Часть 2

Вода сомкнулась над ним, как каменная плита. **Удар об воду** был оглушительным, **воздух выбило из лёгких** одним болезненным хрипом. Боль пронзила все тело, будто кости вот-вот разлетятся на куски. Но он **выжил**. Шок сменился леденящим холодом и панической потребностью дышать. **Сейчас он старался всплыть.** Ноги и руки били по воде, отчаянно, неистово. Каждый мускул горел, легкие пылали огнем нехватки воздуха. **Сделать хоть глоток воздуха.** Голова рвалась вверх, к просвету, к лунному свету, мерцающему где-то там, на недосягаемой поверхности. Но черная тяжесть воды тянула вниз, а штормовые **волны**, поднятые ветром над пропастью, обрушивались на него с жестокой, **яростной силой**. Они швыряли его, как щепку, закручивали, накрывали ледяными гробами пены, не давая подняться. **Долгое сопротивление.** **Борьба** на грани сил, на грани сознания. **И свет Луны**, холодный и далекий, будто **насмехающейся** над его жалкими попытками добраться до воздуха. Он видел его сквозь толщу воды, это безучастное серебристое пятно – символ спасения, ставший символом издевки. **Секунда.** Один короткий миг между волнами. Голова вырвалась на поверхность. **Один жадный глоток воздуха.** Он ворвался в легкие, обжигающе холодный, невероятно сладкий. Жизнь! Всего на миг. И тут же следующая **тьма воды** накрыла его с головой, смывая надежду, как песок с камня. Паника сменилась ледяной, отчаянной решимостью. Плыть по течению – смерть. **Быстрое решение плыть вдоль утёса.** Может, там есть выступ, пещера, хоть какая-то надежда зацепиться. Он развернулся, отчаянно работая онемевшими руками и ногами, борясь с течением, которое пыталось утащить его в открытую, бездонную черноту. **Попытки удержаться хоть за что-то.** Пальцы скользили по мокрым, обросшим скользкими водорослями камням. Ни выступов, ни трещин. Только гладкая, холодная, непреодолимая стена. **Тщетно.** **Сильная волна.** Как удар гигантского кулака. Она подхватила его, оторвала от утеса и понесла прочь, в открытые объятия бушующего моря. **Его уносит от утёса.** Островок ложной надежды исчезал во мраке, заслоняемый гребнями новых волн. **Ещё волна**, выше, злее. Она накрыла его с головой, закрутила в водовороте пены и соли. **Он скрывается под водой.** Глубже, чем прежде. Давление сжимало виски, темные пятна поплыли перед глазами. Он из последних сил рвался вверх, но пузырьки воздуха уплывали куда-то в сторону. И тут – **движение на периферии зрения.** В темноте, справа. Что-то скользнуло. Плавное, быстрое, больше тени, чем формы. **Страх, сковывающий движения.** Ледяной укол пробил адреналиновый туман борьбы. *Оно?* Пришло? За ним? Сюда, в эту водную могилу? Мысли спутались. Он замер на мгновение, парализованный древним, животным ужасом перед невидимым в глубине. Его тело перестало слушаться, готовое сдаться и воде, и тому, что скользило во мраке. **Маленькая рыбка.** Она выплыла из темноты, крошечная, серебристая, мелькнув в слабом луче света, проникшем с поверхности. Совершенно безобидная. **На сердце спокойнее.** Глупый, нелепый, но мощный прилив облегчения. Не чудовище. Просто рыбка. Жизнь. Значит, не все здесь смерть? Напряжение, сковывавшее его тело последние бесконечные минуты, **расслабление.** Он почти улыбнулся сквозь воду, выпуская последние пузырьки воздуха. Глупость! Но это был миг слабой, теплой надежды. Он собрался с силами для нового рывка к поверхности, к свету Луны, к воздуху... **Съедает акула.** Она возникла из той самой темноты, где мелькнула рыбка. Мгновенно. Бесшумно. Как торпеда из черного бархата моря. Огромная, тупая морда. Белесое брюхо, мелькнувшее в лунном свете, проникавшем сквозь толщу воды. Пасть. Невероятно широкая, усаженная рядами белых, как лунный свет, но бесконечно более страшных зубов. Она не рычала, не издавала звука. Она просто *была* там, заполняя собой все пространство, все мысли, все будущее. Не было времени на крик. Не было времени на новый страх. Только ослепляющая вспышка понимания – *рыбка была приманкой*. И пасть сомкнулась. Страшная, раздавливающая сила. Холод. И затем – только темнота, бесконечно более глубокая и окончательная, чем любая лесная ночь или морская бездна. Луна, холодная и насмешливая, продолжала светить на бушующее море, в котором лишь несколько кровавых пузырьков быстро растворились в черной воде, прежде чем их унесла следующая волна.