Между Обычным и Сверхобычным

— Ваше время вышло, — ухмыльнулся Фил, щёлкнув клювом и облизнувшись. Сегодня они с Техно хорошо поужинают. Техно стоял рядом с ним, нависая над ним. Фил видел, как красный цвет начинает заливать его радужку, как его пожирает жажда крови. Люди, «милая» пара, в страхе сбились в кучу. — Ещё немного. Мы выполним свою часть сделки. Мы обещаем! — закричал мужчина. — О, времени больше нет. Мой друг очень голоден. И я должен признаться, что тоже проголодался. Мы можем даже поесть здесь, а не в Закулисье. — Говори за себя, Фил. Мне нравится смотреть, как они бегают, — сказал Техно, облизывая клыки. Фил улыбнулся, услышав тихий вскрик женщины от страха. Какие же жалкие создания эти люди. Жадные и слишком самоуверенные. Так много людей попадались в их ловушки и заключали сделки. Они были уверены в себе и готовы были поставить на кон свои тела ради этих сделок. А потом они ведут себя так, будто они были монстрами, выполнившими свою часть сделки. Это было просто. Они давали людям всё, что те хотели, люди выполняли для них различные задания, а затем они расходились каждый своей дорогой. А если бы люди не выполнили свою часть договора? Ну, так это было прямо прописано в контракте! Они станут их следующим блюдом. Зачем было так удивляться и пугаться, когда они пришли за деньгами? Они знали о рисках. Они знали о последствиях неудачи, но всё равно пожали им руки. На самом деле, это было довольно неприятно. Но ничего страшного, теперь их ждала еда. Уговоры не помогут утолить их аппетит. — Мама? Папа? Комната замерла, все погрузилось в тишину. Голова Фила повернулась и слегка наклонилась в сторону. Маленький светловолосый мальчик, не старше шести лет, стоял у входа в комнату. В руках у него было маленькое одеяло и любимая плюшевая голубая овечка, которую он прижимал У них был ребёнок? В их сделке не упоминалось о ребёнке. Фил взглянул на Техно, и зверь тоже посмотрел на него. Им не нравилось заключать сделки, в которых участвовали дети. Особенно такой маленький. Этот едва знал о их мире, не говоря уже о том, чтобы участвовать в сделках. Возможно, они и были монстрами, но у них были какие-то стандарты. Человеческие дети были слишком маленькими, чтобы понимать всю серьёзность своих решений, поэтому большинство сущностей избегали детей и любых сделок с ними. С теми немногими, кто всё же заключал сделки, обращались не так любезно. Так что же делать с этим ребёнком? Схватить его родителей у него на глазах было бы довольно травматично. Хотя это могло бы стать хорошим уроком и научить его не связываться с криптидами в будущем. Они могли бы просто- — Возьми его вместо меня! — Женщина закричала. Головы этих двоих резко повернулись к парочке. Мужчина кивнул. — Прими его как подношение. Насколько ещё более отвратительными могут быть эти мерзкие люди? Предлагать своих детей в качестве еды криптидам? Подумать только, Фил собирался оставить их в покое, пока ребёнок не повзрослеет и не покинет дом. Теперь он чувствовал необходимость стереть этих вредителей с лица земли. Но что делать с ребенком? Фил посмотрел на Техно, они оба общались простыми движениями. Фил щелкнул клювом, взглянув на ребенка. Они не могли просто оставить ребенка здесь, только не с этими людьми. Техно коротко кивнул. Затем Фил посмотрел на Техно, скользя взглядом вверх и вниз и распушив перья. Техно фыркнул. Что ж, этот грубиян определённо не собирался заботиться о ребёнке. Техно кивнул в сторону Фила. Перья Фила ощетинились, и он издал недовольное чириканье. Фил тоже не хотел брать на себя заботу о ребёнке. Ни один из них не был готов заботиться о человеке. Кто бы взял на себя ответственность за ребёнка... Они посмотрели друг на друга, и на их лицах появилась лёгкая озорная улыбка. Фил знал, что нужно делать. Идеальный человек, спокойный и одинокий, которому не помешала бы компания. Фил снова повернулся к парочке. — Ну, ты видишь… Этот малыш всего лишь маленький кусочек. Едва ли кусочек мы смогли бы наесться от чего-то такого маленького. Но… Мы предполагаем, что он сможет продержать нас еще несколько месяцев. Возможно, к тому времени у вас будет то, что нам нужно? — Да. Да, просто дайте нам ещё немного времени. Заберите его и уходите. Техно разочарованно фыркнул. Сегодня никакой еды. Фил похлопал Техно по спине, улыбаясь родителям. — Что ж, тогда хорошо. У вас есть время до октября. Спасибо, что работаете с нами. Криптид обернулся и тихо заворчал, увидев мальчика. Глаза ребёнка расширились от страха, и он отступил на шаг, когда две сущности нависли над ним. Фил расправил крылья, и тьма окутала ребёнка. Малыш закричал, а Фил заворковал. — Просто найди Уилбура. Все будет хорошо. И вот так просто мальчика потащили в Закулисье. ─┉┈◈◉◈┈┉─ Томми не понимал, что происходит. Его уложили спать, а потом он услышал страшные звуки и пошёл проверить, всё ли в порядке с родителями. Только для того, чтобы увидеть двух ужасающих существ, нависших над ними. Он не понимал, что происходит. Почему мама и папа разговаривают с монстрами? Томми крепче сжал плюшевого мишку, услышав ужасные слова родителей. — Возьми его вместо меня. Он хотел убежать, но его тело застыло на месте. Два существа оглянулись на него, и похожее на птицу чудовище окутало его тьмой. Он закричал, и из его лёгких вырвался только ужас, когда его окутала тьма. Реальность исказилась вокруг него, внутренности выворачивало, а кожу сдавливало. Слова существа прорвались сквозь его крики, словно проникая прямо в его разум. — Просто найди Уилбура. Все будет хорошо. Следующее, что Томми почувствовал, как его швырнули на покрытый ковром пол. Он ударился лицом, и нос немного хруснул от силы удара. Он поднял голову, зрение затуманилось от сильного удара по голове. Он медленно сфокусировал взгляд на обшарпанных обоях. Он заставил себя сесть, и на мгновение растерянность взяла верх над страхом. Где он был? Где было его одеяло! И игрушка! Томми лихорадочно искал и нашёл два своих драгоценных предмета, разбросанных по полу. Томми подполз к ним, схватил их и крепко сжал в руках. Затем он огляделся по сторонам, осматриваясь по сторонам. Там не было... ничего. Вокруг него были только коридоры с тем же цветочным принтом на обоях и ковролине. Томми медленно поднялся, прижимая свои вещи к груди, чтобы не потерять их. Он медленно побрёл налево, дошёл до конца коридора и выглянул из-за угла. Только для того, чтобы обнаружить ещё несколько коридоров. Мальчик в замешательстве нахмурил брови и ускорил шаг, когда пошёл по следующему коридору. Коридоры разветвлялись. Свет был тусклым и отбрасывал зловещие жёлтые блики. Свет слегка жужжал это был единственный звук, который он слышал. Сердце мальчика бешено колотилось в груди, на него нахлынуло чувство тревоги. Где он был? Где все остальные? Почему было так тихо? Томми открыл рот, желание найти хоть что-то живое пересилило страх перед тем, что это может быть. — Хэй? Слово эхом разносилось по, казалось бы, бесконечным коридорам, отражаясь от стен. На него снова опустилась тишина, звук его собственного голоса затих. У Томми перехватило дыхание, сердце бешено колотилось в груди. Он сделал ещё один шаг вперёд, потом ещё один, и ещё. Быстрее, и быстрее, и еще быстрее, и быстрее. Его ноги шлепали по ковру, звук был приглушённым, так что он едва его слышал. Единственным звуком было его собственное дыхание, которое становилось всё более неистовым. — Мамочка! Мамочка, прости, я забыл убраться в комнате! Томми повернул за угол и увидел ту же повторяющуюся картину. Ни дверей. Ни окон. Ни картин. — Папа! Папа, пожалуйста, вернись! Прости меня! Я буду лучше себя вести! Пожалуйста, не оставляй меня здесь! Еще один зал. — Мама! Еще один. — Папа! Еще один. — Мамочка, пожалуйста! Где хоть кто нибудь? Где были его мама и папа? Где был— — Уилбур! Это ведь так называется, да? Это то, что, по словам той штуки, он должен найти? Кем был Уилбур? Собирался ли Уилбур его съесть? Внезапно над ним вспыхнули огни. Томми остановился, прижимая к себе овцу и одеяло, и закружился на месте. Свет снова замигал и стал гореть ещё ярче, чем прежде. Томми поморщился от яркого света и тяжело задышал. Они потускнели, и мальчик, стоя на месте, смотрел в конец коридора. Вокруг было тихо, лишь слегка потрескивал свет в конце коридора, мерцая. Легкие Томми остановились, из него не доносилось ни единого звука. Глухой удар. Глаза Томми расширились. Глухой удар. Мальчик пытался вдохнуть, пытался пошевелиться, но его тело не слушалось. Глухой удар. Из-за угла высунулась огромная, похожая на клешню рука, ладонью к нему. Томми охватило отвращение, и от беспокойства его затошнило. Что-то было не так. Очень, очень не так. Внезапно кожа на руке начала отслаиваться, обнажая огромный глаз. Свет полностью погас с грохотом. Мальчик отступил на шаг, и из его горла вырвался хрип, прежде чем снова зажегся свет. По потолку ползло огромное отвратительное чудовище, вонзая свои тонкие конечности в обои. Руки тянулись к нему, глаза были закрыты, но внезапно распахнулись. Свет снова погас. Томми закричал, когда свет замигал, приближая существо. Его тело наконец-то подчинилось, ноги задвигались, а позади раздался громкий, леденящий кровь рык. Мальчик побежал, изо всех сил ударяя ногами по земле. С каждым морганием существа звук рвущихся обоев становился всё ближе и ближе. — Мамочка! Папочка! Помогите мне!!! По лицу Томми текли слёзы, его крошечное тело кричало, доведённое до предела. Он собирался умереть. Он собирался умереть. Он был жертвой. Куском мяса, которым могли полакомиться эти монстры. Он был всего лишь закуской. Маленьким кусочком, с которым можно поиграть, прежде чем проглотить одним махом. Призрачное ощущение, что его конечности разрывают на части, преследовало его, заставляя бежать быстрее. Он врезался в стену, оттолкнулся от неё и понадеялся, что бежит в правильном направлении. Он может умереть. Томми моргнул, и на мгновение вспыхнул свет. В этот момент он увидел фигуру. Чёрную стрелку, нарисованную на стене. Она капала, как свежие чернила, разбрызгиваясь по бумаге. Томми больше нечего было терять. Он повернулся в ту сторону, следуя за стрелкой. Ещё одна вспышка, и зверь позади него с криком врезался в стену. Томми последовал за другой стрелкой, надеясь, что кто-то присматривает за ним. Насколько он знал, это был план чудовища. Он шёл прямо в паутину. Может быть, с его стороны было неправильно надеяться. Но это было всё, что у него было. Томми побежал по другому коридору, слегка поскользнувшись на одеяле, которое держал в руках. Оно упало перед ним, и он наступил на один конец, крепко сжимая другой в руках. Мальчик закричал, упав лицом вниз на пол, и разжал пальцы, чтобы подняться. Он почувствовал порыв ветра от существа, которое набросилось на него. Он свернул в другую сторону, и его ноги зашлёпали по чему-то мокрому. Он замедлил шаг и посмотрел вниз: чернильно-чёрная субстанция доходила ему до лодыжек. Томми вытянул ноги, пытаясь пробраться сквозь чернила. Как только он выбрался, позади него раздался громкий визг. Он рискнул оглянуться и в ужасе увидел, как из чернил к другому монстру потянулись когти, хватая его, словно букашку. Из чернил высунулась голова, разрываясь, как пасть, а ещё один коготь начал разрывать существо на части. Томми попытался закричать. Он пытался стереть из памяти этот ужас, пока чернила поглощали преследовавшего его монстра. Но он не мог дышать. Он сделал шаг назад, и у него перехватило дыхание, когда он во что-то врезался. Он обернулся и ахнул, увидев дверь. Чернильное существо взревело, Томми распахнул дверь и бросился внутрь. ─┉┈◈◉◈┈┉─ Уилбур занимался своими делами. Он на время закрыл свой уровень, чтобы сосредоточиться на ремонте библиотеки. Последний зашедший сюда гость оставил после себя настоящий беспорядок. Уилбур не слишком обрадовался этому и пнул бродягу, отправив его на пол к Техно. Он был уверен, что этому грубияну понравилась лёгкая добыча. Неужели было так трудно уважать его труд? Уилбур считал его довольно добрым и снисходительным существом. Определённо, одним из самых дружелюбных, учитывая его силу и мощь. Он был Библиотекарем, существом из Закулисья, известным своей жаждой знаний. У него было много форм. Чаще всего в библиотеке он принимал форму из бумаги, которая принимала любую форму, необходимую ему для передвижения. В то время как его предпочтительной формой для… охоты была форма чернил. Форма на основе слизи, которая позволяла ему передвигаться так, как ему заблагорассудится. При желании он мог затопить все подсобные помещения, утопить других существ и полакомиться ими. Конечно, он этого не делал. Но сама мысль о том, на что он способен, заставляла существ в его владениях вести себя хорошо и следовать его правилам. Странники часто пытались воспользоваться его добротой. Он не хотел есть людей. Его голод проявлялся в виде информации. Всякий раз, когда странник заходил в его библиотеку, всё, что ему нужно было сделать, чтобы выжить, это сообщить ему какую-нибудь новую информацию. Он документировал её и помещал в свою библиотеку. Чем больше информации он получал, тем дольше позволял им оставаться. Он считал это справедливым. Конечно, жадные люди часто пытались добраться до библиотеки, чтобы найти древнюю информацию, которую они потеряли в своём реальном мире. Уилбур презирал жадных людей, но пока они снабжали его новой информацией, он неохотно позволял им это. И, конечно же, если бы человек дал ему ложную или поддельную информацию… Уилбур без колебаний выслеживал их даже в человеческом мире и питался их мозгами. Если они не делились информацией добровольно, он добывал её другими способами. Это была честная сделка, не так ли? Единственными людьми, которым не нужно было ничего делать, чтобы заслужить его доброту, были дети. Уилбур обожал детей. Они были невинными маленькими созданиями, чей разум постоянно впитывал каждую крупицу информации, которую им давали. Как и он сам. Они были похожи на маленькие губки. Они не были жадными. Они просто хотели знать. Они хотели задавать так много вопросов и хотели учиться. Уилбур был более чем рад помочь. Дети нечасто оказывались в Закулисье. Как правило, это происходило случайно или из-за сущности, которая хотела полакомиться лёгкой добычей. К таким сущностям относились неодобрительно, и их часто съедали. Благодаря доброте Уилбура и его опыту общения с детьми, другие сущности часто отправляли их к нему. Уилбур, конечно, не возражал. Он с радостью показывал им свою детскую комнату, полную игрушек и книг. Он позволял им играть там столько, сколько они хотели. Когда они просили отпустить их, Уилбур помогал им выбраться из подсобных помещений и вернуться к своим семьям. Уилбур почувствовал, как Фил пытается проникнуть на его уровень, внезапный толчок, прежде чем что-то упало. Сначала он не придал этому особого значения. Он был закрыт и не хотел, чтобы кто-то бродил по его дому или заходил в гости. Фил бы понял. Но, услышав, как его имя выкрикивает крошечный, испуганный голос, Уилбур отпер дверь и направился в сторону шума. Он принял облик чернил и прокрался по земле в коридор рядом с библиотекой. Он протиснулся внутрь стен, двигаясь по внутренним стенам так быстро, как только мог. Голос был прямо перед ним, Уилбур просочился сквозь обои и открыл глаз. Свет был выключен, но это не мешало ему видеть. Маленький мальчик убегал от безмозглой сущности. Она не сводила глаз с ребёнка, протягивая к нему руки, чтобы поглотить его. Сейчас это было бы просто неуместно. Уилбур презирал этих безмозглых тварей. Они появлялись в таких коридорах между комнатами и часто служили бесплатной едой для существ, обладающих сознанием. Они также нападали на странников, в том числе на детей. Уилбур размазал чернила по обоям, нарисовав стрелку в том направлении, куда мальчику нужно было идти, чтобы добраться до библиотеки. Он надеялся, что ребёнок последует его указаниям. Он бы предпочёл не забирать малыша самому в таком виде. Странники часто находили чернила и грязь неприятными на ощупь. Загорелся свет, и глаза мальчика расширились, когда он увидел стрелку. Как он и надеялся, блондин свернул в коридор в направлении стрелки. Уилбур продолжал двигаться сквозь стены, создавая всё больше и больше стрел, которые приближали его к двери. С каждой секундой безмозглое существо приближалось, становясь всё ближе к малышу. Уилбур наблюдал, как маленький ребёнок споткнулся о своё одеяло и упал на пол. Уилбур позволил себе стекать по стенам, чернила скапливались на полу. Ребёнок издал испуганный звук, когда его нога погрузилась в чернила, но это его не остановило. Уилбур изо всех сил старался помочь мальчику выбраться из маленькой лужи, подталкивая его к двери, прежде чем повернуться к существу. Как только оно оказалось в пределах досягаемости, его острые как бритва когти протянулись и схватили его. Его пасть широко раскрылась, когда другие его когти начали разрывать и терзать добычу, опуская её в пасть и с лёгкостью поглощая. Затем он снова распластался на полу, довольный своей небольшой трапезой, и оглянулся. Дверь была открыта, а значит, мальчик ушёл. Уилбур почувствовал присутствие малыша в своей библиотеке. Он быстро подошёл к двери и тоже вошёл. ─┉┈◈◉◈┈┉─ Томми закричал, когда упал в дверь, его горло горело от того, как сильно он кричал и умолял о помощи. Его тело изогнулось, глаза закрылись, когда он приготовился к удару. Только чтобы почувствовать, как холодный пластик обволакивает его, а в ушах раздаётся громкий звук. Это было похоже на… Площадка для игры в мяч? Томми открыл глаза, и перед ним замелькали яркие цвета. Он потянулся, пытаясь удержаться на ногах, и приподнялся. Он моргнул, легкие все еще тяжело вздымались, когда он огляделся вокруг. Комната была довольно большой. Стены были выкрашены в небесно-голубой цвет, а по бокам были нарисованы облака и деревья. Вдоль задней стены тянулась большая книжная полка, на которой аккуратно стояли детские книги. На ковре были нарисованы маленькие дороги и здания, изображавшие большой город. Повсюду были игрушки, расставленные вдоль другой стены в маленьких коробках. Они были разложены по типам. В данный момент он сидел в яме с шариками. С небольшого батута в него спускалась горка. Вдоль стены стояла большая доска, на которой разными цветами были написаны буквы и цифры. Томми шмыгнул носом, встал и выбрался из ямы. Его пальцы вцепились в рубашку, и сердце упало, когда он понял, что больше не держит плюшевого мишку и одеяло. Слезы начали наворачиваться на глаза, и он, икая, свернулся калачиком. Неважно, что это место казалось гораздо более дружелюбным. Неважно, что там были другие игрушки, с которыми можно было поиграть. Томми хотел свою плюшевую игрушку и одеяло. Он хотел пойти домой. Так ли это? Действительно ли он хотел вернуться домой к людям, которые, казалось бы, отдали его? Неужели он неправильно понял, что происходит? Он не знал. Он знал только, что хочет свою овцу и своё одеяло. По его щекам покатились крупные слёзы, и он съёжился, а по комнате эхом разнеслись его рыдания. Его дыхание сбилось, когда погас свет, а сердце подпрыгнуло. Только не снова. Пожалуйста, только не снова. Он схватился за голову, крепко зажмурив глаза. Просто покончи с этим. Он больше не хотел здесь находиться. Со страшными звуками и пугающим светом. Он ненавидел тишину и то, как его собственные рыдания эхом отдавались вокруг него. Снова зажегся свет, и Томми приоткрыл один глаз. Он удивленно моргнул, глядя на доску, на которой аккуратными буквами было написано два слова. Что случилось? Томми наклонил голову, и слёзы слегка размыли слова, когда он икнул. — Мой… мой плюшевый мишка. И моё одеяло. Я уронил… уронил их. Томми уставился на доску, ожидая, что кто-нибудь подойдёт и напишет что-нибудь на ней. Но никто не подошёл. В комнате снова воцарилась тишина, и только Томми шмыгал носом, переходя от стены к стене. — Хэй? — Спросил Томми. Свет снова мигнул, и Томми от неожиданности подпрыгнул. Через мгновение свет снова включился. В центре комнаты лежало его одеяло, поверх которого аккуратно была разложена плюшевая овечка. Томми прыгнул вперёд, схватил вещи и прижал их к груди. Он уткнулся лицом в мягкую овечью шерсть и зарыдал. Он позволил всему выплеснуться наружу, страху и предательству хлынуть наружу и намочить ткань. Он не понимал, что происходит дальше. Он не знал, где он был. Ничто не имело смысла. Эти вещи это не имело смысла. Мама и папа говорили, что монстров не существует. Но сегодня он видел их так много. Он мог бы прямо сейчас оказаться в логове одного из них. Замигали огни, и Томми поднял взгляд, чтобы увидеть, что появились новые слова. Всё будет хорошо. Не плачь. Меня зовут Библиотекарь. Но ты можешь называть меня Уилбур. А как тебя зовут? Томми слегка оживился, в его глазах заблестела искорка надежды. — Уилбур? Ты Уилбур? Человек-птица сказал мне найти тебя. И что всё будет хорошо. Я не знаю, лгал ли он… он был очень страшный… — Томми приподнял одеяло, чтобы лучше прикрыть лицо, и услышал, как кто-то хихикает. Это было повсюду, окутывая его липким, успокаивающим чувством. Он не понимал, почему ему стало так хорошо. Он даже не заметил, что его слёзы высохли. — О, и меня зовут Томми… — добавил он, слегка покраснев. Огоньки снова замигали, появилось новое сообщение. Приятно с тобой познакомиться, Томми. Не мог бы ты рассказать мне, как ты сюда попал? Ты помнишь? Томми съёжился, закусив губу. — Ну… мама с папой отправили меня спать. Но я не мог уснуть, потому что был очень голоден, и я слышал, как они разговаривали новыми голосами, которых я никогда раньше не слышал. Поэтому я пошёл посмотреть, и там были эти два больших, страшных чудовища. Одно было птицей, а другое… похоже на свинью? Я думаю… я не особо на него смотрел. Было очень темно. — Томми поежился от воспоминаний, его пальцы на ногах поджались, когда он вспомнил, какие чувства бушевали внутри него. — Они сказали,… Они сказали, взять меня вместо них. Свет мигнул, и тишину прорезал сердитый рык. Томми вздрогнул и схватился за спинку стула, чтобы не упасть, когда комнату затрясло. Мальчик закричал, крепко сжимая в руках свои вещи. Свет погас, на табло появилось новое сообщение. Мне жаль. Мне отвратительны поступки твоей матери и отца. Люди должны любить своих детей и заботиться о них, чтобы обеспечить их выживание. Томми шмыгнул носом, потирая глаза кулаками. — Я думал, они любили меня. Я... думал, что они любят меня. — Он икнул, грудь подпрыгивала при каждом вдохе. Он так много плакал за такое короткое время. Ему казалось, что это оправданно. — Потом они просто отдали меня. И монстры сказали, что собираются съесть меня, и я был так напуган, и… — он подавился рыданием. — И я даже не знаю, в безопасности ли я, и я напуган, и я не знаю, где я, и за мной гнался страшный монстр, и… Свет погас и снова включился, на табло появилось новое сообщение. Здесь ты в безопасности. Никто, кроме меня, не может войти в эту комнату. Ты можешь делать здесь всё, что пожелаешь. Никаких правил. Ты можешь оставаться здесь столько, сколько пожелаешь, и можешь уйти в любой момент. И раз уж ты голоден… Фальшивая игрушечная микроволновка открылась, и из неё повалил восхитительный запах. Маленький игрушечный холодильник рядом с ней тоже открылся, и из него полилась ледяная вода. У Томми потекли слюнки, когда он почувствовал запах, и он уже полз к нему. Он заглянул внутрь, протянул руку и вытащил тарелку со свежими куриными наггетсами. Они были в форме маленьких динозавриков, и Томми улыбнулся. Он чувствовал, как по его лицу текут липкие слёзы, но не обращал на них внимания. Еда. Еда безопасна для употребления, а вода безопасна для питья. Если тебе что-то понадобится, просто попроси. Тебе это дам. Не стесняйтесь играть с любыми игрушками. Томми откусил кусочек курицы и растаял от её вкуса. Она была восхитительной. Откуда здесь такая вкусная курица? Томми хотелось плакать ещё сильнее. На этот раз от радости. Но его глаза были сухими, ни одной слезинки не выступило. Вместо этого он схватил бутылку с водой и сел на маленький зелёный диванчик в центре комнаты. Он принялся за еду, жуя и глотая так быстро, как только мог его маленький рот. Свет мигнул, и в его ушах раздался тихий смешок. Он был хриплым и глубоким, как будто его проецировали сквозь желе. Осторожно, малыш. Не торопись. Еду не заберут. Томми покраснел от этого имени и от того, что его поправил… кто бы это ни был. Комната? Сама комната говорила с ним? Если раздался смех, значит, поблизости наверняка было тело? С другой стороны, здесь вообще ничего не имело смысла. Бесконечные коридоры и монстры с глазами на руках. Томми доел еду, медленнее и осторожнее, чем раньше. Затем он выпил воды, издав довольное мычание. Затем мальчик повернулся к остальным игрушкам в комнате. Уилбур сказал, что он может с ними поиграть… Значит, ему можно, да? Никто его не останавливал. Томми спрыгнул с дивана и оглядел корзины с разноцветными игрушками. Каждый шаг к игрушкам давался ему неуверенно и неловко. Ему казалось, что за ним наблюдают, следят за каждым его движением. Он открыл корзину, и его глаза загорелись при виде машинок внутри. Томми улыбнулся, копаясь в коробке и забыв о монстре, который наблюдал за ним. Он выбрал несколько, осмотрел их и отложил в сторону. Он не хотел быть слишком жадным. Ему хватило бы и пары. Он бы выбрал... одну. Да, одна была идеальной. Томми положил остальные обратно, пытаясь скрыть хмурое выражение лица. Он не был эгоистом. Он не хотел, чтобы его выгнали или забрали игрушки. Он сел и повел машину по покрытой ковром дороге. Хочешь ещё? Я видел, как ты на них смотрел. Можешь взять столько, сколько захочешь. Томми прикусил губу, возился с машиной и смотрел в сторону стены. — Просто не хочу создавать проблем. Не хочу устраивать беспорядок. На мгновение воцарилась тишина, а затем раздалось несколько громких ударов. Томми вздрогнул и посмотрел на коробку с игрушечными машинками, но увидел, что все они лежат на полу. Они вдруг начали скользить по ковру, колеса вращались сами по себе, и машинки разлетелись по комнате. Томми хихикнул, и на его лице расплылась широкая улыбка, когда он увидел, как мимо него проносятся машины. Они начали описывать круги вокруг его ног. Томми рассмеялся, когда они окружили его, оглядываясь на доску. Ну вот, я всё испортил, теперь тут такой хаос. Здесь нет никаких правил. Ты можешь делать всё, что захочешь. Томми ухмыльнулся, протянул руку и схватил одну из машинок. Остальные остановились, позволив мальчику окинуть взглядом все виды машинок, чтобы самому прокатиться по ковру. Томми не знал, как долго он играл. Минуты, часы он понятия не имел. Но ему было всё равно. В комнате не было часов. Томми улыбнулся и подбежал к корзине с игрушками, открыл его и стал рыться в игрушках. Машинки сами вернулись на свои места и встали на полку где раньше стояли. Мальчик схватил игрушечный пистолет, хихикая про себя, направил его на стену и выстрелил. Он выстрелил ещё несколько раз, высунув язык и пытаясь попасть в самую середину стены. Он вскинул кулак в воздух, когда его пуля попала в цель, и на его лице расплылась улыбка. — Ты это видел?! Я великолепен! Вокруг него раздался тот же смешок. Я видел. Это было очень мило. Томми расцвёл от похвалы, но тут же нахмурился. — Эй, э-э… Уил? Да? — Я могу тебя увидеть? — спросил Томми, наклонив голову набок. В комнате воцарилась тишина, прежде чем погас свет. Не думаю, что тебе очень хочется увидеть мою истинную форму. Это может быть довольно… тревожно. Лицо Томми вытянулось. — О. Ты уверен? Ты очень милый и… И я хочу с тобой познакомиться. Звук удара. У меня есть идея. Томми подпрыгнул, когда дверь распахнулась, и из неё высунулся рулон бумаги. Бумага внезапно начала разворачиваться на полу, растягиваясь во всю длину. Открылся ящик, в котором лежал большой набор мелков и цветных карандашей. Нарисуй меня. Томми моргнул. — Но… я не знаю, как ты выглядишь? Замигали огоньки. Нарисуй, как, по-твоему, я должен выглядеть. Используй своё воображение, ты не можешь ошибиться. Томми прикусил губу, подходя к столу с принадлежностями. Он взял несколько цветов и лёг на живот у края бумаги. — Мне использовать всю бумагу? Используй столько, сколько захочешь. Сделай в натуральную величину. Томми кивнул, постукивая пальцем по подбородку. Как, по его мнению, выглядел Уилбур? Он набросал базовую человекоподобную фигуру. Она была не совсем правильной, пропорции были нарушены. Один глаз был больше другого, поэтому Томми добавил ещё один глаз с левой стороны листа. Он сделал несколько коричневых пушистых волосков, которые торчали в разные стороны. Затем он взял красный цвет и раскрасил радужки трёх глаз. Хорошо.… основная фигура была сделана. Что теперь? Томми что-то промурлыкал себе под нос, улыбаясь и придумывая, что бы ещё добавить. — У тебя очень приятный смех. Он звучит как песня, как у русалок в фильмах! — Томми нарисовал несколько кривых чешуек, высунув язык и сосредоточившись. Это… очень мило. Я рад, что мой голос можно сравнить с голосом мифологических сирен. Томми улыбнулся. — О! И крылья! — Томми добавил крылья, изо всех сил стараясь вспомнить, как они выглядят. Ему не хотелось добавлять перья, поэтому он просто сделал их кожистыми, как у летучих мышей. Крылья? — Потому что они крутые! И ты тоже крутой! Так что у тебя есть крылья. Раздался звук походий на низкое мурчание, и Томми, не придав особого значения приятному звуку, продолжил рисовать очень длинный хвост. Слишком длинный, учитывая остальные пропорции. — И хвост тоже. Потому что я думаю, что с помощью хвоста можно открывать разные вещи. Например, ящики! Томми добавил несколько чешуек на хвост, болтая ногами в воздухе. Затем он заполнил хвост чешуйками и добавил несколько на крылья, раскрасив их в тёмно-синий цвет. Затем он встал и отступил на шаг, чтобы полюбоваться своей работой. Возможно, он сделал рисунок немного больше, чем среднестатистический человек. Но это было нормально, Уилбур, вероятно, был очень высоким. — Все я закончил! Превосходно. Очень хорошо сработано. Сделай шаг назад. Свет внезапно резко замигал, и Томми испуганно втянул воздух, когда лампочки зажужжали и затрещали. Бумага смялась и растянулась, прижимаясь к рисунку. В комнате стало темно, и Томми отступил на шаг, услышав, как что-то рвётся и трещит. Томми ударился спиной о стену и крепко сжал в руках карандаши, когда в комнате стало совсем темно. Слезы внезапно начали накатываться, единственным звуком было учащённое дыхание Томми. Томми моргнул, и его глаза расширились при виде трёх красных огоньков, светящихся в темноте. На лице мальчика страх сменился любопытством, он прищурился. — Уилбур? Свет снова включился, и я увидел высокого гуманоидного зверя. Из спины существа торчали кожистые крылья разной длины. Одна рука волочилась по полу, а другая доходила лишь до колена. Чешуйки усеивали его лицо, а из-под губ выглядывала небольшая улыбка с торчащими зубами. Существо подняло когтистую руку и помахало. — Привет. Голос был хриплым и старческим, как будто он никогда раньше не разговаривал. Существо кашлянуло, чтобы прочистить горло. — Привет. Томми уронил карандаши, разинув рот. Существо, Уилбур , неловко шаркнуло ногой. — Извини. Тебе не нравится эта форма? Томми вдруг расплылся в улыбке, бросился к существу и обхватил его маленькими ручками за колени. Его руки даже не могли полностью обхватить его. Он посмотрел на Уилбура, и в его глазах заплясали огоньки, а зубы сверкнули. — Ты выглядишь потрясающе! — Мальчик хихикнул. Мужчина криво улыбнулся, расплывшись в улыбке, и, обхватив Томми своей длинной рукой, поднял его. Томми просто вцепился в его рубашку и затряс её. — Ты такой крутой! Как ты это сделал? Уилбур шмыгнул носом. — Ты ведь помог мне, малыш? Это было не сложно, когда ты помог мне создать новую форму. Томми вдруг ахнул, подпрыгивая в руках Уилбура. — Это значит, что ты можешь поиграть со мной? Мы можем поиграть? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Уилбур рассмеялся, и этот звук был таким же музыкальным, как и прежде. — Конечно, можем, солнышко. Во что нам поиграть? Томми поставили на пол, и мальчик убежал открывать ящики. Он достал набор машинок. — Помоги мне сделать самую лучшую трассу! Уилбур кивнул, наклонился и помог мальчику установить деревянные рельсы на место. Томми был так счастлив! Уилбур был здесь, с ним, и играл с ним! Кто-то играл с ним впервые за долгое время. Томми почувствовал, как на снова глаза наворачиваются слёзы, но быстро вытер их и продолжил улыбаться. Он так сильно улыбался, что ему было больно. Уилбур уже был так добр к нему. Он не знал, почему это существо было таким мягким и нежным, но не собирался жаловаться. Даже если он шёл прямо в ловушку, он собирался насладиться этим маленьким моментом веселья. Пройдя по всей комнате, Томми зевнул. Уилбур погладил его по голове когтистой рукой. — Ты хочешь спать, малыш? Томми кивнул, протирая глаза. — Мммм... — Тогда давай вздремнем, милый. Хвост обвился вокруг его талии, поднимая его в воздух. Тело Томми расслабилось, и хвост перенёс его через всю комнату на мягкий диван. Уилбур взял одеяло Томми, накрыл им мальчика и дал ему синюю овечку. Томми схватил его и прижался к ткани. — Спасибо, Уилби. Спокойной ночи. Уилбур заворковал, взмахнув крыльями и покачивая хвостом. Он провёл когтями по волосам Томми, слегка мыча рандомную мелодию, прежде чем отстраниться. Его лицо стало серьёзным, и он сделал несколько шагов к стене. Его тело начало медленно таять, из глаз и рта потекла чёрная слизь, похожая на кислоту. Он проскользнул сквозь трещины в стенах, просочившись сквозь них, прежде чем выйти на другую сторону. Перед ним предстала его огромная библиотека. Она тянулась к небу так высоко, что едва виднелась её верхушка. Казалось, что книжные полки тянутся бесконечно. Чернильная субстанция растеклась по полу, скользя по деревянным полам, пока не достигла большой двери. Из чернил показался коготь, потянувший за дверную ручку. Уилбур провалился вниз, в большую шахту. Стены вокруг изгибались и вращались, одновременно разрушаясь и восстанавливаясь. Канал, ведущий на другой уровень. Всего через секунду Уилбур приземлился на пол. Перед ним была небольшая комната. На стене висел телевизор, освещая комнату единственным источником света. На экране мелькали помехи, а звук гудел и сотрясал его изнутри. Перед телевизором стояли стулья, и на этих стульях сидели те, с кем он хотел поговорить. Фил и Техно. Они уставились на тёмное пятно на полу, переглядываясь друг с другом. Уилбур медленно поднялся с пола, опираясь на когти, и зашипел. — О чем ты только думал, когда бросил ребенка в подсобке одного? Его чуть не съел безмозглый. Фил поднял руки вверх. Его клюв щёлкнул, а перья взъерошились. — Мы собирались оставить его внутри библиотеки. Но кто-то не сказал нам, что он закрыл дверь для посетителей. Уилбур сердито посмотрел на него. — Ты всё равно оставил его. Техно пожал плечами. — Мы дали ему твоё имя. Мы знали, что ты его найдешь. И ты его нашёл, не так ли? Уилбур заворчал, чернила соскользнули с его формы и расплескались по полу. — Я нашёл. Пока он в детской читальне. Но почему ты бы вообще привел ко мне ребенка? Правда ты нашел его в своих комнатах? Техно фыркнул. — Нет. Мы забрали его у родителей. Библиотекарь снова зашипел. — И теперь ты заставляешь меня вернуть его? Ты же знаешь, как я отношусь к похищению детей. — Его фигура задрожала, и в слизи появились что-то похожее на глаза. — Ты посмел нарушить наш кодекс? Техно закатил глаза, а Фил успокаивающе замахал руками. — Расслабься, расслабься, — сказал Фил, и Уилбур перевёл на него взгляд. — Его родители предложили его нам, чтобы мы его съели. Мы решили, что будет лучше, если ребёнка не будет рядом, когда мы неизбежно поглотим их, поэтому мы решили заключить сделку, чтобы продлить их контракт в обмен на мальчика. Мы отдали его тебе, потому что… — Фил ухмыльнулся, обнажив острые как бритва зубы. — Ты был так одинок в последнее время. В твоей библиотеке очень мало посетителей, не говоря уже о тех, кто тебе действительно нравится. Мы решили, что тебе не помешает новое дополнение. Уилбур заурчал, и его глаза снова стали жидкими. Ему хотелось немного побыть в компании. В какой-нибудь хорошей компании. Последний человек оставил после себя беспорядок, но маленький Томми был так мил, что старался этого не делать. Уилбур действительно любил проводить время с детьми людей. Кто бы мог это ненавидеть? Они задавали так много вопросов и просто хотели исследовать всё подряд. Они никогда не довольствовались тем, что знали. Уилбур любил находить единомышленников. Всегда хотел знать, почему, почему, почему. Маленький Томми просто хотел поиграть, а Уилбур не мог дождаться, когда начнёт ему читать. Чтобы научить его всему, что есть в библиотеке. Но, увы, Фил и Техно, возможно, поторопились. Уилбур никогда бы не стал заманивать малыша в ловушку в этом месте. Человеческий разум может постичь лишь ограниченное количество знаний. Быть здесь, значит в конечном счёте измениться. А Томми, возможно, не хочет меняться. Но впервые у Уилбура появился шанс. Шанс по-настоящему взять ребёнка под своё крыло и дать ему все знания, которые он только может пожелать. Уилбур будет заботиться о ребёнке столько, сколько тот пожелает, а когда ребёнок будет готов покинуть укрытие библиотеки, Уилбур предложит ему эти стены в качестве постоянного убежища. Его руки и голос будут принадлежать Томми, если тот того пожелает. Мальчик уже создал ему новую форму, и Уилбур нашёл её довольно милой. — Очень хорошо. Если ребёнок захочет уйти, я попрошу вас двоих помочь мне найти подходящую семью. Если он захочет остаться, я возьму его к себе. Техно закатил глаза. — Наконец-то нам не придётся слушать, как ты постоянно ноешь о том, как ты несчастен. Уилбур ощетинился. — Я не ною. Не говоря уже о том, что не делаю этого постоянно. Техно разжал и сжал копытце, прислушиваясь к его стуку, и стал насмехаться над библиотекарем. — Меме, я Библиотекарь, и никто меня не любит. Люди только используют меня. Меме-меме. — Тебе повезло, что я не утопил тебя, — игриво прошипел Уилбур в ответ. Техно ухмыльнулся. — Да, да, книжный червь. А теперь иди позаботься о своём ребёнке. Через мгновение чернила впитались обратно в пол и исчезли из виду. ─┉┈◈◉◈┈┉─ Когда Уилбур возвращался в детскую, он почувствовал, что внутри что-то не так. Уилбур бросился к комнате и быстро заглянул внутрь. По лицу мальчика текли слёзы, он сжимал в руках одеяло и игрушку. В комнате раздавались рыдания, и Уилбур вошёл внутрь. Мальчик вздрогнул, увидев, как чернила просачиваются сквозь обои, и широко раскрыл глаза, когда они поднялись с пола и начали застывать. Форма, которую мальчик нарисовал для него, была красивой. Уилбур не совсем таким себя представлял, но именно поэтому это было так интересно. Рассуждения Томми о каждом из дополнений были такими милыми. Уилбур считал себя более... бесформенным. Но он предположил, что это потому, что он был таким. Он был чернилами на бумаге. Он был зернышком внутри самого пергамента. Он был таким, каким его кто-то сделал. Он был воплощением творчества. Единственным ограничением его собственного существования было ограничение искусства: Никакого. Это было увлекательно быть тем, кем его сделал Томми. Мальчик подбежал к нему, врезался в его ноги и обхватил его своими маленькими ручками, как только мог. — Я проснулся, а тебя уже не было! Я подумал- — что это был сон — проворковал Уилбур, поднимая мальчика на руки и обнимая его. — Это был не сон. Я настоящий. И я никуда не иду. Никуда. Я просто пошёл поговорить с несколькими друзьями, я не ожидал, что ты так быстро проснёшься. — Уилбур постучал себя по носу, из-за чего мальчик скосил глаза. Мальчик шмыгнул носом, слегка успокаиваясь, и прижался к Уилбуру, ища защиты. — Мне приснился страшный сон. Прости, что разбудил. Уилбур провёл рукой по голове и спине Томми и цокнул языком. — Так не пойдёт. Почему бы мне не почитать тебе сказку, а ты поспишь ещё немного? Обещаю, что на этот раз я не уйду. Томми кивнул, уткнувшись ему в грудь. Уилбур дотащился до дивана и сел на край. Он уложил Томми на колени, позволив мальчику использовать их в качестве подушки. Уилбур протянул длинную руку через всю комнату и взял с полки книгу. Томми с большим интересом наблюдал, как существо перелистывает страницы. Уилбур хмыкнул, улыбаясь мальчику острыми зубами. — Это хорошая книга! Она называется «Не бойся монстров под кроватью». Настоящая классика. Итак, — Уилбур начал читать. — Давным-давно жил-был маленький мальчик по имени Томми. О боже! Какое совпадение. Этот маленький мальчик очень боялся темноты. Он всегда слышал шумы, доносившиеся из-под его кровати! Монстр! кричал он. Но он и не подозревал… у этого монстра было имя. Его звали Уилбур, и он совсем не был страшным! Мальчик сонно хихикнул, услышав, как изменились их имена. Как глупо со стороны Уилбура было сделать их имена одинаковыми, но это так успокаивает. Уилбур продолжал читать, время от времени проводя рукой по волосам мальчика и по его бровям. Крошечные веки закрылись, и крошечные лёгкие размеренно задышали. Уилбур не двигался, просто наслаждаясь моментом. Он надеялся, что этот маленький человек решит остаться. Он мог бы предложить ему так много! Так много любви и привязанности. Так много знаний. А Томми мог бы стать ему хорошим другом. Человеком, который придумывал бы всё за него. Томми мог бы превратить его в дракона, или ведьму, или сирену. Уилбур мог быть кем угодно, кем хотел Томми. Как волнующе. ─┉┈◈◉◈┈┉─ Томми захихикал, перебирая ногами. Уилбур в данный момент стоял перед ним, разыгрывая роль из книги, которую читал Томми. Это была история сирены, потерявшей своего ребенка. У сирены и его жены украли ребенка! И им пришлось забрать его у злых людей. Томми нравилось, что Уилбур всегда заменял имена героев на их. Уилбур всегда называл себя его отцом, и это его успокаивало. В конце каждой истории герои обнимались, и так же они с Уилбуром всегда заканчивали свои вечера! Или, ну, в какое бы время суток это ни было. Время здесь, похоже, работало не совсем так, как раньше. Но Томми не возражал. Потому что Уилбур делал его пребывание здесь таким интересным и весёлым! Уилбур даже принёс ему кое-что из реального мира. Томми не знал, откуда оно взялось, но существо подарило ему Нинтендо Свитч! Уилбур сказал, что попросил своих друзей забрать его. Томми хотел бы однажды встретиться с этими друзьями, но Уилбур сказал, что это займёт какое-то время, потому что они не такие… дружелюбные, как он. Томми был не против, если честно, его здесь всё ещё немного пугали. Все было просто немного не так. Возможно, дело было в освещении. Но все было в порядке! Томми отлично проводил время. Уилбур читал ему, играл с ним, смешил и называл его "Солнышко" и другими ласковыми именами! И, что самое важное, мужчина обнял его. Уилбур никогда не уклонялся от прикосновений. Он обнимал Томми изо всех сил и обнимался так долго, как Томми хотел. С тех пор, как Уилбур впервые оставил его одного, он никогда больше не уходил, не сказав, где он будет и как долго. И никогда не уходил, пока он спал, на случай, если ему снова приснится кошмар. Как ни странно, это было идеально. Томми получал всё, что хотел, и каким-то образом комната, казалось, расширялась, вмещая всё, что у него было, так что у него никогда не заканчивалось место. Комната сама себя убирала. Или, может быть, это делал Уилбур. Трудно было сказать наверняка. Уилбур был таким идеальным. Он был всем, чего Томми хотел от отца. Добрым, любящим и таким внимательным. Томми нуждался в Уилбуре, а Уилбур нуждался в Томми. Но Томми знал, что рано или поздно игра закончится. Уилбур, конечно, захочет, чтобы он ушёл. Они не могли так продолжаться вечно. Не могли? Томми понял, что это значит, когда Уилбур усадил его. Он не знал, как долго пробыл там. Ему казалось, что прошли годы этого блаженного времени, но, возможно, это были всего лишь месяцы. Время невозможно было отследить, учитывая, что он не выглядел ни на день старше, чем когда приехал сюда. Уилбур сел напротив него на диван и улыбнулся как можно мягче. — Солнышко, мне нужно кое о чём с тобой поговорить. Томми поерзал на своем сиденье. — Что случилось? — Ничего страшного, дорогой, — сказал он. — Мне просто нужно было поговорить с тобой о том, как ты здесь живёшь. О. Так и есть. Томми засиделся у нас. Томми нахмурился, глядя в пол. — Тебе нужно, чтобы я ушёл, да? Мне нужно домой? Уилбур обхватил его лицо так быстро, что Томми подпрыгнул. — Нет-нет, ш-ш-ш. Ничего такого. Я хотел поговорить с тобой, потому что ты здесь желанный гость. Я хочу, чтобы ты остался здесь… навсегда. Я хотел, чтобы ты сам выбрал: вернуться к новой человеческой семье или остаться здесь со мной навсегда. Томми моргнул. Он мог бы остаться? Он мог бы остаться! Мальчик схватил Уилбура за запястье, прижимаясь к его рукам. — Я хочу остаться. Можно я останусь с тобой? Ты можешь быть моим папой навсегда? Уилбур практически замурлыкал, прихорашиваясь, когда подхватил мальчика на руки и крепко прижал к себе. — Да. Но тебе следует кое-что знать. Долгое пребывание здесь может вызвать… изменения. Ты готов к такому? К тому, что твоя… человечность исчезнет. Томми отстранился, вглядываясь в глаза существа. В них не было ничего властного или нервного. В его голосе не было дрожи. Просто констатация факта. Это место было странным, и оно сделало бы его таким же странным. Томми понял, что ему всё равно. Его и так считали странным, и он не возражал бы против того, чтобы быть таким же странным, как его отец. Томми снова прижался к отцу. — Я уверен. Я хочу остаться. Уилбур поцеловал его в макушку, ухмыляясь. — Дом. Добро пожаловать домой, мой малыш. Томми прихорашивался. О, быть любимым монстром. Найти дом в странном и удивительном мире. Где-то между обычным и сверхобычным Томми нашёл своё место. Какое прекрасное место. ─┉┈◈◉◈┈┉─ В будущем, возможно, легенда о Библиотекаре изменится. Одинокое порождение тьмы больше не будет бродить по залам в одиночестве. Скорее, слышался постоянный скрип колес. Маленькая фигурка толкала тележку, полную книг, по бесконечным коридорам. Его тележка всегда была полна, он менял одну книгу на другую. Если путешественники вежливо просили, маленькое существо помогало им найти то, что они искали. Но даже малейшее проявление неуважения приведёт к вашей кончине. Болезненной и медленной. Библиотекарь не потерпел, если с его маленьким помощником обходились хоть немного грубо. И не смейте входить в детскую библиотеку. Она закрыта. Входить могут только Библиотекарь и его помощник. Дети рассказывают другую историю. Хотя никто не любит их слушать. Наивные малыши, которые не понимают истинного ужаса того, чему они, должно быть, стали свидетелями. Но если вы прислушаетесь, то услышите, как они говорят о мальчике и его существе. О мальчике, чей смех озарял комнату. О мальчике, у которого были все игрушки, какие он только хотел, и которым он делился с ними во время их пребывания здесь. Они рассказывали историю о существе, которое присматривало за ними и играло с ними в «расскажи историю». Они рассказали историю об отце и сыне, которые позаботились о них перед тем, как отправить в путь. Они бы рассказали историю о чем-то экстраординарном.