Часть 9

      Прошло ещё несколько дней, но дневник по-прежнему лежал на дне её чемодана, словно невидимая тяжесть, которая тянула её вниз каждый раз, когда она думала о нём. За это время Дарла успела изучить кое-что о Томе Реддле, и то, что она узнала, заставило её кровь стынуть в жилах.       Как мог такой, казалось бы, милый и одарённый молодой человек превратиться в того, кто творил такие ужасные вещи? Этот вопрос не давал ей покоя, крутился в голове, как навязчивая мелодия, от которой невозможно избавиться. Она пыталась представить его — не того монстра, которым он стал, а того юношу, каким он был когда-то.       Дарла чувствовала, как её разум разрывается на части. С одной стороны, её тянуло к дневнику. С другой — её охватывал страх, холодный и неумолимый, словно предупреждение, что она стоит на краю пропасти.       — Хватит, — прошептала она себе.       Она медленно поднялась с кровати, её ноги, казалось, были тяжелее, чем обычно. Каждый шаг к чемодану давался ей с трудом, как будто она шла против невидимой силы, которая пыталась удержать её. Но Потс не могла остановиться. Её рука потянулась к чемодану, пальцы дрожали, когда она открыла его.       — Акцио дневник, — произнесла она тихо, но чётко и дневник вылетел из чемодана, как будто ждал этого момента, и мягко приземлился к ней в руки. Потс почувствовала, как её ладони стали влажными, а сердце заколотилось так сильно, что она почти слышала его стук в ушах. Она не могла понять, что именно она ощущает: страх, любопытство, вину или что-то ещё, что не поддавалось описанию. Её пальцы слегка дрожали, когда она медленно вернулась к кровати и села на край, положив дневник к себе на колени.       Она раскрыла его, и пустые страницы, казалось, смотрели на неё, ожидая, что она начнёт писать. Но её рука замерла в воздухе, не решаясь взять перо. Мысли крутились в голове, но ни одна из них не казалась подходящей для начала.       — С чего начать? — прошептала она, чувствуя, как её голос звучит неуверенно.       Она чувствовала себя на границе, как будто стояла перед пропастью, и один шаг мог либо спасти её, либо уничтожить. И пока она сидела там, смотря на пустые страницы, она понимала, что её молчание — это тоже выбор. Но выбор, который она не могла делать вечно.       — Просто начни, — прошептала она себе, но её рука всё ещё не двигалась.       И в этот момент, словно в ответ на её внутреннюю борьбу, дверь комнаты открылась, и вошли соседки. Их появление прервало тишину, и Дарла вздрогнула, быстро закрывая дневник, как будто её поймали на чём-то запретном.       — О, ты опять читаешь про Тёмного Лорда? — раздался голос одной из девушек, и в её тоне явно звучала издевка.       Но Дарла сразу поняла, что насмешка была направлена не на неё, а на самого Лорда. Все знали, кем он был: жестоким убийцей, чьё имя боялись произносить, а его деяния оставили кровавый след в истории. Подруги, казалось, считали его фигурой, достойной лишь презрения и насмешек.       — Ну, знаешь, — начала она, пытаясь сохранить лёгкость в голосе, — иногда даже у таких, как он, есть свои секреты.       Соседки засмеялись, но их смех был скорее нервным, чем добродушным. Тёмный Лорд был не тем, о ком шутили без последствий. Дарла улыбнулась в ответ, но в глубине души она чувствовала, что её связь с Реддлом была чем-то личным, чем-то, что она не готова была разделить с кем-то ещё.       Алана и Элис вошли в комнату с какой-то неясной целью, словно их визит был скорее случайным, чем запланированным. Они немного покружились по помещению, будто что-то искали, но их действия были лишены чёткости и намерения. Затем одна из них, с лёгкой улыбкой, предложила Дарле присоединиться к ним и прогуляться по замку.       — Может, выйдем? — но в голосе не было настойчивости, лишь формальная вежливость.       Потс, погружённая в свои мысли, мягко отказала, и соседки, не настаивая, быстро удалились, словно их присутствие здесь было лишь мимолётным эпизодом.       Их приход, такой же стремительный, как и уход, казался не случайным, а словно намеренно оставленной подсказкой, которую она была обязана заметить и использовать. Дарла была полна решимостью. Раскрыв дневник, она взяла перо и, не раздумывая, вывела два единственных слова: «Мой Лорд?»       Слова застыли на бумаге, словно затаив дыхание, и пробыли там, казалось, целых две вечности, прежде чем начали медленно растворяться, как тени на закате. Ответа не было.       Секунды тянулись мучительно долго, и каждая из них казалась ей часом. В какой-то момент её сердце сжалось от страшной мысли: а что, если Том больше не ответит? Что, если он просто использовал её, вытянул всё, что ему было нужно, и теперь бросил? Эта мысль пронзила её, как холодный ветер.       Но она не могла оторвать взгляд от страницы, надеясь, что её опасения окажутся лишь плодом её воображения, и что в следующее мгновение на бумаге появятся знакомые строки, которые вернут ей уверенность и связь с тем, кто стал для неё чем-то большим, чем просто тенью из прошлого.       Дарла понимала, что ей следовало воспользоваться дневником для связи с ним ещё раньше, как только она узнала, но не могла. Она боялась. Боялась услышать его слова, боялась, что они разрушат её иллюзии или, наоборот, подтвердят её худшие опасения.       И вот, наконец, на пожелтевших страницах начал проявляться текст: «Для тебя, моя Дарла, я всегда останусь Томом.»       Эти слова, написанные с такой нежностью, что она едва могла поверить, продержались лишь мгновение, прежде чем начали исчезать, уступая место новым строкам.       «Я никогда не стремился к разрушению. Всё, чего я хотел — это сделать жизнь магов лучше, свободнее. Но, чтобы достичь великой цели, иногда приходится идти на жертвы. Ты должна понять, Дарла, что не всё так просто, как кажется. Я видел дальше, чем другие, и знал, что путь к переменам не бывает лёгким. Но я верил, что это того стоит.»       Слова Тома, наполненные убеждённостью и скрытой болью, словно витали в воздухе, заставляя Дарлу задуматься. Она чувствовала, как её сердце разрывается между сомнением и желанием понять его. Была ли это правда? Или лишь ещё одна уловка, чтобы завоевать её доверие?