«Дышать тобой мне бесконечно хочется..»

Тают на ветру, и что? Мы разлетаемся на миллионы осколков.. Я тебя нашел, из тысячи диких лун.. Мне нравится столько, мне нравится дорога! Пусть, мне нравятся твои облака! И надышаться столько, и ну и пусть..! И этот волшебный закат.. ***       Хвала небесам, этот чертов учебный год, наконец, закончился.       Ольга перебирала оставшиеся документы, раскладывая их по полочкам; хотелось оставить после себя чистоту и порядок, чтобы в новом учебном семестре не разбираться с этим в первый же день.       Проректор осторожно спустилась со стула и, надев излюбленные лодочки, направилась к столу, чтобы разобраться с остальными папками. Её взгляд скользнул к окну: мягкие лучи вечернего заката преломлялись в стекле, образуя своеобразные тени на стене – она проследила за игрой света на поверхности и улыбнулась.       В груди что-то шевельнулось: предчувствие чего-то необратимого сковало душу – но это не было чем-то раздражающим. Наоборот, теплое чувство разлилось по телу, словно нега – Ольга закусила губу, прикрывая глаза.       В этом году всё изменилось: в её жизнь так неожиданно, так резко и так резво ворвался Вадим. Их отношения были танцем во мраке, где каждый направлялся навстречу другому по ощущениям.       Действительно, их взаимодействия были чем-то волшебным, таким нежным и окутанным любовью, что Ольга каждый раз думала – не сон ли это? И каждый раз Вадим доказывал своими поступками, что всё это – чистая правда.       Как же она его любила.. Ей казалось, что не хватит всех слов мира, чтобы высказать ему своих чувств – но она так старалась сделать это своим отношением. У них было много ошибок в прошлом, за плечами обоих был неудавшийся брак; за её спиной – дочь, за его – множество обмана и игр, но ничто не помешали им шагнуть навстречу крепкому союзу их душ.       С самого начала они договорились строить свои отношения на правде, взаимопомощи и любви – и как прекрасно у них это получалось. Прекрасный тандем двух проректоров, двух людей, двух собранных по кусочкам сердец – всё это играло просто идеально. И хотя, личная жизнь всё ещё была скрыта от посторонних глаз, самые близкие люди знали о них всё, и с удивлением отмечали, как хорошо эти двое смотрятся друг с другом – насколько четко совпадали их привычки, интересы и решения.       Москвина мягко выдохнула; губы растягивались в улыбке при одной только о мысли о мужчине – мужчине, принадлежащему ей одной. Не хватило бы и нескольких часов, чтобы перечислить всё, что Вадим делал для неё; как он был чуток и заботлив к любой просьбе женщины, к любому, даже слегка изменившемуся настроению, даже просто ко взгляду, выдававшему обычно всё, что чувствовала Ольга. Неужели она заслужила такого идеального человека?       Женщина едва дернулась, когда дверь её кабинета со свойственным щелчком открылась; внутрь заглянул Казанцев и, улыбнувшись в ответ на счастливую улыбку возлюбленной, вошел внутрь.       – Как дела, моя хорошая? – поинтересовался он, подходя к женщине. Руки по-свойски скользнули по тонкой талии, обхватывая живот, и прижали податливое тело ближе. Ольга шагнула назад, оказываясь в кольце рук, и удовлетворенно вздохнула.       – Отлично. Радуюсь концу этого сумасшествия, – смешок сорвался с губ; она откинула голову на его плечо, ощущая полную умиротворенность в объятиях Вадима. – Ты уже закончил?       – У меня точно меньше работы, чем у тебя, дорогая.       Его взгляд прошелся по количеству папок: он нахмурился, понимая, что женщина тут надолго. Но украсть у неё пару минут на нежности было обязательным пунктом каждого дня Вадима; мягко он развернул её к себе лицо, тут же встречаясь с теплым, любящим взглядом женщины.       – Ты у меня такая красивая, – прошептал Казанцев, хватая пальцами её подбородок.       На ней была нежного голубого цвета блузка и плотно обхватывающая бедра юбка-карандаш; от одного только этого вида у Вадима пересыхало горло. Как можно быть такой потрясающей? Затем его взгляд скользнул по шее: там красовалось недавно подаренное им колье – тонкая цепочка из белого золота с голубым сапфиром, так идеально подходящем к её глазам.       – Вадим.., – бормотание сорвалось с губ; щеки вдруг вспыхнули – всё ещё не привыкшая к подобному вниманию, она всегда смущалась. Но взгляд, полный восхищения, говорил больше, чем женщина хотела услышать.       Он улыбнулся и слегка нагнулся корпусом к ней; мягкий, полный нежности поцелуй опустился на её полные персиковые губы. Женщина замычала, хватаясь за широкое плечо Вадима и в то же время опираясь о стол. Мужчина скользнул руками по бедрам, поглаживая их сквозь ткань; пальцы Ольги зарылись в его коротких волосах, проходясь ноготками по коже.       – Ты сумасшедший.., – между вздохами и поцелуями прошептала женщина. – А если кто-то зайд.., – слова утонули, когда он вновь захватил ее губы в плен. Кожа покалывала везде, где его ладони прокладывали себе путь; она задрожала, шумно выдыхая, когда низ живот стал приятно тянуть.       – Да, я такой, – полушепотом пробормотал Вадим, прислоняясь лбом к женскому. – Не мог удержаться, прости. Ты слишком сек..       – Вадим! – щеки вспыхнули с новой силой; она закрыла глаза, слегка качая головой, но улыбнулась – слышать это было безумно приятно.       В ответ мужчина лишь ухмыльнулся. Пару мгновений он наблюдал за ней; мысли одна за другой проскакивали в его сознании. Несмотря на, казалось бы, крепкие отношения, внутри он знал, что пора сделать следующий шаг, но реакция любимой его до жути пугала. Что, если все не так, как он себе представлял? Быть может, для неё это не столь важно, как для него? Он не мог сказать наверняка, но любящий, полный теплоты взгляд Ольги, её звонкий смех, широкая улыбка и страсть по отношению к нему говорил о другом – говорил о шансе, которым Вадим собирался воспользоваться.       – Дорогой? – мягкий голос женщины вывел его из размышлений. – Куда ты ушел? – рука, все ещё лежащая на затылке, вновь зашевелилась, теперь ближе к виску.       – Просто мысли, – голос слегка дрогнул; мужчина медленно выдохнул, собираясь силами.       – Что случилось? – беспокойство, хоть и не в полной мере, но все же слышалось в словах.       – У меня есть предложение, – бормотание заставило её нахмуриться, но она кивнула головой, слушая дальше. – Я подумал.. Если всё закончилось, и у нас теперь много свободного времени.. Может, если ты согласишься, конечно..       – Вадим, ты можешь просто сказать, – женщина улыбнулась, её ладонь опустилась на ему на грудь, слегка надавливая, желая напомнить о её заботе.       – Да.. Поедешь со мной на недельку в мой загородный дом? У меня есть для тебя сюрприз.       – О, – рот приоткрылся от заявления, но она была приятно удивлена. – Конечно? Конечно, Вадим, почему нет? Это идеально, наконец-то, мы сможем отдохнуть от городской суеты. Всегда мечтала о загородном доме.       Мужчина медленно выдохнул, не поняв, что задержал дыхание. Счастливая улыбка возлюбленной сказала ему всё без слов. Он чувствовал, что это пройдет идеально. ***      Дома, улица, пестрые таблички – всё это играло в окне машины; женщина, расслабленно откинувшись на сидение, наблюдала за уверенной ездой Вадима. Её ладонь покоилась в теплой руке мужчины; большой палец поглаживал её нежную кожу.       – О чем думаешь? – поинтересовался Казанцев, бросая взгляд в её сторону.       – О том, как мне с тобой повезло, – честно призналась женщина.       – До глубины души, Ольга Сергеевна, – театрально, с придыханием ответил он, за что тут же получил кулачком в плечо.       – Не язви, Казанцев!       Смешок вырвался из груди; её рука вновь потянулась за ударом, но он схватил её в полете, прижимая к губам.       – Не нужно меня убивать, Ольга Сергеевна, иначе мы никуда не доедем.       – Ну-ну, – пробормотала она, завороженно глядя на их сцепленные руки. В груди защемило от переизбытка чувств – какая идиллия была в их отношениях.       Машина плавно остановилась на светофоре. Вадим ухмыльнулся, разворачиваясь, и притянул женщину ближе. Легко, словно ведомая его рукой всегда, она поддалась, оказываясь прямо у лица мужчины.       – Ну-ну, – он передразнил её, улыбаясь. Глаза женщины, устремленные на него, мерцали под оправой очков, завораживая своей глубиной. Его собственные глаза опустились на её пухлые вишневые губы, затем взгляд вновь поднялся к ней. – У нас двадцать секунд, – тихо прошептал он, а затем прижался полным нежности поцелуем к её устам. От силы у неё на мгновение задержалось дыхание, после она расслабилась, позволяя ему вести.       Вадим с присущей ему осторожностью в отношении Ольги захватил в плен сначала верхнюю, затем нижнюю губу, скользнув внутрь языком и исследуя её рот. Женщина сдавленно застонала, слегка выгибаясь в спине, и скользнула рукой по его затылку, прижимая к себе ближе. Цифры на светофоре неумолимо приближались к нулю, заставляя Казанцева оторваться от таких желанных губ. Оставив последний мягкий поцелуй на её припухших губах, он отодвинулся, вновь беря в руки руль.       – Казанцев, черт тебя побрал бы! – прошептала женщина, всё ещё сидя с закрытыми глазами. Вадим засмеялся, вызывая ответный смех Ольги.       – Ольга Сергеевна, какая вы жестокая женщина!       – Под стать вам, Вадим Юрьевич, – женщина махнула рукой, вновь откидываясь на кресло.       – Чтобы быть под стать мне, Ольга Сергеевна, нужно быть Казанцевой, – пробормотал он, едва сдерживая ухмылку.       Ольга замерла, услышав эти слова, так легко сказанные Вадимом. Она даже не мечтала об этом, не позволяла себя допустить и мысли о таком. Но Вадим.. Он сказал это так просто, так буднично, словно это не было чем-то необычным, словно они уже были чем-то большим, чем просто влюбленными. Сердце глухо застучало в ушах, тихий вздох сорвался с губ, но она молчала, боясь разрушить момент между ними, тот хрупкий лёд, на который сейчас вступил Вадим.       Было ожидание. И больше ничего не имело значение.       «Если бы.., – вдруг подумала она, – Если бы он.. Я сказала бы – да». ***      Вадим взял в руки сумки и оставшиеся тяжелые пакеты и пошел к брусчатой дорожке, ведущей к деревянному двухэтажному домику. Женщина последовала за ним, осторожно ступая по плитке, оглядываясь вокруг и стараясь запечатлеть в сознании окружающую красоту природы.       Загородный дом Вадима находился далеко от людских глаз, в глубине леса, рядом с большим прозрачным озером. Он был окружен высокими хвойными деревьями, но площадка перед ним была расчищена. Здесь стояла беседка, росли несколько фруктовых деревьев и красивых кустов, на которые так завороженно сейчас смотрела Ольга.       – Вадим! Как же здесь прекрасно! – она обернулась, привлекая его внимание. Мужчина улыбнулся, довольный реакцией возлюбленной, и протянул руку, помогая подняться ей по ступеням.       – Я рад, что тебе понравилось, дорогая, – мягко пробормотал Казанцев. Он скользнул пальцами во внутренний карман куртки, доставая оттуда связку ключей. – Сейчас я тебе кое-что отдам, и ты заберешь это, договорились?       – Вадим.., – женщина нахмурилась, с силой сжав его руку, сцепленную с её собственной. – Что ты имеешь в виду?       Он молча протянул ей эти самые ключи, наблюдая за расширяющимися зрачками глаз напротив. Осознание настигло её молниеносно, она отшатнулась, отрицательно кивая головой.       – Нет.       – Да, и это не обсуждается, – Вадим шагнул к ней ближе, хватая за талию, чтобы она вновь не ускользнула, и прижал к себе. – Ты можешь приезжать сюда, когда захочешь, и возьмешь эти ключи прямо сейчас.       – Я не могу, Вадим..       – Почему?       – На правах кого? – вдруг спросила она слегка надломленным голосом. Вопрос вырвался неожиданно, рвано, женщина сама не ожидала, что произнесет эту мысль вслух. Сердце на долю секунды остановилось, она задрожала, не контролируя свое тело.       – На правах моей любимой женщины, – уверенно ответил Казанцев, всё же вкладывая в её открытую ладонь связку ключей. – Открывай.       Она закусила губу, сжимая вещь в ладони, словно боясь потерять. Не отрывая рук, Вадим позволил ей развернуться в объятиях так, чтобы женщина оказалась лицом к дубовым дверям. Её пальцы несвойственно дрожали, она не до конца понимала его действия, но поддалась, всовывая в замочную скважину металлический ключ. Он щелкнул под давлением, и женщина, задержав пальцы на ручке на секунду, отперла дверь, толкнув её внутрь.       – Добро пожаловать, Ольга Сергеевна, – прошептал Вадим у неё за спиной. – Чувствуйте себя как дома.       Дом? Наш дом? *** Дышать, тобой, мне бесконечно хочется.. И мой огонь, он никогда не кончится! Держи меня, мне без тебя не справиться! Сгорать до тла, в твоих руках мне нравится! ***      Ложка звякнула, ударившись о пол; Ольга громко цокнула, осуждающе глядя на мужчину, и подняла бровь.       – Это уже пятая за последние двадцать минут, – пробормотала она, продолжая месить мягкое тесто.       – Извините, вы привлекаете к себе всё внимание, и я совсем не могу сконцентрироваться! – под шум брошенной в раковину ложки, проговорил Вадим, отворачиваясь к холодильнику. – Сколько яиц ты просила?       – Одно, – Москвина довольно выдохнула, разобравшись с вязкой массой, ещё немного сдабривая её мукой, и отставила чашку в сторону. – Льстец!       – Ни в коем случае, уважаемая Ольга Сергеевна! Всё сказано от души и искренне!       – Ты сегодня больно разговорчивый, – несмотря на строгость в голосе, она улыбнулась, опираясь на кухонной стол бедром. Женщина выглядела такой домашней и родной, что Казанцев на минуту залюбовался. – Вадим, приём! Где у тебя скалка?       – Бить меня собрались? – он вновь пошутил, но на этот раз это не сошло ему с рук. Ольга оттолкнулась от стойки, шагнув к нему, и замахнулась кухонным полотенцем. Удар пришелся на предплечье, второй выше, а третий едва не попал по лицу, пока Вадим не схватил другой конец меж пальцев. – Ольга Сергеевна!       – Собралась! Казанцев, не испытывай моё терпение! – она пригрозила ему кулачком, нахмурившись, и отдернула полотенце, вырывая его из рук мужчины.       Ольга вскрикнула, когда мужчина, неожиданно поддавшись вперед, схватил её за талию. Руки инстинктивно опустились на его широкие плечи, сжимая, а глаза испуганно смотрели на его довольное лицо. Он усадил её на столешницу, скользнув руками под бедра, и прижался грудью к её груди.       – Иначе что? – мужчина вдохнул цветочный аромат, исходящей от неё, и провел носом по скуле. Москвина задрожала под его прикосновениями, сама прижимаясь ещё ближе.       – Казанцев, ты невыносимый, – она пробормотала, улыбаясь. Полотенце с тихим шорохом упало вниз; Ольга положила ладони ему затылок, скользнув пальцами в седые волосы, оттягивая. Вадим прикрыл глаза, наслаждаясь аккуратными прикосновениями возлюбленной.       – Любимый, – на выдохе прошептал он; его собственные ладони гладили её сквозь тонкую ткань белоснежной футболки, вызывая мурашки на коже.       – Любимый, – женщина хихикнула, оставляя едва ощутимый поцелуй на его щеке. – И колючий.       – Ольга Сергеевна, ну, чуть левее..       – Сюда? – её губы скользнули по краешку его губ. – Или сюда? – дальше вниз, к подбородку.       – Оля, ты же..       – Или всё-таки сюда? – губы оставили легкий поцелуй на его, не задерживаясь. Руки крепче сжались на её талии, словно предупреждая. – Вадим Юрьевич, слова.       – Сюда, да.       – Как легко вас заставить говорить, – теперь пришла её очередь подтрунивать. Она широко улыбнулась, встречаясь с прищуренным взглядом Вадима.       – Ольга Сергеевна, совсем вы меня не жалеете..       Женщина ухмыльнулась, наконец, прижимаясь к нему в долгом, страстном поцелуе. Это было глотком воздуха, оазисом в пустыне, долгожданным воссоединением их душ. Ольга заерзала на месте, опускаясь корпусом, и углубила поцелуй. Стоны были заглушены настойчивыми губами Вадима; его руки забрались под ткань футболки, гладя нежную кожу.       Это было идеальным моментом.       Затем он замер, мгновение обдумывая свои действия. Москвина вопросительно взглянула на него, отрываясь и тяжело дыша. Казанцев смотрел на женщину, вновь и вновь поражаясь её неземной простой красоте.       Я хочу, чтобы она была моей женой.       – Оля, – женщина хмыкнула, поразившись такой нежности в его голосе, и качнула головой, призывая продолжить. Но Вадим не ответил.       – Дорогой? Что такое? – беспокойство слышалось в её голосе; руки соскользнули с его плеч, находя опору на щеках, большие пальцы нежно очертили круги на его натянутой коже.       – У меня есть для тебя кое-что, – пробормотал он, опуская взгляд вниз. Что-то кольнуло в районе груди то ли от страха, то ли от предвкушения.       Вадим засунул руку в карман, держа её, всё ещё переживая о последствиях. А что если всё пойдет не так? Но Ольга выглядела такой счастливой, такой умиротворенной рядом с ним. Разве мог он ошибаться? Мужчина выдохнул, наконец, доставая руку: между пальцами он держал небольшую бархатную красного цвета коробочку.       Рот женщина приоткрылся, рука метнулась к ней, прикрывая. Судорожный вздох сорвался с губ, когда она поняла, что происходит.       – Оля, любимая, я знаю, я понимаю, что это неожиданно, но я так больше не могу. Я люблю тебя и так хочу, чтобы мы всегда были вместе, – он поднял взгляд на неё, ища в её лице хоть каплю отчужденности. – За такой короткий промежуток времени ты стала для меня всем. Наше прошлое было болезненным и тяжелым. Хочу, чтобы наше будущее было светлым и счастливым. Ты выйдешь за меня, Оля?       Слезы жгли её нежную кожу, но она не смогла сдержаться: всхлип сорвался с губ, она вздрогнула, совершенно пораженная. Вадим крепче сжал коробочку, не торопя женщину, выжидая её ответа.       – Господи, – прошептала Ольга, совсем не ожидая от себя таких эмоций. – Я.. Ты.. Мы.. Мы? Вадим, я.. Да, да! Конечно, да, Вадим.       Он тяжело выдохнул, не помня, как задержал дыхание. Плечи опустились, тело расслабилось после её слов, и он слабо улыбнулся, всё ещё переживая внутренние потрясения.       – Значит – да?       – Да.       – Тебе пойдет быть Казанцевой, – прежнее чувство юмора вернулось практически сразу, хотя они оба знали, что это больше, чем просто шутка.       Это было искренней и неопровержимой правдой.       – Казанцева Ольга Сергеевна, – её голос был бальзамом на душу, сочетание имени с его фамилией пригвоздили его к полу. – Мне нравится.       – Если нравится, то нужно, как можно быстрее устроить всё, да?       – К списку добавиться ещё «нетерпеливый»!       Смех наполнил кухню, отбиваясь от стен. Это было новым началом, их совместным. Счастье и лишь оно имело значение, и ничего не могло им помешать. *** Они думали мы упадем.. Океанами стали, мне это нравится, нравится! Друг для друга с ума сойдем.. Поцелуй, ведь без тебя мне не справиться! Они думали мы упадем.. Океанами стали, мне это нравится, нравится! Друг для друга с ума сойдем.. Поцелуй, ведь без тебя мне не справиться!