глава 2. «у меня плохое предчувствие».

•Глава 2.

«У меня плохое предчувствие».

•XX век, 1940 год, поздний ноябрь.

В последнее время творится что-то странное, отец стал настороженее и холоднее, да он всегда строгий и жёсткий, но сейчас это что-то другое. Я пытался разузнать что происходит и привлек к этому сестер и брата. Мы заходили в его комнату, конечно нам делать этого не желательно, но мы слишком серьёзно настроены, если отец нас поймает то нам ценок. Я начал искать самое главное — документы, письма и записки. Я ничего не мог найти, я обшарил все ящики и комоды, шкафы, но ни черта. Беларусь мне помогала, Украина стояла на шухере за дверью которая ведёт в комнату отца. Казахстан тоже был на шухере, но на первом этаже, вдруг что, он прибежит е нам на второй этаж и сообщит если отец будет идти в свою комнату. Я повторно начал искать, но снова ничего нет полезного. Я хотел уже сдаться как вдруг: — нашла! - крикнула БССР. —Росс, я нашла! Иди сюда. – сестра позвала меня к себе и держала какие-то бумажки. Я сел на пол рядом с Беларусью и начал рассматривать документы. — договор о ненападении? - договор о ненападении с Германией, я немного удивился, ведь с чего бы это Германии нападать на нас? И зачем вообще кому-то нападать на кого-то? За окном обычная ноябрьская погода: сильный ливень, ветер и гроза. Дома тихо, только тикают старые, большие часы которые достались нам от деда. Атмосфера одновременно нагнетающая и успокаивающая. Отец сегодня снова ушёл на весь день, он все время куда-то ходит и надолго, мы думаем что скорее всего он уходит в Кремль к Иосифу Виссарионовичу, вообщем по делам. Раньше он так часто туда не ходил, т сейчас это выглядит странно и подозрительно. По идее он должен вернуться позже и мы успеем разобраться с этим документом. —смотри, ещё! - Беларусь протянула мне ещё две бумажки, сцепленные друг с другом скрепкой. Оба письма были на немецком. Одна большая, а другая маленькая. Маленькая записка была прямоугольная и потрёпанная. Там было написано совсем чуть-чуть и текст в конце был размыт от жидкости пролитый на него. — Что там у вас? – в комнату зашла УССР и тихо спросила, чуть приоткрыв дверь и выглянула из неё. Она наклонилась и тоже принялась рассматривать бумажки. —Что это? Записки? От кого? - Украина села рядом с нами. — в том-то и дело что мы не знаем, текст размыт в конце вместе с автором, к тому же он на немецком. - Беларусь недовольно закатила глаза. Вспомнив что сестра любит изучать языки, и знает немецкий на отлично, она тут же протянула записки Украине. — ну-ка зачитай что тут. - Беларусь отдала в руки сестры письма, та нечего не ответив сначала прочитала про себя, а потом зачитала нам перевод: — "И так, если в скором времени, отказ придет нам, то мы.. " то мыы.. - Украина задумчиво протянула — ээ, дальше обрывается. – УССР пожала плечами и начала читать вторую записку: — "Приветствую. Дела не налаживаются. В. М. Молотов послал телеграмму вашему Н. В. Горелкину, по поводу Италии. Горелкин тут же вылетел из Рима. Намерения Италии не известны, на этом все. Дальше-больше." только автор размыт,в отличии от предыдущего письма. – Украина протянула обратно бумажки и отдала в руки сестре. Поразмыслив Беларусь сказала: — так зачем нам автор? Ясно же, что писал Рэйх. Написано же на немецком. - БССР положила бумаги на пол уперевшись руками в ковёр. — нет. - я пораздуммал и пришёл к кое-кому выводу, у меня плохое предчувствие. — чего нет? - спросила Беларусь. — я говорю нет, это может быть не он. Это мог быть кто угодно... - я параллельно рассматривал эти бумаги и пытался понять в чем подвох. Меня очень настораживала маленькая записка, продолжение размыто на самом интересном месте, к тому же сами письма выглядят очень странно. Написаны в таком формате, будто двое общаются о какой-то скрытной теме. Написано все коротко, и ясно для того кто в курсе что происходит, но не ясно для того кто впервые видит эти письма. Неужели отец с кем-то общается на такую серьёзную тему, что тут не написано конкретно о чем они общаются. — как нам разобрать маленькую записку? - спросила Украина, и задумчиво опустила глаза в пол проводя пальцем по ковру. — и вообще о чем говорится в этих письмах? - Украина также задумчиво сидела ,но уже постукивала пальцем по полу. Вдруг ворвался Казахстан в впопыхах и распахнул дверь. — идёт! а что это у вас? - Казахстан обеспокоенно влетел в комнату, но заметив что брат с сестрами сидят на полу и рассматривают какие-то бумажки заинтересовался. — потом расскажем! скорее! - Белорусь вскочила и побежала раскладывать бумаги по местам чтобы отец ничего не заподозрил. Мы с Украиной помогали все это быстро убрать. — через минуты три он зайдёт в дом! - крикнул из коридора Казахстан, когда увидел что отец совсем близко с домом. Мы торопились как могли и в итоге у нас получилось. — Фух.. вроде все как надо.. - я облегчённо выдохнул осматривая комнату отца. Услышав ка к открывается входная дверь мы пулей вылетели из кабинета отца и все собрались в моей комнате. Ливень все не переставал барабанить и шуметь, гром с молниями бушевать на улице. В окнах иногда пролетали жухлые листья, которые сорвал ветер. Дождь стучал по окнам и земле. Молнии очень ярко сверкали, а гром с каждым разом становился все громче и мощнее. Я думно смотрел в окно, меня не покидали назойливые мысли об этих подозрительных письмах, Беларусь сидела на полу и прислонилась спиной к краю кровати, Казахстан сидел с ней рядом, она обнимала младшего брата за плечо, Казахстан же сидел почти неподвижно и понемногу начал засыпать. Украина лежала на спине поверх моей кровати скрестив ноги и смотря в потолок, она тоже думала на счёт всей этой ситуации. — Нуу? и так?.. – БССР решила прервать тишину и протянула. Она оглядела нас всех, в ожидании что кто-то что-то да скажет, но все молчали в упрек. — У кого какие догадки? То нам делать то? Раз вслезли давайте решать - Беларусь снова попыталась вытянуть из кого-то хоть словечко. Вдруг УССР решила предположить свои догадки: — мне кажется нам стоит копнуть поглубже, нуу.. то есть, поискать ещё что-нибудь, но лучше. - Украина с тяжёлым вздохом закончила свою версию и повернулась на бок, подперев голову рукой поставив ее на локоть, и в ожидании ответа бегала глазами то на меня, то на сестру. — мне кажется нам стоит правал зайти дальше, но серьёзнее. - я сел на подоконник спиной к окну и подобрал ноги. — что именно это значит?.. – спросила меня Украина, явно заинтересованная моим словом. Все уставились на меня, в тихом ожидании. — Я думаю нам стоит сходить к отцу в кабинет. – я слез с подоконника и пошел ближе к сестрам и брату, сев на пол рядом с Беларусью, скратив ноги в позе лотоса. — ты имеешь ввиду.. – Беларусь не успела договорить как я ее перебил. —да, Кремль. - у отца в Кремле находится главный кабинет, там очень и очень много документов и разных бумаг которые дадут нам нужную информацию и мы сможем разобраться в чем дело. Нам придётся идти на Красную Площадь, вообщем дел не из простых. — ты с ума сошёл? - возрозила мне УССР. Она и остальные удивлённо на меня уставились. — ты представляешь? Дойти туда, зайти туда, дойти до сенатского дворца, пройти мимо всех чтобы нас не выперли оттуда, потом триста лет рыться во всех этих бумагах и документах, смотреть чтобы кто-то не зашёл в кабинет и не увидели нас, потом это все прочитать и разобрать. К тому же нам нужно чтобы в кабинете не было папы, и чтобы его вообще не было на Красной Площади. – сестра была не горевшей этой идеей. Да, права, все это провернуть очень сложно, но это не невозможно. — это возможно провернуть, да, тяжело. Но мы сможем я вас уверяю. Разработав хороший планмы сможем добиться своего. – я пытался вселить в сестер и брата веру, хоть и Казахстан был полусонный и ему было не до этого, но он все равно слушал нас. — мы разработаем хороший план, распределим кто что будет делать и у нас все получится, правда. – сёстры были не совсем уверены, что это хороший вариант и сначала сомнительно помялись. — ты уверен? Может стоит поступить по другому? это очень и очень рискованно. - Белорусь была права, но это очень хороший билет. — и то верно, но это такой шанс. Мы сможем понять в чем дело. - возразил я ей. Бела только смирительно вздохнула и слабо кивнула в знак согласия. — ладно.. я за. А ты? - Беларусь окончательно согласилась, после она повернулась к сестре и спросила. Та же сначала задумалась и через время решилась: — нуу.. я сомневаюсь конечно, но хорошо. Давайте попробуем. - УССР наконец-то согласилась и плюхнулась полностью на кровать. А Казахстан? А Казахстан перестал засыпать и все это время нас внимательно слушал и эта идея ему больше всех понравилось. — За эту ночь мы должны выбрать хороший план и подготовиться, чтобы все прошло гладко и слаженно. - мы сели все на мою кровать сделав круг.