Глава 17 - Каникулы.

Летнее утро было тёплым, наполненным лёгкими нотками золотистой пыли в воздухе. Казалось, само солнце проникало в каждую щёлочку, рассыпая по комнате мягкое сияние. Каэлия сидела на кровати по-турецки, лениво перебирая подол своей пижамы. Джинни, растянувшись поперёк кровати, беззаботно свесила руки над головой. Анджелина же, устроившись с маленьким зеркальцем, щурилась, тщательно выщипывая брови. — Не могу поверить… — простонала Джинни с театральной тоской. — Через год у меня будут другие соседки… — Не драматизируй, Джи, — проговорила Анджелина почти беззвучно губами. — Может, с ними тебе будет даже интересней. Мы же всё равно будем видеться. — В смысле? — рыжеволосая приподнялась на локтях, недоверчиво уставившись на подругу. — Ну, Фред обещал, что после окончания школы возьмёт меня в жёны, — с лукавой улыбкой, подмигнув Уизли младшей, сказала Джонсон. — Эли будет моей подружкой невесты, ты — сестрой жениха. Так что мы снова окажемся вместе, — она пожала плечами, будто всё это было самым обычным делом. Каэлия замерла, ошарашенно уставившись на подруг. — Верю… — выдохнула она. — Но не верю, что только вчера мы сидели под столом на кухне, пытаясь стянуть печенье, а сегодня уже обсуждаем свадьбу! И до неё всего лишь год! — она подняла палец вверх, будто подчёркивая важность момента. Джинни грустно усмехнулась. Мысль о расставании с подругами тяготила сердце, и хотя она старалась не показывать этого, глаза её невольно потемнели. Анджелина же лишь улыбнулась и снова вернулась к зеркальцу, как будто ей требовалось сосредоточиться на чём-то лёгком и привычном. Раздался стук в дверь. — Кого там принесло? — возмутилась Каэлия. — Заходите! — крикнула Джинни, поправив выбившуюся прядь. Дверь распахнулась, и в комнату ввалился запыхавшийся Гарри. Его волосы торчали во все стороны сильнее обычного, щëки пылали. Анджелина взглянула на него осуждающе, мол: «Ну что, трудно было отдышаться в коридоре?» Джинни мгновенно пригладила волосы и выпрямилась. Каэлия же, приподняв бровь, нарушила повисшую тишину. — Что случилось, Гарри? — Я… — выдохнул он, хватая ртом воздух, — дайте воды… хоть немного. Джинни вскочила, подхватила фарфоровый кувшин со столика и налила стакан. Она протянула его Гарри, и тот, сделав несколько жадных глотков, наконец заговорил: — Каэлия! Я не верю! — воскликнул он, размахивая письмом. — Сириус и Элисон взяли официальную опеку надо мной! Каэлия чуть не выронила подушку, на которой сидела. Она подскочила, перехватила письмо и пробежала глазами строки:

«Гарри, мы с Элисон подали документы в опеку, а перед этим были в министерстве. Нам дали добро! Ты официально объявлен Поттером-Блэком! Думаем, тебе у нас будет лучше, чем у Дурслей. Надеюсь, Каэлия не будет против. Элисон передаёт привет, а ты передай от нас Каэлии, что мы соскучились!

С любовью, Сириус».

— Что?.. — только и смогла выдавить Эли. — Ты злишься? — осторожно спросил Гарри, растерянно глядя на неё, будто пытаясь разгадать выражение её лица. — Нет! — воскликнула она, прижимая письмо к груди. — Конечно, нет, Гарри! Я так рада! Я действительно думаю, что тебе будет лучше с нами, чем там. Просто… — голос её дрогнул. — Просто что? — подтолкнула её Джинни. Каэлия тяжело вдохнула, повернувшись к подругам: — Если я не ошибаюсь, опеку нельзя взять, если вы не женаты… разве не так? — Ну, должно быть, они окончательно помирились и расписались, — осторожно предположила Анджелина. После долгого обсуждения новостей все немного отошли от волнения и постепенно разошлись по своим делам.

***

Завтрак в Большом зале был ленивым, словно сама школа чувствовала скорый конец учебного года. Солнечные лучи заливали витражи золотым светом, запах тёплого хлеба и пряных пирогов щекотал нос. Столы, как всегда, ломились от еды: овсяная каша с дымком, салаты, горы свежих фруктов, кексы, блины и тыквенный сок, налитый в пузатые кувшины. Каэлия устроилась между близнецами. Фред сидел рядом с Анджелиной, что-то шептал ей на ухо, отчего та закатывала глаза, но улыбку сдержать не могла. Джинни расположилась напротив, между Роном и Гарри, а рядом с ними болтала Гермиона. — Вот оно — счастье, — торжественно провозгласил Фред, набивая тарелку едой. — Стоит наесться до отвала, пока есть возможность. — Тебе бы лишь вкусно поесть, — ядовито протянула Каэлия, закатив глаза, но уголки её губ предательски дрогнули. — А что ещё нужно человеку для счастья? — не унимался Уизли, подмигнув сестре. Завтрак получился шумным и весёлым, словно сама школа провожала своих учеников на долгожданные летние каникулы.

***

Позже, уже в поезде, за окнами мелькали поля и леса. Солнце играло на стекле, и вагон был наполнен смехом и болтовнёй. В их купе стоял настоящий переполох: щекотка, подколы, громкие шутки. Каэлия, смеясь до слёз, тщетно пыталась вырваться из цепких рук Джорджа, который не унимался. Анджелина сидела рядом, наблюдала за всем с лукавой ухмылкой и тихо посмеивалась. Фред, как всегда, подбадривал брата, не упуская возможности ввернуть шуточку. — Если ты её сейчас до смерти защекочешь, — сдерживая смех сказал он, — Сириус нас всех прикончит! — Да ничего с ней не будет! — упрямо отмахнулся Джордж, усиливая щекотку. — Максимум — намочит диван. Эта фраза вызвала взрыв смеха. Даже Анджелина прыснула, закрыв лицо рукой. — Джордж! — сквозь смех, с глазами полными слёз, воскликнула Каэлия. — Прекрати, у меня уже всё болит! — и начала хлопать его по плечу, пытаясь отбиться. — Контратака! — через хохот прокомментировала Анджелина. — И довольно неплохая, — поддакнул Фред, но тут же разинул рот от неожиданности, когда Каэлия случайно двинула Джорджа локтем в лоб. — Ай! — отшатнулся тот, потирая шишку. — Ой… — виновато пискнула Эли. — Тут ещё неизвестно, кто кого прибьёт, — буркнул Джордж, всё ещё держась за лоб. — Сам виноват! — огрызнулась Каэлия, демонстративно обижаясь. — Да я сама невинность! — театрально возмутился он. — Ты? — девушка встала с дивана и, задрав футболку чуть выше пояса, показала красные полосы на рёбрах. — Посмотрите только! Это доказательства пытки! — Верим-верим, — хмыкнул Фред, — но надо признать, следы впечатляющие. Болят? — Фред, ты серьёзно? — вмешалась Анджелина, бросив на него косой взгляд. — Думаешь, стоит так уж откровенно глазеть? — Конечно болят! — возмущённо выпалила Каэлия, энергично кивая, будто боялась, что её не поймут. — Правда? — протянул Фред и, не удержавшись, ткнул её пальцем прямо в ребро. — Ты уверена, Блэк? — Идиоты! — всплеснула руками Каэлия, опуская футболку. — Ни капли сочувствия в этой сумасшедшей компании! — И, демонстративно сложив руки на груди, отвернулась к окну, надув щёки. Разумеется, через секунду все снова разразились смехом.

***

Ближе к трём часам дня шум в купе стал стихать. Весёлый хохот сменился зевками, и вскоре ребята один за другим стали клевать носом. Кто-то уверял: «Я не сплю, просто глаза отдыхают», но всё равно засыпал. За окном поля золотились под солнцем, воздух дрожал от жары. В купе же воцарилась умиротворяющая тишина. Каэлия растянулась на диванчике, слегка поджав ноги. Джордж полусидя устроился рядом и, сам того не заметив, уронил голову ей на колени. Фред спал, положив голову на колени Анджелины, а та, облокотившись на окно, тихо посапывала.

***

К вечеру поезд стал замедлять ход. Ребята проснулись от настойчивого стука в дверь. За окнами уже сгущались сумерки — день почти догорел. — Джо! — возмущённо воскликнула Каэлия, вытирая боковую часть ноги. — Ты мне всё обслюнявил! — Считай это комплимент твоим удобным коленям, — хрипло отозвался он, протирая глаза. — Ужас, — простонала Анджелина, потирая висок. — Сон у окна — худшее испытание на свете. — А я, между прочим, выспался! — радостно заявил Фред, потянувшись так, что хрустнули плечи. На платформе царила привычная суета: толпа родителей, смех, крики, радостные восклицания. Все спешили к своим, и компания постепенно рассосалась. Джинни бросилась к матери, Рон с Гарри нашли Молли и Артура. Гермиона, тепло обнявшись с подругами, направилась к своим родителям. Каэлия осталась у поезда, вглядываясь в толпу. Её сердце заколотилось, когда она услышала знакомый голос: — Каэлия! Девушка резко обернулась и её улыбка сама собой расцвела. Сириус Блэк стоял на платформе, такой же величественный и свободный, будто с его плеч упала тяжесть целых лет. Рядом с ним мама и Гарри, сияющий от счастья. — Папа! — закричала Каэлия, и в следующую секунду уже повисла у него на шее. Сириус подхватил её на руки так, что ноги оторвались от земли, и крепко прижал к груди. — Я так скучала, — прошептала она, уткнувшись лицом в его плечо. — И я, моя Эли, — также тихо ответил он, и в голосе его прозвучала нежность, которой так давно не хватало. — Я тоже по тебе скучала милая, — подошла к ним женщина и обняла их обоих, тем самым наконец заполняя их душевную пустоту. — Так вы правда расписались? — задала Каэлия мучавший всю дорогу вопрос, немного отдышавшись. — Ты уже знаешь? — виновато улыбнулась Элисон, но в голосе проскользнули нотки растерянности. — Вот видите, теперь уже все всё знают, прости, что не сказали тебе раньше, дорогая. Может, отметим эту чудесную новость? — немного озорно улыбнулся теперь уже точно глава семейства.