Часть 1

  Любовь не всесильна.    Оригинальный сценарий короткометражного художественного фильма   Автор: (под псевдонимом) Иссиня-4ёрный.                                                       2025          НАТУРНЫЕ СЪЕМКИ. СЦЕНА 1.  1992 год. Молодая пара (девушка 21 год, высокая, худощавого телосложения, русые волосы АНЯ и парень роста чуть выше девушки, шатен с щетиной на лице, 22 года, ВАНЯ) выходит из ЗАГСа. Поздний вечер, парочка сладко целуется, стоя на пороге отдела регистрации, в руках бордовые российские паспорта. АНЯ открывает свой паспорт и, счастливо улыбаясь, любуются на свеженький штамп в своей странице «семейное положение». Посмотрев на девушку – новоиспеченную жену – ВАНЯ слегка приобнимает ее и, чуть наклонившись, затягивает поцелуем в губы.    ВАНЯ Наконец-то ты моя жена! Я добивался этого момента с пятого класса! Как только увидел, сразу понял – ты моя. Судьбой мне предначертана.    АНЯ (застенчиво смеясь) Судьбой-не судьбой, а дразнил ты меня ого-го как! Кто мою форму на физкультуре украл? Кто мою сменку прятал в гардеробной?    ВАНЯ Ну, Ань… Я просто не знал, как внимание твое привлечь.    АНЯ Экие у Вас методы, однако, сударь! А ведь такой хороший мальчик!  АНЯ заботливо поправляет мужу задравшийся воротник рубашки и, привстав на цыпочки, смачно целует в щеку. Они, взявшись под руки, идут по плохо освещенной улице вдоль Ленинского проспекта неторопливым прогулочным шагом, каждый сильнее сжимает руку другого.    ВАНЯ Анют, я хочу завтра звонить отцу Игорю. Чего тянуть? Пусть повенчает нас.    АНЯ Да я ж только за, Ванечка. Но… мы не слишком торопимся? Может, подумаем чуть-чуть?   ВАНЯ А че тут думать-то? Я тя люблю, и все! Или…   (ВАНЯ сбавляет шаг и, прищурившись, смотрит на жену)   Может, ты сомневаешься?   АНЯ Дурачок ты у меня! Я тебя так люблю!  (нежно гладит парня по волосам, и он слегка улыбается в ответ).     ВАНЯ Тогда решено! Завтра же звоню батюшке.     АНЯ Надо бы подумать о том, что дальше – мы ведь даже комнату снять не можем! Что ты, что я ВУЗ закончили, а дальше что? Не ночевать же на работе! А… ночь, Вань? Наша – первая брачная? Куда мы сейчас? К друзьям в общагу?   ВАНЯ Потерпи немного, моя мама согласилась нас приютить.    АНЯ Сомневаюсь я что-то… Она и идею женитьбы не одобрила, с чего бы ей нам помогать?   ВАНЯ Ты из моей мамани монстра не делай. Маманя у меня… Ух! Мировая женщина. Да и вообще – первая брачная ночь. Вечер! Мы вышли из ЗАГСа! Давай думать о позитивном!  Молодожены пешком прогуливаются по проспекту до Репинского сквера, наслаждаясь прогулкой. Аня, немного продрогнув, ближе прижимается к мужу, и тот, сняв джинсовую куртку, накидывает ей на плечи.    ВАНЯ (вдруг остановившись и глядя ей в глаза) Я тебя очень люблю! Очень-очень! Брошу всех и все ради тебя! На вторую работу устроюсь! Да фиг с ним – с этим углом, что мы, себе жилья не найдем? Можно накрайняк купить билеты Москва-Питер, ночным поездом…   Аня слегка улыбается в ответ и молча кивает головой. В этот момент идущую парочку супругов сзади охватывает свет автомобильных фар, тени видны от фигур Ани и Вани на асфальте. Сжав руку Вани, девушка останавливается и напряженно смотрит на слишком яркий, почти ослепляющий свет. На мимике отчетливо читается тревога, жилка на шее пульсирует, выдавая напряжение. Аня и Ваня, кратко переглянувшись, смотрят на вышедших из автомобиля мужчин в кожаных куртках.    Двое набыченных парней уверенным быстрым шагом направляются к молодоженам, что те, чувствуя неладное, бросились бежать, все еще держась за руки. Но один из двух амбалов прямо посреди безлюдной улицы вытаскивает из внутреннего кармана пистолет и стреляет куда-то вбок. Пуля задевает ногу девушки, и она падает. Ваня останавливается, как вкопанный, пытается поднять жену на руки – безуспешно. Их нагоняет один из амбалов.    - Побегать захотелось? Зря! Мы ж с вами по-хорошему! Бабки есть? Быстро!    Ваня, все-таки подняв с асфальта супругу и придерживая, чтобы та не упала, испуганно смотрит на нее.    ВАНЯ Н… Нет, - заикаясь, отвечает парень. Как-то рефлекторно шарит по карманам, но в руках лишь пустота.   - Граждане, носить денежки в такое непростое время с собой надо! – хихикает подошедший второй амбал. Он подходит вплотную к плачущей от страха девушке и, ухмыляясь, тыкает дулом пистолета ей в подбородок, на что она, стиснув от боли зубы, пытается отвести зареванный взгляд, - Быстро гони лавэ, - процедил бандит, - Твой придурок нищеброд, но, может, хоть ты богатенькая Буратина?   АНЯ (глотая слезы) У меня ничего нет. Честно. Отпустите нас!   БАНДИТ Вот те раз! Отпустить их! Ну-ка, дай!  Бандит вырывает из женской руки скомканный паспорт и, прошерстив страницы, убеждается, что там нет денег.    - Слушай, Бурый, у них даже на трамвай нет! Че с ними?   Бандит переглядывается с напарником и, ехидно улыбнувшись, со всей дури пинает девушку в открытую кровоточащую рану. От боли она громко кричит и бухается на асфальт, не сумев устоять на ногах. Второй бандит, взяв за шкирку парня, тащит того в машину и грубо запихивает в багажник. Тот, что помладше из амбалов, подошел к распластавшейся на асфальте Ане и швырнул скомканный клочок бумаги:   - Привезешь завтра утром по этому адресу деньги. Зеленью десятку! И без ментовки, поняла? Иначе хахаля твоего пристрелим! Все, не скучай. Подруга.    Аня кричит на всю улицу и плачет, глядя, как бандиты запихивают ее мужа в багажник черного «Мерседеса» и увозят в неизвестном направлении. Спустя десять минут, кое-как поднявшись на ноги, сильно прихрамывая и стискивая от боли зубы, Аня присаживается на лавку в Репинском сквере и, глотая слезы, смотрит на оставленный ей клочок…   СЦЕНА 2. ИНТЕРЬЕРНЫЕ СЪЕМКИ.    Полузаброшенное гаражное помещение. Возле привязанного парня – ВАНИ – суетятся два бандита. Третий – рядом, смотрит, попивая бутылку «Столичной» из горла на подельников, затем переводит презрительный взгляд на прикованного наручниками парня.    - Нахер вы его притащили? Какие с него деньги можно получить, он же нищий! - Помолчи, Валера! – тот, что постарше, подходит к напарнику и вырывает бутылку водки, - Не с него, а с клуши его! Придет – принесет. Никуда не денется. Любовь! – мечтательно закатив глаза, ухмыляется он. Затем смотрит на Ваню – он с кляпом во рту пытается что-то сказать, громко мычит, но это злит бандита, и тот больно пинает его по ребрам ногой, - Закройся! А не то хлебницу сломаю! – один мощный удар бутылкой по голове, и Ваня мгновенно ослабевает, потеряв сознание.  - Ну зачем ты? Видок же не товарный будет! – хихикает другой бандит.  - Ты поучи меня щи варить! Иди вон, лучше открой! Стучится кто!   От громкого и гулкого стука в железную дверь все трое бандитов вздрагивают. Тот, что ближе к выходу, достает пистолет и, сняв с предохранителя, с опаской приоткрывает дверь. На пороге стоит АНЯ.    - О! А вот и козочка наша пришла! – хихикает встречающий, открывая дверь шире, - Проходи к нам, Мурка, на огонек! Вот и твой придурок!   На лице Ани слезы, она вся красная, дрожит с головы до ног. Сжимает тряпичный кулек в своих руках, еле сдерживается, чтобы не разрыдаться. Один из бандитов подходит к ней и, дернув за руку, тащит в соседнюю комнату.    - Ты же правильно себя вела? В ментовку не звонила? - Н… Нет… - прижимая к груди тряпицу, отрицательно кивает головой заплаканная девушка, - В… Вот… Я принесла… У меня больше ничего нет… Все продала, что б… было… - она разворачивает кулек, но он выпадает из трясущихся женских рук, - Там… - наклоняется, чтобы поднять упавшие, - от бабушки перстень… Дедушкины медали с Войны… Все, что накопила… Возьмите… - Да на кой мне твое барахло? – разозлившись, пинает бандит кучу разбросанных вещей, - Ты мне деньги должна, деньги! Ты понимаешь, дура? Или нет? – взяв за локоть, поднимает девушку и дает такую звонкую пощечину, что под глазом сразу образовывается синяк и она едва ли не отлетает в сторону от сильного удара, - Мы щас твоего уебка убьем! Убьем, сука! – орет бандит, чем доводит Аню буквально до истерики, она громко рыдает и трясется с головы до пят.  - Ну че ты ее напугал-то? – в комнату входит другой амбал и, приблизившись к этим двум, нарочито смахивает с Аниной щеки дорожку слез, - Ну-ну, козочка, не надо, - причитает он, - мы ж не звери какие, все понимаем. Сейчас бабла ни у кого нет. Но ты же хочешь своего придурка спасти, да? Хочешь? – Аня, смотря на второго, утвердительно кивает головой, и оба бандита, переглянувшись, ехидно улыбаются, - Ну так ничего не бывает просто так, дорогая. Тебя как звать-то? - А… Аня… - заикаясь, отвечает девушка, все еще плача взахлеб.  - Ну, если хочешь спасти своего хахаля, то придется побыть Эльвирой. Ты понимаешь, козочка? - Н… нет… - Ну как нет? Мы ведь его убьем. А с тобой так и так сделаем, что душа наша попросит. А мы люди… любвеобильные. Ты даже представить себе не можешь, что мы с тобой сделаем, дорогая… - бандит, не оставив миллиметра расстояния, грубо сжимает грудь девушки, положив конечность на ее блузу. Второй бандит становится сзади, и Аня, обернувшись, едва не задыхается от страха, - У тебя варианта два. Либо ты спасаешь своего муженька и гуляете оба. Либо мы его убьем, а тебя так и так. Только уже втроем. Как твоя душенька желает? - Лёва, паси уёбка! – громко крикнул стоявший сзади Ани бандит, уже без всякого стеснения положив руки на ее ягодицы. Сильно испугавшись, Аня в приступе неконтролируемого плача падает на колени и умоляет отпустить их с мужем, подбирает все, что принесла, с пола и просит взять эти вещи.  - На кой нам эти побрякушки? – хихикает бандит, вцепившись рукой в женские волосы и больно сжав их у корней, - А вот ты молодец, что присела. Ну что… - задирает ей голову, что она заплаканными умоляющими глазами смотрит на бандита, - ты сегодня Эльвира? Или как? – довольно улыбаясь, взглянув на напарника, расстегивает ширинку брюк… Аня, трясясь от плача и безысходности, громко воет, но сразу чувствует, как чья-то рука сзади сильно сжала ее грудь, и мурашки побежали по коже, - Давай-давай… Ты еще стонать будет, шалашовка! Отрабатывай!..   СЦЕНА 3. НАТ. ЗДАНИЕ ЗАГСа.  Регистратор, листая измятые паспорта АНИ и ВАНИ, недоуменно смотрит на них. Открывает журнал, книгу регистрации.    - Вы же… только 2 дня, как поженились. Почему Вы, Иван, подаете заявление о разводе? - Не сошлись характерами, - даже не посмотрев на жену, буркнул Иван.    Женщина-регистратор смотрит на АНЮ – на девушке лица нет. Бледность разбавляет свеженький синяк под глазом и порванная губа в уголке. Руки скрыты под длинным вязаным кардиганом, чтобы побои не были видны.    - По закону… - все еще недоуменно поглядывая на молодоженов, произносит женщина, - у вас есть три месяца подумать. Я обязана соблюсти закон. Не имею права вас развести.  - Это ничего не изменит, - схватив свой паспорт, Иван направляется к выходу. Аня, разрыдавшись, забывает про свой документ и нагоняет его в вестибюле, вешается объятиями.  - Ваня! Ванечка! – плачет, но Иван раздраженно отводит взгляд, - Ты ведь… говорил, что любишь! - Я не знал, что у меня жена – шлюха! – едва ли не на весь коридор кричит парень, - Слышал я, как ты меня вызволяла в соседней комнате! Что, трудно было деньги найти? Не стала заморачиваться, выбрала самый легкий путь! Ты просто блядь! Мне не нужна такая жена! - Это не так! – от отчаяния кричит девушка, наплевав на взгляды прохожих, - Не так! Выхода не было, я продала все, что было! Они бы убили тебя! - Шлюха! – замахнувшись на нее, Иван почти дает пощечину, но в итоге одергивает руку. Он уходит, и Аня, рыдая взахлеб, в приступе боли и отчаяния, прижимая руки к груди, спускается на пол… - Ваня…