Размышление

Лололошка плёлся по спальному вагону штурмовиков, не чувствуя ног. Они стали мягкими как вата, а перед глазами всё плыло. Не стоило так долго задерживаться в Архее. Подойдя к своей кровати, он чуть было не потерял равновесие, пока залазил по лестнице. Материализовавшись в своём измерении, Ло не стал доходить до места отдыха, а сразу сел на пол перед ступенями к кровати. Не хотелось ничего. Мир снова стал серым, таким обычным и предсказуемым. Будто всё идёт по сценарию. Виски пульсировали, придавая тошноте бОльший дискомфорт. Ло поддался боли и опустился на пол окончательно. — Лайя… [Я открыл глаза. Раньше я был слепым котёнком, но сейчас…] Он перевернулся на бок от входа, подложив под голову руку. Тем самым, делая свои размышления хоть чуточку приятнее. [Сейчас понимаю, насколько был глуп и наивен. Думал, мы боремся за единое будущее.] [По правде, мы действительно боролись за благое дело, но ты — не совсем.] [Ты боролась за будущее с Тристаном.] Даже в мыслях было противно вспоминать о такой наглости и эгоистичности. Лицо непроизвольно поморщилось. — За собственный, мать его, комфорт! Вырвалось из его рта, сопровождаясь громким ударом ноги по лестнице. — Тсс, ай… И болью. Это разозлило Лололошку ещё больше. [Когда я мучался в Архее от концентрированного времени, даже в тот момент я не терял желание помочь невинным существам, разобраться, что происходит и остановить.] [А ты…] Нервный смешок Лололошка уже не попытался скрыть. С каждой мыслью его больше и больше сворачивало в позу эмбриона, пальцы впивались ногтями в ладони. [А ты и не против остаться в неведении. Не против смерти невинных существ. Тебе главное, чтобы организация не убила тебя и любимого. Чтобы зарплата приходила вовремя. Это ты называешь справедливостью?] Резко перевернувшись на спину и раскинув конечности в форме звезды, глаза закрылись сами по себе. Сон уже обнимал, но Ло сопротивлялся. [Я помню твои слова, что Организация слишком много утаивает. Но что ты сделала с ними? В точку! Выкинула в мусорку!] Мысли постепенно сбавляли скорость, местами замалкивая. Давая остаться наедине со сном. [Не знаю, кто из сотрудников подтолкнул тебя, Лайя. Но ты явно повелась беспрекословно, не подумав, что тобой могут манипулировать...] —... —... Власть затуманила мозг?.. Лололошка остался лежать на полу, посапывая. Напрочь забыв о бумажных угрозах, Малецки и о плане побега из поезда. В данный момент, угроза была в нём.

Стационар

[Я… Я-я сделала всё правильно… Всё правильно. Точно правильно.] Лайя всё ещё пребывала не в лучшем состоянии. Появились нервные тики, а глаза бегали из стороны в сторону. Медсестра правильно говорила, вторая отвязка гораздо хуже первой. Бонусом, здесь оказалась Луиза. В самый нестабильный момент она заставила Лайю выйти на задание, окончательно доведя её до паранойи и шизоидного бреда особенно. Всё идёт по сценарию, верно? Лайя лежала на кушетке, смотря в потолок и обнимая мистера О'Флафферти. Последнюю память, надежду на здравомыслие. Хотя бы на осознание происходящей ситуации. Хорошо, что она успела спрятать мишку перед приходом Лололошки. Лампы жужжали. — Лололошки… Малецки… Вальдхары… Никакой на вас надежды, никакой! Бормотала себе под нос Лайя, пока случайно не выкрикнула своё недовольство. Слава Организации, что никто не обернулся на неё. Это ведь психотерапевтический вагон. Она бы точно не пережила напоминания о том, что её считают неуравновешенной все отделы, что лицезрели недавнюю драку. Всё вокруг казалось нереальным, игрушечным, декоративным. Словно постановка. Вот сейчас выйдет организатор, поблагодарит зрителей за просмотр и декорации упадут. Занавес закроется. Все ошибки живы, они вместе пойдут выпить и всё будет как раньше… [П-почему, почему они думают, что я больше не нужна? П-потому, что привязалась ко времени? Нашли мне замену, козлы?] Нескончаемый поток вопросов так и рвался наружу. Так и хотелось врезать каждому по очереди за то, что они решили её кинуть. Неблагодарные. [Не обращались за помощью ни разу. Ни разу не навестили просто так. Забыли про меня. А я мучалась в этом несчастном мирке, ожидая, пока эти «принцы» придут с видом, будто ушли всего цикл назад!] Слёзы выступили на и без того красных глазах. Тяжесть этих мыслей давила сильнее любой штанги, что Лайя когда либо поднимала в спортзале. Она свернулась калачиком, укрывая себя и мистера О'Флафферти одеялом. Дабы никто не увидел её «минутной» слабости.