Глава 3: Физика притяжения

Кайто жил по своим законам. Гигантский, шумный, кипящий молодыми амбициями "организм". Для Алуми Йошикавы этот "организм" начал обретать знакомые черты. Узкие улочки между корпусами стали тропинками, а не лабиринтами; расписание лекций перестало быть шифром; лица одногруппников начали обретать имена и характеры. Факультет Социальных Наук встретил ее плотным графиком: лекции по теории коммуникации, семинары по социальной психологии, первые групповые проекты. Она погрузилась с головой, жадно впитывая знания, оттачивая аргументы на дискуссиях, наслаждаясь интеллектуальным вызовом. Мина была рядом, как вечный источник энергии и розового позитива, их связь только укрепилась в новых стенах. Тень прошлого отступила, растворившись в рутине конспектов и студенческих кафе. И все же… Мысль о нем – Кацуки Бакуго – периодически всплывала, как навязчивый риф. Когда она видела вдалеке кого-то со светлыми, Когда в толпе раздавался особенно громкий, раздраженный голос. Когда она проходила мимо спорткомплекса и слышала глухие удары по груше. Кайто был слишком велик, их факультеты – разными планетами. Алуми ловила себя на том, что ее поиски в толпе становились все реже, а надежда на случайную встречу притуплялась, уступая место реальности учебы и новых впечатлений. "Возможно, это и к лучшему," – думала она иногда, перелистывая страницу учебника. "Что я ему скажу? Спасибо за то, что измазался в грязи?" Стыд и неловкость от того дня все еще были живы под слоем благодарности. Планета Инжиниринга вращалась с куда большей скоростью и под куда более жестким гравитационным полем. Центром этого поля был Кацуки Бакуго. Его дни были расписаны по минутам: лекции – семинары – лабораторные – библиотека – спортзал. Сон – по остаточному принципу. Он пришел не учиться – он пришел доминировать. Каждая пара была битвой, каждый семинар – дуэлью. Он сидел в первом ряду, его алые глаза, как сканеры, фиксировали каждое слово профессора, каждую реплику сокурсников. Он задавал вопросы – острые, порой граничащие с дерзостью, – не для того, чтобы блеснуть, а чтобы выявить слабину в материале или в оппоненте. Те трое, кого блондин мысленно отметил, как угрозу в первый день, подтвердили свой статус. Особенно девушка с холодными глазами – Момо Яоёрозу. Она мыслила структурно, ее решения были элегантны и безупречны. Бакуго уважал компетентность, даже если она его бесила. Он видел в ней достойного соперника. Остальные, включая вечно опаздывающего и вечно что-то теряющего Денки (который чудом уцепился за хвост списка поступивших), были фоном. Дружба? Излишество. Трата времени. Кацуки общался только с Киришимой (который вкалывал на стройке и учебе как проклятый, пытаясь удержаться на плаву) и терпел Денки изредка, когда тот не слишком мозолил глаза. Мысль о поиске "розоволосой социологички" была абсурдна на уровне когнитивного диссонанса. Она не представляла интереса для его академического или спортивного триумфа. Она была частью того дерьмового дня, который он успешно похоронил под тоннами решенных задач и отточенных ударов. Кайто был его ареной. И на ней не было места для сентиментальных призраков.

***

Библиотека Кайто. Девушка  сидела за столом, ее взгляд был прикован к схеме термоядерного реактора в учебнике. Не страх, а сосредоточенное раздражение читалось на ее лице. "Упрощено до полной потери смысла," – подумала она, постукивая карандашом по злополучному изображению. Концепция ясна, но эти неточности в деталях магнитного удержания… Социологический анализ требовал точности даже в базовом понимании технологий. Алуми искала альтернативные источники, но время поджимало. Именно в этот момент ее периферийным зрением была зачемечена знакомая фигура в конце ряда стеллажей. Высокий, подтянутый, в черной футболке – Кацуки Бакуго. Он стоял, вытянув руку к верхней полке, его профиль был резок под падающим светом, алые глаза сфокусированы на корешках книг. Никакой ярости, только целеустремленная концентрация. Алуми не замерла. Сердце лишь чуть учащенно забилось – отголосок прошлого и неожиданность. Но страх? Его не было. Была оценка ситуации. Он здесь. Он на Инжиниринге. Он явно разбирается в сложных системах. Ее взгляд скользнул обратно к своей проблемной схеме. Шанс. Не раздумывая долго, Девушка встала. Спокойно, без суеты. Ее движения были уверенными, походка ровной. Она подошла, остановившись на вежливом расстоянии. Ее красно-розовые волосы, собранные в небрежный, но стильный пучок, ловили свет. "Бакуго-сан?" – ее голос прозвучал четко, достаточно громко, чтобы его можно было услышать, но не нарушая библиотечную тишину. Спокойно. Уверенно. Он резко повернул голову. Алые глаза, секунду назад погруженные в поиск, нахмурились, встретив ее взгляд. Распознавание было мгновенным. Сначала – раздражение от помехи. Затем – удивление, быстро сменяющееся привычной настороженностью. Он снял книгу с полки. "Ты?" – его голос был низким, ровным, без особой интонации, но узнаваемым. "Да," – кивнула Алуми, ее светлые розовые глаза смотрели на него прямо. Она подняла папку, открыв ее на злополучной схеме. "Алуми Йошикава. Факультет Социальных Наук. Нам дали эту схему для проекта по восприятию технологий." Она указала на проблемную зону. "Есть вопросы по адекватности изображения магнитного удержания плазмы. Судя по другим источникам, это… значительное упрощение, граничащее с искажением физики процесса." Ее тон был деловым, без заискивания. Она не просила помощи – она констатировала проблему и, по сути, предлагала ему как эксперту высказаться. Бакуго нахмурился еще сильнее, его взгляд скользнул по схеме, потом к ее лицу. Он явно оценивал ее слова. "Социологи и физика…" – процедил он, но без прежнего презрения, скорее с профессиональным скепсисом. Он шагнул ближе, его внимание полностью переключилось на схему. "Кто дал эту муть? Накамура?" "Да," – подтвердила Алуми. "Гуманитарий," – констатировал он с легким фырканьем, но это была констатация факта, а не оскорбление. Он выхватил папку у нее и ткнул пальцем. "Вот здесь, здесь и здесь – бред. Магнитное поле не однородное поле в сечении, как тут нарисовано. Оно градиентное, формирует магнитные пробки для удержания. Эта картинка годится для детсада, не для университета." Он начал объяснять: "токамак", "управляемый синтез", "проблема устойчивости" – быстро, технично, но с такой ясностью, что девушка легко улавливала суть. Она слушала внимательно, кивая в ключевых моментах, ее взгляд перемещался со схемы на его сосредоточенное лицо. Она видела его компетентность, его увлеченность темой. "...поэтому на этой схеме стабильность плазмы показана как данность, а в реале это главная головная боль," – закончил он отрывисто, сунув папку обратно ей в руки. "Если будешь опираться на это – анализ будет ложным. Бери базовые принципы из Синкая. 'Введение в Физику Плазмы'. Страница 145. Там хоть коряво, но верно." "Спасибо," – сказала Алуми искренне, принимая папку. "Это проясняет многое. И… еще раз спасибо. За тот раз под дождем." Ее слова были простыми, благодарными, без излишней эмоциональности, но с полным осознанием значимости его поступка тогда. Бакуго задержал на ней взгляд. Его лицо оставалось серьезным, но напряжение в уголках глаз чуть ослабло. Он лишь хмыкнул, махнув рукой. "Забей. Мудак сам напросился. А тут…" – он кивнул на папку, – "…просто кричащий непрофессионализм резанул глаз. Не за что." Он взял свою книгу, разворачиваясь. Алуми не позволила моменту уйти. Ее голос прозвучал так же уверенно: "Подождите, Бакуго-сан." Он остановился, обернувшись, брови снова поползли вверх, но теперь скорее с вопросом, чем с раздражением. "Если в ходе проекта возникнут еще подобные узкие места…" – она говорила спокойно, глядя ему прямо в глаза. – "Есть ли возможность проконсультироваться? Кратко. Только по существу вопроса. Если вы не против и будете свободны." Она не просила – она предлагала вариант. Четко. Уважительно к его времени. Бакуго смотрел на нее. Молчание длилось пару секунд. Он явно взвешивал. Его взгляд снова скользнул по папке, потом в сторону. Он резко вздохнул – тот самый звук пара из котла. "Блять…" – пробормотал он себе под нос. Затем столь же резко сунул руку в карман, вытащил скомканный чек и обломок карандаша. Написал что-то угловато – номер телефона – и сунул листок ей. "Вот. Только по делу. И если я свободен. И если вопрос не тупой до усрачки. Поняла?" Алуми взяла листок, не дрогнув. "Поняла," – кивнула она, ее губы тронула легкая, уверенная улыбка. "Благодарю. Беспокоить по пустякам не стану." Она положила листок в свою папку рядом с учебником. Бакуго лишь хмыкнул, резко развернулся и зашагал прочь. Алуми стояла, держа папку с бесценным номером. Мир Кайто стал немного понятнее. И перспективы проекта – значительно яснее.

***

Вечер того же дня. Спортбар "Хук" снова был полон. Бакуго, Киришима и Денки сидели за своим привычным столиком. Бакуго уничтожал стейк с яростью человека, мстящего мясу за все жизненные неурядицы. Киришима что-то оживленно рассказывал Денки о новой стройке, где он подрабатывал. Денки клевал носом над стаканом колы. Внезапно в кармане спортивных штанов Бакуго завибрировал телефон. Он нахмурился, отложил нож и вилку, вытащил аппарат. Незнакомый номер. СМС. Он открыл сообщение, его брови поползли вверх по лбу. • Неизвестный: Изображение: фрагмент схемы из папки с пометкой "Магнитное поле здесь?" Вы это имели в виду под "бредом магнитного удержания"? Я нашла учебник Синкая, стр.145. Там другой конфигурация катушек. Это та самая "чушь" или я не туда смотрю? Извините за беспокойство. А.Й. Бакуго замер. Его алые глаза пробежались по тексту, по изображению. Уголки его губ дрогнули в едва уловимом подобии улыбки. Идиотка. Но… не тупая. Нашла учебник. Правильный фрагмент схватила. Вопрос… не идиотский. Действительно, на схеме Накамуры было упрощение, граничащее с ошибкой в контексте устойчивости. Он быстро набрал ответ, его пальцы стучали по стеклу с привычной резкостью: • Бакуго: Йошикава? Да, это оно. На схеме твоего дебила-профессора поле однородное в сечении, а в реале – градиентное, формирующее магнитные пробки. На стр.145 Синкая – упрощенно, но верно. Разницу видишь? Если нет – тупая. Он отправил и сунул телефон обратно в карман, возвращаясь к стейку. "Бро? Кто это?" – Киришима поднял бровь, заметив необычную реакцию. Бакуго редко отвечал на смс так быстро и… без мата в голосе.  "Никто," – буркнул Бакуго, отрезая кусок мяса. "Одна социологичка. Засоряет мозг вопросами по физике." "Социологичка?" – Денки оживился, как будильник. "Блондинка? Брюнетка? Рыжая?" Бакуго метнул в него убийственный взгляд. "Завались, Каминари, или получишь вилкой в глаз." Но Киришима присмотрелся к другу внимательнее. И увидел то, что другие могли не заметить. Легкое напряжение в плечах. Слишком сосредоточенное поедание стейка. И… отсутствие немедленного взрыва после смс. Киришима знал Бакуго. Знакомые номера он либо игнорировал, либо отвечал с раздражением. Незнакомцев – посылал в три буквы. Здесь же… был диалог. "Социологичка…" – пронеслось у Киришимы в голове. Розовые волосы. Алуми Йошикава. Факультет Социальных Наук. Пазл сложился. Его лицо озарилось широкой, понимающей ухмылкой. В этот момент телефон Бакуго снова завибрировал. Он снова вытащил его, прочитал новое сообщение. На его лице промелькнуло что-то вроде… удовлетворения? Он быстро набрал ответ, отправил и снова сунул телефон в карман, но теперь с каким-то странным, не свойственным ему избеганием взглядов Киришимы. "Интересная социологичка?" – не унимался Каминари. "Я сказал – заткнись," – рявкнул блондин, но без прежней силы. Он допил свой стакан воды. "Я пошел. Завтра рано вставать. Лабу по термодинамике надо громить." Он встал, кивнул Киришиме и направился к выходу, оставив недопитую колу Денки и массу вопросов. Как только дверь за Бакуго закрылась, Киришима достал свой телефон. Его пальцы быстро нашли номер Мины Ашидо, сохраненный после того памятного вечера под дождем. Он набрал сообщение: • Киришима: Привет, Ашидо! Это Киришима. Тот самый, с "мокрой эпопеи" :) Случайный вопрос: твоя подруга Алуми не спрашивала сегодня случайно кого-то по инжинирингу? Просто интересно! Ответ пришел почти мгновенно: • Мина: КИРИШИМА ПРИВЕЕТ! Да! Она только что вся сияющая прибежала! Говорит, столкнулась в библиотеке с Бакуго! И знаешь что? ОН ЕЙ СНОВА ПОМОГ И ДАЖЕ ДАЛ СВОЙ НОМЕР! Она сейчас у себя в комнате, переписывается с ним по какому-то магнитно-пробковому вопросу и не может поверить в свою смелость! Спасибо, что спросил! ⸜(｡˃ ᵕ ˂ )⸝ Киришима засмеялся, показывая сообщение Денки, чьи глаза стали размером с блюдца. "Бро…" – прошептал Денки. "Он… он ей номер дал? Добровольно? И… переписывается? Без угроз?" "Похоже на то," – Киришима отправил Мине смайлик с подмигиванием и надписью "Держим кулачки!" – "Видимо, даже взрывным гениям иногда нужна… гуманитарная помощь. Или что-то еще." Он допил свою колу, его лицо светилось удовлетворением. Судьба, что еще сказать. 

***

Первые дни после библиотечной "консультации" прошли для Алуми в интенсивной работе над проектом. Учебник Синкая стал ее настольной книгой, а полученный номер телефона лежал в блокноте, как стратегический актив. Она не спешила им воспользоваться без веской причины. Ее уверенность не была наглостью – она понимала цену его времени и его заявленные условия ("не тупые вопросы", "когда свободен"). Но когда в процессе анализа данных для проекта возник закономерный, сложный вопрос о взаимосвязи КПД реактора и общественного восприятия рисков – вопрос, требовавший именно инженерного взгляда, – она не колебалась.  • Йошикава (20:14): добрый вечер! У меня возник вопрос по проекту, связанный с интерпретацией данных о КПД "Солнечного Вихря" в контексте восприятия риска населением. Если у вас есть 5 минут вечером, могу ли я позвонить? Текстовая расшифровка нюансов займет много времени. Извините за беспокойство. Сообщение было отправлено. Девушка отложила телефон и вернулась к таблицам, не позволяя себе нервно пялиться на экран. Она сделала то, что считала необходимым и корректным. Ответ – его дело. Вибрация прозвучена через 15 минут. • Бакуго (20:29): Звони. Только быстро. Алуми позволила себе легкую улыбку. Прямо и по делу. Она набрала номер. Он ответил почти мгновенно. "Алло?" – его голос прозвучал чуть хриплее, чем в библиотеке, и отдаленно доносился звук ударов – он явно был в спортзале или дома у груши. "Добрый вечер! Спасибо, что нашли время," – начала она ровно, без лишних предисловий. "Суть вопроса: в отчетах по пилотным запускам 'Вихря' указан КПД в 35%, что позиционируется как прорыв. Однако, в общественных опросах этот показатель вызывает скепсис – люди ожидают почти 100% от энергии будущего. Я пытаюсь понять, насколько этот скепсис обоснован с инженерной точки зрения. Является ли 35% действительно высокой цифрой для текущего этапа разработки ТЯС? Или это маркетинговая натяжка?" На другом конце провода на секунду воцарилась тишина, прерываемая только ритмичными глухими ударами. Потом Бакуго фыркнул – звук был отчетливо слышен. "35% – для токамака на текущей стадии – это не высоко, это блять космос!" – его голос зазвучал с привычной экспрессией, но без злобы, скорее с азартом эксперта. "Люди, которые ждут 100% от первой в мире коммерческой модели – идиоты. Им мозги промыли фантастикой. Даже на ГЭС КПД редко за 90% лезет, а тут – термояд! Стабильную плазму удержать – уже подвиг. 35% – это чертовски хороший результат для прототипа. Натяжка? Нет. Реализм. Маркетологи, конечно, раздуют, но цифра сама по себе – огонь." Алуми быстро конспектировала ключевые моменты, ее ум схватывал суть. "Поняла. То есть скепсис основан на непонимании масштаба сложности и текущих реальных возможностей технологии? Не на сознательном занижении показателей разработчиками?" "Абсолютно," – подтвердил Бакуго. "Разработчики как раз молодцы. Проблема в том, что обыватель не видит разницы между лабораторным экспериментом на долю секунды и промышленной установкой. Им подавай розетку с бесконечной халявной энергией уже завтра. Бред." Он сделал паузу, послышался еще один сильный удар. "Это все?" "Практически. Еще один уточняющий момент: влияет ли сложность обеспечения безопасности установки на конечный КПД? Или это отдельная статья расходов/ограничений?" "Влияет, блять, конечно!" – ответил он без раздумий. "Каждая дополнительная система безопасности – это вес, сложность, энергозатраты на ее поддержание. Магнитные катушки, системы аварийного охлаждения, защитные кожухи – все это съедает часть выходной мощности. И это правильно, иначе рвануло бы так, что мало не показалось. Так что да, высокая безопасность = чуть меньший КПД, но это необходимая плата. Идиоты, которые кричат 'давайте рискнем ради КПД' – конченые дебилы." Алуми кивнула, хотя он этого не видел. "Ясно. Большое спасибо, Бакуго. Это очень ценно и проясняет картину для анализа общественного недоверия. Я вас больше не задерживаю." Ее тон был искренне благодарным, но без заискивания. "Ага," – буркнул он. Прозвучал еще один удар. "Удачи с проектом." И связь прервалась. Алуми опустила телефон, удовлетворенно вздохнув. Информация – золото. И она ее получила. Эффективно. Без лишних сантиментов. Она отметила про себя: Он действительно знает свое дело. И умеет объяснить, если вопрос стоящий. Мысль о том, чтобы отправить ему позже краткий отчет о том, как его информация помогла в анализе, мелькнула в голове – как профессиональная любезность. Может, потом. На другой стороне парень опустил телефон, продолжая методично лупить по тяжелой груше. Его лицо было сосредоточенным, но мысли слегка отклонились от траектории удара. Социологичка… Йошикава… Вопросы у нее были… не тупые. Четкие. По делу. Она схватывала суть быстро, не переспрашивала ерунду. И тон… спокойный, уверенный. Никаких "ой, извините, пожалуйста". Как коллега, блять, с другого факультета. Это… было неожиданно. Непривычно. Но не противно. Он закончил подход, с силой врезав в грушу последний удар. «Блять, 35% - это космос", – мысленно повторил он свою же фразу. Надо будет глянуть потом, что за этот их "Вихрь". Чисто из интереса. Переписка не стала ежедневной, но приобрела регулярный характер. Раз в несколько дней Алуми находила действительно сложный, пограничный вопрос, связанный с технической стороной ее социологических проектов (энергетика, транспорт, медицина), и отправляла лаконичное сообщение. Иногда Бакуго отвечал сразу кратко и яростно "Нет, блять, нейросеть там не при чем, это физика материалов!"  Иногда отвечал с задержкой "В лабе, позже". Однажды – позвонил сам, когда вопрос касался сложной динамической модели, которую проще было объяснить голосом с примерами "Смотри, вот тут на графике пик – это не сбой, это резонансная частота, дура!"   Он никогда не писал первым. Никаких "привет" или "как дела". Только ответы на конкретные запросы. Но его ответы становились чуть менее… взрывоопасными. Меньше "идиотка", больше конкретики. Алуми отвечала в том же духе: благодарила, иногда кратко сообщала, как применила информацию. Она держала дистанцию, но профессиональное уважение между ними начало прорастать сквозь асфальт его привычной грубости.

***

"Он СНОВА тебе звонил?!" – Мина визжала, вскакивая с кровати в их общей комнате в студенческом общежитии. Алуми только что закончила еще один телефонный разговор с Кацуки, на этот раз о принципах работы квантовых компьютеров для проекта о будущем ИИ. "Алуми! Это же прогресс! Настоящий! Он же мог просто послать тебя в тексте!" Девушка убрала телефон, ее выражение лица было спокойным, с легкой усталостью после концентрации. "Он позвонил, потому что объяснять матрицы кубитов текстом – садизм. Это эффективно. Ничего более." Она открыла ноутбук, чтобы записать свежую информацию. "Эффективно?!" – Мина подскочила к ней, сияя. "Милая, он тратит на тебя свое драгоценное время! Добровольно! По телефону! Бакуго! Тот самый, который, по словам Киришимы, обычно отвечает на звонки криком "Чего, блять?!" и бросает трубку! Это не эффективность, это ИНТЕРЕС!" Алуми позволила себе легкую улыбку. "Интерес к квантовым вычислениям, возможно. Или к тому, чтобы не дать мне написать чушь, которая потом где-нибудь всплывет и ударит по его профессиональной гордости." Она повернулась к подруге. "Он уважает компетентность. Я задаю грамотные вопросы. Он дает грамотные ответы. Пока все держится в этих рамках." "Рамках, рамках!" – Мина закатила глаза, но потом хитро прищурилась. "А ты не хочешь… выйти за рамки? Увидеть его? Не в библиотеке случайно, а так… специально? Проверить, что там за человек, когда он не объясняет термояд?" Мысль была не нова. Йошикава действительно задумывалась об этом. Кто он за пределами учебников, боксерских груш и ругани? Но инициатива… "Я не уверена, что это уместно. Мы общаемся сугубо по работе. Я не хочу выглядеть навязчивой или…" – она искала слово, – "…как та девчонка, которая приняла его за парня." "Навязчивой?!" – Мина фыркнула. "Алуми Йошикава, ты самая ненавязчивая девушка на свете! Ты ему номер не выпрашивала – он сам дал! Ты звонишь раз в неделю по делу! Это он тебе сам позвонил сегодня! Пора уже переходить на новый уровень! Предложи встретиться! Поговорить не только о плазме! Например…" – глаза Мины загорелись, – "…поблагодарить за помощь проекту. Купить кофе. Как коллега коллеге!" "Кофе…" – девушка задумалась. Это звучало… нейтрально. Профессионально вежливо. Не свидание. Благодарность. "Возможно. Но где? Он вряд ли пойдет в наше кафе Корица." "А ты иди к нему!" – выпалила Мина. "В его логово! В 'Хук'! Киришима говорит, они там частенько тусуются после тренировок – он, Киришима и тот веселый блондин, Денки." "В спорт-бар?" – Алуми приподняла бровь. "Сомнительная идея. Там шумно, людно… и он будет на своей территории." "Тем лучше!" – Ашидо была неумолима. "Ты войдешь, как королева! Уверенная, спокойная! Поблагодаришь за помощь, предложишь кофе – если он не олень, то согласится! А если нет – ну и фиг с ним, зато ты попробовала! И я пойду с тобой! Для моральной поддержки! И чтобы посмотреть на его лицо!" Она прыгала от возбуждения. Девушка смотрела на подругу, потом в окно, на вечерние огни Кайто. Риск? Да. Возможность увидеть его в иной обстановке, снять маску чисто делового общения? Тоже да. И ее уверенность, та самая, что позволила подойти к нему в библиотеке, шептала: Почему бы и нет? Ты не просишь милостыни. Ты предлагаешь кофе в знак благодарности. Его выбор. Она повернулась к Мине, ее светлые розовые глаза приняли решительное выражение. "Хорошо. 'Хук'. Завтра вечером. Но ты сидишь за соседним столиком и не вмешиваешься, если не будет сигнала SOS. Договорились?" Мина завизжала от восторга и кивнула так, что ее розовые хвостики запрыгали. "Договорились! Ох, Алуми, это будет… ВОСТОРГ!"

***

Вечер следующего дня. Спорт-бар "Хук" гудел, как гигантский улей. На экранах шли повторы боксерских поединков, воздух был густ от запаха жареной курицы, пива и пота. За дальним столиком, в относительной тени, сидели трое. Блондин методично уничтожал тарелку острых крыльев, его взгляд был прикован к экрану, где шел разбор техники нокаутирующего удара. Киришима что-то оживленно рассказывал Денки о новой подработке. Денки клевал носом, оживляясь только, когда официантка приносила новую порцию чипсов. Вибрация в кармане спортивных штанов Бакуго заставила его нахмуриться. Он вытащил телефон, бросил взгляд на экран. Сообщение от Алуми. • Йошикава (19:45): Добрый вечер! Я Нахожусь в "Хуке". Хотела лично поблагодарить за неоценимую помощь в проекте. Если вы здесь и не против компании на 10 минут, предложила бы кофе в знак признательности. Я у стойки. Бакуго замер. Его брови поползли к линии волос. Он перечитал сообщение. Она. Здесь. В "Хуке". Предлагает кофе. Его мозг, обычно работавший со скоростью суперкомпьютера, на секунду завис. Это выходило за рамки их "не тупых вопросов". Это было… социальное взаимодействие. Добровольное. С его стороны. "Бро? Что-то важное?" – Киришима перевел взгляд с Денки на замершего Бакуго, заметив его странное выражение лица. "Нет," – автоматически рявкнул Бакуго, но его взгляд метнулся к входу и стойке бара. И он ее увидел. Действительно , там стояла Девушка у высокой стойки, опираясь на нее локтем. Она была в темных, хорошо сидящих джинсах, простой белой блузке и легкой кожаной куртке. Ее красно-розовые волосы были свободно распущены по плечам, ловя отсветы неоновых вывесок. Она не суетилась, не оглядывалась по сторонам с нервным видом. Она просто ждала, спокойно наблюдая за барменом, наливавшим кому-то пиво. Уверенная. Как в библиотеке. Только теперь – на его территории. "Блядь..." – вырвалось у Бакуго тихо, больше для себя. Он не ожидал… этого. Не ожидал, что она просто придет. Без предупреждения, кроме смс. Нагло? Да. Но… чертовски уверенно. "Что опять?" – Денки наконец проснулся, проследив за его взглядом. Его глаза округлились. "Ого! А это кто такая огонь? Новенькая? Розовые волосы – мощно!" Киришима тоже посмотрел. Его лицо озарилось широкой, понимающей улыбкой. "Ох, Бро…" – он протянул, явно узнав Алуми. Бакуго метнул в него убийственный взгляд, но было поздно. Алуми, словно почувствовав их взгляды, повернула голову. Ее светлые розовые глаза нашли Бакуго через полбара. Она не смутилась, не опустила взгляд. Она лишь слегка кивнула ему, ее губы тронула легкая, вежливая улыбка. Взгляд был ясным и говорящим: Я здесь. Предложение в силе. Твой ход. Парень почувствовал, как что-то знакомое закипает у него внутри. Раздражение? Паника? Желание послать ее подальше за такую наглость? Но… Он вспомнил ее четкие вопросы. Ее "спасибо" без соплей. Ее спокойствие сейчас, под прицелом его и его друзей. Она не лезла к их столику, не кричала ему через зал. Она ждала у стойки. Держала дистанцию, но давала понять – пришла к нему. Он встал. Резко. Стул грохнул. "Скоро приду," – бросил он Киришиме и Денки, даже не глядя на них. Его лицо было каменным, но в алых глазах бушевала буря – не ярости, а острого, непривычного смятения. Он направился к стойке, его походка была привычно резкой, но внутри все кричало:  Что за пиздец, Бакуго? Что ты делаешь? Он остановился перед ней. Она была чуть ниже его. Ее розовые глаза смотрели прямо на него, без страха, с тем же спокойным ожиданием, что и в библиотеке. "Йошикава," – начал он, голос звучал хрипло, он сглотнул. "Ты серьезно? 'Хук'?" "Бакуго," – она кивнула. "Да. Я подумала, что благодарность вживую будет уместнее, чем очередное смс. И кофе – неплохой повод." Она махнула рукой в сторону бармена. "Что вы предпочитаете? Раф? Эспрессо? Американо?" Он смотрел на нее. На ее спокойное лицо. На уверенность, с которой она стояла здесь, в этом шумном, мужском баре, предлагая ему кофе. Это было… дерзко. Странно. И чертовски… не раздражало так, как должно было. "Американо," – выдохнул он, сам удивляясь своему ответу. "Крепкий. Без всякой там херни." Блять, я только что согласился на кофе с социологичкой в спорт-баре. Мысль крутилась в голове, как шаровая молния. "Американо, крепкий, два," – повернулась Алуми к бармену, ее голос звучал четко. Она достала кошелек. Потом снова посмотрела на Бакуго. "У вас есть 10 минут? Или вы с друзьями?" Она кивнула в сторону их столика, где Киришима сиял как тысяча солнц, а Денки пялился, открыв рот. Бакуго посмотрел на своих друзей, потом обратно на нее. Его мозг лихорадочно искал выход. Сказать "нет" и уйти? Легко. Но… она уже заказала кофе. И она смотрела на него без тени неуверенности. Как будто знала, что он может отказаться, и это было бы нормально, но она все равно сделала то, что считала нужным. "Десять минут есть," – процедил он сквозь зубы, чувствуя, как его принципы трещат по швам. "Но не у стойки, блять. Там." Он махнул рукой в сторону маленького свободного столика у стены, подальше от его друзей, но и не в самом углу. "Отлично," – улыбнулась Алуми, принимая от бармена два дымящихся стаканчика. Она протянула один Бакуго. "После вас." Он взял стакан, обжигая пальцы. Горячий, черный, без сахара – как он и сказал. Он посмотрел на нее, потом на столик. Блять. Полный пиздец. Он кивнул и пошел к столику, чувствуя, как взгляды Киришимы и Денки жгут ему спину. Алуми последовала за ним, ее осанка была прямой, выражение лица – спокойным и немного… удовлетворенным. Она сделала первый шаг за рамки "физики плазмы". И он, Кацуки Бакуго, взрывной гений и ненавистник сантиментов, пошел с ней пить кофе. Игра только начиналась, и ставки неожиданно выросли.