На краю пропасти

Танджиро открыл глаза. В помещении бабочек было неестественно тихо. Обычно здесь царил умиротворяющий шелест крыльев, приглушенные голоса девочек-помощниц, смешивающиеся с ароматом целебных трав. Но сейчас… Сейчас была звенящая, словно натянутая тетива лука, тишина. Тишина, предвещающая бурю. Боль пронзила тело, напоминая о вчерашней битве. Раны еще кровоточили под повязками, каждый вдох отдавался острой болью в ребрах. Собрав волю в кулак, Танджиро сел, с трудом опираясь на дрожащие руки. За дверью послышался приглушенный шепот, прерываемый резкими, гневными выкриками. Танджиро нахмурился. Что происходит? Неужели нападение демонов? Но почему тогда так тихо? Почему нет сигнала тревоги? Он несмело поднялся на ноги, стараясь не потревожить ноющую боль в мышцах. Шатаясь, словно пьяный, он подошел к двери и осторожно приоткрыл ее. То, что он увидел, заставило его сердце пропустить удар. В коридоре стояла толпа. Столпы. Все. Их лица были обращены к нему, но их взгляды… В их взглядах не было привычного дружелюбия и уважения. Там были подозрение, презрение, разочарование… Ярость. Но не у всех. Гию Томиока стоял в стороне, его лицо, как всегда, было непроницаемым, но Танджиро уловил в его взгляде какую-то невысказанную… веру? Будто он знал что-то, чего не знали остальные. А в глазах Мицури Канроджи читалось явное беспокойство и печаль, словно она заранее оплакивала его судьбу. Санеми Шинадзугава стоял в первом ряду, его лицо искажено гримасой безумной ярости. Казалось, что он сейчас взорвется. Плечом к плечу с ним стоял Игуро Обанай, его змеиные глаза, прикрытые бинтами, буравили Танджиро с нескрываемым отвращением. Казалось, что даже его змея, Кабурамару, шипит громче обычного, чувствуя исходящую от Танджиро "скверну". Танджиро почувствовал, как по спине пробежал ледяной холодок. Что-то случилось. Что-то ужасное, и он каким-то образом был в это вовлечен. -Что… что случилось? – робко спросил он, оглядывая столпов. Его голос дрожал, выдавая его страх и неуверенность. Тишина, словно густой туман, накрыла коридор. Никто не ответил. Лишь яростные взгляды Санеми и Игуро прожигали его насквозь. Наконец, Санеми сделал шаг вперед, его лицо было в дюйме от лица Танджиро. От него пахло потом, кровью и чем-то звериным, первобытным. В его глазах горела такая ненависть, что Танджиро невольно отшатнулся. -Ты… - прорычал Санеми, сжимая кулаки до белых костяшек. - Ты поплатишься за это, Камадо! Ты ответишь за все, что натворил! Я лично вырву тебе глотку, демонский выродок! Прежде чем Танджиро успел хоть что-то сказать, Санеми со всей силы ударил его в лицо. Боль была такой, что в глазах потемнело. Танджиро пошатнулся, теряя равновесие. Из разбитой губы потекла кровь. -Санеми! – воскликнула Мицури, закрывая рот ладонью. – Что ты делаешь?! Но Санеми не обратил на нее внимания. Он был ослеплен яростью. -Не смей притворяться невинным, мерзавец! – прорычал он, занося кулак для следующего удара. -Именно такие как ты оскверняют звание охотника! - прошипел Игуро, оставаясь в тени Санеми, но от его слов по спине Танджиро пробежали мурашки. Гию Томиока, до этого сохранявший молчание, внезапно шагнул вперед и перехватил руку Санеми. -Хватит, Шинадзугава, - холодно произнес он. – Это ни к чему не приведет. -Отойди, Томиока! – взревел Санеми, пытаясь вырвать свою руку. – Не мешай мне прикончить этого ублюдка! -Ты не имеешь права его судить, - ответил Гию, его голос был твердым, как сталь. – Сначала нужно разобраться, что произошло. Санеми злобно зыркнул на него, но все же опустил руку. Он знал, что с Томиокой лучше не связываться. Ведь столп камня может разозлиться и будет..не очень хорошо. К тому же, Игуро неодобрительно дернул плечом, намекая, что сейчас не время для рукоприкладства. Их план должен быть выполнен до конца. Санеми схватил Танджиро за окровавленный ворот хаори и с силой потащил за собой. Танджиро попытался вырваться, но Санеми был сильнее, его хватка была железной. Словно боялся, что Танджиро ускользнет от него. Танджиро чувствовал, как кровь прилила к лицу, как перехватывает дыхание от боли и страха. Ему было страшно. Он не понимал, что происходит, но чувствовал нутром, что его ждет что-то ужасное. Игуро и другие столпы шли следом, сохраняя мрачное молчание. Лишь изредка кто-то бросал на него презрительный или разочарованный взгляд. Они словно конвоировали его, вели на казнь. Он чувствовал себя преступником, хотя не понимал, в чем его вина. Мицури смотрела на него с явным сочувствием, ее глаза были полны слез, но она ничего не могла сделать. Она лишь беспомощно покачивала головой, словно говоря: «Прости меня, Танджиро-кун… Я не могу тебе помочь». Гию же сохранял свое обычное бесстрастное выражение лица, но Танджиро заметил, как тот исподтишка бросает на него быстрые взгляды, словно пытаясь что-то понять. Наконец, Санеми остановился перед небольшой дверью, ведущей в оружейную. Он распахнул дверь ударом ноги, отчего та с треском отлетела в сторону, и с силой толкнул Танджиро внутрь. Тот едва успел сгруппироваться, чтобы не упасть. Оглядевшись, он понял, что находится в оружейной, где обычно хранились мечи, копья, луки и другое оружие охотников на демонов. Но что-то было не так… Что-то ужасное нарушало привычную картину. Танджиро опустил взгляд на пол и замер в ужасе. Время словно остановилось. В ушах зазвенело, а перед глазами поплыли черные пятна. Он не мог поверить в то, что видел. На полу, словно груда мусора, валялись они. Обломки. Обломки катан столпов. Их священного оружия, символа их силы и преданности. Сломанные, изуродованные, оскверненные… -Что… что это? – прошептал Танджиро, не веря своим глазам. Его голос был слабым и дрожащим, словно он был смертельно болен. Он не мог понять, как такое могло произойти. Кто мог совершить такое? Санеми шагнул в комнату, его лицо было искажено яростью и презрением. Он указал на обломки пальцем, словно обвиняя Танджиро в самом страшном преступлении. -Это, Камадо, - прорычал он, его голос был полон ненависти, - последствия твоих грязных делишек! Это то, что ты натворил! Ты осквернил святыню! В этот момент в оружейную вошла Шинобу Кочо. Ее лицо было бледным, как полотно, а глаза – полны печали и… сомнения. Она посмотрела на Танджиро с сочувствием, но в ее взгляде читалась какая-то нерешительность. -Танджиро-кун… - тихо произнесла она, ее голос был почти неслышным. - Мне очень жаль… Я хочу верить тебе, но… все улики указывают на тебя. И, честно говоря, я не понимаю, зачем тебе это было нужно. В этот момент мир Танджиро рухнул. Все, во что он верил, рассыпалось в прах. Он был невиновен, он никогда бы не посмел осквернить оружие столпов, но… Никто ему не верил. Несправедливо… Это все ложь… Меня подставили… Я не виноват… - отчаянно металось в его голове. Он хотел кричать, оправдываться, доказать свою невиновность, но слова застряли у него в горле. Его словно парализовало от ужаса и отчаяния. Санеми, видя его замешательство, лишь презрительно усмехнулся. -Что, язык проглотил, демон? Нечего сказать в свое оправдание? – Он снова замахнулся для удара, но в этот раз Гию перехватил его руку еще крепче.