Глава 6. Время камни собирать.

Дверь за мной закрылась с глухим щелчком, и тишина накрыла дом, словно тяжёлое, удушающее одеяло. Кровь внутри словно застыла, время растянулось, а воздух стал плотным и густым. Я чувствовала себя так, будто все живое во мне высосали изнутри, оставив только внешнюю оболочку, внутри которой была только паника и пустота. Не разулась, не сняла куртку, просто медленно прошла в гостиную. Всё тело налилось тяжестью, мышцы болели, словно меня побили палкой, а не просто швырнули в эмоциональную мясорубку. Первой меня заметила Луна. Она показалась в дверном проёме, остановилась, подняла хвост и недовольно прищурилась. Почти сразу за ней выглянул Пирожок с проблеском тревоги на пушистой морде. Они подошли ближе, коснулись моих ног, требуя внимания. Но мне сейчас было совершенно не до котов. Джо не было дома. Это осознание принесло с собой облегчение — мне не нужно было делать вид, что со мной все хорошо, и сегодня совершенно ничего плохого не произошло. В один момент что-то во мне надломилось. И я поняла, что «сказка» для меня закончилась. Рухнула на диван и сразу же разрыдалась. Громко, безобразно, с соплями, слюнями и вздувшимися венами на лице. Мне было чертовски поебать на свою эстетику, когда вся новая жизнь, которою я проживала здесь полгода, дала глубокую трещину, что рано или поздно разойдется в черную болезненную пропасть. Где-то на периферии сознания я слышала, как Пирожок топтался рядом, как Луна начала тереться о моё плечо. Я обхватила себя за плечи, словно пытаясь сохранить целостность. Но внутри меня что-то жизненно важное разрывалось на части, а я никак не могла остановить эту необратимость. Снова и снова пыталась понять, где именно я сбила этот чёртов сюжет с курса, и как получилось так, что Белла приехала позже? Какого чёрта всё пошло не так с самого начала? Беспомощно копалась в воспоминаниях, выискивала детали, искала тот единственный момент, где сделала что-то не так. Но внутри меня вырисовывалось осознание, что дело не в каком-то одном поступке. Дело во всех моих поступках. Дело в моем присутствии здесь. Снова прокручивала время, проведенное с ним, которое мне было подарено судьбой, безумным писателем, да хоть самим чертом… Я пошла на поводу у своего интереса, поддалась эмоциям, позволила себе привязаться к тому, к кому нельзя было привязываться. Эдвард. Он словно врос в меня. Стал моей частью, которую я не могла отпустить без боли и крови, как бы по-идиотски это бы сейчас ни звучало. Его прикосновения, голос, его нетерпеливые взгляды, смех, забота — всё это стало не просто частью моей повседневной жизни. Это стало чуть ли не ее смыслом. В этом безумном выдуманном мире без него я была слабой, напуганной и совершенно одинокой. Он был тем, кого невозможно просто так взять и отделить от меня. Он пустил корни в моё сердце, и я даже не успела заметить, как глубоко они проросли. А теперь мне нужно было принять одно из решений, каждое из которых приведет к чему-то плохому. Если я пущу ситуацию на самотек, то стану подлой воровкой, укравшей чужую жизнь, которая была прописана задолго до того, как я вообще о ней узнала. Я просто продлю свои страдания и заставлю Эдварда чувствовать себя еще хуже потом. Но если я сделаю правильно… Если я скажу ему, если поступлю так, как надо… Я закрыла глаза, прикусила губу, чтобы заглушить новый приступ рыданий. Я не могла. Просто не могла себе даже на секунду представить, насколько больно я ему сделаю. Я подорвалась с дивана, от чего голова закружилась, отдавая болью в висках. Мне нужна была сигарета. На абсолютном автопилоте открыла входную дверь, перешла дорогу, не смотря по сторонам и направилась в зеленую чащу. Лес принял меня в свои объятия, заглатывая, погружая в прохладу и тишину, нарушаемую лишь моим собственным дыханием. Высокие деревья тянулись вверх, их темные силуэты покачивались на фоне серого неба. Сырой воздух был пропитан запахом мокрой земли, коры деревьев и мха. Я шагнула за толстый ствол ели, скрываясь от случайных взглядов соседей. Достала из кармана мятую пачку сигарет, вытряхнула одну, поднесла к губам и с раздражением щелкнула зажигалкой. Пламя мелькнуло, осветив мои пальцы, и вскоре горький дым заполнил лёгкие. Но легче не стало. Некий микроакт самоуничтожения, которым я иногда пыталась заполнить пустоту, на этот раз совершенно не помогал. Пустота была слишком глубокой, слишком всеобъемлющей. Я ненавидела ответственность. Всю жизнь пыталась от нее бежать. Она наваливалась на меня слишком рано, в слишком юном возрасте, и в результате я стала человеком, который не может решить какой цвет телефона ему стоит выбрать в магазине. О действительно важных жизненных выборах даже говорить было нечего. Меня уничтожала мысль о том, что я могу кому-то навредить. А теперь ответственность висела на мне, как петля на шее. Я иронично усмехнулась, выдыхая дым. В каком-то смысле это даже не было моей виной. Я не стояла у пентаграммы со свечами, не читала заклинания, не вызывала демонов, чтобы попасть в чертов Форкс. Меня просто вырвали из моей жизни и швырнули сюда без предупреждения, без инструкций, без возможности сказать: «Нет, спасибо, мне не надо». Я не могла не взаимодействовать с этим миром, мне просто пришлось продолжить свою жизнь здесь. Среди ебаного дремучего леса, перманентного дождя и среди местных жителей. А сердце… Ему не прикажешь. Банально, пошло и примитивно. Но суть сказанного остается той же, даже если часами выбирать самые вычурные синонимы. Эдвард. Он так отчаянно хотел, чтобы я признавалась ему в любви. И вот теперь, когда это признание уже ничего не могло изменить, мне хотелось кричать. Хотелось вывернуть душу наизнанку и сказать: Да, черт возьми. Да, я люблю тебя. Я люблю тебя так, что это сжигает меня изнутри. Я выкинула сигарету в грязь , придавила её носком ботинка и развернулась обратно. Дом встретил меня все той же гнетущей тишиной. Я не включила свет. Скинула куртку, ботинки и остановилась, почти смеясь от безысходности: нужно было сделать гребаные бытовые дела. Просто прошла в кухню и открыла морозильник. Лицо обдало холодом, но внутри ничего не шелохнулось. На автомате достала пакет со стейками, бросила их в миску, поставила на стол. Джо вечером хотел приготовить их, и я должна была разморозить мясо. Как будто в этом было что-то важное. Пирожок замяукал, потираясь о мои ноги, и я посмотрела вниз. — Сейчас, — хрипло выдавила я. Мои руки двигались автоматически: убрать за котами, сменить воду, насыпать корм. Механические, бессмысленные действия, которые я совершала, словно робот, не находя в них ни капли утешения. Как только я закончила, ноги сами понесли меня в ванную. Я скинула с себя одежду и включила воду. Горячая струя обожгла кожу, но я не отстранилась, словно наказывая себя. Просто стояла под ней и смотрела, как капли стекают по моим рукам, как вода размывает следы соленых слез на щеках. Как будто это могло стереть что-то большее, чем грязь. Как будто это могло смыть с меня всё, что грызло изнутри. Я посмотрела на свое отражение в запотевшем зеркале. Тусклые глаза, синяки под ними и потрескавшиеся сухие губы. Мне было плевать. Вытерлась, оделась, не чувствуя себя ни капли чище. Вышла из ванной, вытирая волосы полотенцем, и завалилась на кровать в темноте. В комнате царила тишина. Это была не умиротворяющая тишина, а давящая, густая, пропитанная мыслями, от которых невозможно было спрятаться. Я нащупала телефон с наушниками, нажала «Play». Breaking Benjamin — Forget It В наушниках раздались первые ноты, и в этот момент мне хотелось просто исчезнуть. Раствориться в темноте, в этих звуках, которые были словно продолжением моего собственного внутреннего надлома. «It’s a crime you let it happen to me…» Пальцы сжали ткань пледа. Я не знала, сколько времени прошло. Мгновения или часы? За окном постепенно сгущалась ночь, растекаясь черными пятнами по стеклу, и я знала, что это значит. Эдвард придет скоро. И мне было страшно. Three Days Grace — Wake Up Я отвернулась от окна и прикрыла глаза. «Wake up, I’m pounding on the door, I’m not the man I was before…» Глухая пустота внутри меня разрасталась, превращалась в черную дыру, которая засасывала всё — логику, самоконтроль, даже мое уважение к себе. Уже поздно. Мне нечего предложить Эдварду, кроме своего саморазрушения. Дверь открылась, и комнату залил слишком яркий свет. Я резко поморщилась, выдернула один наушник и прищурилась. На пороге стоял Джо, скрестив руки на груди. — Что здесь происходит? Его голос был спокойным, но с оттенком беспокойства. — Почему ты не отвечаешь, когда я тебя зову? — Он оглядел комнату, затем перевел взгляд на меня. — Ты лежишь в темноте и слушаешь депрессивную музыку. Это выглядит так, будто произошло что-то плохое. Я подавила желание закатить глаза. — Я просто задремала, — пробормотала я, натянув на лицо самую ленивую, сонную маску. — Наверное, из-за погоды — чувствую себя неважно. Джо несколько секунд всматривался в меня, но ничего не сказал. — Будешь ужинать? — Лучше посплю. Но обещаю попробовать твои кулинарные шедевры завтра. Он вздохнул, задержался на пару мгновений, затем кивнул, выключил свет и ушел. Как только дверь закрылась, я сжалась в комок и натянула плед повыше. Staind — Right Here Глухая гитара, тягучий ритм, голос, полный боли. Я свернулась в клубок, уткнулась лицом в подушку. В какой-то момент в комнате потянуло холодным воздухом, и я медленно развернулась. У окна стоял Эдвард. Как только я увидела его, меня затрясло от эмоций. Всё, что бурлило в моем сознании последние часы — паника, боль, страх, желание уничтожить саму себя, чтобы избавиться от этой нестерпимой тревожности и вины, — выплеснулось наружу в одном резком движении. Я подорвалась с кровати, слабо соображая, что делаю, и вцепилась в него, как утопающий. Эдвард не успел ни пошевелиться, ни сказать ни слова — я утянула его за собой на кровать, утыкаясь лицом в его шею, вдыхая его запах, холодный, чистый, как морозный воздух перед снегопадом. — Марселин… — прошептал он, но я не дала ему продолжить. Я не могла сейчас говорить. Всё, чего хотела, — это чувствовать. Мои пальцы скользнули по его шее, вверх, в волосы, сжались в них, а губы нашли его. Поцелуй был жадным, напористым, полным отчаяния. Я целовала его так, будто пыталась раствориться в нем, будто пыталась слить наши судьбы воедино, чтобы никакая реальность больше не могла нас разделить. Мои мысли разбивались о него, о его ледяную кожу, о его запах, который был мне уже родным. Я не должна была делать этого. Я не имела на это права. Но, черт возьми, не могла остановиться. Мои пальцы скользнули по его лицу, обвели скулу, сжали подол его футболки. Я чувствовала, как он замер подо мной, как не решался либо остановить меня, либо поддаться. — Пожалуйста… — выдохнула я ему в губы, не давая ему шанса ответить, снова прижимаясь к нему так, что между нами не осталось и миллиметра воздуха. Поцелуй становился глубже, горячее, несмотря на его холод. Я разжала пальцы, прошлась ладонями по его груди, ощущая под пальцами твердость его тела, идеального, словно вырезанного из камня. Потом снова вверх — к его шее, к волосам. Эдвард зарычал мне в губы, и это был не гнев. Он боролся с собой. Я знала, что он сейчас ощущает — невозможное желание и страх перед ним. Но мне уже было плевать на все свои страхи. Я хотела быть ближе. Еще ближе. Мои пальцы скользнули по его спине, сжались, заставляя его прижимать меня крепче. Я разрывалась между желанием отдать ему всё, что у меня было, и осознанием, что ничего у меня и нет. Только сейчас, с ним, я чувствовала себя живой. Я ощутила, как его руки легли на мои плечи, скользнули вниз по спине, пальцы сжались, но вместо того, чтобы притянуть меня, он вдруг остановился. — Марси… — его голос был хриплым, каким-то сломанным. Я замерла. Я знала, что сейчас будет. Поэтому сделала единственное, что могла — снова поцеловала его, глубже, жестче, словно пыталась уничтожить эти слова прежде, чем он их произнесет. Я уже почти не соображала, что делаю. Всё, что было в голове, — это отчаянное желание почувствовать его ближе, заткнуть пустоту внутри, заглушить боль, которая казалась невыносимой. Я не думала о том, что всё это означает, куда ведёт, какие последствия будет иметь. Я вообще не думала. Я просто двигалась, следовала за инстинктами, за потребностью ощутить его ледяное тело под своими ладонями, его губы, его прикосновения. Мои пальцы сжали его футболку, и я дёрнула её вверх, пытаясь избавиться от ненужной преграды. Мои губы скользнули вниз по его шее, а руки снова прошлись по его спине, спускаясь ниже. Я не слышала его голоса, не замечала, как его руки замерли, как он напрягся подо мной. Пока он все не прервал. — Марси. Я проигнорировала. Попыталась продолжить, снова найти его губы, снова прижаться к нему крепче, заставить его забыть о словах, но он вдруг крепко взял меня за запястья, остановил. — Нет. Я задышала прерывисто, не понимая, почему все так. Вгляделась в его лицо в полумраке комнаты, и увидела, как он смотрит на меня — с тревогой, с каким-то непередаваемым беспокойством за меня. — Почему нет? — голос мой дрогнул, и я ненавидела себя за эту уязвимость. Он не сразу ответил. Будто подбирал слова. — Потому что это опасно, — тихо сказал он. В этом «опасно» было не только про его силу, не только про риск, который он всегда держал в уме. Я видела, что он говорит не об одном лишь этом. — Потому это должно быть по-другому, — продолжил он, пристально глядя мне в глаза. — Потому что с тобой сейчас что-то происходит, и я это вижу. Я замерла. — Ты не здесь, Марси. В твоей голове нет ни одной связной мысли. Только бессмысленные выкрики отчаяния. Я медленно отстранилась, перекатилась в сторону, рухнула на спину и выдохнула. Я действительно потеряла голову. Вела себя безответственно, как будто у нас было будущее. Как будто происходящее вообще ничего не значило. Но для Эдварда это значило слишком много. Я была эгоистичной идиоткой. Прикрыла лицо ладонями, пока гул в голове не утих. Какого черта я устроила здесь этот сеанс посещения публичного дома, если собираюсь оставить его? Какого черта я делаю с ним это, если знаю как он к этому относится? Я могла забить на все свои принципы и позволить себе сделать это в качестве акта отчаяния, но я не могла воспользоваться им. Какого черта я вообще делаю? Я услышала, как он пошевелился рядом. Эдвард приподнялся на локтях, снова изучая меня, пытаясь заглянуть внутрь и что-то понять. — Марселин, что, чёрт возьми, происходит? Я ничего не могла ответить. Потому что у меня не было объяснений. Потому что мне было так плохо, что я не находила слов. Потому что всё, что делала, было просто бессмысленной попыткой убежать от реальности. — Ты выглядишь так, будто прощаешься со мной, — тихо сказал он. Эти слова вонзились в меня, как ржавый нож. Я сжала кулаки, глубже утопая в кровати. Прощаюсь. Господи. Я ведь прощаюсь… Меня затошнило от этой мысли, от того, что он все чувствует. Сжала зубы, чтобы не застонать от боли, и пробормотала: — Не спрашивай меня. Просто… побудь со мной. Эдвард смотрел на меня ещё несколько секунд, а потом тихо кивнул. Я снова почувствовала, как подступает комок к горлу, и как только посмотрела на него — такого же потерянного, измученного, — ненависть к себе накрыла меня с новой силой. Я делала ему больно. А завтра сделаю ещё больнее. А он и не подозревает об этом. И эта мысль убивала меня. Крепко прижалась к нему, вцепившись в футболку, и разрыдалась. Он осторожно обнял меня, провёл ладонью по спине, укачивая, успокаивая. А я думала только о том, что не заслуживаю этого. Не заслуживаю, чтобы он так держал меня, так гладил, так смотрел. Не заслуживаю, чтобы он любил меня. Потому что я была хуже монстра. Я была человеком, который готовился разбить его сердце. — Останься со мной на ночь. Я замерла, задержав дыхание, но он тут же кивнул. — Но утром… До того, как я проснусь… Просто уйди, пожалуйста. Он снова посмотрел на меня, так пристально, будто хотел вычитать что-то между строк. Но в конце концов просто молча кивнул. Я легла рядом, прижимаясь к его холодной груди, и закрыла глаза. Вот и пришло время камни собирать. П.с. Время собирать камни - отсылка к девятой главе первой книги. Вот такие вот, товарищи, грустные пироги. Я знаю, что начала вас расстраивать, и за это я нарисовала вам порно на минималках, которое агрессивно заставляю вас пройти и посмотреть либо в телегу, либо в тик ток. Да и ладно, чего уж там, я ведь знаю, что вы мои маленькие любители стекла и пощекотать свои нервишки. Поэтому все пристегнулись, вдохнули и падаем. Обещаю вам, что мы поднимемся 🩷 Делитесь своими впечатлениями о главе в комментариях, ваши отзывы мне необходимы, так как я сутками сижу в своей берлоге, пишу, редактирую, рисую, анимирую, и ваша поддержка очень помогает мне не сдаваться! Иллюстрации ко главе: https://ibb.co/b5jXf3MX https://ibb.co/twsH3W32 https://ibb.co/0jRfLwZB https://ibb.co/dwN2Lhhx https://ibb.co/rKG5DD1v https://ibb.co/DfCRYkSZ https://ibb.co/qFYnTgdw https://ibb.co/Y4MVrYXm Тележка, в которой мои порно-мультики по фику 😂 и прочие материалы: https://t.me/shadowsofforks Ссылка на тик ток, и прямая ссылка на видос ко главе: https://vm.tiktok.com/ZMBqTtnNQ/ Будьте здоровы, не болейте 😁