Глава XI

      Начало марта тысяча девятьсот девяносто седьмого года навсегда запомнилось всем британским ведьмам и волшебникам, и не только британским. Первого марта каждый подписчик Ежедневного Пророка увидел последнюю правдивую, но не менее от этого ужаснувшую большую часть британского волшебного мира новость: "Министерство пало! Министр Руфус Скримджер мёртв! Временно исполняющим обязанности министра становится Пий Толстоватый!". И это стало только началом цепи ужасных событий, ведь после установления диктатуры чистокровных фанатиков – террор и насилие со стороны Пожирателей стало вполне законным...       Третьего марта после длительных переговоров преподавательский состав во главе с директором Хогвартса были вынуждены впустить в замок два десятка сторонников Темного Лорда под видом постоянной проверяющей комиссии, которая должна была поспособствовать улучшению качества образования юных волшебников. Новый директор школы, уважаемая Минерва Макгонагалл, не могла рисковать жизнями почти тысячи учащихся, конечно же она прекрасно понимала и осознавала настоящую подоплеку дела. Воландеморт как будто бы громогласно объявлял на весь мир: "Я не захватываю силой Хогвартс и не истребляю грязнокровок, а вы впускаете моих верных сторонников для улучшения качества образования будущих поколений британских чистокровных волшебников".       Поначалу фанатики ещё какое-то время сдерживались, присматриваясь к учащимся и профессорам, обустраиваясь на новом месте, взаправду посещая лекции и оценивая их качество, но в какой-то момент вся минимально необходимая работа была выполнена и Пожирателям стало совершенно нечем заняться, вот тогда для учащихся начался полноценный ад. Предсказание Гарри оказалось пророческим: пожиратели не убивали и так не многочисленных школьников, они заставляли их использовать непростительные заклятья на других факультетах или на младших курсах в качестве профилактики и обучения нового поколения фанатиков. Конечно, никто не позволял использовать третье непростительное на студентах, но школьникам всё же приходилось убивать своих домашних питомцев и фамильяров, живность из Запретного леса. Больше всего конечно же доставалось маглорожденным, которым жить в замке стало почти невозможно, ведь не проходило и дня, чтобы кто-то из них не стал учебным или наглядным пособием для отработки новых заклинаний. «- Вставай, поганая грязнокровка! Твое наказание ещё не закончено! Наследник Маклагген, прошу вас. – почтительно попросил один из уродов, называвшим себя проверяющим, глумливо при этом улыбаясь. - Круцио! – прорычал туповатый увалень-семикурсник, мгновенно возвысившийся при новой власти, наслаждаясь страданиями и болезненным воем второкурсника с Гриффиндора, Юана Аберкромби.» «- Что ты сказал, ублюдок?! Таким, как ты, вообще не положено открывать рот в присутствии уважаемых чистокровных волшебников! Мистер Харпер, не желаете потренироваться во втором непростительном? – с интересом спросил один из проверяющих. - Конечно, уважаемый! Круцио… Круцио… Круцио, поганая грязнокровка! – повторял больной на голову пятикурсник, буквально купаясь в боли Денниса Криви.» «- Так вы говорите, что наследник Бэддок, учащийся четвертого курса факультета Слизерин, напал на вас посреди коридора, перед этим оскорбив? – вроде бы с заботой спросил один из проверяющих посреди Большого Зала. - Да… Он угрожал расправой моей семье, а потом говорил что-то о особых услугах, которые я буду ему оказывать. – произнесла раскрасневшаяся от потока своих слёз Натали Макдональд, надеясь на помощь со стороны министерского служащего, ведь она всё-таки была чистокровной. - Круцио! Круцио! Круцио! Дура, ты должна быть счастлива помогать наследнику уважаемой семьи с его потребностями! Именно для этого ты и была рождена! – чуть ли не визжал от ярости урод, буквально секунды назад претворявшийся заботливым и переживающим взрослым, сейчас же разбрызгивая тонны своих слюней по округе.»       Определенным спасением для учащихся стала компания, которая не так давно крутилась возле Поттера, незнамо куда девавшегося прямо во время зимних каникул одновременно со смертью директора Дамблдора. Избранного и последнюю надежду всех британских волшебников Новое Министерство объявило нежелательным лицом номер один и пообещало пятьдесят тысяч золотых галеонов за информацию о его местонахождении. К огромному удивлению профессоров и учащихся группу сопротивления в школе возглавил Блейз Забини при поддержке Дафны Гринграсс и Сьюзен Боунс, силовой поддержкой для них же стали близнецы Пруэтт со своими девушками. Даже так называемая комиссия не всегда решалась спорить с этой компанией, что позволяло многим представителям младших курсов избегать Круциатуса и Империо, но это также означало больше боли для самих спасителей, имевших наглость влезать в наказания грязнокровок неугодных новой власти. Заставая кого-то из сплоченной компании бунтовщиков в одиночестве где-нибудь посреди коридора, Пожиратели и фанатики среди учащихся отыгрывались всласть, мадам Помфри приходилось по несколько дней отпаивать пострадавших лучшими своими зельями, иногда даже подключая целителя Сметвика из Святого Мунго.       Но компания страдала не только от проклятий своих врагов, как многие считали из-за своей неосведомленности, их больше терзала душевная боль, ведь многочисленные письма Дафны и Сьюзен так и оставались без ответа. Гарольд Певерелл игнорировал их, не сделав исключений даже для своего нового друга Блейза и старых дружков Пруэттов. Глухая стена игнорирования, которую они так легко применили против него в конце прошлого семестра в этот раз обернулась против них. Это приводило в отчаяние мисс Гринграсс и мисс Боунс намного больше, чем жуткая физическая боль от второго непростительного. Обе девушки поддерживали активную переписку с Флёр, вынужденной переживать их непростительную ошибку в одиночестве, но и француженка оставалась в черном списке Певерелла. Они ждали и надеялись на лучшее, с каждым днём отчаиваясь всё больше и больше...

*****

      Гарольд Певерелл же проводил дни по большей части однообразно: ранний подъём через не могу, контрастный душ, обильный завтрак, жесточайшая тренировка, контрастный душ, плотный обед, обеденная медитация, дополнительная тренировка, контрастный душ, плотный ужин, расслабляющая библиотека и беспокойный сон. Его магическая мощь росла безостановочно, теория, прочитанная в библиотеке, уже на следующей тренировке превращалась в практику, а постоянно ноющее тело, израненные магические каналы и все меньше и меньше беспокоящие его болезненные эмоции утихали в послеобеденный медитациях, даря своему хозяину умиротворение и ясность мыслей, позволяя своему владельцу продолжать эту безжалостную и упорную подготовку к финальному сражению.       Многочисленные эльфы юного герцога же скакали по всей стране в поисках последних представителей ближнего круга Пожирателей Воландеморта: Эвана Розье, Торфина Роули, Трэверса, Селвина и Джагсона. Среди своего поколения они были худшими по разуму и магической силе, но в сравнении со сбродом из Лютного переулка, который набирал Воландеморт в нынешние времена взамен потерянного ближнего круга Пожирателей, они оказались лучшими и самыми опытными боевиками. Темному Лорду не оставалось ничего кроме повышения оставшихся Пожирателей из старого поколения до ближнего круга, а именно так и смогли Розье, Роули, Трэверс, Селвин и Джагсон попасть в число приближенных к своему господину, к их невероятному удивлению и радости.       Пока же удача не улыбалась эльфам Певерелла, ему самому оставалось только ожидать своего часа в бесконечной подготовке к финальной битве и планированием времени после окончательной победы над врагом. Разбирая многочисленные архивы всех трёх родов, Гарри выяснил об одном интересном факте: Генри Поттер, его великий прадед, вёл частную переписку с Георгом Пятым, а потом и с его супругой, о возможном участии британских волшебников в Первой Мировой Войне наравне с маглами. Тогда это согласовать не удалось, но традиция обмена письмами с правящей семьёй у Поттеров осталась, что-то их заинтересовало в наглом лорде Поттере. Так в тысяча девятьсот сороковом году, дедушка Гарри, Карлус писал королевской семье о возможности вступления в войну против Гитлера и Гриндевальда коалиции британских волшебников, желавших поквитаться с погаными немцами за бомбардировки Лондона. В итоге именно Карлус возглавил коалицию британских волшебников по приказу Георга Шестого и вел в бой сильнейших волшебников Туманного Альбиона. К удивлению Гарри, Карлус присутствовал и на похоронах Георга Шестого и на коронации Елизаветы Второй. Они общались до самой смерти деда, поэтому нашлись также нераспечатанные письма, ведь никто не стал уведомлять королеву и её супруга о смерти главы рода Поттер, некому это было сделать среди волшебников, многочисленные лорды Магии начали забывать своих истинных сюзеренов.       Вообще-то лорд Карлус Поттер, Лев Альбиона, был удивительно общительным человеком: при жизни дедушка Гарри вёл переписку с царской четой Российской Империи, особенно с царем Константином Вторым, ныне покойным. Но к шоку юного герцога Певерелла сын Константина, Михаил Третий пытался связаться с Карлусом около пятнадцати лет назад, но уже не застал того живым, поэтому письмо было не распечатанным. Император Михаил Третий в том письме, которое Гарольд решил прочесть, интересовался у хорошего друга своего покойного отца об угрозе со стороны так называемого нового Темного Лорда и не нуждается ли "Лев Альбиона" в помощи, русские волхвы с удовольствием бы вспомнили былые времена и уничтожили очередного фанатика чистой крови. Такие же не распечатанные письма нашлись и от Луи Фердинанда, главы Германской Империи, и от Виктора Эммануила, короля Италии, и от Хуана Карлоса Первого, короля Испании.       Гарри очень заинтересовали все эти письма одним единственным фактом: ни Российской Империи, ни Итальянского Королевства, ни Германской Империи не существовало ни сегодня, ни пятнадцать лет назад, а династия Романовых вообще пала чуть меньше восьмидесяти лет назад, как и остальные династии, представители которых предлагали помощь его деду. На логичный вопрос своего хозяина услужливый Вилли пояснил, что может для маглов династии и пали, но волшебники клялись в верности монархам и их потомкам, а не жалким маглам. Именно поэтому все эти династии до сих пор и правили, хоть и не публично, так сказать неофициально, сохранив при себе всё своё имущество, богатство и влияние. А под конец эльф вообще рассмеялся, поясняя глупому хозяину, что расстрелять или лишить прав на трон волшебную семью невозможно. Как оказалось, в большинстве династий большая часть представителей рода были довольно сильными волшебниками, а сквибы становились ширмой для маглов: королями, императорами, президентами и премьер-министрами - ведь Статут о Секретности запрещено нарушать даже правителям целых стран.       На вопрос Гарри о волшебниках из династии Виндзор и странности политического уклада в Волшебной Великобритании Вилли рассказал об одном интересном моменте: все члены забытой большинством палаты лордов у волшебников были родственниками королевской династии. Как оказалось, в крови магических Лордов текла буквально частичка крови легендарных Пендрагонов, как и у всем известных Виндзоров. Именно поэтому лорды-волшебники склонили колени перед сквибами в соответствии со Статутом о Секретности и признали их главенство над собой, ведь оно было на самом деле чисто номинальным, а британские волшебники таким образом получали защиту от бушевавшей в то время церковной инквизиции.       Именно благодаря множественным дружественным связям деда Гарольд и наметил свое будущее путешествие, было бы неплохо наладить общение со всеми этими членами правящих верхушек. А начать он решил с ответных запоздалых писем, проясняя нынешнюю ситуацию и представляясь. Получилось так: "Его/Её Величеству...,       Наследник покойного лорда Карлуса Поттера, его внук герцог Гарольд Певерелл, лорд Поттер-Блэк решил запоздало проинформировать Вас о временной смерти Темного Лорда с ноября тысяча девятьсот восемьдесят первого года по июнь тысяча девятьсот девяносто пятого года. Нынче же, Его Темнейшество временно здравствует, но спешу Вас проинформировать о полном контроле над ситуацией и отсутствии каких-либо причин для переживаний или волнений. Самозванный "Лорд Воландеморт" в течении нескольких месяцев покинет мир живых раз и навсегда в соответствии с моей на то волей.

Искренне Ваш,

Гарольд Певерелл"

      Через полчаса пять черных, как ночь, и жутко прекрасных воронов вылетели из окна совятни поместья Поттеров, разлетаясь в совершенно разные стороны и разнося весть о возвращении Певереллов, Поттеров и Блэков на политическую арену и о контроле над одной маленькой неприятностью для правящих династий Европы.

*****

- Доброе утро, дамы и господа, надеюсь вам пришлось по душе гостеприимство моих эльфов. – произнес усталый Гарольд, сидя в гостиной гостевого крыла Замка на Костях, его окружали представители родов Долохов, Малфой и Нотт, барон и лорды каким-то образом смогли вытащить своих родных из Хогвартса и лап Воландеморта. - Нас всё устраивает, господин. Благодарю за беспокойство, а также за сохранение жизни моего сына. – почтительно ответил за всех Люциус Малфой, одновременно с этим благодаря за живого Драко, но при этом блистательного лорда в данный момент очень сильно волновал только один момент. - Можете называть меня по имени, мне так привычнее. Если вас всё устраивает, то тогда предлагаю заняться более важным делом – вашими рабскими отметинами. – брезгливо поморщился Гарольд, демонстрируя этой группе чистокровных волшебников своё отношение к их глупости и глупости их родителей, с легкостью склонивших колени перед самозванным Лордом. - Да… Да… Спасибо, Гарольд. – бухнулся на колени перед юношей Антонин Долохов, который и сам прекрасно понимал глупость своего поступка, когда с огромнейшим воодушевлением получал эту мерзкую отметину.       Оперируя палочкой и змеиным языком, Гарольд с небольшим напряжением снимал метку за меткой. Отодрать эту гадость от юных Драко и Теодора оказалось очень легко, рабская метка змееликого еще просто не успела полноценно присосаться к источнику волшебников. Вот со старшим поколением этих трёх семей Гарольду пришлось постараться, тратя приличное количество своего резерва и ювелирно отдирая эту гадость от своих новых вассалов. Волшебники буквально на глазах молодели и свежели, Воландеморт явно пытался их призвать, а получая игнорирование скорее всего мучал как-нибудь через эту самую метку, не позволяя нормально высыпаться. - Надеюсь ваши рода больше никогда не забудут род своих истинных сюзеренов. – твердо произнес Гарольд, заканчивая эту не особо приятную процедуру, получая при этом множество искренних благодарностей от присутствующих…

*****

      Вечером двадцатого марта в окно поместья Поттеров постучалась неприметная сипуха, принесшая срочное письмо из банка Гринготтс. Вилли мгновенно доставил письмо хозяину со всей возможной спешкой и уже через пять минут Гарольд Певерелл аппарировал в Косой Переулок в боевом облачении, готовясь исполнить ещё один пункт своего плана. В срочном письме же было сказано следующее: "Уважаемый Гарольд,       Ближайшие сторонники Воландеморта, Пожиратели из ближнего круга, заявились в Банк Гринготтс и требуют доступа к ячейкам ныне покойной Беллатрисы Лестрейндж, чего мы позволить конечно же не можем, ведь это нарушает не один десяток наших правил о доступе к ячейкам волшебников. С каждой минутой ситуация обостряется, поэтому я прошу вас, как главного гаранта договора с гоблинами, защитить нас от посягательств фанатиков "чистоты крови".

Поверенный Гринг"

      Эван Розье лучился довольством, когда входил в Банк Гринготтс с важным заданием от Темного Лорда в сопровождении своих соратников: Роули, Трэверса, Селвина и Джагсона. Им было поручено изъять из банковских ячеек покойной Беллатрисы Лестрейндж все ценности и доставить Лорду Судеб. Что-то заинтересовало того в имуществе бывшей вернейший слуги, но повелитель не соизволил поделился этой информацией со своими верными сторонниками, поэтому им придется тащить вообще всё самим к Лорду.       Вот только обнаглевшие коротышки посмели отказать им и их господину в доступе к имуществу покойной. Когда Эван попытался договорить с ними о возможных будущих поблажках для народа гоблинов, те неожиданно грубо рассмеялись тому в лицо. А на резкие и непродуманные угрозы вообще вышвырнули пятерых Пожирателей на ступеньки банка с помощью какого-то древнего и могущественного артефакта, не заботясь об угрозе со стороны Воландеморта к удивлению Эвана, которого уже начало смущать их поведение.       Мужчина слишком поздно заметил довольную усмешку на лице старого гоблина, раз за разом отказывавшего им, он не заметил и мелькнувшей усмешки на лицах гоблинов-охранников. До самого своего конца Эван Розье так ничего и не понял, а ведь отец ему когда-то рассказывал о договоре с гоблинами, вот только юного Эвана увлекали дуэли, а не скучная история, иначе он бы вспомнил о таком важном моменте, как наличие у Гринготтса личных защитников в составе целых родов.       Неожиданно для пятерки Пожирателей за их спинами раздались звонкие, но при этом одинокие аплодисменты. Мигом развернувшись эффектно взмахнув мантией, Эван увидел неизвестного волшебника, в черно-угольной маске и такого же цвета мантии, единственное, что смог распознать мужчина - были кольца на пальцах неизвестного: герб Певереллов, герб Поттеров и герб Блэков. Первым делом Эван попытался сбежать, прекрасно помня легенды о могуществе рода Певерелл, но почувствовал антиаппарационный барьер, оглянувшись в поисках наглецов он мгновенно нашел глазами всё того же усмехающегося прямо ему старого гоблина, коротышки посмели загнать их в ловушку. А затем неизвестный и только что прибывший волшебник заговорил: - Так, так, так... Ну и кто тут у нас?! Неужели последние представители старого поколения Пожирателей Смерти? Как некрасиво пытаться нарушить договор с гоблинами. Вас разве не учили в детстве, что брать чужое - не хорошо? Хотя о чем это я спрашиваю? Вас скорее всего учили с кем можно спариваться, а с кем нельзя, ведь вы должны были продолжить свои "чистокровные" родословные. Убожества... - голос неизвестного молодого парня буквально сочился ядом и дерзкой насмешкой.       Трэверс, самый нетерпеливый и беспокойный из них, не смог сдержать свой нрав и атаковал неизвестного довольно мощной Бомбардой. Вот только волшебник взмахнул своей палочкой и слишком легко по мнению Эвана отклонил заклинание прямо вверх, затем разведя руки, как будто насмехаясь над всеми ними и их способностями к магии. Этого уже не стерпели остальные Пожиратели и пошли в атаку, посылая в неожиданного противника самые разные проклятия: от жутко болезненного Баубиллиуса до окончательной Авады Кедавры.       Но не только многочисленные гоблины наблюдали за событиями, с хлопками аппарации вокруг места сражения появлялись один за другим волшебники и старались оказаться поближе к укрытиям, но каждый из них жадно наблюдал за противостоянием, особенно Рита Скиттер, почуявшая очередную сенсацию. Впервые кто-то из британского волшебного сообщества публично противостоял проклятым фанатикам безносого урода, посмевшего публично объявить себя Лордом Судеб, таким образом буквально попирая власть сквибов Виндзоров.       Тем временем неизвестный парень как будто мастерски танцевал, а не вёл сражение на смерть. Каждое его завораживающее движение, каждый легкий шаг выполняли какую-то определенную роль. Шаг - отразил вражеское проклятие в небо, шаг – ловко увернулся, ещё шаг – мастерски отразил красную молнию Баубиллиуса обратно в Роули, мгновенно убивая того на месте, смертельная молния пронзила его насквозь, осветив внутренности соратника Эвана на весь переулок. И всё это неизвестный молодой волшебник творил без всяких слов - только невербальная магия, пугая тем самым своих врагов с каждой секундой всё больше и больше. И только спустя миг Розье понял, что его соратник был жив после попадания молнии, ведь неизвестный одиночка впервые вербально произнес заклинание в бою. - Авада Кедавра. – прошелестел хладнокровный и безэмоциональный голос незнакомого волшебника, уже точно передавая жизнь Роули в объятия самой Вечной Леди к бесконечному страху Розье.       Следующим пал Джагсон, самый неуклюжий волшебник из группы, тот буквально на миг оступился в этом танце смерти и был убит второй Авадой, вылетевшей из палочки проклятого одиночки и осветившей весь переулок зеленым оттенком. Эван видел сначала ужас, а потом и смирение в глазах Джагсона перед смертью, видел, как упало тело его соратника с остекленевшими глазами, тело одного из лучших нынешних представителей Пожирателей ближнего круга Воландеморта.       И тогда Эван Розье в страхе попытался убежать ножками без всякой магии, как чертов магл, но разворачиваясь на месте он неловко оступился и позорно упал на задницу, дальше пытаясь уже только отползти от места схватки хоть так. Именно в таком не самом приятном положении он смог увидеть, как ещё оставшиеся в живых Трэверс и Селвин попытались совместно атаковать их врага, но это смотрелось слишком нелепо. Противник как будто видел все их действия насквозь, пронизывая их своими светящимися от количества бушующей магии ярко зелёными глазами цвета Авады. Он четко видел, как неизвестный одиночка неожиданно для слаженной боевой двойки, поверившей в свой успех, выхватил из ниоткуда вторую палочку, почти полностью идентичную палочке ныне покойного старика Дамблдора, и мгновенно убил Трэверса Авадой Кедаврой, а затем уже заставил уйти в оборону Селвина, через несколько мгновений и того казнив Третьим Непростительным, запрещенным к применению в большинстве стран для обывателей.       Именно тогда Эван понял с кем столкнулся, с тем самым волшебником, посмевшим перебить всех в Азкабане и сжечь его до тла, ведь неизвестный, молниеносно покончив с боевой двойкой, элегантно призвал Адское Пламя и ювелирно сжёг тела четырёх погибших Пожирателей, совершенно не задев мостовую, а затем не спеша направился к самому Розье. - Что вы хотели получить в ячейке Беллатрисы? - странно безэмоционально поинтересовался неизвестный парень с глазами смертельной Авады. - Кто ты такой? – так и не отойдя от зрелища горящих тел товарищей в Адском Пламени прошептал Эван, всей своей черной душой моля о пощаде. - Герцог Певерелл к вашим услугам. - насмешка, ужасно разозлившая Розье, прекрасно слышалась в словах Певерелла, и тогда Эван решился на последний отчаянный шаг. - Темный Лорд не сообщил своего интереса! Авада... - только и успел произнести Розье, одновременно направляя палочку на убийцу его товарищей, но не успел буквально чуть-чуть. - Авада Кедавра... – быстрее Пожирателя уверенно произнес герцог, убивая последнего своего противника, не давая тому и шанса отомстить и поквитаться за товарищей. Дальше безымянный герцог вольготно прошествовал в Гринготтс, двери за ним громогласно захлопнулись, давая многочисленным свидетелям обсудить произошедшее… - Приветствую, уважаемый Гринг. – официально поклонился Гарольд, совершенно не смущаясь взглядов остальных гоблинов. - И вам добрый вечер, Гарольд. - благодарно произнес Гринг, выйдя вперёд перед всеми гоблинами. – Вы подоспели очень вовремя! Еще пару минут и нам бы пришлось начать войну или преклонить колени перед Темным Лордом. - Очень хорошо. Могу ли я, как лорд Блэк осмотреть хранилища покойной Беллатрисы? - задумчиво произнес Гарри. Уж больно странно выглядело желание Воландеморта получить что-то из ячеек покойной, а значит это было что-то очень важное. - Это возможно... Покойная леди Лестрейндж не оставила никакого завещания, а остальные её родственники так и не пожелали заявить права на наследство или просто не успели. - Вот как? Драко и Нарцисса всё равно ничего не получат из её имущества, а вот Андромеда вполне могла бы получить все денежные средства своей покойной сестры. - с улыбкой закончил Гарри. - Хмм... Вы не хотите претендовать на деньги покойной? - с удивлением спросил Гринг, лица его собратьев выражали ровно такое же крайнее удивление решением юноши, для гоблинов не было ничего ценнее прекрасного золота. - Меня интересует всё кроме денег, этого у меня и так хватает благодаря вашим стараниям. - со смешком заявил Гарри, таким образом делая комплимент умениям Гринга перед всеми присутствующими коротышками. - Полагаю вас привлекает интерес Темного Лорда? - довольный похвалой заинтересованно спросил Гринг. - Конечно. Полукровка не стал бы терять последних своих первоклассных боевиков в каком-то пустяковой деле. - уверенно заявил Гарольд, уже мысленно предполагая причину появления тут боевиков Темного Лорда. - Тогда пройдёмте... - и так они отправились осматривать целых три сейфа на наличие хотя бы чего-то интересного.       В первом обнаружились горы золотых монет, десяток книг, которые Гарольд мгновенно приватизировал, и парочку кинжалов, которые также отправились в браслет-хранилище. Со вторым хранилищем ситуация повторилась, а вот третье приятно удивило. Там совершенно не было никакого золота, только стопки книг и один единственный неказистый кубок, скромно стоящий на полочке в углу хранилища и привлекший всё внимание Гарольда. От него чувствовались очень знакомые эманации, железный призыв к физическому контакту - вот и нашелся артефакт Хаффлпаффцев. Певерелл бережно, накинув перед этим перчатки из драконьей кожи поместил кубок в заранее приготовленное отдельное хранилище, а затем изъял и все книги из сейфа, ведь в книгах Лестрейндж можно было с большой вероятностью отыскать очень интересные заклинания. - Отправьте письмо Андромеде и её дочери Нимфадоре, они обе по крови Блэк. Я бы хотел, чтобы они получили равные доли наследства, Драко Малфой, как и Нарцисса Малфой не должны получить ни сикля. Получится осуществить такой вариант? - с интересом спросил Гарри. - Если Миссис и Мисс Тонкс не откажутся от наследства, то вполне возможный вариант. - уверенно заявил Гринг, уже потирая ручки в предвкушении, ведь именно его попросили связаться с наследницами, а значит именно он может стать их поверенным, со временем передав управление кому-нибудь из многочисленных родственников, таким образом усиливая свой клан в иерархии Гринготтса. - Тогда я оставляю всё на вас, уважаемый Гринг. До свидания! – уверенно попрощался Гарри, дождавшись ответного прощания гоблина и исчезая прямо из холла банка при помощи Вилли. - До свидания, Гарольд! Спасибо вам за помощь. - ответом ему стал кивок и исчезнувший Певерелл без каких-либо спецэффектов, так привычных другим волшебникам.

*****

      На следующее утро всё британское волшебное сообщество обсуждало возвращение в мир живых рода Певерелл, который давно считали прервавшемся и вымершим, а Ежедневный Пророк рассылал экземпляры с фотографиями молодого герцога Певерелла, сжигающего трупы противников и убивающего Эвана Розье.       Новость об уничтожении ещё пятерых Пожирателей из ближнего круга Того-Кого-Нельзя-Называть вызвала целый бум среди учащихся Хогвартса, большая часть учеников праздновала такую прекрасную новость, не смотря на ярость присутствующих Пожирателей. А логичное теперь предположение о том, кто мог сжечь тюрьму Азкабан до тла со всеми заключёнными и дементорами, вызвала ещё больше шумихи среди всех учащихся и преподавателей, вызывая целые споры и противостояния о правильность такого пути войны.       Слизеринцы, успевшие принять метку нервничали и боялись за свою жизнь, ведь они прекрасно осознавали разницу в боевых умениях между ними и погибшими. У молодого поколения не было и шанса против волшебника такого класса, ведь во время своих каникул каждый из них успел столкнуться в тренировочном поединке против взрослых Пожирателей и осознал пропасть между ними в умениях. Теперь им оставалось молить саму Магию о пощаде за их глупость и несообразительность.       Компания защитников младшекурсников же наоборот к удивлению учащихся выглядела решительно и серьезно, их сюзерен и союзник стал ещё ближе к победе. Никто из остальных учащихся пока ещё не понимал причин их настроя. Сьюзен же, вчитываясь в строчки статьи газеты приходила к совершенно ошеломляющим для себя выводам: она боялась этого нового Гарольда, боялась до дрожи в коленках. Описание действий герцога Певерелла во время схватки вселяло в девушку первобытный ужас, а его ведение боевых действий наводило на не самые приятные мысли: "Как можно убивать с таким ледяным спокойствием?", "Осталось ли хоть что-то от юноши, которого она так любила?". Видя потрясение на лице Дафны, девушка понимала, что не у одной неё бродили такие мысли в голове, но обе также прекрасно признавали долю своей вины в становлении их любимого юноши таким...

*****

- Хозяин звал глупого Добби? - с интересом спросил появившийся эльф. - Да, перед тобой два артефакта. Что между ними общего? - заинтересованно спросил Гарри, положив перед эльфом медальон Салазара Слизерина и чашу Хельги Хаффлпафф, перед этим отложив так и не распечатанные письма от своих бывших невест. Гарри каждый раз порывался открыть и прочитать письма, вот только был уверен в том, что тогда непременно позволит всё вернуть на круги своя. Но какая-то темная частичка его души не желала возвращения девушек в жизнь юноши, она как будто больше не желала испытывать таких болезненных эмоций и иметь хоть сколько-то близкие отношения с кем-нибудь. Не самые радостные размышления юноши прервал эльф: - Удивительные волшебные свойства предметов самих Основателей были уничтожены очень мощной черной магией, хозяин. Из общего в них ощущается уже знакомый мне отпечаток злого темного волшебника. - попытался твёрдо произнести Добби, но голос его еле заметно дрожал от страха перед настолько черной магией. - Как в дневнике Реддла, во время моего второго курса? - решил подтвердить Гарри у Добби, мельком вспоминая события своего второго года обучения: окаменение учеников, поиск информации в библиотеке, сражение с василиском самого Салазара Слизерина и краткое противостояние с Люциусом Малфоем. - Да, хозяин. - смиренно подтвердил эльф, смущенно выкручивая себе уши, вспоминая свое очень некрасивое поведение по отношению к хозяину Гарри. - Ощущал ли ты где-нибудь подобный отпечаток магии? - с интересом спросил Певерелл, душа в зародыше маленький лучик надежды на получение еще одного крестража. - ... - Добби несколько секунд задумчиво выкручивал себе уши, а потом, внезапно довольно улыбнувшись, произнёс. - в школе Хогвартс Добби ощущал подобную магию. В комнате-где-всё-спрятано на голове бюста неизвестного волшебника лежала диадема Кандиды Когтевран, полностью пропитанная черной магией и отпечатком злого волшебника. - Диадема? Хм... Ты мог бы принести её мне? - неуверенно попросил Гарри, не веря в свою очередную удачу. - Да, хозяин. Полезный Добби с удовольствием поможет своему хозяину! - радостно провозгласил эльф, но Гарри остановил его резким взмахом руки. - Только ты должен быть очень осторожен. Не прикасайся к диадеме голыми руками, только в вот этих перчатках. - сказал Певерелл, протягивая эльфу перчатки из драконьей кожи. - Помести диадему в этот сундучок и доставь мне. И помни: ни при каких обстоятельствах не трогай этот очень опасный предмет голыми руками без защиты! Понял? - серьезно спросил Гарри у Добби. - Да, хозяин. Добби всё понял. Добби всё сделает. - сказал эльф, исчезая из комнаты на каких-то десять минут...       Пока Добби добывал для юноши очередной крестраж, Гарри раздумывал о нужности или ненужности ритуала призыва осколков души Воландеморта. Ритуал был способен притянуть осколки только из неживых предметов, а вот из чего-то или кого-то живого достать нужный осколок невозможно с помощью именно этого ритуала. Если так подумать, то первый крестраж - дневник Тома Реддла, второй - кольцо Гонтов, третий - кубок Хельги Хаффлпафф, четвертый - медальон Салазара Слизерина, пятый – диадема Кандиды Когтевран, шестой по уверениям Дамблдора – мерзкая змея Нагайна. Седьмым куском души обладал сам Воландеморт, а Гарри был незапланированным крестражем. То есть смысла в ритуале особо не было, Певереллу оставалось только убить змею и можно было приступать к финальному сражению с Тёмным Лордом. С тихим хлопком в комнате снова появился немного напуганный Добби: - Вот, хозяин. - произнес эльф, протягивая Гарри артефакт в виде маленькой шкатулки, который был не в силах перекрыть совершенно все эманации черной магии из крестража.       Юноша, взяв шкатулку из рук эльфа, медленно открыл её, через миг обалдело уставившись на диадему легендарной Кандиды Когтевран. Реддлу и вправду удалось испоганить сразу три реликвии Хогвартса, чертов эгоистичный трус с манией величия. Теперь и вправду оставалась только змея, но перед этим стоило правильно распорядиться уже найденными крестражами.       Гарри резко поднялся, отпустив взмахом ладони Добби, и зашагал в направлении кабинета особняка, необходимо было забрать все остальные крестражи из сейфа. Первый Ловец Душ почти полностью был опустошен с помощью камня рода Поттеров после визита Гарольда в Азкабан, в доме Блэков на Гриммо поглощались души Пожирателей с Косой Аллеи, а значит свободным для ритуала усиления камня рода оставался только источник Певереллов. Благо на дворе стояла ночь…       В тот самый момент, когда начался процесс поглощения крестражей Гарри показалось, что источник Певереллов буквально заурчал от наслаждения. Но уставшего юношу сейчас волновало совершенно не это, ведь он впервые чуть больше чем за два месяца находился в своем замке, в котором в данный момент спала большая часть его вассалов и союзников, а также Флёр...       Юношу буквально влекло к комнате спящей девушки, его эмоции внезапно резко проснулись и тянули в нужном направлении. Остановиться Гарри смог только оказавшись перед постелю Флёр. Девушка спала, мило посапывая во сне и обнимая себя руками. Она слегка подрагивала непонятно от чего, то ли от неприятного сна, то ли от холода, ведь одеяло давно сползло куда-то вбок. Гарри стоило очень многих усилий, чтобы остаться неподвижным и не обнять его малышку, которая так его любила, но в его голове мгновенно вспыхнули воспоминания и фантомная  боль от разрыва контракта и он всего лишь махнул рукой, магией накрывая замерзшую девушку одеялом и тихонько покидая её спальню.       Именно в эту ночь его начали мучать мерзкие и особо неприятные кошмары, он и вправду полюбил трёх прекрасных девушек, но простить их поступок было пока что выше его сил, по крайней мере в данный момент...

*****

- В тебе бушуют эмоции, внук. - грозно пророкотал голос Карлуса с картины в кабинете главы рода. Вообще после жертвования душ камню рода, Гарри заметил определенное оживление особняка: сам дом неожиданно увеличился в размерах, портреты проснулись и каждый норовил что-то подсказать и рассказать, теперь он вполне мог общаться со своими многочисленными предками, не спускаясь в ритуальный зал особняка и не тратя кучу времени на такое длительное действие, предки переходили с портрета на портрет, постоянно перемещаясь. - Да, ты прав. Просто сжечь адским пламенем мэнор Малфоев такой себе вариант. Но с каждым днём наша связь благодаря крестражу в моей голове становится всё более прочной, видно из-за почти полного уничтожения остальных крестражей! Я вижу его мерзкие мысли, постепенно сходя с ума! - Гарри раздражённо откинулся в кресле, отбросив от себя документы, касающиеся доходов и расходов компаний рода Блэк. - Именно так. О чем сейчас размышляет Воландеморт? О чем он больше всего беспокоится? Чего он больше всего боится? - с интересом спросил Карлус, также опасаясь этой чертовой связи, но не собирающийся игнорировать такое удивительное преимущество над врагом. - Крестражи... Он чувствует уничтожение каждого осколка своей поганой темной души. Также его беспокоит его личный инструмент, ему не понравилась идентичность ядер наших палочек, и он ищет более сильную и могущественную, способную с легкостью противостоять перу феникса. - То есть он ищет Бузинную Палочку? - рассмеялся старший Поттер, заранее насмехаясь над неудачей Воландеморта в будущих поисках. - Именно так... Хм... Есть ещё один момент... После того, как я увидел Флёр настолько близко - эмоции проснулись! - обречённо произнес Гарри, прикрывая покрасневшие от недосыпа глаза, его совершенно замучили эти чертовы кошмары. - С этим ничего не поделаешь. Ты бессознательно их запирал, акцентируясь на предательстве девушек. Но это не значит, что ты должен бежать в их объятия. - грозно произнес старик, который прекрасно помнил состояние его внука и наследника после разрыва договоров из-за глупости и несообразительности трёх девиц. - Я и не собирался... - печально произнес Гарри. - Увидеть Флёр оказалось достаточно, чтобы понять одну простую истину - большая часть меня слишком сильно изменилась за последний год. Больше я не могу прощать также легко, как раньше. Я не уверен вообще в своей способности простить хоть кого-то из них. Стоило мне приблизиться к Флёр, как перед глазами встали ощущения дикой боли после разрыва договоров, всё-таки это слишком хорошо отложилось в моей памяти. - И это очень хорошо! Но ты всё ещё их любишь. Каждую из них... - печально произнес Карлус. - Можешь не смущаться. Это поразительная особенность человеческого рода. Нам очень сложно забыть того, кого мы впустили в свое хрупкое сердце, именно поэтому частенько лорд и леди Поттер умирали в один день, ведь магия истинной любви давала им удивительное единение душ, недоступное большинству маглов и магов. Именно поэтому ведьму было проще отдать роду Поттер, ведь иначе мы могли развязать межродовую войну за приглянувшуюся девушку, отсюда и пошло правило нашего рода связывать себя узами только с любимым человеком. И именно поэтому я предложил в тот день вариант внебрачного рождения трёх наследников с помощью ритуалов... Что ты собираешься делать дальше? - помедлив, поинтересовался Карлус, с приятной ностальгией вспоминая свои ухаживания за Дореей и недовольство по этому поводу её брата, Альфарда Блэка. - Убить самозванного Лорда Воландеморта в последнем финальном сражении. Реддл в отчаянии из-за потери крестражей, он носится по всей Британии, проверяя свои многочисленные тайники. Вот только моё демонстрационное убийство пятерых пожирателей сильно повлияло на его и так нестабильную психику. Он больше не держит свою змею Нагайну возле себя, пару дней назад она заняла место леди Бэгшот после посещения Реддлом старушки в поисках следов Бузинной Палочки. - Тебе будет достаточно пройтись по Годриковой Впадине, чтобы привлечь внимание змеи, а затем она по собственной животной глупости спровоцирует тебя на агрессию и умрёт. - с ухмылкой сказал Карлус, с облегчением выдыхая, ведь его внуку не придется одновременно уничтожать Темного Лорда и змею. - Да... Но главной целью посещения Годриковой Впадины станет не крестраж. Мне необходимо хотя бы раз посетить могилы родителей. К собственному стыду я ни разу не был на их могилах, никто почему-то не удосужился привести сироту к месту упокоения родителей. - смутившись произнес Гарри, который нашел еще один повод недолюбливать мертвого директора. - Правильное решение. Вот только после своего посещения не забудь отдать приказ эльфам собрать останки Лили и Джеймса и сжечь их в родовом склепе, там же и захоронив. - спокойно произнес Карлус. - У нас есть родовой склеп? - удивлённо спросил Гарри. - Конечно! Почему его не должно быть? Или ты думал, что все твои предки покоятся на случайных кладбищах?! Всех Поттеров хоронили в семейном склепе! Поэтому не забудь об этой маленькой детали... Что насчёт самого Воландеморта? - спросил Карлус. - Ему осталось проверить только пещеру, где он запугивал до дрожи в коленках и седых волос других сирот, и выручай-комнату в Хогвартсе. Стоит ему почувствовать очередную утрату крестража, как он помчится в школу за последним осколком души. На этом и можно будет сыграть... - А что после финального сражения? - аккуратно спросил своего наследника Карлус, подозревая о нежелании того заниматься продолжением рода в ближайшее время. - Путешествия... Надо заново наладить связи... Неплохо было бы посетить главные магические анклавы и поучиться у них чему-нибудь интересному. Там же, может быть, мне повезёт ещё хотя бы раз влюбиться... А вообще хотелось бы провести какое-то время на побережье Средиземного моря, просто наслаждаясь покоем и приводя в порядок свои неспокойные мысли и беспокойные эмоции. – предвкушающе и в то же время хмуро произнес Гарри…

*****

      Двадцать первого марта около десяти часов вечера Гарри переступил порог Гриммо 12, сразу направляясь в гостиную, в которой расположилась парочка взрослых волшебников, как сообщал ему волшебный дом, откликаясь на вопрос своего хозяина. Римус расслабленно сидел на диване, читая какую-то книгу, скорее всего из унаследованной коллекции Дамблдора, а Тонкс дремала, закинув ноги на колени своего парня. Появление Гарри мгновенно разбудило Нимфадору и заставило Люпина отложить довольно интересную книгу в сторону. - Доброго вам вечера. Дора, ты же не заболела перед самой процедурой возвращения в род? - забеспокоился Гарри, видя сонную и заторможенный девушку. - Неа, я просто спала, пока не появился ты. - зевая ответила Нимфадора, всё ещё не до конца проснувшись. - Очень хорошо. Как настрой? Готова? - для проформы поинтересовался юноша, которому не терпелось приступить к процедуре увеличения рода пока только на одного волшебника, но к его сожалению уж больно рано он заявился в особняк Блэков. - Всегда готова! - вытянулась по струнке Тонкс, шутливо отдавая честь, напоминая обоим мужчинам о своей работе на Министерство. - Тогда пожалуй выпьем чайку и начнём. - произнес Гарри, направляясь в столовую, где Кричер уже был готов обеспечить своего хозяина всем необходимым для перекуса...       Через два часа ровно в полночь Гарри с Нимфадорой стояли в ритуальном зале, пока Римус вышагивал туда-сюда снаружи, ведь он из-за принадлежности к другой семье не мог находиться в помещение во время даже такого простого ритуала. Тонкс стояла с одной стороны камня рода Блэков, а Гарольд с противоположной. Как только заклинание юноши показало полночь они оба положили ладони на камень, одновременно погружаясь в его подпространство. Там их уже встречал Альфард, с огромным интересом рассматривающий незнакомую ему девушку. - Кого ты привел ко мне, мальчишка? - с мнимым раздражением поинтересовался бывший лорд Блэк, пугая этим Нимфадору. - Претендентку на членство в роду Блэк. Нимфадора Тонкс, дочь изгнанной Андромеды Тонкс, при рождении Блэк, по праву крови при моем согласии может попытаться войти в род, приняв в себя нашу магию. - произнес традиционную фразу Гарри, в напряжении уставившись на Альфарда. - Кхм... Уверен ты в своем решении? Девушка имеет неплохой внутренний резерв магии и одарена редким магическим даром метаморфа, вот только уж больно ленива она... В свои двадцать три года она так и не смогла освоить свой дар полностью, всё время попадая из-за этого во всякие неприятности... Кхм, через какое-то время благодаря ей в род войдёт ещё один волшебник! Не гений, но очень преданный, как и все предыдущие поколения Блэков, очень трудолюбивый и образованный… Оборотень… Но из-за этой своей особенности, обладающий удивительным объемом внутреннего источника! Кхм… Гарольд, ты можешь оставить нас, Нимфадоре придется провести ночь в ритуальном зале в обнимку с камнем рода для лучшего контакта. Я, конечно же, даю свое согласие на её вхождение в род, но окажется ли способна девушка принять нашу магию, зависит только от неё... - одобрительно улыбнувшись решению Поттера, Альфард аккуратно, можно сказать даже нежно вытолкнул юного лорда из подпространства камня рода.       Гарри пару мгновений постояв, приходя в себя после краткого общения с Альфардом Блэком и направился на выход, перед самыми дверьми обернувшись, чтобы посмотреть на Нимфадору уже скорее Блэк, которая в прострации аккуратно развернулась и прислонилась спиной к постаменту с камнем рода, никоим образом не приходя в себя. За дверьми его ждал разволновавшийся не на шутку Римус, которого Гарри взмахом руки позвал за собой, по пути объясняя своё одиночество. - Ей необходимо провести ночь в ритуальном зале, сохраняя контакт с камнем рода. Предки в лице одного самовлюблённого старичка одобрили моё решение, поэтому теперь всё зависит от Доры, сможет ли она принять в себя магию рода Блэк или нет. А пока нам, наверное, стоит вздремнуть. - закончил Гарри, входя в гостиную и устраиваясь на одном из диванчиков...       Утро началось для юноши довольно поздно, открыв глаза и потянувшись Поттер, не обнаружив Лунатика на рядом стоящем диванчике, направился в столовую, в которой в данный момент находились Люпин и новоявленная Блэк. Римус спокойно попивал чай, пока Нимфадора поглощала пищу в промышленных масштабах, явно компенсируя напряжённую ночку. - Утро доброе, Римус, мисс Блэк. - с ухмылкой поприветствовал их Гарри, садясь за стол и мгновенно получая завтрак, эльфы всегда готовы услужить своему хозяину. - Как ощущения, Дора? - Отлично! Поразительно насколько лучше ощущается магия вокруг меня при подпитке от источника рода. Давно я себя не ощущала такой всесильной и энергичной! - воодушевленно поделилась своими ощущениями девушка. - Кхм... Это только по началу, потом привыкаешь. На самом деле это всего лишь ощущения, с реальностью они имеют мало общего. Если твой резерв и вырастет, то точно не сейчас, а когда-нибудь в будущем и со временем, всё-таки ты уже взрослая. Поэтому вам бы с Римусом провести с десяток тренировочных дуэлей, чтобы ты смогла приноровиться к собственным нынешним изменениям. Хорошо? - в ответ на просьбу-предложение Гарри оба взрослых согласно кивнули, полностью осознавая необходимость тренировки, ведь шла эта чертова война с фанатиками чистоты крови...

*****

- Хозяин, мы слышали ваш недавний разговор со старым хозяином Карлусом! - через пару дней, когда Гарри всё-таки решился приступить к завершению этой войны, его сборы были прерваны его же эльфами, которые внезапно для своего хозяина появились перед ним всем скопом и смотрели в надежде на какое-то чудо. - И что вас так взволновало, что вы пришли все для этого разговора? - с интересом спросил Гарри, с улыбкой оглядывая своих самых преданных помощников, просто не способных предать своего хозяина. - Сэр, нам не нравится ваша идея о длительных путешествиях после победы над злым темным волшебником... Мы очень просим вас подумать о наследниках для каждого из наших родов. Рода должны жить, существовать, развиваться – это главная жизненная цель любого главы волшебного рода А вы собираетесь забыть о нашем существовании на длительное время... - печально проговорил Элрик, пытаясь объяснить хозяину Гарольду причину их обеспокоенности и переживаний. - Видишь ли, Элрик, я не способен в данный момент о чем-то таком думать. Я слишком опустошен для отцовства или поиска новой девушки, которую смогу полюбить... Ну и напомни-ка мне средний возраст продолжительности жизни среднестатистического волшебника? - Гарри прекрасно знал ответ на этот вопрос, Карлус вливал обязательные и не очень знания для любого главы рода в своего наследника целыми галлонами. - Около ста двадцати лет, сэр... Я понимаю о чем вы нам намекаете. Учитывая объем от рождения вашего магического источника, паразита в вашем теле на протяжении этих пятнадцати лет, три родовых источника магии и потенциальное поглощение кусочка души, то вы проживете не менее трехсот пятидесяти лет, а может и больше. - ожидаемо печально произнес Элрик, ведь прекрасно понял своего хозяина об увеличенном сроке Гарри для зачатия наследников благодаря его потенциальному долгожительству. - Как видите, беспокоиться вам совершенно не о чем. - произнес Гарольд, взмахом ладони возвращая эльфов к их работе и завершая приготовления к финальному сражению.

*****

      Гарри не спеша брел по старому кладбищу, рассматривая каждую могилу. Вот ухоженная могила Арианы Дамблдор, а чуть дальше такая же ухоженная могила Кендры Дамблдор, сразу видно, что брат бывшего директора Хогвартса заботился и частенько навещал своих мертвых близких, а ведь Альбус как-нибудь мог бы привести юношу сюда, они могли бы разделить общую боль от утраты семьи, но старик сделал неправильный выбор победы над злом. К печали юноши большинство могил оказывались заросшими и забытыми, как будто больше некому было ухаживать за ними, а может так оно и было, ведь войны унесли слишком много волшебников, уничтожая целые волшебные родословные…       Поттер прекрасно ощущал чужой взгляд, он чувствовал слабую угрозу от наблюдателя, но ему необходимо было продемонстрировать свою мнимую недалекость и глупость, поэтому до определенной поры юноше приходилось игнорировать этот дискомфорт. Наконец он всё-таки подошёл к покрытому грязью и пылью двойному белому мраморному надгробию, на котором можно было едва различить из-за неухоженности:

"Джеймс Карлус Поттер

27.03.1960-31.10.1981

Лили Джейн Поттер

30.01.1960-31.10.1981

Последний враг истребится - Смерть!"

      Гарри внезапно подумалось, что фраза вполне подходящая, учитывая родословную Поттеров и их наследование Певереллам. Хотя скорее всего автор фразы на надгробии имел ввиду что-нибудь более возвышенное, наподобие этого: "Как только умрет последний Поттер - умрет и их последний враг - Воландеморт" или "И смерть не разлучит их". Ведь вряд ли этот волшебник был знаком с Библией, чтобы вставлять фразочки оттуда, как бы некоторые из них не кичились своей любовью к маглам, все эти маглолюбцы по большей части избегали появляться среди простецов и совершенно не уделяли внимание их культуре. Юноша аккуратно взмахнул палочкой, счищая всю грязь с белого мраморного надгробия, наблюдая как становятся всё более четкими надписи. Гарри подспудно боялся этого визита, слишком сильно он отличался от идеалов светлых волшебников… - Кхм, кхм... Мама... Папа... Здравствуйте. Удивительно, но не один взрослый человек даже не подумал привести меня сюда за эти чертовы шесть лет нахождения в мире магии. Сегодня двадцать пятое марта тысяча девятьсот девяносто седьмого, день, когда состоится финальное сражение враждующих сторон и падет могучий и ужасный Темный Лорд Воландеморт. – с грустной улыбкой проговорил Избранный. - Я, наверное, сразу попрошу прощение за всё, что могу сказать в порыве эмоций. Я обоих вас очень люблю и очень ценю вашу жертву, но ваш самоотверженный поступок не умоляет вашей глупости. Я просто не понимаю… Пап, почему вы не уехали из Британии?! Род Поттер жутко богат, у нас огромное количество домов и резиденций по всему миру... - Гарри вышагивал перед могилами туда-сюда, выплескивая все свое недопонимание поступков родителей. - А ты с мамой остался в Британии в слабо защищённом домике, рискнув всем, рискнув жизнью моей и моей матери. Это, наверное, невозможно простить. Вы оба слушали старика Дамблдора и почему-то не хотели думать своей головой, хотя каждый из встреченных мной волшебников или ведьм отзывается о вас сугубо положительно, особенно акцентируя мое внимание на глазах Лили Поттер и внешности Джеймса Поттера, но они все также всегда упоминали ваши академические успехи, а значит вы не были глупы... Я не понимаю и, наверное, никогда не пойму... Также ты, папа ужасно поступал со Снейпом, хотя он тебе с лихвой отомстил, особо изощренно издеваясь надо мной все эти почти шесть лет. Знали ли вы о личности того, кто обратил внимание темного полукровки на пророчество? Это была эта мразь, Северус Тобиас Снейп, чтобы ему пусто было, но не волнуйтесь я отомстил - скотина мертва и больше не навредит ни одной семье. Петтигрю, предатель, который посмел выдать ваше месторасположение и преклонить колени перед Реддлом - также мёртв. Я, наверное, не сильно вам нравлюсь таким... - грустно улыбнулся последний из Поттеров. - Но я жив, а это главное. Меня жутко страшит и пугает, что вы можете быть разочарованы мной после всех моих поступков и будущих планов. Я, наверное, вообще не соответствую вашим идеалам и полностью проповедую другой путь войны, с удовольствием убивая каждого посмевшего принять метку раба от этого змеемордого. Вы же, наверное, никогда не применяли Непростительные Заклятия? Мне уже пришлось и не раз... Достоин ли я называться вашим сыном? Достойна ли такая версия меня вашей жертвы? Или вы бы предпочли отказаться от такого темного сына? Я никогда не узнаю вашего ответа, хотя мог бы призвать вас с помощью камня Певереллов, но не могу... Мне впервые не хватает решимости и смелости, чтобы узнать ответы на свои вопросы. Удивительно... Мне почему-то кажется, что больше всего вы будете разочарованы моим нежеланием или скорее страхом вернуть своих девочек обратно к себе... Если так посмотреть максимально глупый поступок, не так ли? Может я просто мазохист, которому нравится переживать одну и ту же боль от потери близких людей и расставания с ними же? Похоже на своеобразное наказание за сотворенное мной... Но не смотря на все мои эмоции, я очень сильно люблю вас обоих и никогда не забуду вашей жертвы ради того, чтобы я мог жить. Рода Поттер, Блэк и Певерелл будут помнить вашу храбрость и самоотверженность! Спасибо... - Гарри склонил голову в знак уважения и почтения перед родителями, не заметно вытирая дорожки слёз, которые в какой-то момент неконтролируемо полились из глаз.       Через пару минут молчания, Поттер резко взмахнул палочкой, создавая множество лилий и засыпая ими весь участок могил его родителей, оставляя не тронутыми сами надгробия.  Направляясь к одному из выходов с кладбища, Гарри мысленно отдал команду Вилли позаботиться об останках его родителей и перезахоронить их в семейном склепе согласно всем волшебным обычаям, но при этом оставить целыми сами надгробия. Сам же Поттер направлялся к старухе, которая застыла во все глаза пялясь на "нежелательное лицо номер один", каковым его недавно объявило захваченное змееликим Британское Министерство Магии.       Иллюзия старушки Бэгшот не обманула Гарри, он прекрасно ощущал скрывавшуюся под ней Нагайну, которая буквально источала ярость и ненависть в сторону Избранного. Он не спеша двигался за Нагайной, которая бесхитростно вела его в сторону старенького домика, убить тварь внутри дома было бы идеально, это бы не потревожило многочисленных соседей, не все из которых были волшебниками.       И вот они заходят в здание и Гарри мгновенно начинает действовать, уже не обращая никакого внимания на попытки змеи продолжить спектакль. Дверь резко захлопывается благодаря магии Поттера, а через миг гостиную дома освещает знакомое зелёное проклятие. Вот только змея каким-то чудом избежала попадания смертельного заклинания по своей тушке и успела совершить бросок в сторону Певерелла... Через миг тварь застыла в воздухе, ведь готовый к неожиданностям Гарри мгновенно применил магию левитации, после чего с усмешкой применил Аваду, уничтожая очередной крестраж змеемордого. Гостиная за пару секунд сильно изменилась, превратившись в руины буквально от парочки заклинаний Поттера, напомнив тому нынешний его уровень сил и необходимость быть более аккуратным, чтобы случайно не навредить кому-нибудь невиновному. Теперь следовало продолжить исполнять план финального сражения бобра с ослом...

*****

      Леди Забини наслаждалась завтраком в компании леди Боунс, когда их трапезу прервал неизвестный патронус в виде маленькой венгерской хвостороги, который безэмоциональным голосом сообщил обоим леди важную весть о том, что Воландеморт направляется в Хогвартс и пришло время закончить эту войну раз и навсегда, упокоив жалкого полукровку, посмевшему попирать устои их общества.       Женщины действовали мгновенно, приказав эльфам оповестить других взрослых в Замке на Костях и направившись в свои комнаты собираться, Амелия в дополнении к этому послала Патронус директрисе Макгонагалл и преданным ей бойцам в Министерстве с той же информацией и приказом эвакуировать из Хогвартса младшие курсы и всех, кто не готов сразиться с Темным Лордом и его армией.       Уже через жалких полчаса Жак Делакур решительно вошёл в Большой Зал в сопровождении Дэвида Гринграсса, Ксенофилиуса Лавгуда, Амара Патила, Софии Забини, Амелии Боунс, Августы Лонгботтом, Мюриэль Пруэтт и своей дочери, Флёр Делакур, которая заставила своего отца взять её с собой. В замке был сущий хаос, постоянно прибывали взрослые волшебники, готовые принять последний бой, а детей пытались эвакуировать с максимально возможной скоростью, чтобы не подставлять будущее их народа под удар. В то же время директриса с деканами факультетов пытались как можно скорее активировать полную защиту древнего замка, чтобы ни один пожиратель не смог проникнуть в Хогвартс ещё хоть какое-то время, а те самые мнимые проверяющие из захваченного Министерства уже давно бежали из древней школы, спасаясь бегством от восставших Светлых. Большая часть старших курсов собралась вокруг Блейза Забини, Сьюзен Боунс и Дафны Гринграсс, задавая тем наперебой самые разные вопросы о происходящем: «Почему именно сейчас было решено начать противостояние с Тем-кого-нельзя-называть?», «Что им стоит делать?», «Каков план сражения?». Именно к этой группе и направились новоприбывшие взрослые, их поприветствовали кивками и начали посвящать в пока ещё очень грубый и имеющий некоторые недостатки набросок плана сражения...       Гарри, находясь под своей родовой мантией-невидимкой, с гордостью наблюдал за уже не совсем своими девочками и друзьями, которые четко и уверенно распределяли постоянно прибывающих волшебников, дожидаясь прибытия своих родителей или родственников и полностью затмевая директрису, которая явно была немного растеряна из-за такого внезапного финального сражения.  В малышке Сьюзен можно было разглядеть её тетю, такие же властные и безоговорочные решения, при чем вполне правильные, сказывался опыт общения с мракоборцами и обучение у них же. Дафна в свою очередь быстро отбирала тех, кто хоть чуточку разбирался в медицине, отправляя их либо в помощь боевикам, либо в больничное крыло.       С прибытием Жака и остальных ситуация немного изменилась, ведь теперь уже его взрослые вассалы и союзники взяли на себя командование с полного согласия директрисы Макгонагалл. Дэвид на пару с Жаком быстро выслушали план молодежи и даже не стали его особо менять, теперь же только исправляя небольшие ошибочки и неточности в планировании обороны от Воландеморта и его шайки идиотов.       Гарри же завороженно наблюдал за мимикой девушек, ощущая нестерпимую горечь от своего решения игнорировать каждую из них, казалось ещё пару мгновений и он скинет невидимость, обнимая каждую из девушек и полностью подключаясь к подготовке к боевым действиям, но наконец-то прозвучал громкий сигнал по всему замку Хогвартс, оповещая защитников о прибытии сил врага.       Гарри мгновенно с помощью Элрика поднялся на вершину Астрономической Башни, наблюдая немаленькую армию своего кровного врага, посмевшего поднять руку на его семью. Вот только из всей этой армады реально опасными были сущие единицы, ведь основную массу умелых боевиков процедил именно герцог Певерелл. Поэтому опасность для защитников по большей части представлял только сам Воландеморт, который стоял впереди всех своих слуг и смотрел прямо на вход в замок, как будто что-то вспоминая. Слишком неожиданно для всех раздался голос змеемордого: - Силы света... Ха-ха-ха... - из рта Реддла вылетал жуткий смех, заставив Гарри передернуть плечами от омерзения. - Преклоните колени перед Повелителем Судеб! И только в этом случае я прощу ваш мятеж! Я дам вам пять минут на раздумья, а потом моя могучая армия уничтожит всех жалких предателей! Я, Лорд Воландеморт, сказал свое слово! - после последних слов змееликого тревожная тишина окутала замок, все защитники прекрасно понимали неправдоподобность слов Темного Лорда, эта тварь не стала бы никого щадить, с легкостью отдав приказ убить всех после попадания внутрь Хогвартса.       Гарри прекрасно ощущал страх среди защитников перед главным пугалом Британии, но он также прекрасно осознавал, что силы сторон примерно равны, если не учитывать самого Гарри и Реддла. Минута текли за минутой, защитники храбрились и готовились впервые дать полноценный бой возродившейся твари и отправить его обратно в пучины Ада. И наконец пять минут истекли, Воландеморт удивительно недоверчиво ещё раз осмотрел затихший замок и зло заорал: - Вы сделали свой выбор! Никто из вас не останется в живых! А потом я наконец-то доберусь до вашего Избранного! Мои верные слуги, жалкие маглолюбцы выбрали свою судьбу... Убить всех! - проревел разгневанный мальчик Томи, под тихие и незаметные смешки Гарри, которого конечно же пока никто не мог увидеть.       Защитники подняли палочки, готовясь атаковать приближающегося противника, вот только этого не понадобилось, ведь первые ряды Пожирателей Смерти буквально испепелила могущественная защита замка, ярко засияв перед глазами сражающихся сторон, демонстрируя способность древнего строения к обороне. Волна фанатиков откатилась к своему лидеру, а потом начала обстрел щитов, пытаясь коллективным усилиями пробить древнюю защитную магию самих Основателей. Сфера постепенно истончалась, но это по скромному мнению Гарольда могло затянуться на часов шесть, но единственный и неповторимый лидер Пожирателей оказался нетерпелив, и влив по ощущениям весь свой резерв, Воландеморт с искаженным от ярости лицом пустил какое-то особо мощное заклятие, буквально разорвав несколько слоев щитов в клочья, полностью разрушая защиту древней школы магии. Вот только Воландеморт совершил непростительную глупость, потратив весь свой резерв и теперь исчез из поля зрения всех волшебников, чтобы скорее всего помедитировать и восстановится, позволяя Гарри действовать в полную силу и не переживать по поводу их внезапного столкновения.       Пожиратели же с ликующими визгами и криками бросились к вроде бы беззащитному замку, в то время как Защитники были напуганы и впечатлены мощью Его Темнейшества. Они, к неудовольствию герцога Певерелла, упускали самые удачные моменты для массового удара по фанатикам, приближающимся к замку и Гарольду пришлось вмешаться. Юноша выпрямился, деактивировал мантию-невидимку и начал формирование одного очень древнего и разрушительного родового заклинания Поттеров, благо его резерв и не самое активное участие в предстоящем бою позволяли использовать его. Через мгновение под ошарашенными взглядами Защитников Хогвартса с Астрономической Башни с огромной скоростью вылетело с десяток крупных огненных комет. При падении в гуще противников снаряды взрывались со страшной силы, лишая сторону Пожирателей живой силы. А ещё через мгновение в Хогвартс ворвались фанатики и быстро смешались с силами добра и света, завязывая многочисленные дуэли между противоборствующими сторонами.       Гарри поспешил вниз в основную гущу боя, по пути уничтожая немногочисленных врагов, которые смогли каким-то образом пробраться на верхние этажи, покрывая себя их кровью, ведь юноша применял самые неприятные и болезненные заклинания для убийства фанатиков, совершенно не жалея их. Через десяток минут он всё-таки добрался до холла, в котором творился ужасающий бедлам: заклинания летели со всех сторон, в воздухе зависли тонны пыли и рассмотреть хоть что-то было решительно невозможно. Конечно же, Певерелл мгновенно исправил это недоразумение взмахом старшей палочки, а потом не спеша и аккуратно, по пути уже кидая свои заклинания, направился в сторону своих союзников и вассалов, которые к его счастью держались поблизости друг от друга, позволяя Гарольду прикрывать их спины. Под удивлёнными взглядами Пожирателей внезапно на пути их заклинаний постоянно начали появляться какие-то объекты, ломая их тактику и ритм боя, позволяя защитникам Хогвартса уничтожать фанатиков с большей скоростью. Краем глаза юноша заметил радость на лицах молодежи при его появлении, а вот старшие только облегчённо выдохнули, стараясь не отвлекаться от своих дуэлей.       За последующий час Гарри успешно хотя бы раз спас от смерти почти всех близких ему людей, и убил не меньше полусотни бойцов врага. То тут, то там падали представители света и фанатики тьмы, не в каждой стычке успевал помочь Поттер, поэтому потери были неизбежны. Вот в другом конце холла пал Артур Уизли от руки какого-то оборванца из Лютного, вон разворотило грудную клетку Аластора Грюма, откуда-то сверху рухнуло поломанной куклой тело Джордана Ли...       И только тогда Воландеморт снова появился на поле боя и конечно же, увидев патовую ситуацию для его Пожирателей, скомандовал отступление, прикрыв фанатиков остатками дементоров, которые к удивлению Поттера всё-таки не все погибли в Азкабане. В этот раз Гарри вмешиваться не пришлось, ведь силы света и добра оказались вполне способны защититься от жалких пары десятков душесосущих демонов с помощью патронусов. И всё-таки к веселью Гарольда Темный Лорд не удержался от комментария: - Вы храбро сражались. Лорд Воландеморт умеет ценить мужество. Однако вы понесли тяжёлые потери. Если вы будете и дальше сопротивляться моей армии, вы все погибнете один за другим. Я этого не хочу. Каждая пролитая капля волшебной крови - утрата и расточительство. Лорд Воландеморт милостив. Я приказываю своим войскам немедленно отступить. Я даю вам час. Достойно проститесь с вашими мертвецами. Окажите помощь вашим раненым. А теперь я обращаюсь к близким друзьям вашего Избранного, Гарри Поттера. Вы позволили умереть всем этим многочисленным волшебникам и ведьмам вместо того, чтобы выдать его местоположение мне! Весь этот час я буду ждать в Запретном Лесу вас всех с нужной мне информацией. Если по истечении часа вы не явитесь ко мне, битва начнется вновь! На этот раз я сам выйду на поле боя и отыщу каждого из вас, убивая особо мучительно и выворачивая вашу память в поисках нужной мне информации! Итак, у вас есть один час.       И наступила тишина... Защитники мигом начали приводить себя в порядок, оказывая помощь раненным и складируя трупы в больничном крыле. Семьи прощались друг с другом, друзья последний раз обнимались, пары и влюбленные целовались, даря последнюю нежность своим любимым, а кто-то только и мог горевать из-за потере близких людей. Гарольд, оглядев своих людей, к своему огромному счастью обнаружил лишь многочисленные ушибы и царапины, не более. Он присел на небольшом расстоянии от всех остальных и внешне начал медитацию, а на самом деле из-под полуприкрытых глаз просто любовался девушками, не замечая из-за расстояния между ними нервозности двух из трёх девушек и их не самых приятных для него речей. - Сьюзен, ты в порядке? - поинтересовалась уставшая Дафна, присаживаясь на уцелевшую скамейку. - Я никогда не применяла непростительные в бою, а тут за какой-то час выдала не меньше трёх десятков Авад, хотя не меньше половины полетели мимо. - Физически я почти полностью в порядке Даф, но морально... Слишком тяжело убивать живых, слишком неприятно применять непростительные... - обреченно шептала морально уставшая рыжеволосая девушка. - Главное, что победа будет за нами. С нами сам герцог Певерелл. - с уставшей улыбкой произнесла Флёр, крутя в руках свою палочку.       Неожиданно для остальных юных волшебников и незаметно для Гарольда, Дафна и Сьюзен передернулись как будто бы в омерзении после слов Флёр. Смотря на медитирующего Гарольда юная Гринграсс испытывала только подспудный страх, вид покрытого кровью любимого человека вызывал только отрицательные эмоции. Сьюзен же не смогла сдержать эмоции при себе: - Я не понимаю... Зачем он применяет в бою все эти ужасные заклинания? Есть же более милосердная Авада. Зачем превращать всё это в кровавую баню? - отчаянно спрашивала Сьюзен, приходя в ужас от многочисленных раскуроченных трупов, которые постепенно убирали из Большого Зала. - Может он уже не может по другому... Он убил слишком многих, причём не самыми милосердными способами. Кажется, мы просто не заметили этих изменений раньше в поведении Гарри. Да и не могли мы этого сделать, ведь никогда лично не видели его способа ведения боя… - печально подметила Дафна, в которой любовь к одному зеленоглазому подростку раз за разом боролась со страхом, но она надеялась на скорое исчезновение отрицательных эмоций после окончания финальной битвы. - Он ведь поклялся, что никто из вас не умрет в войне. Конечно, Гарри ожесточился за всё это время. Вы ведете себя не очень красиво... Представьте вас на его месте… - попытался упрекнуть Дафну и Сьюзен Жак Делакур. - Гарри Поттер может и мог смириться с потерей кого-то близкого ему, он не был способен убивать своих врагов, он был слишком чистый и светлый для этой войны, но предательство и смерть большинства близких к нему людей заставили его измениться ради выживания и победы назло всем его противникам и недоброжелателям. Герцог Певерелл же не привык отдавать что-то своё, даже если с другой стороны стоит сама Смерть, не привык щадить своих врагов, он привык к болезненным воплям своих недругов, их ужасу и крикам о прощении и мольбе о пощаде. - несколько отвлечённо произнесла Луна, ещё больше вгоняя в апатию уже всех трёх девушек, ведь ни от одной из них не укрылись обвинительные нотки в голосе юной Лавгуд.       Взрослые же прислушивались к речам своих детей, неодобрительно качали головами, демонстрируя свое полное неодобрение их порицанию действий юного Певерелла, и просто восстанавливали свои магические резервы, готовясь к последней схватке, уже точно уверенные в победе. Они прекрасно осознали влияние и полезность присутствия своего могущественного союзника и сюзерена, как только на фанатиков обрушились магические снаряды, уничтожившие по меньшей мере пару сотен Пожирателей.       Через час чуть-чуть отдохнувшие защитники готовились к бою, но неожиданно для них Воландеморт не спеша приближался к главному входу в компании остатков пожирателей. На лице Темного Лорда явственно проступало раздражение и злость, его же сопровождающие весело скалились, смотря на уставших Защитников Хогвартса и испытывая эмоциональный подъем из-за присутствия в их рядах самого Лорда. Толпа фанатиков со своим лидером выстроилась в ряд во внутреннем дворе перед главным входом в замок, как будто давая возможность передумать. - Я ждал целый час, но вы сделали свой выбор. - резко и неожиданно Воландеморт запустил проклятие в толпу сил света, успешно отраженную кем-то невидимым, и начал атаку, прорываясь внутрь замка.       Битва продолжилась... Потери с обоих сторон росли, умирали и старики и молодые, и женщины, и подростки... Гарольд старался как мог, полностью используя своё преимущество в виде мантии-невидимки и старшей палочки, но он не мог долго игнорировать Темного Лорда, сражавшегося в данный момент сразу с директрисой Макгонагалл, Кингсли Бруствером и Горацием Слизнортом. Троица какое-то время неплохо держалась, но всё равно начала уступать, силы всё же были неравны, Темный Лорд был ужасающим противником. Гарольд как будто в замедленной съемке видел, как, в очередной раз откинув троицу от себя, Воландеморт резко повернулся в сторону Дафны и кинул в ту Третье Непростительное, собираясь осуществить угрозу убийства близких к Поттеру людей. Но неожиданно для уже простившейся со своей жизнью Дафны перед ней внезапно вырос из пола каменный воин, принявший всю силу проклятия на себя. Сражавшиеся внезапно прекратили свои дуэли, удивлённо наблюдая за удивительным спасением девушки из рода Гринграсс. - Кто?! - яростно взревел Воландеморт, ведь он не смог заметить даже луча магии, сотворившей защитника для девушки.       Темный Лорд крутился на месте, сканируя своими красными глазами окружающих, но никто не решался хоть что-то сказать чудовищу. Неожиданно тот замер на месте, Гарри буквально видел, как в голове того крутятся шестерёнки, складывая правильную картинку в голове жутко возмущенного Реддла, совсем не ожидавшего такого мощного сопротивления от защитников Хогвартса. - Поттер? - как-то неуверенно произнес Воландеморт к удивлению окружающих, которые на миг даже подумали о прогрессирующем сумасшествии Темного Лорда.       В следующий миг в двух десятках метрах напротив Темного Лорда внезапно возник юноша уже в знакомом всем плаще, точь-в-точь как на снимке в газете об убийстве Пожирателей на Косой Аллее, только в этот раз без маски. Глаза юноши светились от объема магии, циркулирующего внутри избранного, сам парень стоял уверенно и насмешливо улыбался своему врагу. Не все заметили целых две палочки в руках Национального Героя, но буквально каждый заметил знакомые всем перстни родов на пальцах рук юноши. Перед ними стоял сам герцог Певерелл и лорд Поттер-Блэк. - Приветик, Томми... Как твое ничего, ваше Темнейшество? - вроде бы весело поинтересовался Гарри у своего противника, но его вассалы и союзники смогли заметить его напряжение и небольшую нервозность юного Певерелла из-за предстоящей дуэли. - Это всё время был ты... - на Воландеморта обрушилось осознание произошедших за последние месяцы событий. Поттер оказался очень могущественным врагом, которого он не ожидал встретить на своем жизненном пути, намного опаснее сумасшедшего старика Дамблдора. От мальчишки веяло древней могущественной магией, а аура подавляла любое несогласие и сопротивление воле своего хозяина. - Конечно. Неужели ты думал, что я позволю навредить своим вассалам или союзникам? - сухо поинтересовался Гарри у своего в врага, демонстративно вращая одну из палочек. - Ты... Как?! - Реддл шокировано смотрел на Бузинную Палочку в руках юноши и пытался осознать сложившуюся картину событий, пытаясь понять, где он настолько сильно мог ошибиться. - Именно. Хватит блеять, Реддл. Именно я перебил весь твой ближний круг, именно я сжёг Азкабан и именно я лишил тебя такого мнимого бессмертия. Есть что сказать перед смертью, ничтожество? - хладнокровно спросил Гарри. - Бессмертия? – насторожившись повторил Темный Лорд, начиная соотносить свое не самое приятное состояние в последнее время со словами наглого мальчишки, а также опустевшие тайники. - У каждого уважающего себя Темного Лорда есть набор личных артефактов: личный дневник, родовое колечко, медальон одного из многочисленных предков, чаша и диадема подруг этого самого предка и личный фамильяр. – с вполне ясным намеком произнес юный Певерелл, вгоняя в ступор всех остальных слушателей кроме самого Темного Лорда. - Я убью тебя, мальчишка! - вскричал яростно Воландеморт, кидаясь в атаку, тем самым начиная финальную дуэль двух лидеров противоборствующих сторон.       Гарольд же мгновенно активировал Ловец Душ и с усмешкой бросился навстречу Реддлу. Заклинания летели во все стороны, поэтому наблюдатели были вынуждены возвести многочисленные защитные барьеры. Стены Большого Зала трещали, пыль постоянно заслоняла обзор на дуэль двух непримиримых врагов, которые конечно же успевали перебрасываться фразами на змеином языке, тем самым, не позволяя никому услышать хоть что-то интересное. Но волшебники всё равно завороженно наблюдали за сражением, каждый из них мог почувствовать количество магии, используемой обоими дуэлянтами, их мощь впечатляла и подавляла присутствующих, всё больше становилось ясно, что и вправду останется только один в конце концов.       Внезапно один из Пожирателей попытался атаковать Гарольда в спину каким-то темномагическим проклятием, стараясь помочь своему хозяину. Неожиданно для всех присутствующих дуэль мгновенно прекратилась, как будто бы становясь на паузу, а через миг Темный Лорд уже стоял над визжащим от боли фанатиком, посмевшим прервать бой двух лидеров. Через пару секунд Воландеморт вопросительно посмотрел на неподвижного усмехающегося Гарольда, который не смог промолчать: - Не смотри на меня так, он посмел прервать нашу дуэль. Неужели ты думаешь, что я посмел бы воспользоваться такой возможностью? Наша битва была предсказана самой Магией, а значит наше сражение должно соответствовать всем древним стандартам дуэли, иначе победитель может получить очень неприятное наказание от Трёх Сестёр. - хладнокровно ответил недовольный Гарольд Темному Лорду и зрителям, непонимающим его бездействия. - Не ожидал от тебя соблюдения дуэльного кодекса и знания законов Магии. - ответил Воландеморт к ещё большему удивлению всех присутствующих.       В течении минуты под шокированными взглядами волшебников неудавшийся помощник лорда буквально превратился в фарш, сначала крича от боли, а под конец уже завывая и хрипя. После расправы Воландеморта Гарольд обвел взглядом окружающих и что-то дрогнуло у него в груди. Часть взрослых волшебников отнеслась к казни наглеца вполне философски, но другая часть всё равно кривилась и шокировано пялилась на Гарольда из-за его бездействия в такой удобный момент, ведь для всех юноша был учеником самого Альбуса Дамблдора, совершенно плевавшего на эти чистокровные бредни. Молодежь же смотрела скорее вопросительно на юношу, одновременно с этим заблёвывая углы Большого Зала из-за жестких действий Темного Лорда. Большая часть участников сегодняшней битвы теперь точно была уверена в одном: Гарольд Певерелл больше не символ Света, отныне он вхож в круг чистокровных семей и следует их фанатичным бредням. - Теперь нам никто не помешает. - после слов Воландеморта дуэль двух самых могущественных волшебников Британии продолжилась.       Юный Певерелл к собственному удивлению вообще не чувствовал усталости, магия свободно текла через его тело будто бы без ограничений, смывая любые зачатки утомления от длительной дуэли. К собственному удивлению, юноша не только оказался равен по силе семидесятилетнему опытному Лорду Воландеморту, но и оказался способен удивлять этого опытного волшебника, то тут то там дерзко контратакуя своего противника. Юноша видел каждую неточность в движения своего врага, каждую мелкую ошибку, позволявшую ему вести дуэль на равных. Создавалось впечатление, что Реддл просто устал или очень давно нормально не сражался, слишком привыкнув к слишком удобной и страшной Аваде и помощи своих слуг-фанатиков, а вот Гарольд последние шесть лет всё время только и делал, что пытался выжить, поэтому его движения были максимально минималистичны и аккуратны.       Исход с каждым мигом для обоих извечных врагов становился всё более предсказуемым, но внезапно Реддл решил схитрить, вспомнив окончание прошлого года. Он попытался вновь проникнуть в голову удивительно могущественного мальчишки, как это с лёгкостью делал год назад, но к своему удивлению потерпел крах, его виски внезапно сдавило, и он к своему ужасу всего на миг оказался дезориентирован. Гарольд прекрасно ощутил попытку Темного Лорда и получил определенные неудобство от этого, всё-таки его ментальные щиты были не идеальны, поэтому наравне с Реддлом юноша оказался дезориентирован. Оба волшебника пришли в себя одновременно, каждый успел поднять палочку и произнести такое знакомое им Третье Непростительное: - Авада Кедавра! - прозвучало одновременно от обоих волшебников, к очередному удивлению зрителей, большинство которых рассчитывало на такой эффективный в руках Избранного Экспелиармус.       Под шокированные взгляды толпы оба убивающих проклятия столкнулись ровно по центру между юным Избранным и Темным Лордом. В отличии от толпы дуэлянты оказались готовы к такому стечению обстоятельств: оба волшебника направили все свои резервы в противостояние воли и магии каждого. Эпицентр столкновения начал постепенно смещаться в сторону Воландеморта под его яростное, но в то же время отчаянное шипение.       Гарольд видел отчаянный страх в змеевидных глазах Темного Лорда, но не ощущал никакого удовлетворения от скорой победы - всё противостояние с Воландемортом давно превратилось в монотонную работу по противостоянию угрозе своей жизни. Постоянный риск и опасность для жизни больше не заставляли биться быстрее сердце юного Певерелла.       И вот наконец эпицентр столкновения заклинаний сместился вплотную к Воландеморту, а затем произошла мощная вспышка магии, ослепившая не только непримиримых врагов, но и всех остальных присутствующих в Большом Зале.       Как только в глазах Гарольда прояснилось он увидел стоящего на коленях Реддла, некогда могущественный и внушающий ужас волшебник в непонимании смотрел на повзрослевшего Избранного, с легкостью применяющего непростительные. Том Реддл даже успел усмехнуться напоследок, скинув с себя безумие всего лишь на миг – этот мальчишка станет когда-нибудь в будущем идеальной ему заменой, если вдруг у него не появится в этом самом будущем близких людей. Через мгновение руки Величайшего Темного Лорда начали осыпаться пеплом, а затем и всё остальное тело Воландеморта начало разрушаться. Красные яростные глаза в последний раз глянули на своего победителя и навеки потухли, надеясь на вечный покой после своей окончательной смерти. Но Гарольд не собирался позволить своему врагу отправиться в объятия Смерти, незаметно для всех душа Реддла была притянута Ловцом Душ, не позволяя окончательно сошедшему с ума змееликому сбежать в поисках хоть одного оставшегося крестража. Вокруг раздались крики радости и веселья, защитники мигом взяли в оборот проигравших и начали связывать их, пока Гарри задумчиво смотрел на остатки Темного Лорда.       Через десяток минут юноша в сопровождении вассалов и союзников вышел на середину моста перед замком Хогвартс, но уже собиравшихся поздравлять Певерелла взрослых волшебников прервал громкий радостный крик внезапно появившейся Габриэль Делакур в сопровождение младшей дочери лорда Гринграсса, Астории. Слишком юные для сражения они уже успели получить последние новости и прибыть в замок. - Гарри! - девочка протиснулись сквозь столпившихся взрослых и влетела в объятия юноши, не смотря на его довольно потрёпанный видок и залитую кровью одежду. Сам Гарри внезапно почувствовал себя очень виноватым перед девочкой, которая полюбила его, как собственного старшего брата, он столько месяцев игнорировал всех из-за глупой упрямости, ведь всем свойственно периодически ошибаться, а у него появился такой прекрасный шанс восстановить отношения со всеми ними. - Привет, Габи. - с усталой улыбкой поприветствовал Гарри, этот долгий день его сильно вымотал. - С тобой всё в порядке?! Ты ведь победил? - заметив состояние Гарольда поинтересовалась юная Делакур, настороженно осматривая жениха свое старшей сестры. - Я просто слишком сильно устал. Зато больше чистокровные фанатики никому не навредят, по крайней мере в Великобритании. - устало ответил юноша, обессилено опираясь на каменные перила древнего моста. - Тебя очень долго не было в замке! Я соскучилась! - требовательно и грозно произнесла юная Делакур, изливая на негодяя свое недовольство. - Извини, малышка. Но мне придется ещё некоторое время отсутствовать. Я буду очень занят ближайшее время. - извиняющимся тоном произнес Гарри, вспоминая про крестраж в своей голове. - Чем? - недовольно спросила девочка, окружившие их союзники и вассалы смотрели на юношу недоверчиво, не совсем понимая эту очередную секретность Певерелла. - Требуется восстановить положение в обществе и восстановить связи с определенными родами, также надо разобраться с собственным здоровьем. - с извиняющейся улыбкой сказал Гарри, уже предвкушая поглощение крохотного кусочка души своего кровного врага. - Ты же не умираешь? - встревоженно произнесла девочка, все остальные присутствующие волшебники также напряглись, ожидая ответа Гарольда. - Нет, совсем нет. Просто надо кое-что поправить, провести парочку ритуалов. Ничего жуткого и страшного... - ответил Гарольд, натыкаясь взглядом на только подошедших девушек так сильно любимых им. - Опять ритуалы?! Кого ты собираешься убить в этот раз? - нервно произнесла Сьюзен под удивлёнными взглядами взрослых, не совсем понимающих её упреков. - Я не собираюсь никого больше убивать. - резко ответил юноша, перед глазами которого мгновенно встал тот жуткий и болезненный январский день. - А что так? Мне показалось, что тебе нравится пытать и убивать! Ты буквально наслаждался болезненными криками и воплями каждого убитого тобой волшебника! – обвинила перенапрягшаяся в ходе сражения юная мисс Боунс Гарольда. - ... - юноша даже растерялся от таких громких обвинений в жестокости, а потом печально улыбнулся. – Уж лучше они, чем кто-то из вас... Или ты бы предпочла получить от кого-то из них такое проклятие? Они пришли убить всех! Есть ли разница в способах убийства таких ублюдков? – спросил холодно юноша у своей пока что бывшей невесты.       Сьюзен смотрела на любимого парня и не могла избавиться от картинок, стоящих перед глазами, в которых этот самый парень буквально размазывал тонким слоем своих противников во время битвы. Юноша с ног до головы был покрыт кровью врагов, где бы он не прошел, где бы он не стоял - везде оставались лужи, пахнущие железом. Когда же Гарри попытался к ней подойти, она выставила перед ним свои руки, как бы запрещая ему приближаться. - Я... Я не могу. - Не сдержавшись девушка развернулась и побежала обратно в сторону Хогвартса, она не могла больше оставаться тут, ей нужно было подумать.       За девушкой мгновенно побежали Дафна и Флёр, они удивительно сблизились друг с другом за прошедший год, не смотря на войну и постоянное разделение. За девушками в сторону Хогвартса двинулась и вся остальная молодежь, каждый из них стыдливо отводил взгляд от Гарольд, только сейчас осознавая многочисленные жертвы и изменения этого волшебника ради этой тяжелой победы, который как-то неожиданно осунулся после их ухода. - Она одумается, как и остальные. - попытался утешить юношу Дэвид Гринграсс, готовый снова выпороть свою старшую дочь за такое несвоевременное решение поддержать эту дурёху Боунс. - Не важно... - ответил Гарри с потухшим взглядом. - Главное - они все живы. Я выполнил своё обещание перед вами всеми лишь частично, поэтому прошу прощение за это - они всё-таки поучаствовали в войне, хоть и в финальном сражении. Вам всем будет перечислена компенсация за участие ваших наследников в этом хоть и финальном, но от этого не менее отвратительном и опасном сражении. - Ничего страшного, Гарольд. Если бы мы были категорически против их участия в финальной битве, то они бы отправились бы в родовую крепость вашего рода сразу после нашего прибытия в Хогвартс. - заметил Жак Делакур, пытаясь еще больше не расстроить юношу. - Гарольд, вы собираетесь вернуться в Замок на Костях? Мы могли бы отметить окончание войны, Сьюзен скорее всего к этому моменту успокоилась бы и извинилась. - попыталась расшевелить своего сюзерена леди Амелия, которая до сих пор чувствовала ужасную вину перед юношей за свою несообразительность во время зимних каникул.       Под напряженными взглядами взрослых лицо юноши мгновенно утратило эмоции, холодная маска безэмоционального герцога Певерелла вернулась на место. Они все прекрасно поняли – неизвестное пока что решение принято и обжалованию не подлежит. - Не стоит... Планы не изменились, вы все покинете замок в течение одной недели, у меня же до сих пор имеются неотложные дела. Как я и сказал, главное - никто из них не пострадал. Я знал на что шёл, прекрасно осознавал результат своих действий. Если им противно, страшно и мерзко - то ничего страшного в этом нет. – холодно заметил Гарольд. - Лорд Гринграсс позаботьтесь о остатках Пожирателей, каждый должен понести справедливую ответственность за содеянное. Но при этом было бы не плохо, если бы на свободе остались юные неокрепшие умы, не стоит наказывать большую часть слизеринцев за глупость и идиотизм их родителей. Также на суде будут точно рассматриваться деяния не принимавших в этом сражении родов Долохов, Малфой и Нотт, они какое-то время назад принесли мне клятвы верности, они не должны быть осуждены, добейтесь их оправдания. Позаботьтесь об всём этом в моё отсутствие… Пока, Габи. - попрощался Гарри, аккуратно обнимая погрустневшую девочку.       Больше не обращая ни на кого внимание юноша мысленно позвал Элрика и исчез с этого полуразрушенного моста, оставляя взрослых и одну маленькую девочку в думах полных печали и сожаления...

*****

      Гарри сидел в кабинете главы рода в особняке в одиночестве и крутил в руках стакан с огневиски. Победа почти не принесла совсем никаких счастливых эмоций, как была дыра в груди, так и осталась. Если бы он вовремя не отключил эмоции с помощью окклюменции то, наверное, сошел бы с ума. Гарри сделал выбор еще год назад, но ощутить результат его не самых милосердных действий по отношению к врагам ему довелось только сейчас. Ладно... Главное – его прекрасные девушки выжили и почти не пострадали. Какая разница, что теперь они не могут на него смотреть без страха? Он снова как-нибудь справится, не в первый раз...       Прошли почти сутки после окончания второй магической войны, за это время он успел разок напиться до беспамятства от сердечной боли, вспомнить про использованный в дуэли Ловец Душ, начать подпитку его содержимым источника Поттеров и отправить письма Елизавете Второй, Михаилу Третьему, Луи Фердинанду, Виктору Эммануилу, Хуану Карлосу Первому: "Его/Её Величеству...,       Герцог Певерелл, лорд Поттер-Блэк информирует Вас об окончательном падении самозванного Лорда Воландеморта. От его тела остался только пепел, а душа была отправлена за грань. Вторая магическая война в Великобритании завершена.

Искренне Ваш,

Гарольд Певерелл"

      Теперь Поттеру оставалось дождаться отъезда всех его вассалов и союзников из замка Певереллов и можно было приступать к ритуалу поглощения души, исчезнув на какое-то не самое продолжительное время. Затем Гарри решил посетить знакомых дедушки Карлуса и возобновить обмен информацией между их родами, а также познакомиться с их наследниками, может быть он бы нашел новых друзей...

*****

      Через неделю Гарри вернулся в совершенно пустой нынче замок Певереллов, его приветствовали только всё также верные ему эльфы. Он не спеша прошёлся по замку, вспоминая немалое количество счастливых моментов, которые вполне подходили для создания особо мощного заклинания Патронуса, но закончил он именно в гостиной, где перед его глазами стоял всё тот же вечер января и конец его романтических отношений с прекрасными девушками, которые пошли на принцип, забыв о своих обещаниях и заверениях в их искренней любви, магии и договорах. Гарри стоял у окна, за тем самым теперь так не любимым им креслом и крутил в ладони три кольца, которые так и не смог вернуть в Гринготтс или хотя бы в коробочки, нося все время с собой. Слишком тяжело было закинуть в сейф доказательство его снова слишком короткого счастья…       Его союзники и вассалы вернулись в свои дома, а доступ им нынче был закрыт. Он так и не прочитал ни одного письма от девушек с января, хотя они так и не написали ни одного письма после финальной битвы с силами чистокровных фанатиков, теперь нераспечатанные конверты хранились в его кабинете в родовом замке Певереллов, эльфы не оставляли надежд образумить своего глупого хозяина, который всё никак не желал отвечать на письма или встречаться со своими избранницами. А также в голове Гарри всё время крутились мысли о решении Магии и разрушении договоров, ведь неспроста Магия сожгла эти бумажки... Может ли быть так...       В данный момент юноша проводил последние манипуляции перед ритуалом поглощения осколка души Воландеморта в своём шраме. Ему предстояло провести очень затратный магически и физически ритуал, поэтому необходимо было соблюсти все условия. Только поэтому непривычный к такому, совершенно обнаженный юноша лежал посреди ритуального зала в центре огромной пентаграммы с горящими свечами и дочитывал по памяти последние строки ритуального речитатива, вводя себя в состояние магической комы для поглощения осколка души своего врага. Через миг в зале стало тихо и буквально весь замок замер в напряжении на длительное время, ожидая пробуждения своего хозяина...