Глава 4

      — Это она!       — Вон же, смотри! Рядом со слизнями идёт!       — Ты видел её шрам?       — Она тоже слизень, Эд!       Эйвери сильно преувеличивала, когда говорила, что на неё обрушится волна вопросов. Слизеринцы не просто не задавали вопросов — они даже не шептались. Точнее, шептались, конечно, но явно более скрытно, чем другие факультеты. По крайней мере, Джейн замечала только острые взгляды на мрачных лицах.       Не то чтобы это было плохо, особенно когда слышишь шёпот со всех сторон, но определённо наталкивало на некоторые вопросы.       В общем, утром, в свой первый учебный день, Джейн чувствовала себя неплохо. Думала об однокурсниках, предстоящих занятиях и с сонным раздражением вспоминала, как именно её разбудили. Она ничуть не беспокоилась перед предстоящим уроком, так как наивно предполагала, что Снейп будет относительно лоялен. Ведь не может же он снимать баллы с собственного факультета! Она ещё не знала, как сильно ошибалась.       В отдалении глухо прозвенел колокол. Двери кабинета отворились, — Джейн со смешком сравнила их с дверями в преисподнюю — впуская оживленный поток детей.       В кабинете зельеварения была особая, отвратительная, на взгляд Джейн, атмосфера. Во-первых, холодно так, что табуны мурашек без передышки бегали по коже. Во-вторых, первая половина ингредиентов отвратительно пахла. В-третьих, вторая половина, всё ещё живых, тошнотворно копошилась в банках. Причём не только на столах учеников.       Большие жуки, опарыши, сороконожки, разноцветные жабы и многие другие существа расположились на многочисленных полках рядом с мёртвыми, но не менее отвратительными ингредиентами.       Джейн это неимоверно раздражало. Вместо того чтобы слушать речь Снейпа, она то и дело кидала взгляд на очень большую засаленную банку с чем-то подозрительно напоминающим жабу. Противно было едва ли не до тошноты, но от того парадоксально интересно. Раз за разом глаза, будто околдованные, возвращались к банке.       — Мисс Поттер, — Джейн вздрогнула от неожиданности. Снейп надвигался на неё с грацией грозовой тучи, — что получится, если я смешаю измельчённый корень асфоделя с настойкой полыни?       Она пару раз моргнула. Кажется, она сильно недооценила его ненависть к Джеймсу Поттеру. Настойка полыни и измельчённый корень асфоделя… безуспешно покопавшись в собственных смутных воспоминаниях, она уперлась носом в тупик. Единственное, что всколыхнулось в памяти, это то, что зелье было, возможно, смертельным. Мысленно ругнувшись, Джейн неуверенно начала:       — Это какое-то смертельное зелье, сэр? — не успела она закончить фразу, как тут же пожалела, что не прикусила язык. Выглядел профессор крайне довольным.       — Так-так, мисс Поттер, очевидно, известность не поможет вам ответить даже на такой лёгкий вопрос, — Джейн мрачно уставилась на него из-под челки. «Шоу опусти Поттера в дерьмо по самые гланды» жутко раздражало её в книге, но те эмоции не шли ни в какое сравнение с теми, что она испытала, прочувствовав всё на своей шкуре.       — Это не уровень первого курса, сэр.       — Да? Просветите нас, мисс Поттер.       — Не ниже второго, сэр, в нашем учебнике нет зелья с такими компонентами.       Снейп оценивающе на неё взглянул. Как на жука, которого с превеликой радостью нарезал бы на кусочки и бросил в котёл.       — К вашему сведению, Поттер, не все зелья мы будем готовить. В конце вашего учебника есть целый раздел с зельями, чью структуру и свойства мы будем рассматривать, а изготавливать не раньше четвёртого курса. И если бы вы удосужились не только открыть, но и прочитать учебник, то знали бы об этом.       Джейн промолчала.       — Сделаем скидку на вашу известность, — он криво ухмыльнулся. — Что ж, ещё один шанс. Если я попрошу вас принести безоаровый камень, где вы будете его искать?       — Безоар находится в желудке козы. Он служит противоядием от множества ядов, сэр! — радостно пропела Джейн.       Снейп удивления не выказал, похоже, сказывался многолетний опыт двойного агента, лишь недовольно скривил тонкую линию губ.       — Неплохо. Что касается первого вопроса… Запомните, Поттер: из корня асфоделя и настойки полыни приготовляют усыпляющее зелье. Такое сильное, что его называют напитком живой смерти. Говорить, что зелье смертельное — грубейшая ошибка. Поняли? Так, все записывайте то, что я сказал!       Зашуршали пергаменты и заскрипели перья. Джейн же писала обычной чёрной ручкой. Она ощущала новые взгляды затылком, но оглядываться и вновь провоцировать Снейпа не спешила.       Не успела она дописать последние строчки, как Снейп стал разбивать учеников на пары. Её поставили с тихой девочкой по имени Лайза Турпин. Невысокая, полноватая, с раскосыми глазами и пугливо втянутой головой. Джейн не могла сказать наверняка, была ли Турпин трусихой всегда или только в компании с жуткими жуками и ещё более жутким Снейпом.       Рецепт был простеньким, ведь зелье от фурункулов состояло всего из трёх компонентов: змеиных зубов, рогатых слизней и игл дикобраза. Прикинув, какая им предстоит работа, Джейн с чистой душой скинула почти всё на Турпин, а та и слова против не сказала!       Решив, что всё складывается очень даже хорошо, она поставила котёл на огонь. Пока Турпин усердно измельчала в ступке змеиные зубы, Джейн изображала активную деятельность. Правда, обходящий учеников Снейп вскоре осведомился, почему она скачет над котлом с водой так, будто в нём, по меньшей мере, напиток живой смерти. Причём последнее он сказал с явной насмешкой, и Джейн всё же — после угрозы, что больше с напарницей она работать не будет, — пришлось начать резать рогатых слизней.       Когда она окончательно и бесповоротно уверилась в своём «превосходно», они подошли к последнему, десятому пункту варки. Необходимо было взмахнуть палочкой, чтобы остудить зелье. Это, вне сомнений, сложнейшее дело Джейн взяла на себя.       Она махнула рукой Турпин, и та с тихой благодарностью продолжила что-то нашёптывать своему отстающему одногруппнику. Как поняла Джейн, он ошибся где-то на этапе варки и теперь пытался понять, как всё исправить.       В паре парт от них Снейп нахваливал готовое зелье Малфоя и Лестрейнджа. Он распинался про текстуру и тот самый зелёный цвет, которого, по заверениям профессора, не было ни у кого. Судя по взглядам воронов, зелёный цвет был, просто Снейп упорно старался его не замечать.       Джейн зельем гордилась и искренне считала самым лучшим. Конечно, Снейп не оценит его должным образом, но результат, в любом случае, будет лучше, чем у книжного Гарри. С такими мыслями Джейн неловко достала палочку из кобуры и наставила на зелье.       Стоило ей зависнуть над котелком, как палочка в мгновение ока опалила руку огнём. Джейн пискнула и разжала пальцы. От боли глаза помутнели и наполнились слезами, но то, как опасно забурлило варево, она всё же успела заметить.       Не задумываясь ни о сохранности палочки, ни о том, чтобы предупредить остальных, Джейн нырнула под парту. Не прошло и пары секунд, как котёл с громким «БУМ» взорвался, окатив ближайшие парты, учеников и, по звучным ругательствам, профессора.       Поднялся гул. Испуганные ученики орали и вились вокруг ничего не понимающего, но очень злого Снейпа.       — Тихо! Не мельтешите! — раздавал приказы тот, шепча заклинания и убирая расплескавшееся варево.       В этой суматохе Джейн заприметила собственную палочку, одиноко лежащую в зелёной лужице.       Мысленно ругнувшись, она закусила тонкую губу. Осознание слов Олливандера накрыло только сейчас.       Да, она замечала, что простенькие заклинания вроде левитации, опробованные ещё летом в Дырявом котле, не получались, но Джейн и не предполагала, что треклятая деревяшка может так саботировать её жизнь!       Столько нервов ради той самой, с остролистом и пером феникса! Столько нервов и криков, чтобы палочка просто отказалась её признавать! Сцепив зубы, она выкинула из головы заунывные стенания о несправедливости мирской и подумала о насущных проблемах.       Хорошо бы вернуть её сейчас, а не когда все придут в себя и начнут выяснять, чьих рук это дело. С этими мыслями Джейн осторожно вылезла из-под с честью выдержавшего удар стола.       Схватив палочку и краем пальцев задев своё идеальное зелье, она поняла, что оно всё же остудилось. И слава Мерлину! Значит, не очень сильно оно их задело. Скорее испугало, чем навредило.       — Чьё это зелье?! — прорычал Снейп. Его чёрные глаза яростно сканировали помещение.       Джейн прикинула, сколько ему понадобится времени, чтобы вспомнить о её существовании, и приняла решение сдаться с поличным. Отыскав испуганную, с ног до головы заляпанную в их зелье Турпин глазами, она смело подошла к ней.       — Это наше, сэр, — милостиво подсказала Джейн, не забыв упомянуть и свою напарницу. Всё же вдвоём не так страшно.       Все злые взгляды скрестились на них. Она заметила удивлённую запачканную рожу Лестрейнджа, вытянутую каплевидную физиономию Малфоя с зелёными волосами и множество других незнакомых чумазых лиц.       — Ваше?! — не то проорал, не то прошипел Снейп так грозно, что пробрало даже её.       У Турпин шокировано распахнулись глаза и задрожали губы. Она явно не ожидала столь наглой подставы. А ещё, наверное, того, что взорвалось именно их идеальное зелье.       — Что вы там намешали?! — продолжал распаляться Снейп.       — Мы, кажется, перепутали змеиные зубы и иглы дикобраза, профессор! — она быстро перебила открывшую рот Турпин.       Ещё не хватало, чтоб эта дура рассказала, что они всё правильно, по рецепту делали! А ещё лучше сразу крикнула, мол, эта идиотка Поттер палочку уронила. На смех поднимут и до седьмого курса припоминать будут!       Снейп на секунду замер и как-то странно на неё посмотрел, а потом ещё больше рассвирепел.       — Как их можно было перепутать, Поттер?! — он яростно перекрикивал начавшийся гул. — Зелье состоит из трёх компонентов, как, во имя Мерлина, вы их перепутали?!       — Они выглядели одинаково, — переминаясь с ноги на ногу, всё же встала на свою защиту Джейн. Зелёная жижа хлюпала под ногами и капала с каменного потолка.       — Бездарности! Вы, Поттер, и вы, Турпин, — вспомнил он про её напарницу, — абсолютные бездарности!       Турпин тихонько заплакала, и её приобнял тот самый парень, которому она весь урок помогала.       — Я недооценивал вас, мисс Поттер, — Снейп всё же взял себя в руки и в этот раз выцедил из себя злое «мисс». — Вы ещё тупее, чем ваш отец! Казалось бы, куда уж больше!       Дальше она не слушала. Уставилась с ничего не выражающим лицом на одну из заляпанных полок и до побелевших костяшек сжимала кулаки. По уже знакомой банке неторопливо стекали остатки её зелья. Она следила за каплями, пока жаба внутри не дёрнулась.       — …Неделю! — довольно завершил свою тираду Снейп, и прозвенел колокол. — Минус десять баллов со Слизерина и минус двадцать с Рейвенкло. Не ревите, мисс Турпин, вы должны были заметить, что что-то в варке зелья пошло не так!       Лайза Турпин первая выбежала из кабинета. За ней потянулись и остальные вороны. Смелые слизеринцы столпились у стола своего декана с просьбой очистить их от зелья. Джейн это было без надобности, да и не решилась бы она после этого подходить к Снейпу с просьбой и милой улыбкой.       Подхватив чудом уцелевшую сумку, Джейн, ни на секунду более не задерживаясь, выскользнула из кабинета за рейвенкловцами. Она силой заставила себя не опускать голову и не переходить на бег, но запоздалый стыдливый румянец контролировать не могла. Жар обжёг кожу щек, а кровь с грохотом застучала в голове.       — Поттер, — кто-то весьма некстати её окликнул.       Звонкий мальчишеский голос не походил ни на вымораживающий баритон Снейпа, ни на грубый и презрительный Лестрейнджа. Он был скорее показательно усталым, а значит, как быстро сообразила Джейн, ничуть не опасным. Состроив ещё более безразличную физиономию, она развернулась на пятках и увидела того, про существование которого давно успела забыть.       К ней неспешным шагом короля павлинов шествовал уже чистый Малфой. Белокожий, с каплевидным лицом, тонким носом и большим лбом он был удивительно не похож на свою версию из фильма. И различие было не столько в разных лицах, сколько в том, как он себя держал. Спроси сейчас у Джейн, кто больше похож на аристократа, Лестрейндж или Малфой, она бы ответила не задумываясь и явно не в пользу первого.       Она почти с восхищением наблюдала за его грациозной походкой. Сразу было видно, что Малфой почти с колыбельной привык к мантии — так легко он в ней двигался. И всё же было что-то в нём раздражающее. Возможно, то, как высоко задирал он голову, будто пытаясь удержать там невидимую корону. Джейн не могла точно ответить, почему именно это ей не понравилось. Наверное, всё же корону она берегла для себя.       — Замечательное выступление на зельях, аплодирую стоя, — усмехнулся Малфой, а Джейн напряглась.       Конечно! Популярность популярностью, но над таким провалом посмеются даже те, у кого в комнате есть алтарь со свечами и книгами о ней.       — Чего тебе? — сухо спросила она.       — Как грубо, — цокнул языком Малфой.       — У меня неудачное утро, — пожала плечами Джейн, краем глаза наблюдая за вставшими у него за спиной крепкими и с виду тупыми мальчишками.       Заметив интерес к своей свите, он небрежно представил:       — Это Крэбб, а это Гойл, — и уже с большим энтузиазмом представился сам: — Я Малфой, Драко Малфой.       Джейн понадобилось пять секунд, чтобы всё осознать, и менее трёх, чтобы крепко пожать протянутую гладкую ладонь. Так значит, после этого фиаско с ней ещё не чураются общаться? «Значит, не всё ещё потеряно!» — про себя резюмировала она.       — Ну, что ж, дабы больше не слышать о моей вопиющей грубости, — она, пародируя его тон, чуть крепче сжала руку и интенсивно её потрясла. — Поттер, Джейн Поттер, будущий мастер зельеварения! Рада знакомству, мистер Малфой.       Драко опешил и широко раскрыл глаза, не до конца понимая, над ним шутят или с ним. Потом, отпуская его руку, она постаралась улыбнуться не ехидно, а до́бро. Получилось не очень, но до Драко, кажется, что-то дошло, и он хмыкнул.       — При следующей же встрече осчастливлю декана твоим выбором профессии.       — Н-да? Хорошо, только меня предупреди. Отойду на безопасное расстояние и буду наблюдать, — от тревожных и неловких мыслей остался лишь след. Джейн весело зашагала на обед.       — Хочешь насладиться переполняющим его восторгом?       — Конечно, разве не видно, как мы друг друга успели полюбить за столь короткое время, — сдобряя слова сарказмом, ответила она.       Драко, не отстававший от неё ни на шаг, вдруг посерьёзнел.       — Что будешь делать с наказаниями? При столь сильной любви декан поприсутствует на них и поможет этому полумаглу с тебя без магии кожу содрать.       — Каким ещё наказаниями? — подозрительно покосилась на него Джейн.       — В смысле? — он остановился в паре шагов от лестницы и удивлённо уставился на неё. — Профессор Снейп назначал тебе наказание.       Драко замолчал, будто бы надеясь, что вот сейчас-то она точно вспомнит. И точно!       — Когда он успел? — и тут, в озарении, лицо её просветлело. — Ты про наказание за вчерашнюю драку с Лестрейнджем! Так её назначил профессор Дамблдор. Вроде бы книги в библиотеке перебирать будем, так что не страшно.       — Нет, я не про это, — он покачал головой и продолжил. — Ты не слушала? Не то чтобы я этому так сильно удивлён, просто он так громко кричал… сложно было не услышать.       — Не томи, что за наказание? — нетерпеливо перебила Джейн.       — Помощь этому, — он презрительно поморщился, будто ему под нос подсунули труп дохлой миссис Норрис, — облезлому старикашке завхозу, не помню, как зовут. Отец говорил, что он полумагл.       — Филчу, что ли?!       — Ага, — и уточнил: — Неделю.       Джейн выругалась. Судя по невзначай брошенному косому взгляду Малфоя, ей определённо точно надо быстрее привыкать к ругательствам магов.

***

      Тем же вечером она нервно мерила шагами комнату. Повсюду валялись разбросанные вещи, сваленные на пол рядом с выпотрошенными чемоданами. Джейн нервно грызла пятую по счёту конфету.       Как она могла потерять её?! Забыть про такую важную книгу?! А если её кто-нибудь прочитает? Если сопоставит с дракой первокурсников? Джейн подавила желание сломать что-нибудь ещё.       Никто не должен был знать о том, что она читает подобные вещи! Но сейчас поздно переживать, надо действовать. Вернуться к Хогвартс-экспрессу, поспрашивать, что делают с потерянными вещами. А если её кто-нибудь забрал?       — Она там. Точно там! — Джейн впилась скрюченными пальцами в волосы и зацепилась разгорячённым взглядом за белое пятно. — Почему ты такая с-с-спокойная?!       Нерисса мирно разлеглась на новеньком зелёном свитере. Красные бусинки глаз были прикрыты.       — Мне плевать на твою книж-ш-шку. Ты мешаеш-ш-шь мне спать. Вопи потиш-ш-ше.       — Ты такая!.. — Джейн с трудом сдержала порыв попытаться раздавить змею ногой.       Вместо этого, размахнувшись, пнула чемодан. Отрезвляющая боль расползлась по пальцам, заставив её шипеть и дёргать ногой. Джейн сжала кулаки. Так сильно, что наверняка останутся отметины в виде бледных полумесяцев.       Ей казалось, что они с Нериссой нашли общий язык. Они познакомились совсем недавно, какой-то месяц назад. Но у Джейн не было того, с кем бы она сблизилась сильнее за время своего пребывания здесь. Змея была лишена общения ещё дольше. А ещё она спала вместе с Джейн. Почти на ней самой! Или и это не имело никакого значения?       «Вот не стоила она своих галлеонов, — зло думала она. — Отдам на ингредиенты Снейпу, может, взорванное зелье простит!»       — Ворота з-с-сакрыты, — монотонно зашипела змея. — Детёныш-ш-шей вроде тебя раз-с-сворачивают и отправляют в з-с-самок.       Джейн резко остановилась.       — Что?! Ты уверена? — за пару шагов она пересекла комнату и схватила змею. Сжала так, что Нерисса раздражённо зашипела, и поднесла к лицу. — Откуда ты, чёрт побери, знаеш-ш-шь?!       — Лес-с-с. Охота.       Больше подробностей Джейн узнать не смогла, как ни старалась. Через десять минут она лежала, уткнувшись лицом в подушку на кровати. Одеяло и простыня мятыми комьями спутались в ногах. Нерисса лежала рядом.       — Что мне делать? — Джейн крепче стиснула подушку, вдыхая приятный аромат мятного шампуня. После длительного нервного срыва она так выдохлась, что с трудом боролась с желанием щёлкнуть пальцами, чтобы погасить свет и заснуть.       — Ничего, — всё с тем же спокойствием ответила змея.       — Но мне нуж-ш-шна эта книга! — шипение вышло невнятным. Джейн заглушила его, несколько раз ударившись головой о подушку.       — Я не с-с-сказала, что мы ничего не будем делать, — раздражённо возразила Нерисса. — Только ты.       Джейн рассеянно приподнялась на руках.              — Ты имееш-ш-шь в виду?..       — Да, — ещё более раздражённо перебила змея.       — А когда? — от радости Джейн мигом воспряла духом.       — Не с-с-сейчас-с-с, — опередила её следующий вопрос Нерисса. — Ты будеш-ш-шь учитьс-с-ся. Я буду охотитьс-с-ся и искать лазейку.       Так они и поступили. Когда звенел утренний колокол, Джейн шла на уроки и отпускала Нериссу на охоту. После всех уроков и ужина они встречались у четвёртого по счёту доспеха.

***

      С того памятного происшествия на зельях и разговора со змеёй прошла почти целая неделя. Джейн горестно отмывала кубки в зале наград и радовалась, что наказания хотя бы идут не одновременно.       Но наказание — ещё полбеды. Настоящие трудности начались на уроках.       Профессор Флитвик, мелкий полугоблин, которому приходилось стоять на стопке книг, чтобы в принципе видеть учеников, был самым забавным. На их первом уроке он, взяв журнал, начал по порядку зачитывать фамилии. Когда он дошёл до Джейн, то возбуждённо пискнул и исчез из виду, свалившись со своей подставки.       Она и Драко, с которым с того памятного фиаско была почти неразлучна, переглянулись и засмеялись, уткнувшись носами в парту. Когда профессор смог подняться и продолжить урок, они сидели с красными лицами и дрожащими от подступающего хохота плечами.       Самым утомительным предметом для Джейн оказалась астрономия. Вместо того чтобы спать, они очень долго поднимались на самую высокую башню в Хогвартсе и битый час разглядывали белые точки. Пока она мирилась с болью в ногах и готовилась так же долго и нудно спускаться, Драко едва ли не с восторгом слушал о том, как движутся планеты и какие есть созвездия.       — Что в этом интересного? — ныла Джейн после очередной долгой прогулки наверх.       — Небеса невероятно красивые, необъятные и загадочные! Как ты не понимаешь? — укорял её он.       Для себя Джейн хмуро решила, что в нём просто играют гены Блэков. Не просто же так появилась у них традиция называть детей в честь звёзд и созвездий? Наверное, от большой любви к небу.       Сколько бы она ни фыркала и ни выспрашивала у Драко, почему тот так любит эту бесполезную трату времени и сил, Джейн всё же была рада, что он этим увлекается. Во-первых, потому что он помогал делать домашку. Она и представить боялась, что было бы, если бы ей самой пришлось чертить карту чёртового неба! Да и круто, когда твой друг ходит в любимчиках у профессора. Конечно, когда это не касается Снейпа.       Уроки Макгонагалл были сущим адом, но они ещё полдела. Столько домашки не задавал никто из профессоров! Прочитать за ночь пол-учебника и ответить на все вопросы после параграфов могла только вездесущая Грейнджер. Потому после каждого урока трансфигурации Джейн, Драко, а также временно присоединяющиеся к ним Паркинсон, Гринграсс, Лестрейндж и Нотт — с последними четырьмя у неё случалось пятиминутное перемирие — наперебой обсуждали, как именно лучше отодрать хвост профессору.       Второй самым забавный предмет — защита от тёмных искусств, а точнее, преподающий её вечно заикающийся Квиррелл. Если у Драко и остальных были какие-то хлипкие надежды, то Джейн с самого начала посмеивалась и ожидала цирка с чесноком. Она с упоением наблюдала за чужим разочарованием и всеми стадиями принятия.       Больше всех порадовал озверевший после урока Лестрейндж. С перекошенным лицом он очень яростно распинался перед Драко, и это был самый долгий и зловещий монолог из всех, что она от него слышала.       Удивительным было то, что её друг ничуть не удивился. Похоже, наедине Лестрейндж не так уж часто молчал. Вдоволь накричавшись, он хмуро предложил убить профессора тёмной ночью и подождать, пока Дамблдор найдёт ему замену.       Похихикивала Джейн над этим недолго, ровно до того момента, пока не заметил Лестрейндж. Он не стал бить или орать, лишь посмотрел на неё как на дуру и принялся объяснять, чем им всем грозит «дебилизм недопрофессора».       — Ты чё, дура? Не понимаешь, что этот клоун нас ничему не научит?! Чё делать будем, когда на нас нападут? Чесноком обмахиваться да в обморок падать?!       — Не дура, — заметив в его глазах сомнения, Джейн поджала губы. — Да понимаю я! Просто мы в любом случае ничего сделать с профессором не сможем, почему нельзя поржать над ситуацией?       — Нет, Поттер, ты точно дура! Недалеко от Паркинсон ушла…       Большего оскорбления нельзя было придумать.       — От Паркинсон ты недалеко ушёл, она, как ты, воет и с минуты на минуту обратится!       Послав её далеко к Мордреду, Лестрейндж сунул руки в карманы и отдалился от их с Драко компании. Джейн наблюдала за тем, как он уходит, и отчего-то вспомнила Локонса. На лицо сама собой наползла широкая ухмылка, когда она представила, как громко будет вопить Лестрейндж после уроков Златопуста.       Нельзя сказать, что ей защита от тёмных сил понравилась. Наоборот, если откинуть все забавные реакции людей, поводов для смеха и правда было мало. Когда начался урок, она морщилась от противной вони не меньше Паркинсон и мысленно каялась за то, что ругала кабинет Снейпа.       Про последнего Джейн старалась не думать. Она обходила декана двадцать третьей дорогой и благоразумно старалась не улыбаться. Ей казалось, что он мало того что одобрял её действия, так ещё и сам пытался свести их общение к минимуму.       Поэтому она очень удивилась, когда Снейп, вдоволь насмеявшись над её зельем, приказал задержаться после урока. Кивнув недоумевающему Драко, Джейн попыталась прикинуть, за что ещё её могут наказать.       Это было утро пятницы. После зельеварения были занятия, которые ей не хотелось пропускать, потому она надеялась побыстрее с этим разобраться.       — Вы ничего не хотите мне сказать? — тихо спросил он.       — Нет, сэр, — Джейн неуверенно поглядела на профессора.       Ничего противозаконного она в последние дни не делала. Разве что прикидывала после трансфигурации, как будет смотреться Макгонагалл без хвоста, но она же, в конце концов, была не одна! Да и как Снейп мог об этом узнать?       — Хорошо, тогда я сам натолкну вас на нужные мысли, — он будто специально сделал паузу, чтобы поиздеваться. — Что произошло на первом уроке?       На Джейн будто ушат холодной воды вылили! Вылупившись на профессора, она похлопала глазами и пару раз открыла рот.       — Сегодня я вела с…       — Нет, мисс Поттер, сегодня ничего не произошло, — он позволил себе ухмыльнуться. — Меня не интересуют ваши потуги сварить зелье на «удовлетворительно». Я хочу знать, что случилось на первом уроке зельеварения, который прошёл в понедельник.       — На уроке случился взрыв, профессор, — хмыкнула Джейн, хотя всё внутри было натянуто до предела от напряжения. — А в том, что сегодня зелье получилось ужасным, виновата не я, а Гойл! Зачем вы вообще поставили его ко мне в пару?       — Я поставил его к вам, потому что мисс Турпин слёзно умоляла не ставить её с вами, и не перескакивайте на другую тему! — рявкнул Снейп. — Я прекрасно знаю, что ваш котёл взорвался! Мне интересна причина.       — Ну, так я же уже говорила, профессор, — промямлила она, с каждой секундой теряя уверенность в том, что он ни о чём не догадался. Что ему там эта дура наговорила?! — Мы напутали ингредиенты.       — Нет, мисс Поттер, ингредиенты вы, а точнее, мисс Турпин, добавили правильно.       Рассказала! Точно, чтоб её черти разодрали, рассказала!       — Это Турпин вам рассказала? Не верьте ей, сэр, она просто отмазаться хочет!       — Мисс Поттер, вы принимаете меня за умственно отсталого дебила? — спокойно, но не без яда осведомился Снейп. — Вы думаете, я без подсказки тринадцатилетней девочки не определю, что змеиные зубы и иглы дикобраза не могут дать такого эффекта?!       Да, как выяснилось, Снейп был не дураком, а сволочью. Причём сволочью очень умной, сумевшей сопоставить все факты её грандиозного провала на первом уроке.       Джейн молчала, явственно осознавая масштаб проблемы. Ноздри Снейпа раздулись, а верхняя губа поползла вверх в презрительном жесте. Она едва ли не кожей ощутила надвигающуюся на неё бурю. Чуть съёжившись, показательно опустила глаза.       — Я мастер зельеварения, мисс Поттер, и, уж поверьте, знаю, как ингредиенты реагируют друг на друга. Так что, ради всего святого, перестаньте разыгрывать комедию! — процедил Снейп.       Джейн поражённо уставилась на него.       — Ваша палочка вас не слушается, — проницательно заметил он без вопросительных интонаций в голосе.       — Вы ошибаетесь!       — Да? Значит, вы готовы выступить перед гильдией зельеваров с новой чудодейственной реакцией ингредиентов друг на друга? О, это произведёт фурор, Поттер! До сего дня никто и не предполагал, что они могут так взаимодействовать, — он саркастично развёл руками.       — Возможно, некоторые временные проблемы с палочкой всё же есть, — пошла на попятную Джейн. Намёки она понимала хорошо, особенно когда ей их говорили прямым текстом.       — Она вас не слушается, — устало утвердил Снейп и, откинувшись на кресло, помассировал виски.       — Временно, — поморщилась Джейн. — Я решу эту проблему.       — Надеюсь, поменяете палочку?       — Нет, — твёрдо отрезала она. — Даже не рассматриваю этот вариант.       — Значит, лёгкие пути не посещают вашу, — он позволил себе хмыкнуть, — светлую голову.       — Эта палочка особенная!       — Сомневаюсь, она, как и сотня других, отвергла вас.       — Она примет меня, – с упрямостью барана настаивала Джейн, упёршись руками в стол профессора.       — Поттер, не будьте дурой. Это так не работает! — рявкнул в конец взбесившийся Снейп. — Не думаю, что палочка поменяет своё решение, даже если вы будете каждую ночь зачитывать ей баллады о себе!       — Поменяет.       — Что ж, я бы с радостью понаблюдал за разворачивающейся комедией, если бы не угроза ученикам. Вы понимаете, что можете навредить не только себе, — в его голосе Джейн отчётливо расслышала: «можете вредить себе на здоровье!», — но и окружающим?       — Я справлюсь с ней, дайте мне время, — заглянув в глаза напротив, пообещала она. В конце голос сорвался на проникновенный шёпот.       Смерив её долгим немигающим взглядом, Снейп скривился.       — Если я узнаю, что ваша палочка вновь вышла из-под контроля и кому-нибудь навредила, вы влетите в магазин к Оливандеру быстрее, чем успеете сказать «зелье».       Выйдя в тот день из кабинета Снейпа, она никак не рассчитывала встретиться с ним ещё раз этим же вечером.       Джейн бесшумно выскользнула из комнаты. Никто, в том числе и её вечный провожатый Малфой, не должен был знать о том, где, а главное, с кем она встречается по вечерам. Рановато пока их знакомить с Нериссой.       Она тихонько спустилась по лестнице, размышляя о вечере, камине и устной домашке. За какую-то неделю это стало своеобразной традицией. Читать трансфигурацию и негромко переговариваться под треск магического огня.       Хотя, конечно, этим вечером им могло не повезти: если старшекурсникам задали больше обычного, то с удобных кресел они не сдвинутся ещё очень долго, тогда им придётся ютиться в их углу для первокурсников. Дело было в том, что в гостиной Слизерина было расписано, где и чьё место.       Джейн догадывалась, что если Снейп и подозревал о таком распределении, то ему было глубоко плевать, где и кто сидит во внеурочное время. Но перечить старшакам, которые были больше неё в два, а то и три раза, и, что хуже, умели колдовать, пока не торопилась. Просто дожидалась, пока они уйдут, и уже после этого садилась на чёрные кожаные диваны вместе с Драко. Последний, к слову, не спешил заводить свою любимую песню: «Я напишу отцу, и вы все пожалеете». На прямой вопрос он только пожимал плечами:       — Вначале мы уступаем, потом нам будут уступать. Это правило. Мой отец рассказывал об этом.       Джейн запнулась. Взгляд её перебегал с одного человека на другого. Дело было плохо. Плохо, что общая гостиная была наполнена народом. Плохо, что во главе гостиной стоял Снейп. Плохо, что рядом с его головой, переливаясь в свете ламп, висела сфера, а в этой сфере зло шипела небольшая белая змейка.       Встретившись глазами с профессором, Джейн в тот же миг поняла, что единственное смягчающее обстоятельство в её кошмарном будущем — оного будущего краткость.       — Мисс Поттер, — выражение его лица заставило съёжиться и покаянно опустить голову. — Вы вовремя. Я как раз ждал объяснений от старост, почему мне не доложили о ядовитой змее, бесконтрольно ползающей по замку.       Эйвери, о змее прекрасно осведомлённая, продолжила пялиться в потолок. Похоже, ни один из её аргументов Снейп не посчитал хоть сколько-нибудь значимым.       — Она ручная, профессор, — осторожно начала Джейн.       — Слабо верится, — сказал как отрезал Снейп, а потом оглядел собравшихся и раздражённо рявкнул: — Нечего здесь толпиться. Старосты, проводите учеников в комнаты.       Джейн с тревогой под сердцем наблюдала за тем, как слизеринцы медленно и неохотно идут к спальням. Ей хотелось, чтобы они притормозили, идя чуть медленнее, тем самым оттягивая неизбежное. Им очень хотелось узнать, что будет дальше, она же оставаться с профессором наедине попросту боялась. Конечно, Джейн сомневалась, что хоть кто-нибудь из слизеринцев сдаст Снейпа, если он, к примеру, кинет в неё аваду, но с ними было как-то спокойнее.       — Поттер, — как-то устало сказал он, присев на диван, — скажите, вы можете просто учиться и не встревать ни в какие неприятности? Драка в поезде, сорванный урок и нерабочая палочка. А это, я так полагаю, та самая Нагайна?       Она промычала в ответ что-то неразборчивое.       — Ладно, вы притащили в школу смертельно опасную тварь, но что вас, Мерлин побери, сподвигло её отпустить?!       — Она просто охотилась, сэр.       — О, я заметил, — ядовито улыбнулся Снейп. — Если завтра мы не досчитаемся парочки учеников, то будем уверены, что охота была удачная! Вы вообще хоть когда-нибудь думаете головой, Поттер?!       — Она не стала бы есть учеников, — подбирая слова, начала Джейн. Отчего-то казалось, что подобных слов профессор и ждал.       Если бы он хотя бы предположил, что Нерисса кого-то убила — она уже сидела бы в кабинете директора со всем профессорским составом, парочкой авроров, а то и дементоров. Нет, профессор хотел напугать, а потом легко выведать всё, что она знала и не знала. Похожим образом работали с преступниками. Джейн помнила об этом.       — Да что вы? Ментальная связь?       — Связь между ведьмой и фамильяром, — сказала, отслеживая каждую эмоцию на лице напротив. О фамильярах она знала мало. В частности, ничего. Но про парселтанг говорить куда опаснее.       Профессор остался невозмутим.       — Значит, вы ручаетесь за вашу Нагайну? — по его тону тоже было непонятно, как он относился к сказанному.       — Да. Она охотится только на мелких грызунов в лесу, — Снейп молчал, и потому она продолжила: — Её необходимо время от времени выпускать. Ползать на воле.       Джейн хотела добавить, что Нерисса долгое время жила в террариуме магазина, но оборвала себя, догадавшись, что профессор не будет сочувствовать «смертельно опасной твари». Вместо этого она сложила руки за спиной. Крепко стиснула их и принялась ждать.       — Хорошо.       Её лицо вытянулось от удивления, когда стеклянный шар по мановению палочки подлетел к ней. Нерисса, заволновавшись, принялась дёргаться и шипеть. Ещё один взмах, и змея упала ей в руки.       — Чтоб этот ублюдок с-с-сдох, — она ткнулась ей в грудь и нервно заползла под мантию. Даже такие ядовитые твари, как Нерисса, побаиваются Снейпа.       — Каждый месяц я буду изымать её для сцеживания яда. На волю её будете выпускать не в замке, а на улице. В безлюдном месте. И забирать там же. Вы меня поняли, мисс Поттер? — ей оставалось только кивнуть.       Наблюдала за тем, как Снейп с каждым шагом отдалялся от неё, а вскоре исчез вовсе, Джейн с нарастающей тревогой. Отчего-то ей казалось, что это была лишь передышка, чтобы запутать её, заставить расслабиться. Несмотря на то, что Нерисса постоянно сомневалась в её логике, она всё-таки дурой не была. А если и была, то не полной. Кто-кто, а этот так просто их со змеёй не оставил бы. Наверняка попытается вывести на чистую воду, поймать на ошибке. А уж что дальше будет, она и предполагать не берётся…       — Джейн! — оглянувшись, она заметила бегущего к ней Драко. Он рассматривал её так, будто у неё вторая голова выросла. — У тебя есть змея?! И ты не говорила?       — Ага, — Джейн устало кивнула и откинула мантию, попытавшись показать Нериссу. Та нервно дёрнулась, просканировав Малфоя изучающим взглядом. Похоже, теперь каждый человек будет восприниматься ею как тот, кто теоретически может её схватить. — Она немного не в духе. Ей не нравятся замкнутые пространства. Профессор её немного… напугал.       — Она может укусить? — он предусмотрительно сделал шаг назад.       — Только немного придушить, — Драко шутки не оценил, и ей пришлось добавить: — Она безобидна. Маленькая и слабенькая. Из жалости взяла.       — Как зовут?       — Нагайна. Завтра сможешь сделать с ней всё, что хочешь, — она призадумалась. — Ну, в пределах разумного. А пока мы спать.       Пройдя мимо молча наблюдающих слизеринцев, — очевидно, если декана нет, то исполнять его поручения не обязательно, — Джейн ввалилась в свою комнату и, не раздеваясь, прямо там заснула. Злого шипения змеи, пытающейся вылезти из-под её тела, она уже не слышала.

***

      — Проснись! — кто-то осторожно тряс её за плечи. — Урок закончился.       Приподнявшись с парты и приоткрыв один глаз, она увидела бледное лицо с поджатыми губами.       — Уже? — Джейн потёрла щеку. Судя по ощущениям, на ней остался след от учебника, который она бесстыдно использовала вместо подушки.       Удивительно, но история у магов, несмотря на их немногочисленность, была невероятно богатой. По-другому толстенный талмуд на тысячу страниц объяснить она никак не могла. Ну разве что Батильда Бэгшот скуки ради описывала каждую родинку на морщинистых лицах гоблинов-завоевателей.       — И чему мы научимся с таким преподавателем? — Драко растягивал гласные, но, как она успела понять за короткое время их знакомства, делал он это машинально. Это была привычка, почти акцент. Так говорили на факультете многие, видно, аристократов с детства учили по старым — весьма странным — традициям. — Отец рассказывал, что уроки у Бинса ужасны, но я и не догадывался насколько!       — Мне понравился урок, — Джейн пожала плечами, подхватив увесистую сумку, и пошла к выходу из аудитории. Там до сих пор толпился народ, видимо, Малфой разбудил её сразу, как прозвенел колокол.       — Так ты же спала!       — Этим мне он и понравился, — она ухмыльнулась, делая то самое лицо, от которого Снейп кривился так, будто зелье готовили не в котле, а у него в глотке. Причём готовили обязательно Финниган и Лонгботтом, не дорезая жуков и червей, а кидая их живьём!       Джейн не лукавила: урок ей и правда очень понравился. После бессонной ночи он лучшее, что с ней случилось за вторую, ещё не оконченную неделю занятий. Но об одном она всё же умолчала. Странное чувство чего-то родного окутало её, как только Бинс начал бубнить — естественно, без вступительной речи и знакомства с учениками — об одном из самых кровопролитных восстаний гоблинов.       Пробравшись сквозь толпу и вытащив помятое расписание, Джейн хмыкнула.       — Сейчас травология, с грифами, — будто прочитал её мысли подкравшийся Малфой. — Подождём Пэнси и Аерона?       — Ты можешь, я не буду, — Джейн мало с кем удалось подружиться. Она худо-бедно общалась с Драко, но тут исключительно его заслуга. С «Мопсом» отношения были напряжённые. Девчонка, по словам Нериссы, слишком сильно ревновала её к своим друзьям, а Джейн не желала идти на компромиссы и на пальцах объяснять, что отбивать она никого не хочет. Ну, а с Аероном Лестрейнджем у Джейн всё просто: обоюдно лютая ненависть.       — А если ты снова заблудишься? — на это ей было нечем ответить, последняя попытка самой дойти куда-то в Хогвартсе закончилась плачевно — её смогли найти только через два часа в одном из заброшенных коридоров. — Пошли.       Взяв её под руку, Драко с присущей ему грацией и лёгкостью лавировал между школьниками, ведя её к лестницам. Несмотря на то, что Джейн в Хогвартсе уже почти две недели, ученики, призраки и даже портреты до сих пор оглядывались на неё, шептались, а особо смелые и нетактичные показывали пальцем.       В первые дни это льстило, поднимая настроение. Так и подмывало крикнуть в благоговейную толпу: «Расступитесь, убогие, избранная идёт!». И Джейн была уверена: они бы расступились. Но она проглатывала эти слова, опускала ехидные глаза и шла дальше. Возможно, то были оставшиеся крохи совести или инстинкт самосохранения перед котлами Снейпа, который ненавидел её больше всех когда-либо учившихся гриффиндорцев вместе взятых.       Спускаясь по лестнице, Джейн едва не угодила ногой в исчезающую ступень. Благо Драко придержал за руку.       — Осторожно, Поттер, — послышалось сзади. — А то погибнешь крайне забавной и, увы, бесславной смертью.       Этот голос она бы определённо не спутала ни с одним другим на Слизерине. Запомнился он ей не потому, что был каким-то необычным, наоборот. Таким мог говорить любой: от ученика до случайно встреченного прохожего. Голос был приятным, без манерно тянущихся гласных, акцента. Это редкость для мага-аристократа, но обыденность для магла.       Лестрейндж стоял несколькими ступенями выше. Выглядел он так, словно с кем-то подрался, то есть как обычно. Без мантии, в мятой рубашке. И никто ничего не говорил! Только смотрели косо, молча поджимая губы.       — О себе думай, — огрызнулась Джейн. — А не то сам, к всеобщему горю, навернёшься с лестницы.       — Возвращаемся к истокам?       — Мы бы начали возвращаться к истокам, если бы я сломала тебе нос.       — Не, если бы я тебе, — он, зубасто улыбнувшись, поглядел на её нос.       — Перестаньте, — подал голос до этого просто переводивший взгляд с одного на другого Драко. — Я думал, у вас перемирие.       — И не ошибался. Если бы «перемирия» не было, я бы давно отправил её в Мунго, — беспечно хмыкнул Лестрейндж и наконец поравнялся с ними.       — А сил бы хватило?! — разозлилась Джейн, но её уже никто не слушал.       — Нет, перемирие это конец вражды, а не только драк.       — За драками следят, а за разговорами — нет, — пожал плечами Лестрейндж.       — Но зачем? Если уж пришли к перемирию, то с руганью тоже надо заканчивать.       — А кто сказал, что «перемирие» моя инициатива? Это всё Дамблдор.       Джейн не любила, когда её игнорируют, и испытывала жгучее желание проклясть обоих. Переборов себя, она не без раздражения громко перебила их:       — Не говорите так, будто меня здесь нет!       Обернувшись, оба смерили её взглядом и… проигнорировали, вновь возвращаясь к разговору! Скрипнув зубами, она уже было решила воспользоваться непослушной палочкой, как вдруг Лестрейндж замолк и, запрокинув голову, прислушался.       — Старшаки идут с трансфигурации, — хмуро оповестил он скорее Драко, чем её.       — Громко идут, — в свою очередь прокомментировал Драко.       — Макгонагалл в последнее время не в настроении. Пошли, а то скинут с лестницы и не заметят.       — Пошли, Джейн, — Драко взял её под руку, и Лестрейндж показательно закатил глаза.       Они быстро зашагали вниз. Нахмурившись, Джейн задумалась, как бы аккуратно расспросить Лестрейнджа о причине плохого настроения Макгонагалл и снова не стать объектом его насмешек. Уж у него-то спрашивать себе дороже! Дилемму, сам того не зная, решил Драко:       — А что с Макгонагалл? Кто-то наступил ей на хвост? — он улыбнулся так, что у неё не возникло ни единого сомнения в том, что Гарри Поттер в книгах подозревал его за дело. Слишком уж говорящая и довольная у него рожа.       — Хуже, — выдержав паузу, глумливо усмехнулся. — У них нет ловца!       Джейн обратилась в слух. Не то чтобы ей было дело до квиддича. Уроки полётов она, как и все остальные, ждала с затаённым восторгом. Хотелось воспарить, почувствовать ветер в волосах и увидеть, как земля отдаляется всё дальше и дальше. Но летать и играть в очень травмоопасный спорт — вещи разные. Джейн и так ходячий труп, за её голову будут бороться твари, которые по общепринятой классификации оцениваются на «ⅩⅩⅩⅩ» и «ⅩⅩⅩⅩⅩ». Считай, от соплохвоста до Волдеморта. Как бы сильно она ни любила адреналин и приключения, ломать себе кости бладжером совсем не хотелось, ей с лихвой хватило разбитого носа!       — Разве? Я слышал, что в конце прошлого года взяли грязнокровку с четвёртого курса, — Драко поднял светлые брови, о существовании которых Джейн часто забывала. Слишком уж сильно они сливались со светлой кожей.       — Вчера вечером его выперли из команды. Мордред, не знаю, что случилось, но шуму было много!       — А не из-за того ли Флинт хохотал как умалишённый?       Джейн снова погрузилась в свои мысли, краем уха слушая рассказы о недавней вечеринке старшекурсников, на которую, к её неудовольствию, из первогодок позвали только Лестрейнджа. Именно на этой вечеринке последний и узнал про ловца гриффиндорцев, а также воочию понаблюдал за безудержно гогочущим бухим Флинтом.       — Мог бы и раньше рассказать, —       укоризненно протянул Драко, когда Лестрейндж закончил рассказ.       Они вышли из замка, шагая по сочно-зелёному примятому газону. Ясно светило солнце, ярко контрастируя с глубокими чёрными тенями леса вдали. Оно нагревало землю и, немного искажаясь, отражалось в глади озера. Тёплый ветер, разогнав облака, колыхал мантии. Короткие волосы Джейн и ещё более короткие Лестрейнджа тоже растрепались на ветру. У Драко с его насмерть зализанной причёски не сдвинулось ни волоска.       — Не мог, пока ты с, — небрежно кивнул на неё головой, — компанией.       Драко поджал губы, но говорить ничего не стал. То ли не хотел разжигать ещё одну ссору, то ли хотел узнать ещё немного подробностей о вечеринке.       Джейн тоже смолчала, ведь мальчишек почти не слушала. Она разглядывала балахонистые фигуры гриффиндорцев, собравшихся около громадных, жадно ловящих блеск солнца и отражающих его же теплиц.       Грифы, в отличие от них, были в полном составе, но никакой загадки здесь не было, просто урок начинался с минуты на минуту. Снейп преподнёс им — возможно, лично ей, негласно титулованной «любимицей», — подарочек. Вместо того чтобы выбить первому курсу своего факультета удобные уроки, по возможности находящиеся в пределах пары этажей, он подарил им квест «добеги до другой части замка за пять минут».       Драко говорил, что расписание ещё несколько раз изменится. По словам его отца, в начале года из-за отсутствия каких-то профессоров и ряда некоторых технических причин уроки ставят временно. Каких-то будет больше, потому что свободен учитель, а каких-то меньше, так как аудитория не готова и так далее.       Но их курсу не повезло особенно. Мало того что они постоянно опаздывали на уроки, к вящему неудовольствию всех окружающих. Так ещё и за две недели некоторых уроков не было ни разу. Так, например, случилось с травологией.       Вдалеке прозвенел колокол. Остатки слизеринских первокурсников бежали со стороны замка. К великому сожалению Джейн, Паркинсон не упала с лестницы, а на полной скорости приближалась к ним. Дафна Гринграсс, спокойная и почти не раздражающая, кривилась, стараясь удержать колыхающуюся юбку и поспеть за подругой. Неудобство попутчицы, очевидно, Паркинсон мало заботило.       — Вы уже слышали о скандале в гриффиндорской квиддичной команде? — задыхаясь от бега, спросила Паркинсон. Она второпях поправила одежду, не скрупулёзно, как Гринграсс, а лишь для приличия.       — Да, мы только что обсуждали это. Грифы бьют все рекорды, — улыбка Паркинсон почти стекла с круглого лица.       Гринграсс тоже раздосадовалась. Бегать, портя вид примерной леди, она хотела меньше всего. Особенно когда в спешке не было смысла. Джейн было почти её жаль.       — Ясно… — промычала Паркинсон и быстро перешла к другой теме. — Ну, а про вечеринку слышали? Говорят, декан прознал о том, что Эйвери и Лафингтон покрывают старшаков. Как бы их поста старост не лишили.       Джейн, которая всё это время       внимательно слушала её, нахмурилась. Она помнила и усталые лица Эйвери с Лафингтоном, и их слова, брошенные тогда Снейпу. Неужели они притворялись?       — О вечеринке мы тоже уже поговорили. Аерона пригласили, — добавил Драко в конце с такой гордостью, будто не Лестрейндж там побывал, а он сам.       — Неужели? — лицо Паркинсон некрасиво вытянулось и выражало подчёркнутое недоверие.       Продержи она это выражение подольше, Джейн, быть может, стала бы относиться к ней чуть лучше, но нет. Она кинула взгляд на Драко и, будто заразившись его уверенностью, переменилась. Сплетнический интерес напополам с плохо скрытой завистью окрасили её лицо.       — И как там? — с жадностью спросила Паркинсон. — Моя подруга, Дэн Вейзи, с третьего курса сказала, что кто-то притащил несколько бочек огневиски и что Блэквуд целовалась с Уилсоном прямо…       Джейн так и не узнала, где именно целовалась Блэквуд, потому что профессор Стебель — маленькая и толстая женщина — громко прокашлялась, привлекая внимание учеников.       — Мерлин, какая грязная у неё одежда! — неприлично громко зашептала Паркинсон своей тихой подруге. — В таком даже домовики не ходят — брезгуют!       Если профессор и услышала, то внимания не обратила, продолжая добродушно улыбаться и вещать про вводный урок. Наверно, за годы преподавания много раз слышала о себе нелестные комментарии, в особенности от слизеринцев, и научилась их игнорировать. «А стоило бы сделать пару-тройку выговоров, — подумала Джейн, — в особенности таким дурам, как Мопс!»       — Она же землеройка, на кой Мордред ей переодеваться и прихорашиваться перед уроком, — пожал плечами Лестрейндж. — Всё равно вся в земле будет.       — Это обучающий урок, мы не будем работать с растениями и землёй, просто осмотрим все теплицы, так что Пэнси права, — подал голос Драко и, глумливо ухмыльнувшись, добавил: — Моя матушка её бы даже на порог не пустила.       — Зато пустила бы в сад, притом накинув за это солидную сумму галлеонов, — хмыкнула Джейн. — К величайшему удивлению, солидарна с Лестрейнджем. Было бы забавно, приди она поливать свои грядочки в золотистом открытом платье и высоких каблуках! Ублажила бы она тогда твой взгляд, а, Паркинсон?       Переводя взгляд с одной на другого, Паркинсон подытожила:       — Спелись. Ну вот, а ты переживал, Драко…       — Ничего подобного! — мгновенно взбеленился он. — Я не переживал, с самого начала было понятно, что они скоро найдут общий язык!       — Уж это вряд ли, — усомнился Лестрейндж.       — Они просто оба неряхи, — сказала Гринграсс, и Джейн мысленно передвинула её на одну шкалу с Паркинсон. Раздражать она могла так же сильно, хоть с виду из-за молчаливости и казалось относительно нормальной, — вот и приняли Стебель за свою.       И несмотря на эту изнеженность, Гринграсс отчего-то нравилась Нериссе. Джейн пыталась найти логику в цвете волос, но в таком случае Драко тоже должен был нравиться. Змея же не обращала на него никакого внимания.       — Ты бы и дальше помалкивала, а то в неряшливости превзойдёшь нас троих вместе взятых, когда кто-нибудь случайно макнёт тебя в один из её горшков с удобрениями, — лениво улыбнувшись, посоветовал Лестрейндж.       Гринграсс прищурилась, не зная, шутит он или нет, но говорить больше ничего не стала. Да и не смогла бы она ничего сказать, так как в этот самый момент профессор Стебель подошла к ним. Загорелое лицо пожилой ведьмы выглядело непривычно хмурым со сведёнными густыми бровями и поджатыми губами.       — Мистер Лестрейндж, мистер Малфой и мисс Гринграсс, встаньте, пожалуйста, к мистеру Финнегану и мистеру Томасу, — голос её был показательно холодным, а доброжелательная улыбка промелькнула, только когда она обернулась к гриффиндорцам. — Вы, мисс Поттер, встаньте к мистеру Уизли, а вы, мисс Паркинсон…       Хлопнув Драко по плечу, Джейн пошла к рыжему, на которого показала профессор Стебель.       Завидев её, он засиял.       — Привет, я Рон. Рон Уизли. Мы в поезде пересеклись, — он неловко растрепал пятернёй волосы и улыбнулся.       — Джейн Поттер, — она скупо кивнула.       — Ты извини, — он, немного помявшись, продолжил: — Я вообще братьев хотел позвать, Фреда и Джорджа, возможно, ты их знаешь, но наткнулся только на Перси. А Перси, ну, знаешь, он совершенно невыносимый! В этом году он стал старостой и за всем следит. Я тогда немного в шоке был, поэтому, когда Перси прижал меня к стенке, всё ему выдал.       — Думаю, твоя помощь была как раз вовремя, — Джейн сложила руки в карманы.       — Идёмте, дорогие! — крикнула в отдалении профессор Стебель.       Толпа кто медленнее, кто быстрее двинулась к теплицам. Уизли дёрнул видавшую жизнь сумку и вытянул из неё розовое нечто. Джейн, краем глаза наблюдавшая за ним, даже посочувствовала парню. Да, пожалуй, даже она могла сочувствовать, когда видела, что ребёнку приходится донашивать даже чьи-то тетради.       К её величайшему удивлению, пёстрое нечто он протянул ей.       — Вот. Я это… в поезде её подобрал, — он чуть покраснел и отвёл взгляд. — Полистал, а там! Ну, ты знаешь, много всего… Подумал, что это Лестрейндж её потерял, про него же такие слухи ходят… думал отнести её Макгонагалл. Но потом всё же вспомнил, ты его чем-то приложила… и вот.       — Спасибо, — сказала она чуть охрипшим от удивления голосом.       Жадно выхватила из рук, краем уха выслушав сбивчивую речь. Вот только Макгонагалл ей не хватало! Старушку порок сердца хватит, если она увидит, что милая дочурка пресветлых Поттеров читает на досуге.       — Только ты этой книжку не показывай! — Рон махнул шевелюрой в сторону Грейнджер, шедшей в паре шагов от них. — Она всё пыталась вызнать, что именно под обложкой.       Несмотря на то что Уизли старательно понизил голос, «эта» всё прекрасно расслышала и, похоже, оскорбилась.       Захлопнув учебник — она, даже идя мимо грядок, умудрялась читать, поучать кого-то и задавать вопросы про растения профессору, — Грейнджер глубоко вздохнула, ноздри её раздулись, брови изогнулись, а на лбу появилась едва заметная морщинка.       — Я всё слышу, Рональд Уизли, и твои обвинения по меньшей мере беспочвенны, — сложив руки в бока, затараторила она: — Да, мне было слегка интересно, но я лишь проявила умеренное любопытство. А вот ты, в отличие от меня…       — Умеренное любопытство?! Это ты в чём мерила? В разожравшемся до небоскрёбов окками?! Ты же только и делаешь, что всё время спрашиваешь о книге!       Грейнджер залилась краской, но упорно не сдавалась:       — Я видела, как ты её читал, у тебя было такое лицо…       — Ну конечно, там же столько тёмных заклинаний!       — Ты читаешь книги про тёмные искусства? Это нехорошо, — она поджала тонкие губки и переводила взгляд с неё на Уизли. Джейн крепче прижала к себе книгу.       — Клин клином вышибают. Надо знать, чему мы противостоим.       Джейн лукавила. Заклинания были интересными. Да и с тёмными магами враждовать она не собиралась.       Грейнджер только сильнее нахмурилась.       — Ты должна показать книгу профессору Макгонагалл или же декану, — бескомпромиссно заявила она.       — Ещё чего, зачем это?       — Если в этой книге написаны опасные тёмные заклинания, то, попытавшись применить их на практике, ты можешь навредить себе и окружающим.       — Не лезла бы ты в это!       Рон нахмурился. Грейнджер тоже ему не нравилась, а значит, сейчас они были заодно. Но. Всегда было чёртово «но». Пересилив себя, Джейн миролюбиво ответила:       — Хорошо, схожу к профессору Снейпу.       Гриффиндорцы, не сговариваясь, повернулись к ней с одинаково удивлёнными недоверчивыми лицами. Да уж что там, даже Джейн удивилась тому, как легко она это сказала.       Конечно, идти к декану с повинной в виде «Библии чёрного мага» она не собиралась даже под страхом смерти, вот только Грейнджер знать об этом не обязательно.       Настойчивая и правильная до зубного скрежета, она, в конце концов, сдала бы её профессорам с потрохами! У последних возникли бы вопросы, от которых незатейливыми и отрешёнными философскими фразочками Джейн отмахнуться бы не смогла. А поэтому оставалось только создать видимость смирения.       К декану Грейнджер удостовериться в исполнении правил, так сказать, лично не побежит, в этом она была уверена.       Тактика хорошая. Проблема в том, что Джейн предпочитала действовать иначе. Планы и хитрости — совершенно не её стезя.       Не то чтобы она так любила действовать открыто. Джейн здраво оценивала риски, и простое «хочу» не превалировало над тонной сопутствующих проблем.       В отличие от того же Лестрейнджа, у неё были тормоза. Правда, это вызывало странное чувство неправильности и какого-то отрешённого раздражения.       Джейн любила, когда всё было так, как она того хочет, а хотела она, не скрываясь, язвить в лицо и сразу рубить с плеча. Но нельзя. Полной свободой действий она не обладала, самостоятельно загоняя себя в рамки.       Это было правильно. Это раздражало до скрежета зубов и головных мигреней. До очередного желания сожрать всё, что видит. До тупой, сносящей всё ярости. До… впрочем, глубже Джейн старалась не заглядывать.       Подавив внутренний диссонанс, Джейн стойко проигнорировала чужие глаза. Рон, открывший в возмущении рот, захлопнул его.       — Хорошо. Надеюсь, ты поступишь разумно, — ничего более не говоря, Грейнджер с гордо поднятой головой ускорилась.       Прокатив их разговор в мозгу второй раз, Джейн споткнулась на брошенном вскользь слове.       — А какие слухи ходят о Лестрейндже?       Она нахмурилась, поправив быстрым движением чуть съехавшие очки.       — А ты не знаешь?! — Уизли комично раскрыл рот и выпучил глаза.       — Как видишь, нет.       — Ну так… — Рон огляделся, и что-то внутри Джейн сжалось, будто предчувствуя, что ничего хорошего она не услышит. — Поговаривают, что он — сын Тёмного Лорда!