*

      Под сводами Красного Замка, где камень хранил шепот веков, а ветер играл с историями давно ушедших дней, развернулась драма, что могла бы навсегда изменить судьбу Семи Королевств. Я, мейстер Элиас, хранитель летописей и свидетель того рокового времени, беру перо, дабы запечатлеть события, что предшествовали несбывшемуся «Танцу Драконов» и тому союзу, что, как надеялись, скрепил бы разрозненные ветви дома Таргариенов. Король Джейхейрис, первый своего имени, прозванный Старым Королем, восседал на Железном Троне, но прежняя сила покинула его. Седина покрыла его волосы, а годы и горечь потерь согнули его могучий стан. Смерть принца Эймона, его старшего сына и наследника, оборвавшая жизнь в самом расцвете сил, оставила в сердце короля незаживающую рану. Однако боль утраты не могла затмить долг перед династией. Вопрос о наследнике терзал короля. Принц Визерис, внук, был юн и ещё не закалён. Принц Деймон, младший брат Визериса, был дерзок и непредсказуем, словно неукротимый дракон. И была ещё Рейнис, единственная дочь покойного Эймона, кровь от крови своего отца, в чьих венах текла чистейшая линия наследства. Её называли «Королевой, Которая Никогда Не Была», предвидя её несбывшуюся судьбу. И вот, в один холодный, дождливый вечер, когда шторм бушевал над Черноводной, старый король созвал свой Малый Совет. Решение, которое он озвучил, поразило всех, словно удар молнии. — Дабы укрепить династию, — произнес Джейхейрис голосом, усталым, но твёрдым, — и дабы избежать будущих споров о престолонаследии, я объявляю о помолвке принцессы Рейнис, дочери моего покойного Эймона, с моим сыном, принцем Бейлоном. Повисла тишина, тяжелая и густая, как осенний туман. Принц Бейлон, недавно овдовевший после смерти своей возлюбленной сестры Алиссы, вздрогнул. Его лицо, обычно невозмутимое, исказилось от замешательства, а затем приняло выражение стоического принятия. Он был человеком долга, и слово короля для него было законом. Любовь к покойной жене ещё жила в его сердце, но он понимал, что интересы Короны превыше личных чувств. Он видел в этом союзе возможность укрепить свою собственную позицию как будущего наследника и обеспечить стабильность для своих с Алиссой детей. Но истинную бурю эмоций скрывала Рейнис. Её взгляд, обычно гордый и надменный, метнул молнии в сторону деда. Она, дочь Эймона, чувствовала себя оскорбленной до глубины души. Трон должен был принадлежать ей по праву крови! А теперь её принуждали выйти замуж за собственного дядю, который, по сути, «отбирал» у неё прямое наследование. Это было унизительно, это было предательством. Я помню её глаза в тот вечер — они были полны слёз, но ни одна слезинка не скатилась по её щекам. Гордость не позволяла. Она чувствовала себя марионеткой в руках судьбы, пешкой в политической игре, призванной залечить раны, нанесённые династии. В её душе пылало негодование, но она прекрасно понимала, что выхода нет. Отказать королю Джейхейрису, отказаться от собственного деда, означало бы бросить вызов всей власти Таргариенов. Это означало бы лишиться всего: положения, влияния, даже безопасности. — Я покорюсь вашей воле, мой король, — произнесла она, её голос дрожал, но оставался твёрдым. Это было не согласие, а лишь покорность неизбежному. Брачная церемония состоялась через несколько лун. Красный Замок был украшен, но вместо праздничной радости в воздухе витала напряжённость. Бейлон, мужественный и сдержанный, стоял рядом с Рейнис, чьё лицо было бледным и непроницаемым, словно маска из камня. Это был не брак любви, а брак расчёта, долга и политической необходимости. Но это был брак, который, как мы все надеялись, спасёт Вестерос от кровавого водоворота. И он спас. В те времена, когда драконы парили в небесах, их сила и единство были неоспоримы. Дети Бейлона и Рейнис, рождённые от двух ветвей династии, были бы неоспоримыми наследниками, объединив все претензии и положив конец любым распрям. «Танец Драконов», что в иной реальности опустошил бы земли и истребил наших величественных созданий, так и не состоялся. Вместо войны наступил век мира и процветания. Под мудрым правлением потомков этого вынужденного союза, Вестерос знал покой. Драконы продолжали парить, их тени скользили по земле, напоминая о непоколебимой силе Таргариенов. Принц Бейлон, прозванный народом «Весенним Принцем» за свою неизменную доблесть и светлый нрав, несмотря на тяжесть политического брака, не пал духом. Его преданность долгу и уважение к воле отца были непоколебимы. В отношениях с Рейнис он проявлял то же стоическое спокойствие и уважение, что и к любой другой принцессе крови. Хотя страсть, что связывала его с покойной Алиссой, угасла вместе с ней, он добросовестно выполнял свой супружеский долг, понимая, что от этого зависит будущее династии. И плоды этого союза не заставили себя ждать. За десять лет брака Рейнис родила троих детей, ставших живым воплощением примирения ветвей. Первой появилась на свет Лейна Таргариен, дитя яркое и своенравное, что оседлает Вхагар, величайшую из оставшихся драконов, и будет известна как бесстрашная всадница. Затем родилась Элина Таргариен, красавица с добрым и отзывчивым нравом, чья мудрость и милосердие по-настоящему полюбились народу. И наконец, появился Эймон Таргариен, названный в честь родного отца Рейнис и брата Бейлона, юный принц, которому суждено было оседлать Вермитора и стать известным в будущем как Принц Дорна, благодаря дипломатическому браку, что свяжет его с домом Мартеллов, окончательно присоединив Дорн к Семи Королевствам без единой капли крови. Жизнь при дворе шла своим чередом. Старый король Джейхейрис, хоть и не погрузился в семейные отношения так глубоко, как хотелось бы, всё же чаще стал общаться с Рейнис. Он видел в ней не просто внучку, но и своего рода преемницу духа Эймона. Они часто беседовали о делах королевства, и Рейнис, хоть и не имела прямого влияния на совет, высказывала свои наблюдения, которые король внимательно выслушивал. Это, безусловно, смягчило её горечь и дало ей чувство причастности. Принц Бейлон, по-прежнему верный и надёжный, продолжал служить своему отцу, демонстрируя исключительные воинские качества и мудрое правление как Десница Короля. Именно под его началом были построены новые дороги, укреплены гарнизоны и улучшена система правосудия. Вестерос процветал. Однако судьба, как всегда, непредсказуема. В 101 году от Завоевания Эйгона недуг внезапно сразил принца Бейлона. Его смерть, неожиданная и горькая, стала огромным ударом для всего королевства, а особенно для старого короля. Джейхейрис потерял не только сына, но и опору, своего самого верного и способного наследника. На тот момент принцу Визерису, старшему сыну Бейлона от Алиссы, было немногим более двадцати лет. Рейнис, которая только недавно родила маленького Эймона и боролась с послеродовой лихорадкой, была слишком слаба, чтобы активно участвовать в дебатах о престолонаследии. Её горе по Бейлону, хоть и не было окрашено пылкой страстью, было глубоким, ибо он был достойным мужем и отцом её детей. Визерис, как старший сын покойного Бейлона, теперь стал прямым наследником. Старшей дочери Рейнис, Лейне, тогда ещё не было и семи, и её отношения с родителям, хоть и были любящими, не были такими близкими, как, например, у Бейлона с его детьми от покойной сестры Алиссы. Маленькая же Элина даже не вспомнит отца, ведь ей было лишь два года от роду. Визерис был уже обручён с шестилетней Лейной Таргариен, своей сводной сестрой, что должно было ещё больше укрепить династические связи. Младший брат Визериса, Деймон, тем временем, был обручён с кузиной Эйммой, которая всё ещё жила под крылом своего отца в Долине. Эти браки, задуманные старым королём, должны были обеспечить непрерывность власти и избежать любых внутренних распрей. Уже к 108 году от Завоевания Эйгона, Визерис I Таргариен восседал на Железном Троне, будучи достойным преемником своего отца и деда. Подле него стояла четырнадцатилетняя Лейна Таргариен, уже оседлавшая величественную Вхагар. Их союз был не только политическим, но и, к удивлению многих, оказался наполненным взаимным уважением и нежностью. Лейна, обладая силой духа и мудростью, унаследованной от своей матери Рейнис, стала для Визериса не просто королевой, но и верным советником. Правители дальнейшие двадцать лет правили мудро и достойно, с помощью десницы Рейнис Таргариен и мейстеров. Огорчало лишь одно, за двадцать лет брака Лейна Таргариен родила лишь двух дочерей — Бейлу и Рейну, погодок, рождённых ещё в первые годы брака. На момент смерти отца, им уже было шестнадцать и пятнадцать лет. Старшая уже носила титул леди Веларион, а с ним и ребёнка под сердцем, младшая же, обручённая на кузене Эйгоне Таргариене, старшем сыне Деймона и Эйммы, была названа за глаза будущей королевой. Что удивительно, если старший сын Весеннего Принца и Алиссы Таргариен оказался отцом лишь двум дочерям, то младший Деймон, на момент смерти старшего брата в 127 году, уже имел троих сыновей: Эйгона, Вэйгона и Дейна. Деймон Таргариен, первый своего имени, сел на трон в возрасте сорока шести лет. Его вторая жена и сестра Элина Таргариен стала его королевой. Оба героя того времени поженились уже в зрелом возрасте и не имели общих детей. Элина стала вдовой через четыре года после свадьбы с Ормундом Хайтауэром, с будущим лордом Староместа на руках — Элвину Хайтауэру не было и трёх. Деймон же похоронил свою жену и кузину Эймму в 121 году, дочь Дейллы не пережила свои последние роды, как когда-то её мать и мать её мужа. Так, благодаря мудрому, хоть и запоздалому, решению старого короля Джейхейриса, Вестерос избежал многих лет разрушительной войны. Кровь не пролилась на землю, драконы продолжали властвовать в небесах, и дом Таргариенов оставался единым и могущественным, сохраняя своё господство над Семью Королевствами. Будущие поколения, рождённые от этого союза долга и жертвы, принесли Вестеросу мир и процветание, что навсегда изменило ход истории. Эйгон Таргариен, второй своего имени, стал седьмым правителем Семи Королевств, правил не дольше, но и не меньше своего прадеда, Старого Короля Джейхейриса с 134 года по 176 года. При нём связь с Дорном ещё сильнее укрепилась, ведь новый владыка тех земель вновь был связан браком с Таргариенами через родного брата короля. Его же королева, Рейна Таргариен, стала всадницей Среброкрылой, народ до сих пор говорит что данный дракон выбирал лишь самых милосердных всадников.