｡･:* Пролог ࿐ ࿔*:･ﾟ

В мире, где магия — не чудо, а данность, драконы давно стали легендой. Они исчезли, оставив после себя лишь пепел, одиночество... и тех, кого называют Убийцами Драконов — Наследие их магии.

Но как оказалось, легенда не умирает... она всего лишь начинает свой новый путь.

｡･:*˚:✧｡

Он помнил, как входил в бой. Как рвал воздух взмахом крыльев; как испепелял небо, обрушивал ярость на проклятого Акнологию. Казалось, что победа была близка. Но всё закончилось слишком быстро. Оторванная лапа. Падение. Вспышка. Голос парнишки, зовущего его. И — тишина. Игнил очнулся не на земле, в крови, как ожидалось. И уж тем более не в небе, куда там. Он открыл глаза в абсолютной тишине, где даже звук собственного дыхания не был уловим слуху. Тело не слушалось его. Он не чувствовал ни когтей, ни хвоста, ни пламени внутри. Ничего, лишь холодный камень и цепи. На далёком краю Континента, на земле, о которой не пишут в книгах, возвышался вулкан, в недрах его были пещеры, хранившие древний артефакт, — чёрная магическая сфера, заключённая в обсидиановые цепи. Сфера поглощала магию того, кто находился в ней. Её цель — копить энергию до тех пор, пока источник силы не иссякнет. Король попытался подняться — и беззвучно закричал. Магические цепи, покрытые фиолетовыми рунами, обвивали его тело, не давая подняться. Они сжимались на нём, будто были живыми. Оковы впивались в саму его суть, не просто обездвиживая, но вырывая огонь. Не пламя. Душу. Драконье естество. Когда некто дотронулся до сферы, она вспыхнула ярким огнём, не похожим ни на одну известную огненную магию. Он ревел, являясь воплощением мощи и силы. С каждой секундой Игнил чувствовал, как волшебство покидает его. Сначала медленно, будто из трещины. Потом — неудержимым потоком, как пробитая плотина. Он пытался бороться. Пытался извергнуть пламя, но из пасти вырывался лишь пар. — Ах… какое зрелище. — Мягкий голос. Женский. Ядовитый. — Даже Королии не выдерживают, когда их рвут на части. Перед некогда могущественным Драконом предстала фигура в балахоне. Глаза — слепые, пустые. Улыбка — полная одержимости. Под глазами были вытатуированы письмена. Ведьма. Всё внутри пульсировало от боли. Король хотел рычать, но всё, что ему удалось выдавить, было мычание. Игнил хотел рвать цепи, но вместо когтей — пальцы. Обычные человеческие руки. Что с ним сотворили? Он не погиб, но был обречён сгореть заживо — в теле смертного. Его могущество сдерживалось, крик глушился магическими печатями, созданными из лоскутов самой тьмы. — Твоё тело было слишком… громадным для этой сферы, — продолжила Ведьма. — Так мы создали тебе новую плоть. Сосуд без крыльев. Без рёва. Без возможности снова извергать огонь. Рука женщины прошла сквозь барьер сферы и коснулась лба Игнила: — Теперь ты не угроза, о могучий Король. Теперь ты — всего лишь ресурс для нового Повелителя. Не услышав его слов, но прочитав по губам, Ведьма поняла, что Огненный Дракон велел закрыть ей свою поганую пасть. Женщина зло рассмеялась, а после снова протянула к нему свою руку: — Спи. И ни о чём более не беспокойся. И он спал, пребывал в бесконечном кошмарне, где один день был похож на предыдущий. Дракон больше не видел небо, не чувствовал на своей загрубевшей коже дуновение ветра. Только каменные стены, давившие на него, и магические цепи, питавшиеся им. Нацу. Друзья. И свобода. Они меркли с каждым высасыванием его силы. Игнил пытался считать дни. Сколько прошло времени с его последней битвы к Акнологией? Казалось, что бесконечность назад, не меньше. Время растворялось в огне, который больше не принадлежал ему. Воспоминания становились иллюзией. Существовал ли он на самом деле ...когда-то? Но глубоко внутри, под всем этим мраком, тлела искра. Последний жар надежды, что его зов услышат. И словно в бесконечном бреду он шептал: — Нацу… Металликана… Я всё ещё жив.

｡･:*˚:✧｡

Магия земли обычно не говорила с ней. Она текла под ногами — тяжёлая, терпеливая, молчаливая. Металликана только отчасти была к ней близка. Будучи Драконом Металла, она могла создавать его сама, но всё же сталь рождалась из недр камня — могучего и несгибаемого. Время от времени дракониха чувствовала под лапами, как рождается железо. Но в ту ночь земля впервые открылась ей. Это случилось, когда она дремала-медитировала, глубоко в подземельях, спрятанных в недрах древнего леса. С закрытыми глазами, наедине со своими печальными мыслями, Дракон Металла внушала себе о внутреннем спокойствии, пытаясь поскорее забыться сном. Ей вечером удалось найти парочку оленей, забрёдших в такую глушь. Праздник для живота, и сон был бы прекрасным завершением дня. И вдруг — вспышка. Всего мгновение пронеслось перед глазами — и она увидела его. Игнил. Но не таким, каким Железный Дракон помнила его: ярким, раскатистым, пламенным и гордым. Он был… сломленным. Закованным в магические печати. Лицо измождённое, глаза потухшие. И каждая новая попытка освободиться приводила к ещё большим мукам. Некогда могущественный дракон стал человеком, но всё же живым! «Металликана...» Голос, будто прошедший сквозь магические заслоны и время, обращался к ней. Он не звал на помощь, Игнил прощался, настолько безнадёжно звучал его голос. Металликана вскочила на свои могучие лапы от представшей картины. Тело дрожало, ведь небеса только что рухнули на неё. Она никогда и никому не показывала своих слёз, но подобно реке они текли сейчас по её впалым щекам. — Это невозможно… Земля под лапами продолжала отзываться глухой вибрацией. Руны на цепях были ей знакомы, она узнала магию, которой не видела со времён, когда Зереф ещё был тенью, а Акнология — только эхом. — Чёрт меня подери! — Металликана раскатисто рыкнула, отчего стены пещеры, в которой она пребывала всё это время, затряслись от векового сна. Слишком долго она верила в ложь, слишком долго носила в себе молчание и скорбь. Но теперь, Железный Дракон узнала правду. Металликана закрыла глаза, стараясь сконцентрироваться на точке в середине своего лба, тем самым активировав древний символ, — знак старого союза драконов. Металл, небо, тень и свет… Они должны были собраться вновь. В этот раз им предстоит спасти Короля от лап ублюдков, что держали его и вытягивали силу. Если понадобиться, они отдадут самое ценное, что у них есть. И хоть в человеческих телах; хоть без крыльев; хоть с разбитыми сердцами, — они спасут его! — Я иду за тобой, огнеголовый. — Металликана стиснула клыки. — Только попробуй снова исчезнуть, собственноручно тебя прибью. И где-то далеко, в каменной темнице под вулканом, Игнил впервые за долгое время улыбнулся своим слабым оскалом.

«Я жду ...тебя».