Глава пятая - Барон

Лучи ярко сияющего светила, висевшего над открытым окном, словно приглашённые внутрь, вместе с приятно свежим летним ветерком падали вниз, проникая внутрь, согревая и освещая, подобно любящей матери, белоснежную комнату. Украшенными синими и золотыми узорами, вырисовывая прекрасный орнамент в форме цветов. Комната была довольно обширной, вмещающую в себе несколько шкафов коричневого цвета, набитые книгами и прочими документами, неподалёку стоявшую продолговатую тумбочку того же цвета, набитую спиртными напитками в стеклянных ёмкостях, зеркало, висевшее с другой стороны стены, и стоящего напротив окна стола, не отличающегося цветом от других деревянных объектов. На столе лежали различные бумаги, ранее приготовленные горничными, а за самим столом сидел весьма упитанный мужчина с явно выпирающим животом. Глаза бегали по пергаменту, изучая написанный текст с красивым золотистистым оформлением по бокам. А после удовлетворённого одобрения он макал писательское перо в синее чернило и подписывал документ. Неспешная работа так бы и продолжалась, пока в белоснежные двери, подобно комнате, не постучали. Недовольно состроив глаза и откинув подписанный документ, он зверски взглянул на источник шума. – Войдите! – Командным голосом, полным ненависти, надменности и гордыни, скомандовал барон. Его глаза ожидающе впились в не в чём не повинную дверь, горящим огнём, готовые разорвать незваного гостя, посмевшего помешать работе. Золотистая ручка плавно, но стремительно опустилась вниз, позволяя открыть двери, запустив посетителя. – Как ты! Чёрт тебя дери! Посмел мне мешать!? – Рассвирепел мужчина, выплёвывая гневные слова, отправленные в сторону зашедшего – сейчас же говори, что тебе нужно и проваливай с моего кабинета, пока я не приказал тебя выпороть перед всеми! – От нахлынувшей злости лицо борона покрылось красной краской, готовое вот-вот лопнуть от переполняющей злобы, ненависти и отвращения. А вдогонку сказанным словам. Кулак с грохотом опустился на стол, заставляя вздрогнуть сложенные бумаги. – В город прибыла некая девушка. Она объявила себя аристократкой и говорит об этом на каждом шагу, а так же. – Но его слова прервал ещё более рассвирепевший барон. – Как она смеет! А ты как смеешь приходить ко мне в мой кабинет и говорить о проклятой женщине, которая уже должна быть повешена! Сейчас же иди и исполни свой долг, а иначе я прикажу тебя повесить! – Рассвирепев, он ещё раз ударил кулаком об стол, рассыпав бумажную волокиту, но его внимание было притуплено и обращено на стоящего перед ним рыцаря. – Понимаете… – Что я должен понимать!? Некая простолюдинка разгуливает по моему городу и называет себя аристократкой! Это немыслимо! Чудовищно немыслимо! Лишь я и моя семья имеет на это полное право! – Возможна она королевский паладин и прибыла из столицы, а её навыки это... – Но попытка хоть как то прояснить ситуацию и пролить свет на её возможное происхождение была зверски прервана бароном, который уже не контролировал ни себя, ни свои действия, а его злоба затмевала хоть какие-то проблески интеллекта. – Да мне всё равно, откуда она прибыла! И пусть хоть называет себя дочерью герцога или короля, мне всё равно! Я ваш лорд, и я приказал вам её казнить! Так почему же вы всё ещё здесь или решили ослушаться моей воли! – Подорвавшись с места он вдогонку сказанным словам, отправил в полёт первую попавшуюся книгу, лежащую подле него. Однако выбранный объект пролетел мимо, упав неподалёку. Рыцарь, считавший лорда показательным аристократом и хорошим правителям для людей, упал в его глазах. И тогда он решил сказать то, что его заинтересует наверняка. – Барон Эдмонд Лоран, в ваших землях находиться Рилиантовый рудник – лорд хотел ещё что-то сказать, но его слова подобно кому застряли в горле. Осознав, что барон успокоился, рыцарь решил продолжить. – Об этом мне сказала та девушка. – От ещё более шокирующего факта глаза мужчины расширились, а сам он погрузился в пучины размышлений, усевшись обратно на стульчак. – Приведи её… – Кратко и спокойно, слегка хриплым голосом произнёс он. – Я прошу прощения, но я осмелился привести её заранее. Она ожидает в гостевой комнате – переведя дух и видя, как настроения лорда меняется, рыцарь поспешил продолжить – всё, что произошло, включая вашу реакцию на её внезапное появление, она предвидела и попросила провести её к вам, но вместо этого решил оставить её ожидать ваших дальнейших распоряжений. Прошу прощения за самовольство. – Попытался прояснить ситуацию, но вновь раскрасневшееся лицо Эдмонда не сулило ничего хорошего. – Что ты… Ошарашенный ответом подчинённого, барон не мог поверить в услышанное. Да что бы его верный человек, стоящий на посту капитана рыцарей, да ещё и самовольничал лицо постепенно становилось ещё более красным, а в глазах зажёгся огонёк злобы и ненависти. – Да как ты посмел! ? Привести в мой дом простолюдинку без моего разрешения! И что значит предвидела как ты мог поверить её словам, несчастный ты плебей!? – От быстро говорящей речи барон закашлялся, поперхнувшись собственными эмоциями. Переведя дух и подорвавшись с места, опрокинув стул, он подошёл к рыцарю – да я тебя понижу! Нет! Я заставлю тебя, жалкого плебея, страдать! Я выпорю тебя на главной площади перед простолюдинами, что бы всем было понятно, что бывает за самовольство и непослушание! – Выругавшись сквозь зубы, он развернулся к двери, направившись в гостевую комнату. Путь к назначенной комнате лежал через довольно широкий белоснежный коридор, украшенный прекрасным, но удивительным орнаментом. Волнистая линия в несколько футов протянулось по стене, окрашенная в синий цвет, а от неё росли цветы, чем то напоминающие те, что в кабинете главы дома, но во много раз меньше золотистого цвета. Рисунок прерывисто украшал стены коридора, делая их куда красивее, нежели обычный белый цвет. Отворив белоснежные двери, украшенные по бокам золотистыми завитушками и с золотой ручкой. Он рассчитывал увидеть красивую и галантную леди в роскошном и дорогом платье, что не очень говорило о описанном капитана рыцарей и выдавало в нём пофигестическое отношения к сказанному. Однако насколько бы его фантазии не были приукрашены, реальность остаётся реальностью, кто бы что не говорил. На диване сидела девушка, хотя лучше её стоит назвать девочкой, так как её возраст явно меньше восемнадцать и скорее всего она ровесница его дочери. В чём он был прав. При виде зашедшего барона она не потрудилась встать или хоть как то проявить галантность, присущее аристократам, а продолжала ожидающе смотреть, будто для неё этот человек не представляет никакой угрозы в нынешней ситуации. Гостевая комната почти не отличалась от остальных, разве что была в несколько раз шире. Однако тот же белый потолок, пол и стены выдавали в ней неизменность. В комнате находились пять штук мебели: два довольно больших напротив друг друга дивана синего цвета, а посередине белоснежный с золотыми узорами небольшой стол. По бокам диванов стояли кресла, окрашенные также в синий цвет. Комната отличалась наличием большего света, нежели в других, благодаря четырём открытым окнам, так как в остальных всего по одному окну, или же их вообще не было. Стены, пол и потолок были украшенными орнаментами в виде замысловатых кругов со спиралями и линиями, а посередине потолка висела синяя люстра. – Тварь! Паскудная тварь! – Не сдерживаясь в эмоциях, он кричал на капитана выпуская всю свою злобу – кого ты мне привёл это же ребёнок! Или решил окончательно распрощаться со своей жизнью. – Прошу, перестаньте – попытался образумить хозяина. Это она и есть. Она утверждает, что аристократка, а так же о том, что знает, где рудник. – Поспешно постарался оправдаться, боясь за сохранность своей жизни. – Будь по твоему. Я очень надеюсь, что ты прав, иначе твоя голова полетит с плеч – подойдя, он поспешно и нетерпеливо усадился на диван напротив девушки. – Эй ты, замухрышка! Сейчас же скажи, что тебе известно! – Грубо и надменно потребовал ответа. – Мне много что известно, Эдмонд Лоран плавно и не таропля она начала излагать речь. – Но не кажется ли вам, что вы поступаете со мной крайне грубо?. – Серьёзным железным тоном поинтересовалась у сидящего напротив человека. – Мерзавка! О чём ты говоришь!? Сейчас же скажи, где рудник! – Продолжал давить требованиями, пытаясь выведать информация. Однако девушка была непреклонна и не поддавалась. – Ваши слуги привели меня сюда и сказали ожидать вашего прибытия. Я, как хорошо воспитанная леди, принялась ждать, но слуги не удостоили меня вниманием, не потрудившись принести мне сласти и чай. Я огорчена этой ситуацией с вашей стороны. Глава дома Лоран, это бестактно – спокойно, но твёрдо высказала недовольства. Цель Марибель было задеть гордость сидящего перед ней, и это, к счастью, вышло лучше, чем она предполагала. – Мрась! Ничтожество! – От задетой гордости его лицо ещё больше покраснело и вздулось, готовое вот-вот лопнуть подобно помидору. Поднявшись с места, он завёл руку для удара. – Ну и ну! Так вы ещё и дикарь – с насмешкой подметила девушка – знаете, барон, будь я на вашем месте, я бы не раздумывая, повесилась. Существовать подобно варвару - это гораздо унизительно, нежели быть простолюдином. К тому же вы не имеете права применять ко мне физическую силу. Я всё-таки не ваша дочь, Мелис Лоран. – Тварь! Откуда ты знаешь мою дочь!? – Его ошарашенность была весьма разумна, так как дочь ещё не созрела для балов и в свет, естественно, не выходила. О ней знают только малый круг лиц, а про то, что барон избивает своего ребёнка, ещё меньше. Его рука дрогнула и опустилась, а сам он уселся на место. В его голове родилось чувство опасности и непонимания происходящей ситуации. – Я же сказала, я много чего знаю. Мне прекрасно известно, что в вашем поместье работает тридцать горничных, из которых четыре - личных. Ваша горничная, горничная вашей жены Анэт Лоран, горничная вашего сына Астор Лоран и горничная вашей дочери. Которую я ранее назвала. – Что тебе ещё известно? – Спросил более сдержанно, стальным голосом. Его недавняя злость сошла на нет, словно её и вовсе не было, а лицо приобрело более здравый окрас. Теперь на неё смотрел здравомыслящий человек, готовый принять взвешенное решение. – Мне известно, где рудник. – Тогда!... – Но у меня есть условия. – Чего ты хочешь!? – От сказанных слов девушки лорд насторожился, а в его голове продолжало развиваться чувство опасности. – Я хочу стать вашей приёмной дочерью. Кроме этого, я хочу личную служанку, необходимых учителей для выхода в свет. Двадцать рыцарей в моё личное пользование. Ах, да, а так же десять процентов от рудника. – Немыслимо! – Вскочил барон, а стоящий рядом капитан широко открыл глаза от удивления. Ни один из них не был готов услышать подобное – ты хоть понимаешь, что говоришь! – Рассвирепев, он впился глазами в Марибель, требуя ответа. – Так же мне известно о происхождении браслета на вашей руке – девушка запнулась, кинув на Эдмонда многозначительный взгляд, и тот, словно под влиянием её воли, приказал капитану рыцарей покинуть комнату. Лицо барона отчётливо говорило о его растерянности и глубоком непонимании. Украшение имело уникальную красоту. Полупрозрачные камни, висевшее на белоснежной нити, имели свойство переливаться всеми цветами радуги при свете луны. От понимания происходящего руки Борона сжались в кулаки, а губы сжались в тонкую полоску. – Да кто ты такая… – Милорд, не важно, кто я. В любом случае, требование я выдвинула, и хотите вы этого или нет, но вам прийдётся их выполнить для собственной безопасности. Если же нет, то король узнает о ваших тёмных делах. Но, как мне кажется, выполнить мою просьбу вам не составит труда. Взамен же вы получите Рилиантовый рудник, признание царской семьи и титул. Ах да, чуть не забыла упомянуть, если со мной внезапно что-то случиться. – Дальнейших объяснений не требовалось, так как мужчине уже было понятно. Опустив голову, он погрузился в пучины раздумья. – Я согласен – ответил через несколько минут молчания, но его голос был низкий, словно он в чем то провинился и ожидал соответствующего наказания. С произошедшего разговора прошел месяц. За это время много чего поменялось. Семья Лоран первые дни издевалась над Марибель, а именно Анэт Лоран и Астор Лоран. Однако после слов главы дома их издёвки прекратились, поменявшись на отчуждения, что девушке было очень по нраву. Как она и просила, она получила то, что просила, а именно: личную служанку, учителей, девать рыцарей и полную свободу действий. Барон несколько раз провёл несколько масштабных экспедиций по поиску рудника, однако ничего не нашел. И только после того, как Марибель получила нужные ей документы, барон получил рудник, а вместе с ним признание королевской семьи и титул виконта. Рудник распорядили следующим образом: сорок процентов королевской семье, пятьдесят - борону, а девушке по праву договора - десять. После произошедших событий семья Лоран лучше стала относиться к девушке, так как убедились в её правдивости, слов и действий.