Часть 49

Воздух в зале был по-прежнему шумным и густым, но для Эбби и Элианы он теперь казался неестественно обыденным после той тишины смерти в лесу. Они стояли перед Лирой, сдав две полные корзины лунных лютиков. Девушка за стойкой пересчитала содержимое, кивнула и отсчитала положенные серебряные монеты — шестьдесят, по тридцать за корзину. — Задание №47-E выполнено, — деловито объявила Лира, ставя в журнале жирную печать «Исполнено» напротив названия их команды. — Оплата получена. Ещё что-то? Эбби и Элиана переглянулись. Они заранее договорились, что информацию о следе нужно сообщить. Это входило в негласные обязанности авантюристов — докладывать о любых аномалиях. — Да, — начал Эбби, понизив голос. — Во время сбора... мы нашли кое-что странное в лесу. Лира подняла взгляд от журнала, её брови поползли вверх. — Странное? В Лесу Шепчущих Стражей? Кроме сквернобродов, там обычно тихо. — Не в этом дело, — вмешалась Элиана, её голос звучал твёрже, чем можно было ожидать. — Мы нашли... выжженную полосу. Будто кто-то прошёл и сжёг всё на пути. Но огонь не распространился. Деревья обуглены только по краям этой... дороги. Земля чёрная, пахнет гарью и чем-то едким. Лицо Лиры стало серьёзным. Она отложила перо. — Огонь, который не расползается? Вы уверены? Может, это след от старой молнии? Или... — Это не молния, — уверенно прервал её Эбби. Он не мог объяснить про ману, но мог описать эффект. — Это была прямая линия, шириной в несколько шагов, идеально ровная. Как будто раскалённый прут провели по земле. И запах... он был не просто от дыма. Он был... другим. Слово «другим» повисло в воздухе между ними. Лира медленно кивнула, её взгляд стал отстранённым, аналитическим. — В этом мире нет... известных нам существ или сил, которые оставляют такие следы, — тихо произнесла она, больше думая вслух. — Разве что... — она запнулась, и её взгляд невольно скользнул в сторону доски объявлений, где висел портрет «Чёрного Призрака». — Разве что что-то новое. Она взяла чистый лист бумаги и быстро что-то записала. — Я передам эту информацию главе. Мы сверим её с другими отчётами, если такие поступят. Возможно, организуем разведывательную группу. Спасибо, что сообщили. Это... важно. В её голосе прозвучала неподдельная тревога. Гильдия жила за счёт предсказуемости угроз: гоблины, бандиты, дикие звери. Появление чего-то необъяснимого, что не вписывалось ни в один бестиарий, было плохим знаком. Кивнув, они забрали свою оплату и вышли из здания, оставив Лиру размышлять над их докладом. На улице, на ступенях гильдии, они на секунду замерли. — Деньги есть, задание выполнено, а на душе... как будто гадости наглотался, — проворчала Элиана, пересыпая серебряные монеты в кошельке. — Не мы одни такие, — заметил Эбби. — Видела лицо Лиры? Она напугана. И это значит, что боится не только она. Он был прав. Их маленькое открытие стало ещё одним кирпичиком в стене нарастающей тревоги, окутавшей гильдию после инцидента в церкви. — Что дальше? — спросила Элиана, пряча кошелёк. — Идём отмечать первое задание? Эбби покачал головой. Деньги им, в общем-то, были не сильно нужны. У него был гильдейский доход ранга «В» и золото с заданий посерьёзнее, а у неё, вероятно, оставались сбережения от церкви. Но был другой, более практичный стимул. — Нам нужно поднимать твой ранг, — сказал он. — Чем быстрее ты перестанешь быть «F», тем больше заданий будет доступно команде. И тем меньше придётся проходить эту бюрократию каждые две недели, чтобы не вылететь из гильдии. Элиана понимающе кивнула. Система обязательных заданий для низких рангов и ей казалась обременительной. — Так что берём ещё одно. Сегодняшнее. Что-нибудь простое, в пределах города, чтобы не удаляться далеко, — предложил Эбби. Они вернулись к доске и быстро нашли подходящий вариант в разделе «F/E»: «Помощь в уборке склада «Ароматы Востока». Требуется: вынос старой тары, подметание, проветривание помещений. Опасности: возможна пыль, вызывающая чихание. Оплата: 15 серебряных. Время: до конца дня». — Идеально, — констатировала Элиана. — Никаких монстров, никаких следов. Просто работа. — Просто работа, — эхом согласился Эбби, снимая листок. Но даже когда они направлялись в сторону торгового квартала, в его голове не отпускала мысль о той чёрной, выжженной полосе в лесу. Ощущение чуждой, испорченной энергии. И о том, что где-то в городе или за его стенами, тот, кто оставил этот след, возможно, уже готовился к чему-то гораздо более страшному.

***

Склад «Ароматы Востока». Торговый квартал Тасмодея. Воздух внутри низкого каменного склада был густым, как суп, и в тысячу раз более ароматным. Пахло всем сразу: сладковатым кардамоном, острым перцем, дымным лавром, терпким имбирём и десятком других, незнакомых Эбби специй. Пыль, осевшая на бочках, ящиках и полках за месяцы, лишь усиливала этот букет, щекоча ноздри. Хозяин, суетливый мужчина с седеющими висками и вечно подпрыгивающим кадыком, быстро объяснил задачу: вынести на задний двор сломанные деревянные ящики, подмести пол, протереть основные проходы от пыли и открыть настежь двери для проветривания. Оплата — по факту. Элиана, к удивлению Эбби, взялась за дело с такой сосредоточенной энергией, будто готовила алтарь к большому празднику. Она не просто метала пыль из угла в угол. Она методично, по секторам, выметала сор в кучки, тщательно вытряхивала тряпку после каждого протирания полки, а разбирая завалы старых ящиков, аккуратно отделяла ещё целые доски от тех, что годились только на дрова. Её движения были экономичными, точными, лишёнными суеты. «Церковное воспитание. Всё должно быть на своих местах, всё чисто. Привычка, въевшаяся в кровь.», — мысленно отметил Эбби, наблюдая за ней краем глаза, в то время как сам вытаскивал очередную громоздкую развалину на двор. В его мире уборка чаще сводилась к тому, чтобы затолкать всё под кровать перед приходом родителей. Здесь же, в этой простой работе, проявлялось разное воспитание. Они работали молча, под мерное жужжание летающих где-то под потолком мух и далёкие крики уличных торговцев. Монотонность движений и плотные ароматы позволили мыслям Эбби вернуться к насущным проблемам. К золоту, которого было много, но которое нельзя было просто взять и потратить здесь. К идее, которая зрела у него с момента первой продажи леденцов. Отложив в сторону особенно колючую метлу, он прервал тишину, обращаясь к Элиане, которая в этот момент сражалась с паутиной в углу: — Слушай, а что нужно делать, если… ну, гипотетически… хочу открыть какой-нибудь маленький торговый домик? Элиана отвлеклась от паука, повернув к нему задумчивое лицо, испачканное пыльной полосой на щеке. — Ты хочешь продавать свои сладости? — уточнила она, и в её глазах блеснул интерес. — Ну... да, — Эбби сделал вид, что немного смущён. — Дополнительные деньги почему бы и нет. Да и людям, наверное, понравится что-то новенькое. Она прислонила швабру к стене, полностью переключившись на вопрос. — Если не ошибаюсь, для открытия полноценного магазина в городе нужно вступать в гильдию торговцев, получать разрешение от городского совета, платить налоги… — она состроила самую неприятную гримасу, какую только могла, выражая всё своё отношение к бюрократии. — Это очень-очень много бумаг, печатей и разговоров с важными дядями, которые смотрят сверху вниз. Эбби мысленно согласился. Бюрократия в любом мире была его злейшим врагом, наряду со злобными учителями и межпространственными драконами. — Но если для небольшого бизнеса, — продолжила Элиана, её взгляд стал практичным, — то достаточно, как и ты делал, сидеть на площади. Или арендовать небольшой участок земли — часто у городской стены или на окраине рынка — и поставить там небольшое сооружение. Навес, ларек, что-то в этом роде. С гильдией авантюристов так часто делают те, кто продает трофеи или сдает внаем оружие. Проще, дешевле, и бумаг почти нет. Эбби кивнул, в голове быстро выстраивая план. Целое здание строить — слишком долго и заметно. Да и с документами возиться — смерти подобно. Значит, вариант с арендой земли и простым ларьком. Осталось выяснить примерную стоимость аренды в месяц. И найти способ "превратить" золотые монеты этого мира в доллары. — Понял, — сказал он вслух, и на его лице появилась благодарная улыбка. — Спасибо за совет. Очень полезно. — Всегда пожалуйста, партнёр, — ответила Элиана с лёгкой, почти шутливой важностью в голосе, и они с новыми силами взялись за шкаф. Закончив уборку и получив от довольного отсутствием пыли хозяина положенные пятнадцать серебряных, они вышли на улицу. Вечерело. Запах пряностей теперь намертво въелся в их одежду. — Пахнем, как праздничный пирог, — усмехнулся Эбби, понюхав свой рукав. — Главное, не как скверноброд, — парировала Элиана. — Идём отмечать первый рабочий день команды? Хотя бы похлёбкой в той таверне у гильдии? Эбби согласился. Пока они шли по оживлённым вечерним улицам, его мысли уже бежали вперёд: «Аренда, обмен валюты, поставки товара из своего мира... И всё это — пока надо тренироваться, поднимать ранг Элианы, следить за доской с розыском самого себя и быть готовым ко встрече с тем, кто оставил тот огненный след...» Жизнь в Тасмодее, как выяснилось, была ничуть не спокойнее, чем в его мире. Просто опасности здесь были другого рода. Но, по крайней мере, теперь у него был надёжный напарник, пахнущий корицей и демонстрирующий чудеса чистоты в самых пыльных углах.

***

Эбби вставил ключ в замочную скважину, и знакомый щелчок механизма прозвучал громче обычного в тишине ночного подъезда. За дверью слышались приглушённые звуки телевизора, звон посуды, запах жареного мяса — всё то, что когда-то было просто «домом», а теперь казалось декорацией к чужой, спокойной жизни. Его лёгкие всё ещё помнили смесь запахов: корица и кардамон со склада, дым и пепел из Леса Шепчущих Стражей, лёгкий, едва уловимый аромат сухих трав, исходящий от волос Элианы, когда они сидели в таверне. И поверх всего этого — привычный, почти забытый запах его собственного дома: свежевыстиранное бельё, полироль для мебели, ужин, который мама, наверное, готовила последние два часа. — Эбби, ты пришёл? — голос матери донёсся из кухни, мягкий, с той особенной, уставшей теплотой, которая появляется к концу дня. — Мы ужинать будем, иди мой руки. Он хотел ответить «да, иду», как делал всегда. Как робот, выполняющий повседневную программу. Но вместо этого с его губ сорвалось: — Я не голоден, мам. Я… поел с друзьями. Пойду прилягу. Пауза. Она длилась всего секунду, но в тишине вечернего дома она прозвучала оглушительно. — Хорошо, милый… — ответила мать, и в её голосе не было обиды. Только та самая, едва заметная нотка, которую он раньше не слышал. Или не хотел слышать. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, — бросил он, уже поворачивая ручку двери. В прихожей повисла тишина, нарушаемая лишь шипением масла на сковороде. Мисс Малум и мистер Малум переглянулись. В этом коротком, безмолвном обмене взглядами уместилось всё: тревога, непонимание, попытка найти слова, которые оба боялись произнести вслух. Их сын, их пятнадцатилетний мальчик, который ещё недавно забывал учебники, теперь уходил в себя. Он почти не разговаривал с ними. Днём — школа, вечерами — исчезал «к друзьям» и возвращался затемно, вымотанный, с отсутствующим взглядом. Они не знали, где он. Не знали, с кем. И не знали, как спросить, чтобы не натолкнуться на стену. — Может, у него... проблемы? — тихо начала мать, её пальцы нервно теребили край фартука. — Он бы сказал, — так же тихо ответил отец, но в его голосе не было уверенности. — Наверное. Они оба боялись этой мысли. Боялись, что их сын, их единственный ребёнок, уходит от них в какую-то свою жизнь, где им нет места. И что стена, которая вырастала между ними, становится выше с каждым днём.

***

В комнате было темно. Эбби не стал включать свет — уличные фонари за окном давали достаточно серого, призрачного сияния, чтобы различать очертания. Он сел на кровать, и пружины привычно скрипнули. Маска, убранная в рюкзак, молчала. Первый тоже молчал — может быть, уважал момент, а может быть, просто нечего было сказать. Эбби снял толстовку. Вместе с ней, казалось, сошёл и слой чужого мира — запах леса, дымка от таверны, тонкая пыль склада с пряностями. Он остался в простой футболке, и внезапно почувствовал, как тяжёлые мышцы плеч и спины наливаются свинцом. Сегодня был долгий день. Первое командное задание, драка со сквернобродом, ледяная ванна в ручье, чтобы смыть с рук смолу от раздавленных ягод, потом уборка, потом ужин с Элианой, где они обсуждали планы и он пил отвратительный травяной отвар, а она улыбалась так искренне, будто не было за её плечами ни строгого деда, ни монастырских стен. Он лёг на кровать, даже не укрывшись, а взгляд упёрся в белый потолок. Где-то там, в Тасмодее, сейчас ночь. В гильдии «Взрывная Луна» ещё шумят пьяные авантюристы, Лира закрывает журналы, а на доске объявлений висит портрет «Чёрного Призрака». Где-то в лесу чернеет выжженная полоса. А здесь, в этой комнате, он просто устал. «Завтра...» — подумал он, чувствуя, как сознание начинает плыть. — «Завтра надо узнать про аренду участка. И про обмен валюты. И проверить, нет ли новых заданий на доске...» Мысли путались, обрывались. Реальность этого мира и того, другого, смешивалась в странный, убаюкивающий гул. В последний момент, проваливаясь в сон, он почувствовал нечто, похожее на лёгкое, едва уловимое прикосновение к сознанию и провалился в темноту. Он спал. Без сновидений, без масок, без брешей. Просто спал, уронив руку на пол, в футболке, пахнущей домом и чужими специями, под равномерный шум машин за окном. А за дверью, в гостиной, родители сидели перед телевизором, не видя экрана, и прислушивались к тишине за дверью сына.