Тепло…       С шумным вздохом Люция просыпается, на секунду поддаваясь панике от окружающей темноты. От давящих стен и низкого потолка. Пытается раскрыть крылья, однако те прочно связаны золотой нитью. Капли пота стекают ниже по шее, чудом не испаряясь с поверхности разгорячённой, словно в лихорадке, кожи. Принцесса демонов прижимает ладонь к груди, молчаливо умоляя колотящееся сердце успокоиться. Не получается.       Бессмертные ведь не видят снов? Это крайне редкий дар, и в королевской семье его обладателей точно не было.       «Как могла Вики влюбиться в такого, как ты?» — размышляет она с горечью, вспоминая, с каким пылом непризнанная поддерживала идеи Мальбонте в стенах школы. Получала в ответ осуждение и косые взгляды, но всё равно поддерживала.       На самом деле, Люция понимала, какую картину увидит вместе с товарищами, когда операция по проникновению в лагерь состоялась. Уокер не хотела быть спасённой. Не была пленницей обезумевшего властного злодея.       А вот они пленниками стали. По собственной глупости и слепому доверию.       За дверью комнаты раздаётся шорох, и Люция вздрагивает. Собирает энергию в сжатых кулаках, готовая выплеснуть её на незваного гостя. Впрочем, гостя ли? Тут у неё были только надзиратели. И главный мучитель, который пока не тронул никого из их неудачливой команды, но то было лишь вопросом времени.       Скоро он спросит их о стороне, которую они примут. И она заранее знает свой ответ:       «Пошёл ты в бездну»       Неизвестный первым оказывает на неё воздействие. Люция почти теряет сознание, но сбивчиво переставляет ногами, пока её волокут по запутанному маршруту. Под покровом ночи лагерь приобретает зловещие очертания без единой искорки освещения. Сухая ветка с хрустом ломается под грязной подошвой. Чужие пальцы всё больнее стискивают предплечье.       Впереди приоткрытая дверь.       Где-то сбоку слышится сочувствующий женский голос:       — Прости.       Её толкают внутрь. ***       Воздействие бессмертного быстро сходит на нет, стоит надзирателям принцессы остаться снаружи. Здесь она не представляет опасности. От удушающей чёрной энергии хочется отряхнуться, прокашляться, но сопротивление только усугубит ситуацию.       Он намеренно давит на неё, заставляет подчиниться. Упасть на колени.       Смеряет её долгим напряжённым взглядом. Что-то подозревает, но будто отказывается верить.       И тогда она догадывается, в чём дело.       — Ты тоже… видел. — Хрипло произносит Люция, не прерывая зрительного контакта. Не спрашивает. Утверждает.       — Что это было, Люцифера? — в отличие от её собственного, голос Мальбонте не дрожит. Он уверен и мрачен. Он нависает над ней, накрывает своей тенью. Не позволяет рассмотреть ничего вокруг, и она не спешит противиться.       Её губы трогает усмешка.       — Если бы знать.