ГЛАВА 7 ВРЕМЯ ПРАВДЫ

Интермундос       – Карамелька моя сладкая, – Гелия попеременно то обнимал Флору, то осыпал её лицо поцелуями, – я же не сошёл с ума, и это правда ты? Постой, – проговорил парень, будто очнувшись. – Как ты сюда попала? – Гелия немного отстранился и, не выпуская жену из объятий, внимательно посмотрел ей в лицо. – Это дедушка отправил тебя сюда?       – Нет! – Флора резко высвободилась из объятий мужа. – Твой дедушка даже не посчитал нужным рассказать мне, где ты находишься! – возмущённо проговорила фея. – Мне помогла Майя, хранительница Пироса.       – Как ты вообще узнала, что я здесь? Тимми проболтался?!       – Тимми хоть и технарь, зато оказался более чутким человеком, чем ты, – у Флоры задрожал голос. – Да, он мне всё рассказал! Он и Текна.       – При чём здесь Текна? Он и ей разболтал?!       – Они вместе взломали секретную книгу твоего дедушки. А там во всех красках про ваши инициации. Так что не вздумай ругаться на Тимми! Не он, так девочки рассказали бы мне правду! – фея усиленно сдерживала слёзы, но они всё равно бежали по щекам.       – Флора, не плачь, пожалуйста, – Гелия вновь обнял жену и погасил оранжевый фонарик-призму на костюме. – Я слышу стражников – нам пора уходить. Ты сможешь взлететь не трансформируясь?       – Смогу, – проговорила девушка, вытирая слёзы.       – Тогда полетели. Найдём скалу с гротом, обо всём поговорим и безопасно переночуем.

***

Планета Раминго       После починки двигателя «Совы» пришлось лететь медленно и осторожно, чтобы вновь не повредить аппарат. До Раминго Муза и Ривен добрались лишь к вечеру. Оставив вещи в гостинице, они налегке отправились искать дом, в котором Ривен жил в детстве вместе с матерью.       – Ты помнишь, куда нужно идти? – спросила Муза, когда они шли по узким плохо освещённым улицам.       – Ещё как помню, – ответил Ривен. – В этой дыре вообще ничего не изменилось. Смотри под ноги, чтобы не споткнуться.

***

Интермундос       – Вот она! – воскликнул Гелия, когда они с Флорой нашли наконец подходящую скалу. – Далековато уплыла. По-моему, я прошлой ночью спал в этом гроте. Проходи вглубь, не бойся, – обратился он к жене.       – Я не боюсь! – раздражённо ответила фея.       – Точно, здесь я спал, и мой спальный мешок остался. Садись на него, он мягкий и тёплый получился, – парень усадил Флору и сел рядом. – Спальник я внизу наколдовал, а потом сюда поднял. Мне повезло, что стражники меня не заметили, – Гелия снял плащ и включил подсветку на призме. В гроте стало немного уютнее от мягкого оранжевого свечения.       – Он двуместный? – удивилась Флора. – Ты всё-таки ждал меня?       – Я тосковал по тебе. С тоски получился двуместный. В форме сердечка.       – Взял бы меня с собой сразу, не пришлось бы тосковать, – сердито проговорила фея, отворачиваясь от мужа. – На сердечко это не очень похоже.       – Как сумел. Нарисовать спальный мешок у меня получилось бы лучше, чем материализовать его. Карамелька, – Гелия обнял Флору со спины и прислонился щекой к её волосам. – Я понимаю, что ты обижаешься, но пойми и ты меня. Я не мог рассказать тебе про инициацию.       – Мог, – вполголоса произнесла девушка. – Женатые маги должны проходить инициацию вместе с жёнами.       – Нет, всё не так. Женатым рекомендуется проходить вместе с жёнами, – парень говорил негромко и размеренно. – Рекомендация – это всего лишь рекомендация, а не обязательное условие.       – Какая разница, Гелия? Суть не в этом. Ты скрыл от меня важный этап в своей жизни, как будто я тебе никто и моё мнение для тебя нечего не значит.       – Флора, ты ведь знаешь, что это не так. Ты очень важна для меня.       – Теперь уже не знаю, – вздохнула фея. – Есть слова, а есть поступки.       – Пожалуйста, пойми, я не хотел подвергать твою жизнь опасности, не хотел, чтобы ты повторила судьбу моей матери, которая пошла в Интермундос за отцом и погибла вместе с ним.       – Так ты знаешь, что твои родители погибли не от вируса?! – Флора скинула с себя руки мужа и переместилась на другой край спального мешка, повернувшись к Гелии лицом. – Ты и в этом меня обманывал?! – её глаза сверкали гневом.       – Флора, подожди, не мешай всё в одну кучу! – в свою очередь повысил голос парень. – Откуда ты знаешь про моих родителей?       – Текна внимательно изучила секретную книжку Саладина и рассказала мне в подробностях!       – Что за книжка? Где вы её взяли? – недоумевал Гелия. – Теперь что, всё Волшебное измерение в курсе про Интермундос?!       – Сколько вопросов сразу! – воскликнула Флора. – Про Интермундос в курсе только Винкс. А ты прям ничего не знаешь про книгу? Очередная ложь?!       – Цветочек мой, прошу тебя, успокойся, – Гелия пребывал в растерянности. – О книге я слышу впервые. Если там говорится про инициацию и гибель моих родителей, то неудивительно, что дедушка её засекретил. Наверняка, он поступил так, чтобы в первую очередь я ни о чём не узнал. Истинная причина гибели родителей – не моя тайна, это тайна моего дедушки. Правду мне в своё время рассказала бабушка. Я не имел права открывать чужую тайну всем подряд.       – То есть я для тебя все подряд?! – вновь возмутилась фея.       – Флора, пожалуйста, не передёргивай! Я лишь хочу сказать, что пока мы с дедушкой не поговорили откровенно о гибели моих родителей, я не мог никому рассказывать об этом. К тому же эта история связана с Интермундосом и прохождением инициации, а в магических семьях принято держать в тайне такую информацию.       – Всё друг от друга скрывать – это у вас семейное, я уже поняла, – иронично заметила Флора. – Сначала ты скрыл от меня причину гибели твоих родителей… Допустим, это тайна твоего дедушки и меня не касается. Хорошо! Но потом ты скрыл то, что касалось нас обоих. Гелия! Как так?!       – Я уже объяснил: я не хотел, чтобы ты погибла здесь вместе со мной!       – А не забыл ли ты, любимый, спросить моё мнение на этот счёт? – сквозь зубы, сдерживая слёзы, проговорила девушка.       – Я знал, что ты захочешь пойти со мной, поэтому промолчал. Я хотел, чтобы ты жила.       – Гелия, ты серьёзно думаешь, что я смогла бы жить без тебя? Физически да, но морально? Что это была бы за жизнь? Существование.       – Лейла же смогла, – буркнул парень. – Даже новую любовь нашла.       – Не говори того, о чём не знаешь! – прошептала Флора. – Лейла страдала все эти годы, безуспешно пытаясь заглушить свою боль. Она не забыла, не разлюбила Набу и поэтому рассталась с Нексом, отказавшись выйти за него замуж.       – Рассталась? Как? Когда?! – изумился Гелия.       – Как раз тогда, когда вы все уехали.       – Я этого не знал. И сказал Набу, что у Лейлы есть парень, – уныло проговорил Гелия.       – Сказал Набу? Ты видел его?! Значит, он правда здесь! – Флора широко раскрыла глаза.       – Да, Набу здесь. Я видел его всего один раз. Он не может надолго отлучаться из той части Интермундоса, которая связана с Андросом, потому что там он черпает магические силы. А я не могу далеко отходить отсюда, так как выходной портал нужно создавать именно в этой области. Набу говорил, что один раз связывался с Лейлой во сне. Но вот после нашего разговора он решил её больше не беспокоить.       – И зачем ты сказал ему про Некса? – в голосе Флоры прозвучала досада.       – Я не хотел. Так получилось, – повинился молодой человек.       – Что теперь делать?       – Выбираться. Я обещал передать его родителям, что он в промежуточном измерении. Набу нужна помощь извне для создания портала.       – Лейла отправилась на Тир Нан Ог, чтобы помочь Набу, только она не знает, каким образом. Может быть, там ей подскажут.       – Набу рассказал мне, как можно ему помочь. И делать это нужно на Андросе.       – На Андросе?       – Да, потому что там растёт цветок, с которым соединилась частица его энергии.       – Цветок! Точно! И почему никто об этом не подумал?! Лейле надо было сразу ехать на Андрос.       – Не переживай, поездка на Тир Нан Ог в любом случае не повредит ей. Старшие феи могут многому её научить. Возможно даже, они подскажут правильное направление. Было бы хорошо, потому что неизвестно, выберемся ли мы отсюда.       – Почему ты так пессимистично настроен?       – Раньше я думал: дедушка стыдится того, что его сын не прошёл инициацию, поэтому сочинил для меня альтернативную историю. А теперь понимаю: он не хотел, чтобы я воспринимал Интермундос как нечто фатальное. Мой отец был хорошим магом. Они с мамой очень друг друга любили и всё равно не смогли пройти испытание Интермундосом. Я боюсь, что с нами будет то же самое, поэтому я не сказал тебе об инициации. Флора, я правда хотел защитить тебя от всего этого.       – Гелия, твой отец и ты – два разных человека. У каждого из вас свой путь. Зачем ты примеряешь на себя, зачем тащишь в свою жизнь неудачи родителей? Если не получилось у них, это вовсе не значит, что не получится у нас. И не надо в очередной раз оправдывать свою скрытность благими намерениями.       – А ты сказала своим родителям и сестре о том, куда отправилась?       – Нет, не сказала.       – Вот видишь.       – Не сравнивай! Это другое. Во-первых, мои родные живут на другой планете, и у меня не было достаточно времени, чтобы обстоятельно с ними поговорить. Во-вторых, мы обязательно вернёмся, поэтому не стоило пугать их раньше времени. И в-третьих, теперь моя семья – это ты, а твоя семья – это я, и у нас не должно быть таких глобальных тайн друг от друга.       – В общем и целом ситуации похожи, и мне очень жаль, что ты не хочешь понять меня, – печально произнёс парень.       – Я понимаю, Гелия, только мне всё равно больно, – слёзы опять ручейками побежали по лицу феи.       – Прости меня, прости, любимая, – прошептал молодой человек, придвигаясь ближе и осторожно обнимая Флору за плечи. – Меньше всего на свете я хотел причинять тебе боль. Что мне сделать, чтобы загладить свою вину, чтобы ты простила меня?       – Я уже простила тебя, – шёпотом произнесла Флора, глядя любимому в глаза. – Но пообещай, что больше не будешь ничего от меня скрывать. Когда мы встречались, мне нравилась твоя загадочность, однако в семейной жизни это мешает.       – Ты никогда не говорила мне об этом, я даже не знал, что тебя во мне что-то не устраивает, – искренне удивился парень.       – Это моё упущение. В своей молчаливости мы с тобой похожи, а надо разговаривать друг с другом. Так ты обещаешь ничего не скрывать? – фея обняла мужа.       – Обещаю, – Гелия крепче прижал Флору к себе. – Если я забуду, ты пни меня хорошенько, чтобы вспомнил. В переносном смысле, конечно.       – Ладно, приму к сведению.       – Друзья считают нас идеальной парой, а мы сейчас так ругались… Если бы здесь стоял шкаф с посудой, мы бы её всю перебили.       – Точно-точно, – Флора засмеялась.       – У тебя есть ещё какие-нибудь претензии, чтобы сразу? – спросил Гелия.       – Ты можешь дозировать своё творчество? – задала встречный вопрос фея.       – То есть?       – Не сидеть над картинами дни и ночи напролёт, когда не работаешь, а отвлекаться на меня и домашние дела.       – Так я, вроде, всегда стараюсь тебе помогать, когда ты просишь.       – Когда прошу, да. И я это очень ценю. Но если тебя не просить, ты можешь на несколько недель уйти в свой творческий «запой».       – Ого! Сколько подробностей выясняется, – улыбнулся Гелия. – Определённо нужно разговаривать. Я постараюсь, конечно, не уходить в «запой», как ты выразилась, но ты время от времени проявляй ко мне терпение и снисходительность. Хорошо? – парень ослабил объятия и посмотрел на Флору.       – Хорошо, – согласилась девушка.       – Если что, пинай.       – А другие способы воздействия, кроме пинков, рассматриваются? – Флора загадочно взглянула на мужа и провела указательным пальцем по его лицу от середины лба до подбородка.       – Например, – Гелия перехватил и поцеловал её руку.       – Я скажу тебе на ушко, – прошептала Флора.       – Карамелька моя, как же я по тебе соскучился…

***

Планета Раминго       – Вот мой бывший дом, – проговорил Ривен, указывая на ветхую постройку, видневшуюся из-за низенького забора. – И как он ещё не развалился? Неужели здесь кто-то живёт? – удивился парень.       Ривен толкнул ногой калитку, хлипкий засов сразу же отлетел. Молодые люди вошли во двор.       – Здесь странно пахнет, – только и успела проговорить девушка.       За спиной раздался выстрел. Ривен инстинктивно повалил Музу на землю и закрыл её собой.       – А ну пошли отсюда, мародёры! – прозвучал недружелюбный женский голос. – Это был предупредительный в воздух. Если не уберётесь, следующий – прицельный.       Ривен медленно встал на ноги и помог подняться Музе.       – Мисс Ванда, – проговори он, усмехнувшись, – вы ничуть не изменились. Всех вокруг поубивать готовы.       Немолодая сухопарая женщина с суровыми чертами лица и короткими седыми волосами, свисавшими чуть ниже мочек ушей, опустила ружьё и подошла ближе.       – Кто такой? – спросила она, глядя на Ривена в упор.       – А вы не узнаёте? Я вас по одному голосу признал.       – Ты мне зубы не заговаривай. Отвечай на вопрос!       – Ривен я, сын Лии, вашей соседки. А это моя жена Муза.       – Здравствуйте, – поздоровалась фея.       – Быть такого не может! Я думала, ты давно сгинул. Был нескладным мальчишкой, а теперь такой красавец, – женщина подошла ещё ближе. – И жена у тебя красивая. Если ты и правда Ривен, я удивлена, что за тебя с твоим сквернейшим характером согласилась выйти такая фифа.       – Вы могли быть и повежливее, мисс Ванда, – строго проговорила Муза. – Мы ничего плохого вам не сделали.       – Как сказать. Этот мальчишка достаточно попил моей кровушки в прошлом. Он был жутким хамом и грубияном. Так, а зачем вы сюда явились? – вновь насторожилась Ванда. – Ты что, – обратилась она к Ривену, – хочешь этот дом заграбастать? Не выйдет! Я его выкупила у властей под сарай для домашней скотины.       – Теперь понятно, откуда этот запах, – пробормотала Муза.       – Мне эта рухлядь и даром не нужна! – возмутился Ривен. – Держите там хоть птеродактилей!       – Мисс Ванда, мы живём совсем в другом месте, а сюда приехали за информацией о матери Ривена. Она внезапно исчезла много лет назад. Хотелось бы понять, куда и почему.       – Пойдёмте в дом, – проговорила Ванда, закидывая ружьё за спину.       – В дом – это туда, – спросила Муза, кивая на бывшее жильё Ривена.       – Нет, конечно, – ответила Ванда, – в дом – это туда, – женщина указала рукой на другое строение, которое находилось через дорогу.

***

      – Проходите, – Ванда впустила гостей в небольшую комнату с обшарпанной мебелью. – Ничего не предлагаю. Деликатесов у меня нет.       – Нам ничего не нужно, – отозвалась Муза. – Я уже объяснила, зачем мы здесь.       Ванда повесила ружьё на гвоздь, торчавший из стены у входа в комнату. Затем взяла с верха серванта тряпку и быстрыми движениями смахнула пыль с двух стульев, стоявших у другой стены возле комода.       – Садитесь, – предложила женщина.       – Мы постоим, – поморщился Ривен.       – Как хотите, – отозвалась Ванда. – Не обижайтесь. Я гостей не ждала. И за ружьё не серчайте. Думала: вы грабители. Ты же сам здесь жил, парень, и знаешь, какие кадры тут шляются. А у меня собака на днях издохла: приходится самой с ружьём хозяйство охранять.       – Мы всё понимаем, мисс Ванда, – заверила Муза. – Что вам всё-таки известно о миссис Лии? Куда она уехала и почему?       – Вы совсем ничего не знаете? – уточнила женщина.       – Откровенно говоря, и знать не хотим, – мрачно произнёс Ривен.       – Ривен, прекрати! – нахмурилась Муза.       – Ты злишься, потому что она тебя бросила, – обратилась Ванда к молодому человеку, испытывающее глядя ему в лицо.       – Мне всё равно, – буркнул Ривен.       – Не похоже, – вполголоса проговорила женщина.       Ванда отвернулась к комоду и с минуту что-то искала в верхнем ящике. Потом, зажав найденную вещь в кулаке, вновь повернулась лицом к гостям.       – Куда именно уезжала Лия, я не знаю. Пару лет назад она вернулась, и Ремо был с ней. Они поселились в западной части Раминго, так как я к тому времени выкупила их дом. Лия сильно болела, Ремо ухаживал за ней до последнего дня. Он простил ей всё, что она натворила.       – То есть её уже нет в живых? – уточнил Ривен. – Муза, я же говорил, что эта поездка ни к чему. Пойдём отсюда.       – Ривен, подожди! – остановила его девушка. – Кто такой Ремо? Отец Ривена?       – Ремо – муж Лии, но он не отец Ривена, – пояснила Ванда.       – Прекрасно! – воскликнул парень. – Значит, я ещё и нагулянный!       – Ты не нагулянный. Ты вообще не сын Лии, – проговорила Ванда.       – Чего?! – Ривен в недоумении смотрел на бывшую соседку.       – Возьми, – женщина протянула парню продолговатый медальон на короткой цепочке.       – Что это?       – Этот медальон был пристёгнут к твоей курточке, когда Лия украла тебя у настоящей матери. Внутри фотография: на ней ты и твои родители.       Ривен машинально взял вещицу в руки и перевернул обратной стороной вверх. Там были нанесены большие буквы «И» и «Г», а между ними чуть поменьше буква «Э».       – Что означают эти буквы? – спросила Муза, глядя на медальон.       – Не знаю, – ответила Ванда. – Может быть, первые буквы имён, может, что-то другое.       Ривен молчал, нервно перебирая цепочку от медальона.       – Мисс Ванда, пожалуйста, расскажите всё, что вам известно, – попросила Муза.       – Хорошо. Мне тяжело стоять: я сяду, а вы стойте, если хотите.       Ванда отодвинула от обеденного стола ещё один стул и села на него. Ривен бездумно опустился на ранее предложенное место, Муза села рядом.       – У Лии и Ремо был сын. Это его звали Ривен, – начала женщина. – Ремо часто уезжал на заработки на другие планеты. Лия одна не уследила за двухлетним ребёнком. Он подавился едой и задохнулся. Она прибежала ко мне в панике, но было уже поздно. Я ей помогала тогда, как могла. Накануне возвращения Ремо с очередной шабашки Лия уехала ненадолго, а вернулась уже с мальчиком, похожим на её погибшего сына. Это был ты, парень.       Ривен ошалело взглянул на Ванду, медальон выпал из его рук и покатился по полу. Ванда подняла его и отдала Музе:       – Возьми и сохрани. Вещь, между прочим, дорогая, из золота, и цепочка золотая. Лия заплатила мне за молчание этим медальоном. Она боялась, что Ремо не простит ей гибель ребёнка, поэтому украла чужого. А я была единственным человеком, кто знал правду. Только Ремо ведь не слепой. Он заметил подмену сразу, но первое время сомневался, а потом заставил Лию во всём признаться. После этого он её бросил и пошёл скитаться по другим планетам. Лия не знала, что с тобой делать, Ривен. Она вымещала на тебе обиду на мужа и на жизнь. Да ты и сам рос отнюдь не подарком судьбы. Когда Лия пропала, я хотела рассказать тебе, что знаю, но вскоре и ты уехал. Лии нет в живых больше года. Ремо жив. Я иногда навещаю его, чтобы он совсем не одичал, оплакивая свою непутёвую жёнушку. Он говорил, что Лия сильно раскаивалась за свои поступки и хотела попросить у тебя прощения. Жаль, что ты не приехал, пока она была жива.       – Мне не нужно её раскаяние, – проговорил Ривен, сдвигая брови и сжимая пальцы в замок.       – Сказать вам, как найти дом Ремо?       – Зачем? – Ривен смотрел в одну точку на полу. – Я не знаю этого человека, никогда его не видел, и он не мой отец.       – Мистер Ремо может рассказать нам что-то новое? – спросила Муза.       – Вряд ли. Он знает столько же, сколько и я. А я рассказала вам всё, что знала. Хотя нет. Название планеты, откуда Лия увезла ребёнка. Сейчас вспомню… Либер, кажется. Точно, Либер.       – Неужели?! – воскликнула Муза. – А мы ведь были там сегодня! Случайно попали.       – Муза, не кричи так, – проговорил Ривен, всё также глядя в одну точку.       – Прости, – Муза положила руку на колено Ривена. – Возможно, мы навестим мистера Ремо, только в другой раз. Спасибо вам, мисс Ванда. Спасибо за правду и за то, что сохранили медальон. Пока не знаю как, но, надеюсь, он поможет нам найти настоящих родителей Ривена.       – Не надо, – сквозь зубы процедил молодой человек.       – У меня рука не поднялась продать его, – Ванда вздохнула.       – Спасибо ещё раз. Нам пора. Ривен, пойдём, – Муза взяла парня под руку. – Пойдём в гостиницу, тебе надо отдохнуть.       – Удачи вам, ребята, – проговорила вслед молодым людям Ванда.

***

Остров Тир Нан Ог. Ночь       После тяжёлого дня Лейла уснула в комнате, которую ей предоставила Небула. Сначала она спала спокойно и не видела сновидений, но постепенно в сознании начали возникать картинки из прошлого: снова вспомнился день суда над магами Чёрного круга. Одна картинка сменялась другой, другая – третьей, третья – четвёртой и так до бесконечности. Картинки кружились в бешеном вихре, грозя затянуть Лейлу в образовавшуюся воронку. Девушка не растерялась и, сосредоточив все свои силы, разбила воронку в дребезги. Картинки разлетелись в разные стороны. Перед Лейлой возник Набу.       – Любимый! У меня получилось! – девушка кинулась к нему, однако тотчас больно ударилась о невидимую преграду. Её отбросило назад.       – Лейла! – Набу прижался ладонями к прозрачной стене. – Лейла, ты ушиблась?       – Всё нормально, – девушка встала и, подойдя к стене, приложила свои ладони к ладоням Набу. Вместо тепла его рук она ощутила холод невидимой поверхности.       – Мы в разных измерениях, поэтому не можем дотронуться друг до друга, – проговорил парень, нежно и печально глядя на Лейлу. – В этот раз ты не просто позвала меня, а сама вывела на связь. Зачем?       – Набу, я хочу вытащить тебя из Интермундоса. Но нам нужно действовать вместе. Давай попробуем.       – Ты на острове Тир Нан Ог? – спросил молодой человек.       – Да.       – Там не получится.       – Почему?!       Раздался посторонний шум.       – Лейла, прости, стражники близко, – Набу исчез.       Девушка проснулась.       – Ну почему?! – выкрикнула фея в пустоту, ударяя кулаком по кровати.       В дверь негромко постучали.       – Кто там?!       – Это я, Небула. Можно войти?       – Заходи, – Лейла села в кровати, облокотившись об изголовье.       – Я услышала крик из твоей комнаты. У тебя всё в порядке? – Небула присела напротив Лейлы.       – И да и нет. У меня получилось связаться с Набу во сне.       – Это хорошая новость. Ты молодец! Мы совсем немного потренировались сегодня, а у тебя уже такой прогресс. Я горжусь тобой! – подбодрила Небула.       – Спасибо, но нам почти не удалось поговорить. Набу преследуют стражники. Теперь я буду переживать, не навредила ли ему.       – Не думаю. Если он скрывался от стражников столько времени, то и сейчас справится. Поэтому не волнуйся.       – А ещё, когда он узнал, где я, сказал, что отсюда не получится его вытащить. Я не понимаю, почему.       – Надо будет опять связаться с ним и уточнить. Завтра мы продолжим тренировки, а сейчас отдыхай.       Лейла снова легла, земная фея заботливо поправила её одеяло.       – Ты так добра ко мне, Небула. У тебя и без меня дел полно, а ты возишься со мной. Я очень благодарна тебе за помощь и поддержку.       – Ну что ты. Для меня это в радость. Спи и набирайся сил на завтрашний день. Я пойду к себе. Спокойной ночи, – Небула направилась к выходу.       – Спокойной ночи, – в ответ пожелала Лейла.       Земная фея открыла дверь в коридор, на пол легла широкая полоска света от настенных ламп, накрытых плафонами.       – Раньше я завидовала Моргане, – проговорила Небула, стоя в дверях, – потому что она была королевой, а теперь понимаю: не в этом счастье. Мне, конечно, нравится то, чем я занимаюсь, и мой колледж мне очень дорог. Но, знаешь, если я когда-нибудь обрету семью и у меня будет дочь, я хочу, чтобы она выросла такой же смелой и целеустремлённой, как ты. Ладно, – прервала сама себя женщина, – до завтра.       – До завтра, Небула, – отозвалась Лейла. – Я верю: ты осуществишь свою мечту. А я свою, – вполголоса добавила девушка.

***

Планета Раминго       Ривен сидел на полу в гостиничном номере, опираясь локтями о колени, а лбом – о сомкнутые кисти рук. Парень не проронил ни слова всю дорогу от дома Ванды до гостиницы, молчал он и теперь. Муза выждала некоторое время, после чего, присев рядом, решилась заговорить.       – Ривен, я понимаю, что ты в шоке и тебе сейчас непросто, но давай смотреть вперёд без негатива.       – Что ты можешь понять, Муза? – проговорил Ривен, поднимая голову. – Тебя похищали у родных родителей? Тебя ненавидели? У тебя отнимали твою собственную жизнь и заменяли её чужой? Я прожил не свою жизнь!       – Нет, Ривен, ты прожил свою жизнь. В других обстоятельствах, не в тех, какие могли бы быть, но всё равно это не чья-то, а твоя жизнь. Прошлого не изменить, а будущее зависит только от нас самих. И ты не прав, я могу понять, что такое боль и отчаяние. Ты знаешь, что и мне пришлось несладко. Я рано потеряла мать, а с отцом у нас был период недопонимания, но мы это преодолели. А вспомни Блум. Её воспитывали приёмные родители, родных она нашла, будучи взрослой.       – Это не одно и то же. Ты точно знаешь, кто твои родители и что они тебя любили. А Блум вообще, считай, повезло, её любили все: и родные, и приёмные, и старшая сестра.       – Твои родные родители тоже тебя любили. И сегодня ты вспомнил об этом на планете Либер.       – Почему тогда они не искали меня?       – Ты не можешь знать, искали или нет. Нам самим нужно их найти, поговорить с ними и узнать их версию событий.       – Я не хочу больше никого искать! – Ривен вскочил с места и заходил по комнате. – Не хочу ни с кем разговаривать! Не хочу никого видеть! – парень пнул ногой стул, стоявший возле стола.       Муза подошла к нему и обняла сзади:       – Можно я открою медальон и посмотрю на фотографию внутри него?       – Делай, что хочешь.       Муза отпустила Ривена и, отойдя в сторону, достала из сумочки медальон. Раскрыв его створки, девушка взглянула на маленькое фото: на снимке камера запечатлела улыбающихся мужчину и женщину с малышом на руках.       – Ты был милым ребёнком, – произнесла фея, рассматривая фотографию. – И ты похож на отца. А твоя мать… Я где-то видела это лицо, – Муза задумалась. – Не может быть! – шёпотом воскликнула девушка.       – Что там? – Ривен повернулся к жене.       Муза посмотрела на него изумлённым взглядом:       – Это же молодая мисс Гриффин.       – Что?!       – Взгляни сам, – Муза протянула Ривену медальон.       Парень взял его в руки. С фотографии на него смотрело счастливое семейство: мужчина, очень похожий на Ривена сегодняшнего, женщина, в чертах лица которой угадывалась директриса Облачной Башни, и пухленький годовалый малыш – сам Ривен.       Парень захлопнул створки медальона и с силой швырнул его об стену.       – И ты говоришь: мы не знаем, искали или нет! Не искали! Это же очевидно! Потому что им было плевать на меня, как и всем остальным! – Ривен схватил со стола кружку и также швырнул её об стену. Кружка разлетелась на мелкие черепки.       – Ривен, перестань, пожалуйста, – взмолилась Муза.       Парень её не слышал. Он в ярости ломал деревянные стулья.       – Я же копия отца! Мисс Гриффин не узнала меня?! Не поняла, что я её сын?! Просто сделала вид, что я обычный парень из Красного Фонтана! Один из многих!       Ривен перевернул стол. У Музы в памяти возникла картина из детства: отец после смерти матери с горя крушит всё в доме. Девушка забилась в угол и закрыла лицо руками. Ривен огляделся в поисках ещё чего-нибудь, что можно разбить или перевернуть. В этот момент он заметил Музу, сидящую на полу в дальнем углу комнаты. Это его отрезвило.       – Муза, – проговорил он одними губами. – Муза! – Ривен упал перед женой на колени и взял её за плечи. – Я напугал тебя? Прости. Прости меня!       Фея убрала руки от лица, слёзы ручейками бежали по её щекам.       – Что мы будем делать дальше, Ривен? – тихо проговорила девушка.       – Я заплачу за мебель и посуду.       – Я не об этом. Как мы будем жить со всем, что узнали? Я хотела помочь тебе, а вышло только хуже. Я не выдерживаю. Я устала.       – Прости, – прошептал парень. – Он обнял Музу и прижался головой к её груди.       – Я хочу жить спокойно, а не как на вулкане, – фея ласково провела рукой по волосам Ривена.       – Не бросай меня, Муза. Я погибну без тебя.       – Ты ведь сам бросил меня однажды, когда мы ещё встречались.       – Мне было стыдно, что я не смог защитить тебя, поэтому я ушёл тогда. А вернулся, потому что понял: у меня нет никого ближе, дороже и роднее тебя. Если хочешь, мы доведём до конца эту историю: встретимся с мисс Гриффин, послушаем, что она скажет, а потом забудем и продолжим жить дальше. Я буду держать себя в руках, обещаю. Я справлюсь.       – Нет, – Муза отстранилась и посмотрела Ривену в лицо, – мы справимся вместе.       – Ты не уйдёшь от меня? – по щеке парня скатилась слеза.       – Конечно, нет. Ты ведь тоже мой самый близкий и родной человек, не смотря ни на что. Сейчас тебе нужно поспать, а завтра мы поедем домой, и всё будет хорошо.       – В этой гостинице такой противный холодный свет от электрической лампочки, – заметил Ривен, вытирая кулаком глаза.       – Дома мы включим наши любимые фонарики, – пообещала фея.       – Я скучаю по их тёплому красно-золотому свету.       – Я тоже, – шёпотом произнесла Муза, обнимая Ривена.