8. Визит молодого поколения

Мой племянник Дима тоже мотал на свои прорастающие усы премудрости семейной жизни — пока что на нашем с Холерой примере. Диме я рассказал о своей женитьбе позже, чем родителям, но всё же решил не таиться. Дима давно интересовался темой отношений, и ему было ужасно любопытно, как я живу с такой нестандартной партнёршей. Я говорил ему, что моя партнёрша старше меня, но лишь незадолго до свадьбы рассказал, на сколько именно. Дима, который считал, что даже год в пользу женщины — большая разница, был в шоке. Ему сразу захотелось посмотреть, как мы обустроили свою жизнь и как вообще живут такие пары. Холера согласилась, что пригласить Диму в гости будет хорошей идеей: всё-таки, он мой родственник, а значит, теперь и её родственник тоже. — Если ты ему дядя, то я теперь стала тётей, что ли?.. — Внезапно стать тётей студента-второкурсника казалось Холере странным. — Он будет звать тебя тётя Лера, — пошутил я. — Ну хоть не баба Лера, и то спасибо.

***

Дима явился ровно в 12:00. Он был одет в аккуратную футболку и джинсы. Дима явно старался быть пунктуальным и опрятным, чтобы понравится Холере. Сама Холера вышла встретить «племянника» вместе со мной. Она тоже оделась более-менее официально, надела новенький респиратор, накрасила глаза. — Знакомьтесь! — торжественно скомандовал я. — Дима, — сказал Дима. — Холера, — сказала Холера. — Что?.. — Дима в недоумении уставился на нас. — Лера. Холера. Валерия. Можно звать как удобно. — Холеру явно развеселила реакция на странное имя. — Ээээ… Ок. — Дима смущённо кивнул. Мы показали ему комнату, кухню, санузел. — Обои сам клеил! — хвастался я. — А вот наш новый диван. Я хотел назвать его Джонни, а Лера сказала, что ей не нравится. — Назовите Ванёк, — предложил Дима. Мы сели на Ванька. Я рассказал, как мы придумали одеваться, когда работаем их дома, как пользуемся ширмами. — Вот бы мне в общаге завести ширму… — размечтался Дима. — До ширмы надо дорасти, — ухмыльнулась Холера. — Когда я сама жила в общаге, у меня тоже не было ширмы. Дима и Холера поговорили про жизнь в общежитии. Сам я в общаге никогда не жил, но слушать чужие истории было увлекательно. Потом мы прошли на кухню, Холера накормила Диму пирогом. Трёх человек наша маленькая кухонька вполне вмещала. Дима похвалил пирог, вид из окна и чай. Потом рассказал, какие у них есть предметы в универе, а я рассказал новости с работы. Когда темы для разговора иссякли, Дима засобирался у себе. — Милый молодой человек, — одобрила Холера, когда за Димой закрылась дверь. — Не стыдно быть его тётей. Мне стало так приятно, словно похвалили меня самого. — Правда, он в таком возрасте… — Холера вздохнула. — У меня уже рефлекс на студентов. Так и хочется задать ему лабы. — Ничего, он скоро вырастет, — пообещал я и тоже вздохнул. Мне до сих пор трудно было поверить, что Дима уже такой большой парень.

***

На следующий день мы с Димой встретились вдвоём в парке. — Ну, как тебе Лера? — поинтересовался я и затаил дыхание. — Я не такой себе её представлял, — признался Дима. — Она… нестандартная. Как раз как ты любишь. Я думал, она суровая, а она шутит прикольно. — Одно другому не мешает, — усмехнулся я. — Ты реально зовёшь её Холерой? — Ну да. Она сама попросила. — А она тебя как? Остеопороз? — С чего ты взял? — спросил я сквозь хохот. — Ну, это же заболевание костей… А ты Костя… — Всё-таки, у имени Константин очень странное уменьшительное, — сказал я, просмеявшись. — Вот бы придумать какой-то другой вариант. — Конь, — предложил Дима. — Сам ты конь, — обиделся я. — Расскажи лучше, как тебе наш дом. — Уютно. И с ширмами вы хорошо придумали. Но… — Дима на секунду замялся, — создавать семью в такой маленькой квартире я бы не стал. — А если бы ты понимал, что бОльшую квартиру купить ещё много лет не сможешь? — Не стал бы создавать семью. Жил бы вдвоём с женой и всё. — А муж с женой разве не семья? Дима покачал головой: — Семья — это когда есть дети. Просто муж с женой — это ещё не совсем семья. — А мать-одиночка с ребёнком? А муж, жена и три собаки? Дима замахал руками. — Не путай меня! Ты испортил мою прекрасную классификацию! — Значит, не такая она прекрасная, раз легко портится! Когда мы успокоились, Дима сунул руки в карманы. — Всё-таки не верится, что у тебя отношения с женщиной настолько старше. Я бы… не смог, наверное, полюбить такую. Как подругу — да, но чтобы стать парой… Даже если она очень классная… — Тебя никто и не заставляет! Это же не для всех. Мои родители были против нашего брака. Но нас это не остановило. — Дерзкий ты парень! — В глазах Димы мелькнуло восхищение. — А какие у тебя отношения с тёщей? Ей, наверно, уже много лет? — Она умерла уже. И тесть тоже. — Я вдруг задумался, какими были бы наши отношения, будь эти люди живы. Мы бы с ними, скорее всего, особо не общались. Но Холере приходилось бы навещать мать, и это расшатывало бы её не слишком здоровую психику. А может, болезнь Холеры открыла бы в её матери скрытые запасы тепла? Мало кто спокойно отнесётся к тяжёлой болезни своего ребёнка, даже выросшего. Или Холера и мать стали бы мериться, кто сильнее болен и кто что кому должен? А может, они смогли бы наконец жить дружно?.. Но Дима в такие глубины рассуждений не забирался. Он много читал анекдотов про тёщ и судил об отношениях в семье на их основании. — У тебя нет тёщи! Кайф! — искренне обрадовался он. — В отношениях с женщиной постарше есть свои плюсы! — Во всём есть свои плюсы, — улыбнулся я. — И свои минусы, конечно. Но в отношениях главное не наличие или отсутствие каких-то людей, а любовь. Без неё ничего не получится.