Лунное Явление

Разум свершил над классикой ряд побед — Дракулы, демоны, адские твари — всё старый канон. Книги мисс Шелли отныне — постмодернистский бред, А кара богов, проклятья, Отранто — давно моветон! Отблеск металла и багряные реки на ужаленной плоти, Пилы вгрызаются в кости при кровавой охоте. Бледная дама проклятья смешные лепечет, Трупы живые звезду Голливуда калечат. Жало из мрамора шершня уж больше не жалит, Юноша с ртом разверстым не зубоскалит (Кончились ужаса милые самородки Вместо искусства — новостные сводки)… Но в век, когда цифра владеет умами, Пространство озарило лунное сиянье. *** Лунная ночь отворила врата преисподних, В белых лучах выжигая наш разум дотла. Тонкая ночи вуаль — лишь аналоговая волна В отблеске злом от зеркал потусторонних. Боже, кому я всё это время молился? Ангел Гавриил напустил отравленный сон, Диск серебра в небесах — то был его трон. Нет! Не узнает пастух, что Иисус никогда не родился. Юноша с девы душою познал самовыражение: Intruder и doppelgänger — уникальный концепт? Но в связке они — универсальный рецепт… Дать эпигонам клише, Алекс, плохое решение! В полой планете из плоти растут сады. Меня посетили зачем, о, небесные гости? Чувствую: стонут во мне новые кости, И Айрис-планета дарует вещие сны: «Мэри наблюдает, как врата умирают, Челюсти мёртвою хваткой сомкнутся, Люди-скоты голодному глазу сдадутся, И вестники зря их покой охраняют.     Люди отныне — для глаза кормовая база! Vita Carnis, живая плоть, В людях не зная отказа, Над Землёю власть обретёт. И знает двоичный оракул (который нарёкся «пророк»): Зыбко покоятся мыслеформы под холмами Грейлока, Символ свободы скрывает метаструктуру Рогатого Змея с востока. И новый Господь почивает в утробе луизианских болот». Подлинным страхом охвачен с головою я снова, И если кто скажет, что мистика низкого сорта — мейнстрим, Я отвечу: Et papilio dissipabo ferre non per vim Sed per invisibilis vocem in nomine species novae! И всё же пермский период в Центральной Сибири Мне стократ милее, чем ужасы американской глубинки.