Глава 9

      В полумраке компьютерного клуба стояла тишина, нарушаемая лишь яростным клацаньем клавиш. Два монитора светились в темноте, освещая напряженные лица.       — First Blood, — механический голос диктора прозвучал в наушниках Люмин как приговор.       Она умерла. Снова. Кинич убил её на второй минуте. Четко, без лишних движений, поймав на ошибке позиционирования.       — Слишком агрессивно, — прокомментировал он, не отрывая взгляда от экрана, пока его персонаж добивал крипов. — Ты лезешь вперед, не чекнув кулдауны. Ты хочешь убить меня любой ценой. Это ошибка.       Люмин сжала мышку так, что пластик скрипнул.       — Ещё раз, — прошипела она.       — Как скажешь.       Они перезапустили лобби. Вторая дуэль. Люмин пыталась играть осторожнее. Но злость внутри требовала выхода. В какой-то момент она увидела возможность, прыгнула на него… и попала прямо в ловушку.       — Убит.       — Ты предсказуема, — голос Кинича был ровным, без насмешки. Просто констатация факта. — Ты играешь на эмоциях. Твой рыжий так же играет. Хаос, импульс. Когда у вас кураж — это работает. Когда вы злы или расстроены — вы корм.       — Заткнись, — огрызнулась Люмин. — Не сравнивай меня с ним.       — Почему? — Кинич повернул голову к ней. — Вы одна команда. Вы играете одинаково. И ошибаетесь одинаково.       Люмин сняла наушники и швырнула их на стол.       — Ты пытаешься задавить меня скиллом, но забываешь про тайминги. Ты хочешь доказать мне, что ты крутая? Или ты хочешь научиться побеждать таких, как я?       — Научиться, — тихо сказала она.       Кинич кивнул. Он свернул игру и открыл реплей их матча на турнире.       — Смотри, — он указал пальцем на экран. — Вот момент, где мы вас переиграли. Твой Чайльд фармит здесь. Ты стоишь здесь. Между вами — полкарты. Почему?       — Мы поссорились, — буркнула Люмин.       — Это я понял. Но с точки зрения игры — это провал. Саппорт — это глаза команды. Если ты ослепляешь себя обидой, команда умирает. Ты должна была быть здесь, — он ткнул в точку рядом с Аяксом. — И ставить вард вот тут. Тогда вы бы увидели мой заход на базу.       — Я не хотела ему помогать, — призналась она. — Я хотела, чтобы он понял, как ему без меня плохо.       — И как? — Кинич посмотрел на нее. — Понял? Мы выиграли. Вы проиграли. Он чувствует себя дерьмом, ты чувствуешь себя дерьмом. Эффективность этого решения — ноль процентов.       Люмин опустила голову. Его логика была безжалостной, как математика. И спорить с ней было невозможно.       — Ты талантлива, Люми, — неожиданно сказал он. — У тебя микро-контроль лучше, чем у большинства парней в про-лиге. Но у тебя проблема с менталкой. Ты позволяешь личной жизни влиять на игру.       — А как иначе? — воскликнула она. — Мы пара! Мы живем вместе! Как можно это разделить?!       — Никак, — пожал плечами Кинич. — Поэтому я не завожу отношений с тиммейтами. Это неэффективно. Но раз уж ты вляпалась… Тебе нужно научиться переключать тумблер. В игре нет «Аякса-парня». Есть «Аякс-керри». Если керри ведет себя глупо — ты его направляешь. А не обижаешься на него.       Они просидели до рассвета. Кинич оказался строгим учителем. Он не хвалил, а указывал на каждую ошибку, каждую неточность.       — Здесь ты опоздала на 0.5 секунды.       — Здесь ты пожалела ману. Ошибка.       — Здесь ты пошла спасать Итто, хотя он был уже труп. Сентиментальность. Минус ресурсы.       Люмин впитывала каждое слово. Ее мозг, уставший от эмоций, с радостью переключился на сухие цифры и логику. Это было исцеляюще. Когда первые лучи солнца коснулись пыльных окон клуба, они закончили.       — Неплохо, — резюмировал Кинич, закрывая программу. — Ты быстро схватываешь. Если уберешь эмоции, станешь монстром.       — Спасибо, — искренне сказала Люмин. — Ты… ты спас меня сегодня. Немного.       — Я просто инвестировал время в достойного соперника, — ответил он, вставая и потягиваясь. — Хочу, чтобы в следующий раз мне было интересне играть против вас. И еще, — он обернулся у выхода. — Твоему рыжему повезло. Если он этого не понимает — он больший идиот, чем кажется. Но я думаю, он понимает. Просто у него… баг в процессоре. Иногда надо перезагружать.       Кинич ушел, растворившись в утреннем городе так же внезапно, как и появился. Люмин осталась одна. И вчерашняя обида накатила с прежней силой. Она, Люмин, ушла в компьютерный клуб, а что делал Аякс? Пошёл ли он в итоге с Итто в бар к той девчонке?       Люмин вернулась домой, когда город уже проснулся и зашумел. Глаза болели от монитора и бессонной ночи, но внутри была странная, злая ясность. Контраст между уважительным отношением Кинича к ней как к игроку и поведением Аякса был оглушительным.       Она открыла дверь своим ключом. В квартире было тихо. Аякс не спал. Он сидел на кухне за столом, перед ним стояла кружка с давно остывшим чаем. Он выглядел помятым, но при виде Люмин сразу вскочил.       — Люми! — он дернулся к ней, но остановился, наткнувшись на ее холодный взгляд. — Ты вернулась. Я… я с ума сходил. Где ты была?       Люмин прошла мимо него, бросив рюкзак на пол.       — Гуляла, — коротко бросила она. — Ну что, весело вам было в баре?       — В каком баре?       Люмин резко обернулась, и в ее глазах вспыхнул злой огонь.       — Ты идиот? В который Кира твоя звала. «Отметить» ваши великие тактики.       — Я не ходил ни в какой бар! — воскликнул Аякс, хватаясь за голову. — Люмин, ты серьезно думаешь, что я пошел бы бухать с какой-то левой девицей после того, как ты убежала в слезах?! Я сидел здесь! Всю ночь! Писал тебе, звонил!       — О, правда? — она скрестила руки на груди. — А звучало так, будто ты очень хотел пойти. «С ней легко», «без заморочек». Идеальный вариант для вечера, разве нет?       — Да забудь ты про эти слова! — взревел он. — Я ляпнул не подумав! Я был на нервах перед турниром!       — «Ляпнул»… — Люмин горько усмехнулась. — Знаешь, Аякс, слова имеют значение. Ты унизил меня. Перед командой. Перед этой девицей. Ты показал, что я для тебя — просто функция. Удобная, полезная, но скучная. А вот яркая картинка с сиськами — это «праздник».       — Я никогда не считал тебя скучной! — он подошел к ней вплотную, пытаясь поймать ее взгляд. — Ты самая интересная, самая умная, самая…       — Самая удобная, — закончила она за него. — Я подстраивалась под тебя. Я играла на саппорте, чтобы ты сиял. Я терпела твои капризы. Я ждала, пока ты повзрослеешь. А ты… ты просто нашел новую игрушку.       — Это не игрушка! Это была просто вежливость, сказал же!       — Вежливость?! — Люмин сорвалась на крик. — Вежливость — это представить свою девушку! Сказать: «Познакомься, это Люмин, мой капитан и моя любовь». А не стоять и млеть, пока она на тебе виснет, и делать вид, что меня не существует!       Аякс молчал. Ему нечего было возразить. Он пытался ей объяснить, но ещё больше ухудшил ситуацию. Повторять не хотелось.       — Знаешь, с кем я была ночью? — вдруг спросила она, понизив голос.       Аякс напрягся.       — С кем?       — С Киничем. В компьютерном клубе.       — С Киничем? — прошипел он. — С тем самым, который нас выиграл? Ты пошла к нему плакаться?       — Я пошла играть, — отрезала Люмин. — А он там тренировался. И знаешь что? Он отнесся ко мне с уважением. Он не флиртовал, не вешал лапшу. Он разбирал мою игру. Он видел во мне равного.       — Ах, равного! — Аякс ударил кулаком по стене. — Так вот чего тебе не хватало! Умных разговоров с «профессионалом»! Конечно, куда мне до него! Я же просто «идиот», который любит тебя!       — Ты любишь себя! — выкрикнула она. — И то, как я заставляю тебя чувствовать себя крутым! А Кинич… он увидел мои ошибки. И помог их исправить…       — Так иди к нему! — заорал Аякс, теряя контроль. — Раз он такой идеальный! Иди в его команду! Будешь там расти! А я найду себе кого-нибудь попроще, да?! Этого ты хочешь?!       — Может, и пойду! — в запале бросила она. — Он, кстати, сказал, что у меня потенциал выше, чем у тебя.       Это был удар ниже пояса по его геймерскому эго. Аякс застыл, и его глаза сузились.       — Потенциал выше… — повторил он тихо. — Проваливай.       — Аякс…       — Нет, серьезно, — он отступил от нее. — Если я тебя унижаю, держу на месте… Вали. Вали к своему Киничу. Я не буду тебя держать.       В комнате повисла звенящая тишина. Они стояли друг напротив друга, тяжело дыша, сказав друг другу самые страшные слова, которые только могли.              — Ты идиот, — прошептала она, и по ее щеке скатилась слеза. — Ты даже сейчас не понял. Я не хочу к Киничу. Я хотела, чтобы ты увидел меня не просто как удобного саппорта в игре, да и в жизни тоже. Хотела, чтобы увидел, что я тоже хочу чувствовать себя нужной, а не приложением к тебе. Я хочу уважения, хочу быть единственной у тебя, а не разбираться со всякими девицами, с которыми ты сам почему-то не считаешь нужным обозначить границы. Это унизительно… Бороться за внимание собственного парня с левыми бабами. Вот что я пыталась донести. А ты… ты меня выгоняешь, — она развернулась и пошла в спальню. — Я соберу вещи, — бросила она через плечо. — Поживу у родителей пару дней. Нам обоим надо остыть.       Аякс остался стоять на кухне. Он слышал, как она открывает шкаф, как шуршит одежда. Ему хотелось побежать за ней, остановить, обнять, извиниться. Но его ноги словно прилисли к полу: гордость и обида держали его крепче любых цепей.       «Пусть валит, — думал он зло. — Пусть посмотрит, каково ей будет с этим Киничем. Она вернется. Она не сможет без нас».       Но где-то в глубине души маленький, испуганный голос шептал: «А если не вернется? А если ты только что потерял ее навсегда?».       В прихожей, прижавшись к стене, стоял Итто. Он выглядел так, будто сам только что пережил развод родителей. Его большие глаза были полны паники. Он отчаянно махал руками Аяксу, беззвучно артикулируя:       «ТЫ ЧЕГО СТОИШЬ?! ИДИ ЗА НЕЙ! ОСТАНОВИ ЕЕ! ДУРАК!»       Аякс видел его, но не двигался. Его словно парализовало. Скарамучча, который все это время сидел на надувном матрасе в углу комнаты, прямо рядом с эпицентром скандала, в спальне, где сейчас Люмин паковала вещи, медленно поднялся. Он выглядел помятым после сна, но его взгляд был абсолютно трезвым и ледяным. Он подошел к Аяксу на кухню.       — Ты закончил? — спросил он тихо.       — Что? — Аякс поднял на него мутный взгляд.       — Спектакль «Как просрать любовь всей жизни за 5 минут». Финал был, конечно, эффектный. «Вали к своему Киничу» — это сильно. Шекспир отдыхает.       — Отвали, Скара, — прорычал Аякс. — Не до тебя сейчас.       — Конечно не до меня. Тебе сейчас вообще ни до кого нет дела, кроме своего ущемленного самолюбия, — Скарамучча скрестил руки на груди. — Ты хоть понимаешь, что ты сделал? Она пришла домой, к тебе. После вчерашней ссоры. Она хотела поговорить. А ты начал орать и выгнал ее.       — Я не выгонял! Я сказал…       — Ты сказал «вали». Это синоним, гений.       В комнате хлопнула дверца шкафа. Итто вздрогнул. Он подскочил к Аяксу и схватил его за плечи, тряхнув так, что у того клацнули зубы.       — БРАТАН! — зашептал он громко. — ОНА ЖЕ УХОДИТ! РЕАЛЬНО УХОДИТ! ТЫ ЧТО, БУДЕШЬ ПРОСТО СТОЯТЬ?! СКАЖИ ЕЙ ЧТО-НИБУДЬ! СКАЖИ, ЧТО ТЫ ЕЕ ЛЮБИШЬ! ЧТО ТЫ ДУРАК!       — Я не могу, — Аякс сбросил руки Итто. — Она была с Киничем. Она сравнивала меня с ним.       — И что?! — вмешалась Синьора, которая вышла из ванной, где, видимо, пряталась от криков, уже полностью одетая и с идеальной укладкой. — Она сравнивала тебя, потому что ты дал повод. Ты вел себя как ребенок, а Кинич вел себя как взрослый. Логично, что сравнение не в твою пользу. Но она вернулась к тебе, идиот!       — Она сказала, что у меня потенциал ниже, — буркнул Аякс, глядя в пол.       — Господи, какой же ты кретин, — Скарамучча закатил глаза. — Тебе девушка говорит о своих чувствах, о том, что ей больно, а ты слышишь только удар по своему рейтингу в Доте. У тебя вместо сердца — видеокарта?       В этот момент Люмин вышла из комнаты. С рюкзаком на плече. Ее лицо было каменным. Она прошла мимо Итто, который сжался, пытаясь стать невидимым. Мимо Синьоры, которая смотрела на нее с пониманием. Мимо Скарамуччи.       Она остановилась в прихожей, надевая кроссовки. Аякс смотрел на нее с кухни.       «Останови ее. Скажи что-нибудь. Просто скажи «прости». Но гордость — страшная штука. Она сковала горло, заставила сжать челюсти. Люмин выпрямилась. Окинула взглядом своих друзей.       — Простите, ребята, — сказала она тихо. — Фестиваль закончился раньше времени. Располагайтесь, еда в холодильнике. Ключи я оставлю на тумбочке.              — Люми… — пискнул Итто.       — Пока, Итто, — она слабо улыбнулась ему. — Жоре привет.       Она открыла дверь и вышла. Не обернувшись на Аякса. Дверь закрылась. В квартире повисла тишина.       — Ну, — сказал Скарамучча, поворачиваясь к Аяксу. — Теперь ты доволен? Потенциал сохранен. Девушки нет. Победа?       Аякс смотрел на закрытую дверь. И вдруг, с запоздалой, сокрушительной ясностью, он понял, что только что произошло. Он сполз по стене на пол, закрыв лицо руками.       — Я полный ноль, — прошептал он.       — Наконец-то дошло, — холодно резюмировал Скарамучча. — Жаль только, что для этого пришлось обидеть хорошего человека.

***

      Люмин стояла перед дверью родительской квартиры, не решаясь нажать на звонок. Она чувствовала себя маленькой девочкой, которая натворила бед и пришла сдаваться. Но идти больше было некуда.       Она нажала кнопку. Через минуту дверь открыла мама в домашнем халате, с полотенцем на голове.       — Люмин? — она удивилась. — Доченька? Ты чего так рано? И без звонка? Что-то случилось?       Люмин не выдержала. При виде родного лица вся ее «ледяная броня» рассыпалась, и ее губы задрожали.       — Мам… я могу пожить у вас пару дней?       Мама ахнула, всплеснула руками и тут же затащила ее в квартиру.       — Господи! Конечно! Что случилось?! Ты плакала? На тебе лица нет! Отец! Иди сюда, Люмин пришла!       Через десять минут она сидела на кухне. Перед ней стояла тарелка с горячими сырниками и чашка чая. Отец сидел напротив, хмуро глядя на нее поверх очков.       — Ну, рассказывай, — потребовал он. — Этот твой рыжий… он тебя обидел? Ударил?       — Нет, пап, что ты! — Люмин поспешно замотала головой. — Он меня не бил. Мы просто… мы поссорились. Сильно.       — Из-за чего? — допытывалась мама. — Измена? Он нашел другую?       Люмин замялась. Как объяснить родителям, для которых «интернет» — это место, где смотрят погоду и рецепты, суть их конфликта?       — Ну… можно и так сказать, — вздохнула она. — Почти. Он… он начал уделять внимание другой девушке.       — Ага! — отец стукнул кулаком по столу. — Я так и знал! Кобель!       — Пап, не совсем, — Люмин попыталась подобрать слова. — Мы поехали на фестиваль. И там он встретил косплеершу. В костюме… ну, очень открытом. И забыл про меня! Про команду! Мы должны были играть турнир, а он ходил с ней и болтал!       — Косплеерша… это те, которые переодеваются в мультики? — уточнил отец.       — Да, пап. В костюме суккуба.       — Кого? — не поняла мама.       — Демона-искусительницы, — буркнул отец. — С рогами и в трусах. Я видел по телевизору.       — И он с ней ходил? При тебе? — ахнула мама.       — Да! И сказал, что это «просто разрядка»! А когда я обиделась, он сказал, что я его пилю и контролирую! Что я сложная! А мне просто хотелось, чтобы он уважал меня! Чтобы я была для него на первом месте, а не эта… картинка!       Она снова заплакала, размазывая слезы по щекам.       — А потом, — всхлипнула она, — я пошла играть в клуб ночью. И там был другой парень. Капитан другой команды. И он мне помог. Он объяснил мне мои ошибки. И Аякс приревновал! Он сказал: «Вали к нему!».       Отец снял очки и протер их краем рубашки.       — Так. Подожди. Давай по порядку, — сказал он. — Значит, он засмотрелся на девицу в трусах. Ты обиделась и пошла ночью к другому мужику… играть в игрушки. А твой рыжий психанул и выгнал тебя. Я правильно понял?       — Ну… грубо говоря, да, — кивнула Люмин.       — Детский сад, — констатировал отец. — Ей-богу, детский сад. Вам сколько лет? Двадцать? А ведете себя как пятиклассники в песочнице. «Ты забрал мою лопатку, я уйду в другую песочницу».       — Не будь таким черствым! — одернула его мама. — Девочке больно! Бедная моя. Конечно, поживи у нас. Пусть этот геймер подумает над своим поведением. Ишь чего удумал, на демонов засматриваться! А ты, доченька, тоже хороша. Ночью, по клубам, с чужими мужиками… Ох, молодежь.       — Мам, это был киберспортивный клуб! Там безопасно!       — Знаю я эти клубы, — проворчал отец. — Рассадник.       — В общем так, — подвела итог мама. — Поешь, поспи. Комната твоя свободна. А с Аяксом… если он тебя любит, он приползет с цветами. И без всяких там… суккубов.       Люмин слабо улыбнулась. Родители ничего не понимали про саппортов, керри, варды и мету. Но они плнимали главное — ее обидели, они были на ее стороне.       — Спасибо, мам. Спасибо, пап.       Она доела сырник, который показался ей самым вкусным на свете. Дома было спокойно. Здесь не было рейтинговых очков, не было токсичных тиммейтов. Здесь была просто любовь. И это было именно то, что ей сейчас было нужно, чтобы «отхилиться».

***

      После обеда и короткого сна, который, впрочем, не принес облегчения, Люмин почувствовала, как руки начинают зудеть. Привычка — вторая натура. Стресс требовал выхода, а лучший, самый проверенный способ «перезагрузиться» для нее — это погружение в игру. Ей нужно было закрепить то, что объяснял ночью Кинич. Ей нужно было почувствовать контроль над ситуацией, хотя бы виртуальной.       Она зашла в свою старую комнату. Там все осталось как в школьные времена: выцветшие плакаты с персонажами аниме на стенах, полки с учебниками и фэнтези. В углу сиротливо ютился ее старый компьютерный стол. На нем, покрытый тонким слоем пыли, стоял ее первый ПК. «Старичок», который когда-то казался ей верхом технической мысли.       Люмин с надеждой нажала кнопку включения. Системный блок загудел и тревожно затрещал. Монитор мигнул и выдал картинку с разрешением, от которого у современного геймера потекла бы кровь из глаз. Загрузка системы заняла вечность.       — Ну давай, родной, — прошептала Люмин, барабаня пальцами по столу. — Ты сможешь.       Она попыталась запустить Steam. Компьютер подумал, покряхтел, завис на минуту и выдал ошибку обновления. Ему не хватало памяти. Ему не хватало всего.       — Черт, — выругалась она, пнув ножку стула.       Попытка запустить хотя бы браузерную игру закончилась слайд-шоу. Этот компьютер годился только для «Сапера» и написания рефератов в Ворде 2007 года. Никакой Доты. Никакой CS… Вообще никаких игр…       Люмин откинулась на спинку скрипучего стула и закрыла лицо руками. Ее мощный, любимый, собранный вручную компьютер с видеокартой последнего поколения, механической клавиатурой с идеально смазанными свитчами и монитором остался там. В квартире Аякса. В стане врага.       Как она могла быть такой глупой? Уйти, хлопнув дверью, разыграть драму и оставить самое ценное? Это была фатальная стратегическая ошибка.       — Чёрт! — простонала она.       Она не могла вернуться. Только не сейчас. Возвращаться за компом — это как капитуляция. «Привет, я тебя все еще ненавижу, но отдай мою видеокарту, а то мне скучно». Жалко. Унизительно.       Ее взгляд упал на телефон. В чате «Фатуи», откуда она, слава богу, не вышла, чтобы не терять связь с ребятами, было тихо. Видимо, там тоже царил траур.       Она могла бы попросить Итто или Скару привезти ей комп. Но… это значило бы признать, что она не может без игр. И, что еще хуже, это дало бы Аяксу повод для контакта. Он бы обязательно увязался с ними. Или начал бы передавать записки в коробке с системником. Нет. Она должна справиться сама.       — Мам! — крикнула она в коридор.       Мама заглянула в комнату, вытирая руки полотенцем.       — Что, солнышко?       — У папы на ноутбуке… какие игры пойдут?       — Ой, не знаю, — мама махнула рукой. — Папа там только пасьянс раскладывает да новости читает. Он же старенький совсем, ноутбук этот. Греется, как утюг. А что, ломка началась?       Люмин вздохнула. Мама, конечно, шутила, но попала в точку.       — Типа того. Мне нужно отвлечься.       — Слушай, — мама присела на край кровати и погладила ее по ноге. — Может, это знак? Отдохни от своего монитора. Глаза испортишь. Погуляй. Вспомни, как выглядит реальный мир. Сходи с Розарией в кафе, вы же подруги. Или, вон, с нами на дачу в выходные поедешь.       — На дачу? — Люмин ужаснулась. — Мам, там же даже связи нет! И интернета!       — Зато воздух! Лес! Шашлыки пожарим! Грядки вскопаем, цветочки посадим! Трудотерапия — лучшее средство от депрессии!       Люмин представила себя с лопатой вместо мышки, копающую картошку вместо фарма крипов. Это был хардкорный симулятор выживания, к которому она морально была не готова.       — Я подумаю, мам, — уклончиво ответила она.       Она осталась в комнате. Без игр. Без связи с командой. Наедине со своими мыслями, которые, как назло, все время возвращались к Аяксу.       «Интересно, что они там делают? Играют? Кто теперь на миду? Скара? А Аякс на саппорте? Или они нашли кого-то? А вдруг они позвали ту Киру?!»       Ревность уколола ее даже здесь, в безопасности родительского дома. Нет, Аякс не мог быть таким идиотом. Или мог? Она схватила телефон. Открыла переписку с Киничем. [Lumi]: Я без компа. Оставила у Чайльда, а сама ушла… Сижу у родителей с калькулятором вместо ПК. Ломка дикая.       Ответ пришел быстро, будто он ждал у телефона. [Kinich]: Тактическая ошибка. Никогда не оставляй ценный лут на вражеской территории при отступлении. Это база. Есть варианты? Клуб? [Lumi]: Мама не пустит меня в клуб. Она думает, это притон, где сидят бандиты и наркоманы. Если я скажу, что иду играть, она потащит меня копать грядки на дачу. [Kinich]: Сочувствую. Значит, у тебя вынужденный детокс. Используй это время для теории. Скидываю тебе пару статей по макро-игре и записи финалов последних мейджоров. Смотри с телефона. Анализируй драфты. [Lumi]: Спасибо, тренер. Ты сама доброта. [Kinich]: Эффективность превыше всего. Твои руки могут отдыхать, но мозг должен работать.       Люмин слабо улыбнулась. Хоть кто-то ее понимал и не предлагал «подышать воздухом». Она легла на кровать, открыла присланную статью и начала читать. Это было не так весело, как играть, но это отвлекало. И это давало ей ощущение, что она все еще в игре. Даже без компьютера.       Но долго она так продержаться не смогла. К вечеру жажда действий стала невыносимой.       — Мам, я пойду прогуляюсь, — крикнула она, выходя в прихожую и натягивая кроссовки. — Погода хорошая, надо… эээ… проветрить голову. Перед сном.       — Ой, молодец! — обрадовалась мама, выглядывая из кухни. — Сходи в парк, там уточки! Или мороженое купи! Не сиди в телефоне только!       — Конечно, мам. Никакого телефона. Только природа. И уточки.       Люмин вышла из подъезда и быстрым шагом направилась прочь от парка с уточками. Ее цель была другой. «CyberZone». Тот самый клуб. Это было далеко, на другом конце города, но там был ее аккаунт, сохраненные настройки и нормальный FPS.       Через сорок минут она была на месте. Знакомая неоновая вывеска, полумрак, гул вентиляторов, запах энергетиков. Она вдохнула этот спертый воздух как аромат свободы.       — Пакет на пять часов, — сказала она администратору, швыряя деньги на стойку. — И колу без сахара.       Она села за компьютер, надела наушники и почувствовала, как напряжение отпускает. Вот оно. Ее мир, ее правила. Она запустила Доту.       «Так, — подумала она. — Кинич говорил про контроль карты. Попробуем».       Она начала поиск игры. Соло, на миду, без Аякса и без команды. Только она и ее скилл.