24. Акт IV | Ответственность

На Аванпосте-3 температура всегда была довольно прохладной, и постоянное расхаживание в футболке для человека тут легко могло закончиться простудой, которую в условиях дефицита хрен вылечишь. Конечно, сейчас Гия владеет таким количеством всяческих лекарств, что легко может открыть у себя аптеку и зарабатывать себе капитал на безбедную старость, но Ворон всё равно предпочитал верхнюю одежду, кроме как в постели, не снимать. Но вот в Криолабс холод всегда был намного сильнее, чем в остальной части бункера, и долго находиться там было сложно. И чем дольше Ворон находился на Купер-9, тем сложнее было ему находиться в самом Криолабс, и дело тут было далеко не в холоде. Сейчас лаборатория была переоборудована под морг, в котором хранились тела погибших при вторжении дронов как из Отряда 44, так и простых бойцов WDF. Хранили их не очень замысловато - просто постеленная на пол полиэтиленовая плёнка, на которой лежали тела, накрытые различными покрывалами. С одной стороны, человеку это могло показаться дико, но с другой - человек тут был только один. И учитывая те места, в которых этот человек бывал, наличие тела после смерти уже было хорошей новостью, ведь будет что похоронить. Да и что брать с дронов? Они роботы. Их тела из пластика и металла, так что они даже не разлагались или делали это без запахов. К тому же работяги впервые столкнулись с таким количеством тел внутри бункера, поэтому пришлось импровизировать. — Семнадцать… — зазвучал знакомый голос, и Ворон повернул голову в сторону его источника. Рядом с ним стоял Оливер, на чьём лице читалась усталость и опустошение, а под нахмуренными глазами виднелись цифровые мешки. Хоть дроны-рабочие и не нуждались в регулярном сне, как люди, но всё же три дня беспрерывной работы отражались и на них. А именно три дня сталкер провалялся в палате Медблока после ранений, и все эти дни полномочия командира Отряда 44 выполнял Оливер. Лицо дрона говорило о том, что в эти дни он практически не спал. К сожалению, блондин временно встал у руля Сорокчетвёрки в самые сложные для неё времена, пока капитан отряда лежал в кровати, что вызывало у Ворона уколы совести и стыда - он же ведь командир, офицер!... Только вот все эти смерти, отчасти, были виной этого же самого командира. — Ч-что?... — переспросил Ворон, выходя из своих размышлений и смотря на своего розовоглазого работягу. — Семнадцать "двухсотых" и десять "трёхсотых". — повторил Оливер, смотря на семнадцать накрытых тел перед ними. — Это все потери Отряда 44 за время атаки дронов-убийц. Дельта полностью погибла вместе с Локсом. Ворон тяжело выдохнул. Он вполне ожидал нечто подобное ещё когда Сорокчетвёрка создавалась; сталкер ведь не был наивным дураком - он прекрасно понимал, что работяги на равных с демонами не смогут сражаться и потерь не избежать. Но… всё равно было тяжело осознавать смерть своих бойцов. Даже с учётом того, что он уже когда-то испытывал подобные чувства. А отстранённый и безэмоциональный голос Оливера ещё сильнее давил на сталкера, ведь тот прекрасно понимал, что дрон сейчас ощущает. — Половина всего отряда… Охренеть, блин. — пробормотал Ворон, обводя взглядом каждое тело. — Охренеть? Да это пиздец, Ворон! — грубо выругался дрон-рабочий и резко повернул голову к человеку. — Эти твари целую группу перебили, а про WDF я вообще молчу… — Мда, хреновастая картина выходит, — устало сказал Ворон и, скрестив руки, опёрся спиной о стену. — Хорошо хоть половина наших не в бункере была, и у "Альфы" с "Бетой" лишь раненые. Думаю, если бы вы не уехали из бункера, то потери были бы ещё больше… — Думаешь? — прошипел Оливер, смотря на Ворона из-под лба, а затем зло на него рявкнул: — Думаешь?! А раньше ты не мог подумать про это, а?! — Эй, ты чего, Оли? — сталкера удивил такой всплеск злости от Оливера, который хоть и не был самым спокойным дроном в бункере, но такие вспышки ярости для него были нехарактерны. — Да так, ничего - просто из-за твоего идиотизма три дня не спал и кучу товарищей потерял! — всё так же эмоционально продолжал говорить блондин, приближаясь к сталкеру, не сбавляя своего тона. — Нахера ты в ту библиотеку полез, и какого дьявола ты мне или кому-либо ещё про это не сказал?! Ты же понимаешь, что ночью на поверхности тебя бы только смерть ждала?! А из-за твоей "секретности" куча народу полегла от когтей дронов-убийц! — Да подожди ты! — сталкер решил наконец-то прервать этот поток гнева, который, вероятно, Оливер копил все эти три дня. — Дашь хоть слово сказать? Оливер притих и, выровняв спину, тоже скрестил руки и стал прищуренными глазами смотреть на человека перед собой. Три дня интенсивного лечения для Ворона не прошли даром - выглядел он куда лучше, чем в день вторжения в бункер, и на нём была уже хорошо зашитая, бессменная оливковая униформа. Но ранения бесследно не прошли: мужчина был обязан теперь каждый день ходить к Гие на медосмотр и процедуры, пить кучу таблеток, а также ему прописали ингалятор от приступов кашля. Если со всем этим Ворон мог мириться, то вот запрет на сигареты и алкоголь давался ему тяжело. Но предметом дискуссии сейчас было не состояние Ворона, а его действия. — Ну, говори. — кратко бросил Оливер, в ожидании услышать объяснения от командира Отряда 44, который так не вовремя решил попасть в плен. — Да, я наломал дров, и ходить по ночам в ту библиотеку самому было идиотским решением - признаю. И я понимаю, что эти вот походы и привели к… этому… — он кивнул головой на тела работяг, лежавших на холодном полу Криолабс. — А молчал я про всё это, потому что не хотел тебя или кого-либо ещё в это впутывать! — Пф-ф, вот это да - не впутал, так не впутал! — горько иронизировал Оливер, покачивая головой. — Скажи это вот этим вот ребятам. — А я знал, что всё так закончится?! — тут уже не выдержал Ворон и всплеснул руками, отрывая спину от стены. — Уж извини, но демоны мне о своих планах не отчитываются, а я не экстрасенс. И вообще - думаешь, я сам себя за всё это не виню? Думаешь, я в том сраном Медблоке все эти три дня не лежал с чувством того, что я всех подставил?! А я лежал, и лежал беспомощно, потому что ничего сделать уже не мог. Я… Мне жаль, что всё так вышло, правда. Оливер отошёл на несколько шагов назад и чуть напрягся от такого эмоционального взрыва со стороны сталкера. Похоже, не только дрон копил все эти три дня эмоции в себе. И в словах человека блондин чувствовал… искренность. Он понимал, что человек перед ним не врал. Ворону не было всё равно на то, что погибшие были лишь дронами-рабочими. Оливер это отчётливо видел как по выражению лица сталкера, как только они вошли в Криолабс, так и слышал по голосу сейчас. Осознавая это, он выдохнул и повёл плечами, будто и сам мог чувствовать собачий холод в лаборатории. — Ладно, прошлого не вернуть… — Оливер вновь посмотрел на тела и ещё сильнее нахмурился. — Мы все знали, на что идём, вступая как в WDF, так и в Отряд 44. — Всегда можно избежать напрасных смертей, — ответил Ворон, вновь упираясь о стену и скрещивая руки. — Помнишь, ты мне когда-то говорил, что ты последние десять лет под смертью ходишь? — начал издалека Оливер, отходя от тел и упираясь в стену рядом с Вороном. — Так вот мы под ней уже двадцать лет живём. Почти каждый в бункере кого-то потерял: отца, мать, ребёнка, брата или сестру, вторую половинку… Мы привыкли к смертям, привыкли к потерям, привыкли, что дроны-убийцы забирают у нас самое ценное… Но в этот раз мы хотя бы смогли отстоять наш дом и не дали случиться ещё большей трагедии, так что их смерть не была напрасной. Сталкер молча смотрел на своего зама с удивлённым взглядом на лице, ведь от Оливера таких речей он не ожидал. Неужто все эти события так на него повлияли? — Хе… А говорил ещё, что оратор из тебя хреновый и философствовать не любишь, а сейчас… — поняв, что сейчас, возможно, не самая лучшая обстановка для юмора, сталкер оборвал себя на полуслове и замолчал. — Хе, после таких деньков… — однако Оливер лишь слабо усмехнулся на слова Ворона, а затем, прочистив горло, продолжил: — Что хоть в этих бумажках было-то? Сомневаюсь, что просто так будешь свою шею подставлять. Ворон на некоторое время задумался о том, насколько сильно следует погружать Оливера во всё это дело, и как бы сформулировать всё так, чтобы он смог это понять. — Как бы это сказать… — озвучил свои мысли сталкер, почесывая затылок. — Тебе покороче или длиннее? — У меня сейчас процессор на длинное и сложное не способен, так что давай покороче. — ответил Оливер, потирая сонные глаза. Сталкер в ответ кивнул и снова уставил глаза в пол, с задумчивым видом начав почесывать подбородок. Надо бы уже побриться по-хорошему, а то непорядок с такой бородой расхаживать… — В общем, была когда-то на вашей планете одна лаборатория, что с одним интересным полем планеты экспериментировала - информационным. И все бы ничего, но вот подобные эксперименты на Земле привели к появлению Зоны, так что штуковина эта опасная, и лучше бы яйцеголовым ее не трогать. — Ага… И что в итоге? — спросил Оливер, внимательно слушая своего товарища, пытаясь вникнуть во все это. — Из того, что я пока прочитал и понял: они сначала пытались понять, есть ли вообще это поле, а потом пробовали к нему подключиться; получилось у них это, и для чего оно им надо было, я тебе не скажу, ведь сам пока не знаю. — закончил объяснять Ворон и замолчал. Между ними повисла тишина, которая прерывалась лишь шумом вентиляции Криолабс и отдаленными звуками масла, что капало с тел дронов на пол. — Короче, понятно, что ничего не понятно. — резюмировал все это Оливер. — Не удивительно, что ты про свое "расследование" рассказал только Узи. Она такие непонятные и странные штуки всегда любила. Эти слова вызвали у Ворона сдавленный смех. — Угу, она деваха такая, что от нее ничего не скроешь, если это пахнет как потенциальный мировой заговор. — с улыбкой отозвался об эмо-дроне человек, но потом улыбка с лица пропала: — Кстати про Узи… Как она? — В своем стиле. — коротко бросил Оливер и, получив от Ворона озадаченный взгляд, решил объяснить: — Она, после того как битва закончилась, ушла вместе с тем демонтажником. И ушла, похоже, прямиком в шпиль демонтажников и на звонки не отвечает… ну, или не ловят они там. — Мда, соглашусь - в ее стиле. — пробормотал Ворон. — А я еще удивлялся, чего она на звонки от Гии и от Долл не отвечает. Кхм, а вы кого-то к шпилю проверить ее отправляли? — Нет, и желающих особо не было. — после этого Оливер засунул руки в карманы куртки и пошел в сторону выхода из комнаты; Ворон, поняв намек на смену локации, пошел за ним, продолжая слушать дрона: — Сам пойми, после такой резни никто в здравом уме из бункера выходить не будет, тем более в логово дронов-убийц. — А Хан? — спросил сталкер, идя рядом с Оливером по коридорам Криолабс. Приглушенное освещение, множество темных закутков и холодные, утилитарные стены из металла делали обстановку тут гнетущей. Переступая через небольшую лужу масла на полу, Ворон чувствовал это еще сильнее. — Да что Хан? Ему и раньше до собственной дочери не было дела, а сейчас уж тем более. — хмуро ответил Оливер. Хоть Фицджеральд Хана и уважал, но его подход в воспитании и отношение к дочери он не разделял. Да, Узи была сложной и своеобразной личностью, которая легко могла нести хаос и разрушение округе; но такого отношения от родного отца? Оливер, как такой же отец-одиночка, не понимал. — Ну знаешь, после того как собственную дочь на смерть бросил, а потом она от тебя к дронам-убийцам ушла, над чем-то задуматься надо было. — сказал Ворон, уже по привычке потянувшись к карману с портсигаром, но, не обнаружив его там, вспомнил про запрет на табак. — Курва… курить-то как охота… Оливер лишь смерил Ворона странным взглядом из-за последней фразы и покачал головой. — Так-то оно так, но когда твою власть впервые за двадцать лет под сомнение поставили, то как-то не до семьи будет. — разъяснил блондин. — Подожди… Хана свергнуть хотели?! — от услышанного у человека аж брови на лоб полезли, и он встал на месте. — Не сказал бы. — покачал головой Оливер, так же останавливаясь прямо в центре какой-то развилки. — Скорее все управление колонией вернулось к временам до вторжения демонтажников, когда вместе с Ханом колонией управлял и Совет Управления. Если говорить коротко, то с приходом дронов-убийц народ решил, что нужна "сильная рука", и Совет передал всю власть Хану. — Мудрое решение… — саркастично прокомментировал Ворон. — А главное надежное, как швейцарские часы. — Язви сколько хочешь, но будь ты на нашем месте, так же поступил. — с легкой обидой ответил Оливер. — В общем, после недавней атаки выяснилось, что двери Хана и WDF не шибко-то и надежны в плане безопасности, вот многие стали этим недовольны, и Хан решил пойти на такой шаг. Конец драмы. Закончив посвящать Ворона в детали системы управления и политики Аванпоста-3, работяга снова зашагал по коридору к лифту наверх. Ворон, не отставая, шел за ним. Между ними двумя было молчание, ведь каждый думал о своем. Идя к лифту, Ворон упорно разглядывал свои берцы, стараясь отогнать мысли про свои проебы, приведшие к стольким гибелям. Вместо этого он пытался продумать свои дальнейшие действия, ведь после возвращения в строй дел и проблем на него навалилось немало, а решать их надо было, и желательно по мере поступления. Оливер же просто хотел передать все это Ворону и завалиться в кровать в спящий режим на часов двенадцать минимум. И скоро ему такая возможность представится, ведь он с Вороном наконец-то дошли к лифту. Сталкер нажал на кнопку, и через секунду двери со скрипом открылись, позволяя свету из лифта разрезать полумрак Криолабс. Дрон и человек молча зашли внутрь и после нажатия еще одной кнопки начали подниматься наверх, под звуки какой-то незамысловатой музыки. Пока сталкер постукивал ногой в ритм, Оливер упирался плечом о стенку лифта и старался не заснуть. — В общем, Оли, слушай наш план действий, — голос Ворона со все еще присутствующей хрипотцой после его забега по поверхности вывел розовоглазого из полудрема после нескольких минут подъема. — Завтра в обед надо будет собрать всех наших на складе и обрисовать им всю картину. Ну, по потерям, что дальше будет и где я шлялся - не хочу от бойцов скрывать правду или что-то придумывать… Но это завтра, а сегодня я хочу еще успеть к шпилю прокатиться - надо бы с нашей изгнанницей поговорить и свое имущество у кое-кого вернуть. — Окей, – устало пробормотал Оливер. — А мне что делать? — Отоспаться; мне нужен бодрый замкомандира, а не сонная муха. — кратко ответил ему сталкер, но потом посмотрел на работягу. — Серьезно, приятель, тебе нужно отдохнуть - я впервые вижу, чтобы дрон-рабочий валился с ног из-за сонливости. Оливер лишь фыркнул и отмахнулся рукой. — Да ладно, бывало и хуже… — конец фразы он завершил длинным зевком, что было необычным и новым для человека зрелищем. Помещение лифта огласилось звуком удара колокольчика, после которого двери расползлись, выпуская пассажиров уже на привычные уровни Аванпоста-3, что уже были куда ярче, теплее да и просто чувствовались спокойнее и живее, чем старая лаборатория под ними. Реактор работяги смогли починить быстро, как, собственно, и двери бункера, благодаря чему с технической точки зрения Аванпост-3 пришел в норму. Но лишь с технической. — Ладно, Ворон, думаю, пора расходиться. — проговорил Оливер, подходя к развилке направо и налево вместе с Вороном. — Удачи тебе там в шпиле, и не приведи демонтажников сюда снова, а то я еще три ночи без сна не выдержу. Хоть Ворон и понимал, что это шутка, но укол совести он вновь почувствовал. — Постараюсь и… — сталкер сжал челюсть и отвел взгляд в сторону. — Мне правда жаль, что все так вышло и что из-за меня столько дронов потеряли своих близких. Обещаю, что буду делать все, чтобы хоть как-то загладить это, хоть это и вряд ли возможно. Вздохнув и закатив глаза, Оливер положил руку на плечо сталкера. — Я запомню это. А ты запомни, что когда в следующий раз решишь полазить по руинам и поискать старые и никому не нужные бумажки, то скажи хотя бы мне, ладно? — Хех, ладно, так уж и быть. — усмехнулся Ворон. — Спокойного отдыха, Оли. — Ага, а тебе спокойно выбраться из шпиля. — кинул напоследок блондин и пошел к своей квартире налево. Ворон остался стоять у лифта вниз один. Проведя Оливера взглядом и дождавшись, пока он скроется в коридорах бункера, Ворон невесело цокнул языком и, развернувшись на месте, пошел в противоположное направление - к своей квартире, в которой, по ощущениям, он не был уже несколько месяцев, хотя прошло от силы дня четыре-пять. Только вот эти дни были чересчур уж насыщены событиями, так что это неудивительно. И последствия этих дней Ворон ощущал до сих пор, в первую очередь на своем теле. Раны и ушибы все еще отдавались легкой болью, а постоянное першение в горле и слабость напоминали про вред дышать без противогаза холодным, отравленным воздухом планеты. А еще про то, что Servator-3 может быть как спасением, так и смертью для него. Сраные яйцеголовые, 31 век на дворе, а придумать нормальную универсальную аптечку они так и не смогли. А оружия, наверняка, наклепали так, что мама не горюй… Размышляя про это, сталкер спокойным шагом шел по пустому коридору. В бункере уже была ночь, так что большинство дронов-рабочих были у себя в квартирах, хотя после случившегося они бы и днем своих домов не покидали. Понять это Ворон мог по плохо вычищенным масляным разводам на полу и стенах, рядом с которыми были пулевые отверстия, следы когтей и взрывов. Эхо бойни, что тут произошла, все еще было слышно, и слышаться будет еще долго - в этом человек был уверен. И был он уверен, что его сложившуюся репутацию это тоже пошатнет, если не у всего населения бункера, то вот у Сорокчетверки точно. Официальная версия для работяг звучала так: "за двадцать лет дроны-убийцы таки смогли найти брешь в защите бункера и пробрались внутрь, учинив бойню". Про то, что демонтажников на хвосте привела Узи, или истинную причину отсутствия половины Отряда 44 и причину, зачем Узи пошла к шпилю, Хан решил тактично умолчать, хотя члены WDF и Сорокчетверка все прекрасно понимали. Это Ворон понял еще во время первого визита Оливера к нему в Медблок, который случился вскоре после первого визита Долл к нему. Тогда Ворон настаивал на том, чтобы его отпустили из-под медицинского наблюдения, дабы он мог помочь разобраться со всем этим бардаком, но что Гия, что Оливер ответили категорическим отказом. Первая - потому что человек все еще был в нестабильном состоянии, второй… возможно, просто не хотел видеть человека. Вероятнее всего, его так задело замалчивание Ворона не только потому, что это привело к тому, к чему привело, но и по более личным причинам. Ему стало казаться, что Ворон ему не доверяет. И сталкер не мог его в этом винить. За три месяца знакомства Ворон практически не рассказывал Оливеру про свое прошлое, а если и делал это, то в общих чертах и не вдаваясь в подробности. Потому что он привык так. Привык, что все, с кем Ворон заводил дружбу или ощущал привязанность, быстро покидали его жизнь не самым приятным образом. Да и в Зоне не было принято открывать кому-то свою душу или делиться переживаниями. В Зоне человек человеку волк, и точка. Иногда даже твои соклановцы могут вставить нож в спину или пустить очередь в затылок ради жирного хабара или ценного артефакта, а историй, когда даже родные братья шли на подобное, пруд пруди. Ворон привык к такому, но с попаданием на Купер-9 это изменилось. Сначала Оли, затем Ева с Дмитрием, а затем… Долл. Чем дольше он о ней думал, тем еще сильнее хотел дать себе подзатыльник. Если бы демонтажники хотели его там убить, то они бы легко это сделали. Тогда бы Долл точно осталась одна. Да, у нее были ее друзья - Тэд и Лиззи - был Оливер или даже Хан, в конце-то концов, который бы хоть что-то должен был сделать ради дочери своего погибшего друга. Но Ворон сомневался, что это хорошо бы отразилось на психическом состоянии Долл. Он ведь видел, что за столь короткий срок она тоже привязалась к нему, ведь в противном случае она бы не наведывалась к нему каждый день в Медблок и не проводила бы с ним столько времени. Это было необычное ощущение для Ворона, или, вернее сказать… Забытое. Он уже и забыл, каково это - ощущать, что за тебя кто-то волнуется. И именно это его и пугало. Ворон помнил - слишком хорошо помнил - чем когда-то это закончилось, и повторения этого он боялся больше всего. Размышления прервались, когда сталкер остановился перед знакомой ему дверью в квартиру №013. Он настолько погрузился в свои размышления, что ноги сами его привели к квартире. Но одна вещь в этой двери привлекла его внимание. И было бы удивительно, если бы не привлекла. — ...шо бля… — растерянно произнес человек, глядя на дверь своей квартиры. Вся она была изрисована разноцветными красками из баллончика. Рисунки были самыми разнообразными: какие-то замысловатые, витиеватые узоры, надписи на непонятном ему языке и… мультяшные мордочки котов, а в центре всего этого две буквы - V и X. Ворон несколько минут пусто вглядывался в эти рисунки и пытался хоть что-то понять, но в конце пришел к выводу: — Ебаные тегеры, неужто до сих пор существуете? — выругался Ворон, ведь кому-то все это безобразие придется отмывать, и этот "кто-то" будет владельцем этой квартиры, то есть он. — Хотя после последних событий мне ее и поджечь могли, так что еще легко отделался… Устало вздохнув и посмотрев на творчество "юного таланта" - а он был уверен, что сделал это какой-то юный дрон, и талант в этом граффити реально был - еще раз, сталкер достал из кармана кителя ключ-карту от квартиры и приложил ее к датчику считывания. Двери спокойно открылись, впуская сталкера в место, ставшее для него уже… ну, дом было бы слишком сильным словом для этой квартиры, скорее постоянным местом жительства. Когда за спиной Ворона двери закрылись, он вошел в зал квартиры и окинул ее взглядом. К удивлению, ничего за время его отсутствия глобально не изменилось - лишь пыли прибавилось, да небрежно кинутые на диван рюкзак с автоматом, да шлем на столе. Однако Ворон не нашел в гостиной самого главного - его контейнера с артефактом. Быстро пересекая гостиную, он дошел до коридора к комнатам и санузлу и взял курс к своей спальне. Войдя в нее, он смог лицезреть знакомый бардак, но самое главное - контейнер стоял на письменном столе, окруженный документами из архива. Приблизившись к столу, сталкер взял свинцовый цилиндр в руки и стал рассматривать его. Интересно, с чего это тебя решили отдельно поставить? Хотя я не удивлюсь, если ты сам сюда телепортировался или что-то в этом роде… В Зоне ты себя иначе вел, а тут будто совсем другим артефактом стал. Вербальный монолог к артефакту прекратился, когда Ворон заметил валяющийся на полу блокнот, причем раскрытый. И он знал, чей это блокнот, что подтвердила страница, на которой он был раскрыт. Похоже, кто-то не сильно был согласен с его личными границами, и тут было две кандидатуры: дрон, переносивший снарягу сталкера сюда, или… — Узи, зараза мелкая… надо бы ей рассказать, что в чужие дневники лезть нельзя. Собственно, к этой фиолетововолосой бестии он сейчас и собирался идти.

***

За окном бушевал дождь, что своими каплями нещадно бомбардировал окно сбоку от него. Капли, как и ожидалось, окно пробить не могли и разбивались об него, стекая вниз по стеклу. Затем он услышал чей-то властный и холодный голос, с отчетливой аристократической манерой речи. — Нужно ограничить её доступ к свалке… Несколько раз моргнув, он наконец-то смог увидеть хоть что-то перед собой. Стоял он у входа в большой, просторный зал, из которого лился теплый, желтый свет. Одна его рука была заложена за спину, а вторая держала поднос с множеством пустых бокалов. Бегающий взгляд белых цифровых глаз наткнулся на фигуру, что возвышалась над ним - высокий силуэт мужчины во фраке и цилиндре, сжимающий в руке пустой бокал, что со смесью скуки и отвращения в его белых глазах смотрел на дрона-рабочего перед ним. Послышался раскат грома за окном, и все помещение на мгновение осветилось ярким светом, что заставило его поднять взгляд на человека. Тем не менее, он старался не встречаться с ним взглядом, ведь что-то ему подсказывало про печальный результат данного действия. — И откуда она берёт волосы для причёсок? — голос мужчины был полон презрения, а в конце добавилась еще и брезгливость: — Мерзость. Человек наотмашь кинул пустой бокал в сторону дрона-дворецкого, не смотря на него, и развернулся назад к залу, в котором было множество других силуэтов во фраках, цилиндрах и платьях. Но все же дрон смог мастерски поймать бокал, поставив его рядом с другими на подносе, и, отбив поклон, быстро удалился назад по коридору особняка. Ноги будто сами несли его по коридору, из-за чего через несколько минут он уже шел по лестнице наверх, после которой оказался на этаж выше зала, где собралось множество гостей поместья. Особого интереса у него к ним не было, так что он продолжал смотреть прямо перед собой, идя по красной ковровой дорожке, что с переменным успехом маскировала скрип деревянного пола. Очередной раскат грома застал его, когда он проходил мимо большого окна, и дрон не мог ничего поделать со своим любопытством, так что прекратил следовать своему маршруту и остановился. Вместо этого он развернулся и подошел к окну, за которым открывался вид на окрестности около особняка. Сильный и непрекращающийся уже несколько дней ливень, высокий забор вокруг обширной территории поместья, несколько деревьев без листвы, на которых сидели вороны. А также беспроглядная, темная ночь, ведь вокруг особняка было лишь болото и никаких соседей или населенных пунктов. Откуда-то он это отчетливо помнил, но вот откуда? Он покачал головой и, отойдя от окна, продолжил свой путь к бару снова. Дорога не заняла у него много времени, в основном из-за его темпа, а также однообразных помещений особняка, к которым он уже успел привыкнуть. Снаружи снова ударила молния, и дрон-дворецкий самовольно стал оглядываться по сторонам, не прекращая идти. Это и стало его ошибкой, ведь выйдя из-за угла, он почти сразу в кого-то врезался и, не удержавшись на ногах, со вскриком упал на пол, выпуская из рук поднос, а вместе с ним и все бокалы, стоящие на нем. Дрон, в которого он врезался, тоже не устоял на ногах и с тонким зойком - благодаря которому стало понятно, что врезался дворецкий в девушку - упал на пол, хватаясь за ушибленную голову. — Ой, простите! — дрон-дворецкий моментально извинился испуганным и растерянным голосом и стал быстро собирать упавшие бокалы. — В-всё нормально, это я слепая. — собеседница ответила дрожащим голосом и стала помогать дворецкому собирать бокалы по полу. И во время этого процесса они случайно коснулись друг друга руками, вызвав между собой небольшой заряд электричества, что спровоцировало их наконец-то взглянуть друг другу в лицо. Дворецкий увидел перед собой знакомого ему дрона-рабочего в классическом платье горничной, носившую серебряное каре, прятавшееся под черной каской, и большие круглые очки, за линзами которых были растерянные белые глаза. Всем своим видом горничная показывала, что сейчас была готова провалиться под землю от стыда, не только из-за инцидента с подносом, а потому что она хорошо знала этого дрона-дворецкого в классическом костюме и с непослушными серебряными волосами, что скрывались под такой же черной каской. На визорах обоих появились характерные черточки смущения, ведь они очень хорошо друг друга знали. Непутевый дрон уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но слова так и остались внутри его голосового модуля, ведь сбоку послышались чьи-то быстрые шаги. А затем дворецкий ощутил сильный удар в правую сторону головы, и, судя по всему, удар нанесли с ноги. — Не зевай, идио… — грубый и строгий голос второго дрона-горничной резко оборвался в конце, лишь для того чтобы смениться на куда более мягкий и приторно-сладкий: — Привет, Тесса!~ Лежа плашмя на полу, он поднял голову и повернул ее к проходу, из которого минутой ранее пришел, и в нем стояла эта… Тесса… Тесса… Это имя ему было знакомо, но… кто эта девчонка, что стояла молча в проходе? По какой-то странной причине из всех силуэтов ее рябило сильнее всего, из-за чего дрон не мог четко разглядеть ее внешность. Или это просто последствия удара по голове? Однако даже так он не мог не заметить что-то - или, вернее, кого-то - кто стеснительно прятался за девчонкой. Обладательница грубого голоса и крепкого удара тоже это заметила. — О блин. — вся “сахарность” из голоса пропала, и вместо нее пришли раздражение и угрюмость. — Еще один? Поняв, что говорят про него, и спрятаться не выйдет, новый дрон-рабочий особняка, одетый в такое же платье горничной с аккуратно заплетенными серебряными волосами, решил аккуратно выглянуть из-за девушки. И чем сильнее она выглядывала, тем сильнее что-то в ней казалось… неправильным… ее движения были какими-то… кукольными… А глаза… Цифровые глаза цвета золота растерянно бегали по комнате, бегло осматривая каждый уголок, пока… Пока взгляд золотых глаз не пересекся со взглядом белых глаз дворецкого, и когда это случилось... На ее лице появилась маленькая улыбка. И после этого все стало будто проваливаться и растворяться. Он не мог оторвать от нее взгляд. Взгляд от этих золотых глаз, и чем дольше он вглядывался… Сон оборвался, и все утонуло в помехах. Эн резко проснулся и свалился на землю с потолка шпиля, где он спал, укутавшись крыльями вверх ногами. Упав в снег, он привел себя в сидячее положение, потер голову в месте удара о землю, а потом… Увидел, как человек в униформе камуфляжа "олива", в противогазе и с контейнером на поясе направляет на него автомат и чуть пятится назад. — Э-э-э… привет? — Эн растерянно помахал ему рукой, так как узнал в нем друга Узи. — Ты же Ворон, да? Кхе, рад видеть тебя… живым. — Ага, я чуть, блин, инфаркт не схватил от твоих кульбитов. — ответил ему сталкер, опуская ствол АК-74, поняв, что демонтажник не хочет откусить ему голову. — Ты чего людей своими падениями пугаешь? Тем более таких нервных… — Да я просто… хе-хе… — Эн смутился, начав по привычке почесывать шею и пытаясь подобрать слова получше. — Спал просто… ну, там, наверху. И-и так заснул, что упал, представляешь? Впервые такое, хе-хе. А ты, собственно, зачем пришел? Ворон поднял голову вверх, пытаясь найти место, где спал дрон-убийца, и прикидывал, с какой высоты он грохнулся. Ничего, кроме нескольких балок, он не нашел, так что падение Эна выглядело довольно ожидаемым. — Я сюда пришел за… — но договорить ему не дали. — Эн! Смотри, что я нашла! — из десантной капсулы раздался знакомый крик эмо-работяги, на который обратили внимание что дрон, что человек. Повесив автомат на плечо, Ворон зашагал к Эну и протянул ему руку. — Ладно, харе в снегу ангелов делать - пошли узнаем, что там Узи отрыла. Эн несколько секунд переводил взгляд то с протянутой руки в перчатке, то на лицо человека, скрывающееся под безэмоциональной и немного жутковатой маской противогаза. Но все же он воспользовался помощью человека и, схватившись за руку, поднялся с земли. Кратко поблагодарив его и отряхнув свое пальто, они оба зашагали в сторону капсулы, сохраняя молчание, ведь понимали, что лучше уже все обсуждать в присутствии Узи. Тем временем в капсуле Узи разглядывала в руках металлическую кокарду в виде черепа с крыльями и надетой на него фуражкой. Насколько работяга знала, очень похожие кокарды на своих головных уборах носят пилоты ЧВК "Оникс" - частной военной компании JCJenson. Правда, крылья там были немного другие - птичьи, а тут крылья были от дронов-убийц. Хотя, возможно, Компания не поскупилась на отдельную геральдику для демонтажников, так что все может быть. Людям креативности и средств не занимать, когда дело касается геноцида. Мысль об этом заставила Узи оторвать взгляд от кокарды и посмотреть на зеркало, висящее на стене рядом с ней. С того рокового дня, как она впервые вышла на поверхность и привела демонтажников в колонию, она стала замечать что-то странное в себе. "Робо-Сатана" стал все чаще активироваться, а его символ все чаще мелькать на ее визоре. Что это такое, она до сих пор не знает. Это было у нее… да сколько она себя помнит! В первый раз, когда она увидела этот символ у себя на визоре, она начала думать, что подхватила какой-то вирус, но, проверив всю свою систему несколько раз, Узи ничего подозрительного так и не обнаружила, так что списала на какой-то странный баг. Когда этот символ впервые разбил зеркало в доме, помимо того что она выслушала целую лекцию от Хана и понесла, несправедливо, по ее мнению, наказание, фиолетовоглазая решила все же наведаться к Гие и провериться уже у нее на вирусы. Каково было ее удивление, когда и она не обнаружила вирус. С тех пор такие "эксцессы" случались раз на пару месяцев, и их динамика неуклонно росла, хотя все еще оставалась в границах "раз на пару месяцев". Но в последние месяцы это стало происходить куда чаще, и это ее напрягало, ведь на какую бы зеркальную поверхность она ни посмотрела, этот символ обязательно появлялся и разбивал ее. Ей казалось, что это как-то связано с Компанией и с "безумством" ее мамы незадолго до смерти, про которое она несколько раз слышала от отца и от нескольких других дронов. Пока она размышляла об этом, произошло то, что и ожидалось - на месте ее правого глаза появился тот самый символ. Фиолетовый шестиугольник, из углов которого выходят три стрелки. И затем вся капсула огласилась звуком разбивающегося зеркала. Сразу после этого символ исчез, вновь возвращая привычный цифровой глаз Узи, что все еще смотрела на свое отражение хмурым взглядом. — Это стрёмно и ненормально. — сбоку от нее зазвучал издевательский голос Ви. — А еще это порча МОЕГО имущества! — оттуда же послышался и недовольный голос Джей. — Ты в своей головешке хоть можешь представить, как долго я искала целое зеркало в этой дыре? Узи резко развернулась к двум пленницам, кидая на них сердитый взгляд. — Выкусите! Наверняка это всё из-за вас, чудил! — она злобно указала пальцем на двух демонтажниц, сидящих в углу капсулы. А сидели они на найденном откуда-то Эном матрасе, поверх которого была застелена махровая простыня, которую их сокомандник также нашел где-то в руинах. Но сидели они не просто так - обе были прикованы цепью к полу, а их хвосты привязаны к трубам на стене позади них так, чтобы их нельзя было использовать для побега. Вообще, изначально Узи просила у Эна просто найти новые цепи, так как старая была разъедена нанитовой кислотой, и демонтажник даже справился, но вот только вместе с ними он притащил еще и матрас с покрывалом, чтобы Джей и Ви было "комфортно". — Я впервые вижу этот символ. — спокойно ответила Ви на претензии Узи, но затем наклонила голову и добавила низким голосом, оголяя острые клыки: — Может, вскрытие покажет, что к чему? Узи сделала несколько шагов назад под угрожающим взглядом Ви, а сидящая рядом Джей лишь закатила глаза, после чего скрестила свободные руки и закинула ногу на ногу. — Что нашла? — конфронтацию прервал Эн, спустившийся внутрь корабля по лестнице. Узи молча запрыгнула на ближайший ящик из-под инструментов, дабы хоть как-то дотянуться до макушки здоровяка, и прицепила кокарду ему на фуражку. — Ты знал, что это фуражка пилота? — спросила у него Узи, спрыгивая с ящика. — Я был пилотом?! ШИКАРДОС! — радостно сказал Эн, но затем радость сменилась отчаянием: — Я ломаю всё, к чему прикоснусь… — …что? — не поняла такую резкую смену настроения Узи. — Пилот корабля, предыстория. — демонтажник-пилот направил две руки с пальцами-пистолетиками в сторону своих бывших коллег. Ви лишь злобно зыркала на него, а Джей закрыла лицо ладонью. — О, Компания, какой же дебил… — пробормотала она. Неловкую тишину прервало появление новой фигуры - Ворона. Он быстро спустился по лестнице в капсулу и окинул ее взглядом: то тут, то там стояли ящики с различными инструментами, а консоль управления была разобрана, но сталкеру бросились в глаза две вещи - две демонтажницы, что сидели в том же месте, где сидел и он, а также удивленная Узи. — Алекс, т-ты… — Узи на мгновение растерялась от неожиданного появления человека, но потом быстро покачала головой и взяла себя в руки: — Э-э, то есть… Сап, мешок с мясом, рада, ты не склеил ласты, или что-то там с тобой было, когда я ушла в свое изгнание. Ворон усмехнулся с такой быстрой смены поведения фиолетововолосой, что это его даже умилило - она всегда начинала вести себя так, когда случайно проявляла свою "негремлин" сторону. — Я тоже скучал за тобой, Кнопка. — сталкер не удержался и, подойдя к Узи, потрепал ее шапку. — Эй! А ну не трогай! — в ответ она сначала схватила ее покрепче, а потом слегка ударила Ворона по руке. — Ты зачем сюда приперся? Если ты тут ради того, чтобы упрашивать меня вернуться в колонию, то я все равно туда не вернусь - мне с теми трусами и предателями не по пути… Пусть прячутся за своими дверями сколько угодно, ведь когда они поймут, что я была права, то… — Да не, я не из-за этого, — отмахнулся Ворон рукой, — я и так знаю, что у тебя этот подростковый бунт со временем пройдет, и за вещичками своими. Оборванная на полуслове Узи, услышав всю фразу человека, сжала кулаки и была готова взорваться прямо тут, что, собственно, и произошло: — ЭТО НЕ ПОДРОСТКОВЫЙ БУНТ! ЭТО САМОИЗГНАНИЕ ИЗ КОЛОНИИ! ЭТО ДВЕ АБСОЛЮТНО РАЗНЫЕ ВЕЩИ, ТУПОЙ МЕШОК С МЯСОМ! ТЫ… — гневная тирада фиолетовоглазой, активно размахивающей руками все это время, была прервана сдержанным смехом со стороны плененных демонтажниц. А именно смехом Джей. — Знаете, а неплохая у вас компашка собралась: считающий себя бессмертным самоуверенный мудак, чудачка-фрик с перепадами настроения и шаблонными проблемами с обществом, а также ни на что не способный идиот-предатель, который прекрасно к вам влился. — яда в голосе Джей было столько, что его можно было черпать из кубка. — Как хорошо, что вы нашли друг друга. Ворон краем глаза заметил, как Узи начинала закипать с каждым словом демонтажницы с хвостиками, так что, когда та закончила говорить, сталкер быстро перехватил словесную инициативу у фиолетового дрона и решил ответить Джей вместо нее. — "Самоуверенный мудак"... — повторил он слова демонтажницы и, со знающим видом кивнув, — Знаешь, а у нас много общего. Удивительно, а? Поняв слова человека, Джей нахмурилась, а затем дерзко усмехнулась. — Сомневаюсь в этом, так что хватит себе льстить, человек. — А кто сказал, что я льщу себе, а не тебе? — ответил Ворон, расплываясь в хитрой ухмылке под маской. — К тому же я говорил про самоуверенность. Уж слишком много ты говоришь для той, кто этой "компашкой идиотов" была побеждена. Ответ Ворона вызвал тихий смех у Ви и еще большее раздражение у Джей. — Позлорадствовать сюда пришел? — спросила она уже без какой-либо иронии или сарказма в голосе. — Очень сильно с твоей стороны. — М-м-м, не только, — сказал Ворон, медленно подходя к Джей и снимая с плеча автомат, что заинтересовало Узи, а также насторожило Эна, — Знаешь, Джей, у судьбы порой бывает очень странное чувство юмора - несколько дней назад на твоем месте был я, а теперь ты. Как все обернулось… — А-а-а, я поняла, — Джей наблюдала, как человек приближается к ней и в конце останавливается около нее, — хочешь отыграться на нас за то, что тут с тобой делали. Ну так чего ты ждешь, давай! Прояви всю свою силу и убей или пытай нас - все равно ведь не ответим. Все это время демонтажница неотрывно смотрела ему в глаза, что в этот раз не были видны под линзами противогаза. В ее желтых глазах читался только вызов, и даже в таком положении она умудрялась сохранять внутреннюю гордость. Ворон молчал некоторое время, рассматривая то Ви, то Джей. Последнюю он рассматривал дольше всего, после чего присел рядом с ней и направил ствол снятого с предохранителя автомата прямиком ей в лицо. Глушитель уперся Джей прямиком в визор, и на губах демонтажницы расплылась высокомерная, темная улыбка. — Э-э, ребят? — заговорил неуверенно Эн. — Может, давайте без насилия обойдемся? — Алекс, отойди-ка от нее лучше, а то не к добру все это. — произнесла Узи, наблюдая за всем этим с интересом. — Не волнуйтесь, — успокоил их Ворон ровным голосом, — я просто возвращаю себе то, что принадлежит мне. После этих слов, не отрывая взгляд от глаз демонтажницы, он потянул одну свободную руку к ней. Вернее, к карманам на ее пиджаке. Джей от такого растерялась, а Ви сбоку лишь заинтересованно наблюдала за этим. Конечно, у нее сейчас был большой соблазн вцепиться в руку сталкера клыками или просто дотянуться до нее и сломать ее, но вот она не могла этого сделать. Ее цепь была слишком коротка для этого. Но вот Джей это вполне могла сделать, и демонтажницу с каре очень удивляло то, что ее "босс" молча наблюдала за всем этим и позволяла сталкеру так близко приблизиться к ней. К удивлению, Ворон испытывал точно такие же чувства и удивлялся, почему ему еще руку не откусили. Но то, что было дальше, произошло слишком быстро, и сталкер даже не успел среагировать. Джей молниеносно схватила его за предплечье тянущейся руки и сжала металлической хваткой. — Не зазнавайся, человек, — низко произнесла Джей, все еще сохраняя улыбку, что становилась только шире, когда она чувствовала попытки сталкера вырваться, — руки у меня свободны, а у тебя язык не отсох, и я уверена, ты знаешь, как им пользоваться. Ворон бросил попытки вырваться из хватки Джей, так как скорее руку себе оторвет, чем высвободится. — У тебя мой КПК есть, а он мне немножко нужен, — проговорил Ворон сдавленным голосом, — и давай ты отпустишь, а я уберу свой автомат и палец с его курка, ага? — Хм, а сразу не мог сказать? — ответила демонтажница с хвостиками и через секунду отпустила сталкера, и тот моментально убрал руку к себе, а также убрал от визора Джей дуло автомата. Та лишь хмыкнула и отточенным движением засунула руку в карман пиджака, после чего небрежно бросила КПК мужчине. Словив его, сталкер сразу же отошел от демона с хвостиками на несколько шагов и осмотрел свой девайс. Хоть экран и был весь в царапинах и трещинах, КПК послушно включился, и первичная проверка показала, что он полностью исправен. Воистину, производители этого КПК явно позаботились о том, чтобы он служил верой и правдой в любых условиях и после любых повреждений. — Благодарю… наверное. — неуверенно произнес Ворон, все еще не понимая, как он руки не лишился и почему Джей у него просто-напросто не выхватила автомат. Развернувшись к Узи и Эну, он понял почему - тот держал Джей и Ви под прицелом лазера, ошарашенно глядя то на Ворона, то на Джей и Ви. — Алекс, ты идиот или просто безмозглый? — излишне эмоционально задала вопрос Узи. — Тебя же грохнуть могли! Оружия-то у них нет, но оно им и не нужно - они сами им и есть! — Хи-хи, а эта фиолетовая штука права, — подтвердила ее слова Ви, — нашего зажима вполне достаточно, чтобы сломать человеку руку или свернуть шею, и я гарантирую - тебя бы это ожидало, если бы Джей херней не страдала. Дрон-убийца с каре недвусмысленно посмотрела на Джей, которая уже ни на кого не обращала внимания, а занималась рассмотрением… того места, где у людей на пальцах ногти. У нее их не было, так что всем было еще более очевидно, что она специально всех игнорирует. — Так, закрыли тему, мне еще нужно экзоскелет вернуть. — решил отойти от странного поведения демонтажницы сталкер и подошел к двери в кладовку капсулы. — Эн, не поможешь? — Ага! Секунду… — демонтажник в фуражке, поняв, что угроза миновала, сменил лазер на обычную руку и подошел к двери. — Так… ноль-один-ноль-три… та-дам! Можете входить! Дверь в кладовку открылась, и Эн гордо встал возле нее, приложив руку к фуражке, салютуя Ворону. Тот усмехнулся с такого энтузиазма дрона, так что отсалютовал ему в ответ. — Вольно, боец, можешь отдыхать. — расслабленно сказал Ворон, входя в кладовку, присвистывая от разнообразия хранящихся тут вещей. — Ого, да тут прямо каптерка! Какие-то коробки, банки, бумажки, огнетушитель, штатная аптечка (вероятно, просроченная), а также несколько канистр с маслом, но главное покоилось в самом дальнем углу помещения - уже повидавшая виды экза сталкера. И пока Ворон радовался возвращению своих пожитков, Узи решила не терять время зря и начала рыться в ящиках с инструментами, чтобы продолжить ремонт - или хотя бы попытки ремонта - консоли управления капсулой. Смотря на это, Эн таки решился поднять тему, которая его беспокоила. — Говоря о полетах к Земле, а насколько убийство всех людей вообще… эм-м-м… "морально"? — конечно, он понимал, насколько это слово звучит смешно из уст дрона-убийцы, но лучшего слова не нашлось. — Тем более, у тебя есть друг-человек, и вы хорошо ладите! — Шо?! — из кладовки послышался удивленный возглас Ворона, а затем звук, будто кто-то ударился головой об полку, и ругань. — Холера, гребаные полки… В каком смысле убить всех людей?! — В прямом. Люди отправили демонтажников сюда без какой-либо нормальной связи, а мозги переформатировали в бульон. Заметание следов означает, что они не хотят переговоров. — ответила серьезным тоном Узи, а затем со злостью разломала гаечный ключ, что сжимала в руке. — С моей мамой переговоры уж точно не вели. С угла капсулы вновь раздался смех Ви, но на этот раз он был куда сильнее и злораднее. — Или вы пропустили переговоры. Люди запрограммировали нас решать проблемы, но где подтверждение вашей версии? — задала вопрос демонтажница, сверля работягу стремным взглядом, а после, наклонив голову, сменила тон на приторно-сладкий: — Той, где вы все такие добрые и невинные? Фиолетововолосая лишь злобно на нее смотрела, пока перед ней не встал Эн, загораживая Ви и Джей от ее взора, и приложил руку к подбородку с задумчивым видом. — Джей получала от кого-то приказы. Если у нас нет нормальной связи, то как? И от кого? — высказал свои вопросы демон в фуражке. — Я к ней уже спрашивала, но от нее ни черта полезного не дождешься, — Джей на такую характеристику никак не отреагировала, продолжая упорно разглядывать свои "ногти", — мощности вашего устройства для радиопереговоров хватает для того, чтобы говорить с кем-то на планете, но вот дальше нее - нет. — Может, на планете есть какой-то ретранслятор? — тут уже Ворон озвучил свое предложение, стоя в проходе кладовки и опершись о него плечом. — Но даже так, весь твой план… как бы помягче сказать... бессмысленный? — Это еще почему?! — Сама подумай: ты хоть представляешь, сколько световых лет от Купер-9 до Земли? А сколько там людей, м? Ты даже приземлиться не успеешь, как тебя ПВО собьет, и дело с концом. — объяснял сталкер проблемы плана. Фиолетововолосая молча все это слушала и даже задумалась над этим. После нескольких мысленных обработок сказанного она поняла, что человек и Эн были правы. С осознанием этого она откинулась назад и уперлась в грудь Эну. — Хватит усложнять мой план истребления! — пробурчала она, недовольно скрестив руки и отведя взгляд. Демонтажник не ожидал такого действия от работяги, так что немного растерялся, но потом решил сделать первое, что пришло ему в голову. Он аккуратно протянул руку к ее голове и стал медленно поглаживать, чтобы успокоить. Однако действие было прервано ударом по руке от Узи, дав понять демонтажнику, что она сейчас не в настроении для тактильности. Ворон молча наблюдал за всей этой картиной, а также изредка поглядывал на пленниц в углу. Если Джей все так же было все равно, то вот Ви злобно на все это смотрела. Видя такое состояние демонтажниц и вспоминая про произошедшее между ним и Джей несколько минут назад, он понял, что попытки расспросить их сегодня про что-либо будут бесполезны, да и он сам все еще чувствовал какую-то физическую слабость и усталость. Поэтому, вздохнув сквозь маску противогаза, сталкер вышел из кладовки. — Не хочу прерывать, но у меня есть еще одна просьба, — обратился к сменившему сторону демону человек, — мне бы экзу мою до БТРа дотащить, но мне после доктор строго запретила тяжести поднимать, так что… — Понял! — сразу же понял просьбу Эн и с энтузиазмом принялся ее выполнять. — Сейчас все будет! В несколько широких шагов он скрылся в подсобном помещении, а вернулся из него уже держа сложенный экзоскелет под мышкой. После этого дрон вылетел из капсулы, успев только сказать Узи: "Скоро буду". И вот человек и дрон-рабочий остались наедине. Ну, не считая двух демонтажниц. Узи все еще дулась из-за своего плана истребления, только теперь она делала это, сидя в кресле, подобрав под себя ноги и положив голову на колени. Ворон, наблюдая эту картину, мягко улыбнулся под противогазом, подошел к ней сзади, со спинки кресла, и, положив на него локти, стал легонько тыкать Узи в макушку. — Да не расстраивайся ты так, для всех роботов нормально хотеть убить всех людей, а потом понимать, что это невозможно. — сказал сталкер спокойным голосом. — Сейчас палец откушу. — сердито отреагировала девушка на действия человека. — Хе, так и знал, что первый в твоем списке на истребление, — усмехнулся Ворон, все же прекращая тыкать Узи. — Даже приятно. — Нет, ты нормальный, вроде… так что я не хотела бы, чтобы с тобой что-то случилось, и… и-и… — к удивлению, Узи решила ответить не язвительно, а тихим и неуверенным голосом, но позже, смущенная и не привыкшая к таким разговорам эмо, быстро вернула свою дерзкую маску: — И вообще, ты забрал свои шмотки? Так проваливай из моего корабля! — А когда это он стал твоим кораблем, тостер? — Джей прервала свою затянувшуюся тишину и злобно прошипела на Узи. — Эта десантная капсула - имущество корпорации JCJenson, выданная моему отряду под мою ответственность, так что не смей его себе приписывать! — Ой, да умолкни уже, зануда. — отмахнулась от демонтажницы с хвостиками работяга. — Я тебя победила, и корабль мой, так что выкуси, зараза корпоративная! Робо-Боже, и почему Ворон не дал мне тебя грохнуть… — Кхм, мы победили. — поправил дрона сталкер. — И жива она, потому что мне бы хотелось еще поговорить с вашими "дружными соседями" по поводу их миссии и того, кто их сюда отправил. Но мне кажется, сейчас они мало что скажут толкового. — А с чего ты решил, что я или Ви вообще тебе что-то скажем? — задала резонный вопрос Джей. Услышав вопрос, Ворон усмехнулся под маской. — Просто я человек обаятельный, и мне сложно отказать. — сказал он горделивым тоном. В ответ он услышал тишину и как три непонимающих взгляда смотрели на него. — Это было странно и кринжово. — нарушила тишину Ви. — Кхм, э-э… — Ворон, поняв, что шутка не сильно зашла публике, принял решение ретироваться из капсулы: — Ладно, Узи, думаю, мне пора. Не скучай тут! Завтра все равно наведаюсь. И человек спешно удалился в сторону лестницы и, поднявшись по ней, покинул капсулу. Узи оставалось лишь озадаченно пялиться на то место, где секунду назад был Ворон, и безмолвно хлопать фиолетовыми глазами. Однако, понимая, что работы у нее еще непочатый край, работяга вздохнула, вернулась к работе, встала с кресла и поплелась к ящику с инструментами. Ища в ящике крестовую отвертку, чтобы открутить очередную панель, Узи словила себя на мысли, что она и вправду рада, что Ворон жив и с ним все в порядке. Даже такой короткой, сумбурной и немного неловкой встречи для нее было достаточно, чтобы воспрянуть духом и отогнать гнетущие мысли, терзавшие ее с самого момента ее "самоизгнания" и начала активности этого вируса. Это же заставляло ее чувствовать уколы совести за то, что она кинула Ворона тогда на складе и в порыве эмоций не заметила, как тот потерял сознание, а потом даже не пробовала связаться с ним напрямую, хоть и получала от Долл сообщения в Дронграме, что он уже идет на поправку. Но самому сталкеру это было все равно. Сейчас он был занят тем, что возвращался к своему БТРу, припаркованному неподалеку шпиля. Хоть он и был рад снова увидеть Узи, но сейчас мысли в его голове роились не вокруг ее персоны, а вокруг двух плененных демонтажниц. Прошлый опыт общения с дронами-убийцами был у него… своеобразный. Еще безумный "доктор" Кей дал понять, что все попытки вступить в диалог с демонтажниками заканчиваются догонялками со смертью, и лишь Эн был тому исключением, хоть и с оговорками. Однако… Именно Джей сбивала с толку и вызывала у сталкера как минимум интерес к ее действиям и мотивации. Ворон невольно потер руку в том месте, где его схватила демон с хвостиками. С его стороны было довольно опрометчиво так близко подходить к пленницам и пытаться самому забрать КПК из ее карманов. Еще повезло, что цепи были короткими и не давали им полноценно встать во весь рост, хотя его все еще удивляло, что те просто не порвали цепи и не сбежали. Хотя в 31 веке наверняка есть какой-то сверхкрепкий сплав, из которого изготавливают разные вещи, и вполне вероятно, цепи были одними из них. Но даже так для Ворона до сих пор оставалось загадкой не только то, почему она хоть как-то не воспользовалась своей возможностью в капсуле, но и ее отказ добить его тогда в бункере. Что-то было во всем этом странно и подозрительно, и узнать больше он сможет, только если разговорит ее, а сейчас у него это вряд ли выйдет, точно не без подготовки. Уж слишком он был уверен, что Джей простыми словами, как Эна, не переубедить, а про ее подругу Ви даже говорить не хотелось - ему казалось, что она вообще не совсем вменяема. И, кстати, про Эна… Выйдя из шпиля, Ворон увидел, как высокий дрон-демонтажник со сложенным экзоскелетом в руках стоял около белого бронетранспортера с красивым именем "Саныч", написанным на его борту, и переминался с ноги на ногу. — Чего стоим, кого ждем? — спросил сталкер, подходя к Эну. — Так тебя же и жду, — удивленно ответил Эн. — Надо же куда-то твою броню положить, а вот куда… — Да в десантный отсек брось его, и делов. — махнул рукой сталкер и пошел к водительскому месту. Открыв дверь, он с отточенной скоростью нашел нужную кнопку на приборной панели бронетранспортера и нажал на нее. Сзади послышалось гудение открывающегося трапа, а также удивленный вскрик Эна. — Кхм… прям туда, да? — взволнованным голосом спросил демонтажник, кивая головой в середину открывшегося БТРа. — Ага, можешь просто на пол его кинуть, один хрен экзе ничего не будет. — отозвался Ворон с водительского места, пока продолжал нажимать на кнопки и переключатели на приборной панели, чтобы подготовить технику к поездке. Эн же решил экзоскелет не "кидать", а аккуратно положить на одну из сидушек для десантников. И хоть он мог быть уже свободен, ведь просьбу человека он успешно выполнил, но любопытство взяло верх, и он стал внимательно осматривать внутренности БТРа, который до этого он видел лишь издалека. Ряды сидушек по обе стороны, отдельное сиденье для стрелка и консоль для управления турелью, а также висящая на стене аптечка и небольшой огнетушитель - вот и весь интерьер этого отсека. Армейский функционализм и простота во всей красе - ничего лишнего. — Что, интересно? — донесся голос сзади Эна, от чего тот резко прекратил свой осмотр и развернулся к нему, заложив руки за спину, делая вид, что ничего не произошло. — Ну-у, хех, я просто решил осмотреться немного, — почесывая затылок, сказал дрон-убийца, — я ведь его только снаружи видел, так что мне всегда было интересно, что тут внутри… особенно после первого, кхм, "знакомства". Последнее слово Эн выделил не только интонацией, но и характерными движениями пальцев. В голове человека сама собой всплыла картина того, как он таранит Эна и переезжает его на бронетранспортере. Мда, кто ж знал, что за три месяца все так изменится. Вот уж воистину не знаешь, с кем завтра по одну сторону будешь… — Ну-у, — озадаченно протянул Ворон, — это ж когда было? — Три месяца назад! — для наглядности демон-пилот показал тройку своими пальцами. — Я ж и говорю, давно это было. — кивнул сталкер. — За это время многое изменилось, а главное - ты встал на правильную сторону! Я же тебя тогда не просто так протаранил, да? — Хе-хе, тут и не поспоришь. — согласился Эн, понимая, что в целом в той ситуации по-другому поступить было нельзя. — Только вот… м-м, как бы это сказать… — Можешь говорить как есть, — человек уже догадывался, что последует дальше, но он хотел это услышать напрямую от Эна. — Мне… мне кажется, что я этой "сменой" сторон предал Джей и Ви. — наконец-то сказал вслух свои мысли демонтажник. — Я понимаю, что то, что они делали, было… ну, не совсем весело и правильно, но все же - мы одна команда! Или были одной командой… Эн печально опустил взгляд и стал нервно потирать предплечье. Он понимал, что Джей и Ви сотворили много ужасных вещей и что они вряд ли жалеют о них. Однако он тоже в этом участвовал. Он так же, как и они, двадцать лет совершал геноцид на этой планете, но почему-то он сейчас свободен и "на правильной стороне", а Джей и Ви… Что-то в этом всем ему казалось неправильным и несправедливым. У всех должен быть второй шанс. Чья-то рука легла ему на плечо, заставляя его оторвать взгляд от пола. Желтые глаза демонтажника встретились с глазами человека, скрытыми под линзами - на этот раз он их видел. — Послушай, Эн… Ты сделал правильный выбор, и если бы ты и дальше шел по тому пути, что и они, то кончилось бы это для тебя плохо. — говорил сталкер спокойным и мягким тоном. — Джей установила тебе тот вирус после безобидного вопроса, так что уж кто кого предал первым - вопрос открытый. — Я понимаю, но все же. — кивнул Эн и продолжил уже куда менее уверенно и тихо: — Джей и Ви не плохие. Может, их тоже можно будет переубедить или они сами поймут, что от Компании мы бы добра не дождались, и тогда… дать им второй шанс?... Ворона искренне удивляло, насколько Эн был привязан к своим сокомандникам, что даже был готов простить им попытки убить его. Удивительный контраст с его внешностью и действиями в прошлом. — Я не знаю, Эн. — честно ответил Ворон. — Тут уже все от них зависит, но я бы хотел верить, что они так же, как и ты, все поймут и воспользуются этим "вторым шансом". — П-правда? — спросил Эн. — Правда-правда. — подтвердил свои слова сталкер, улыбнувшись под маской. Эти слова, в которых Эн не увидел лжи, заставили демонтажника тоже слабо улыбнуться и посмотреть на сталкера с благодарностью за то, что тот был готов дать им шанс. Но улыбка пропала, когда он посмотрел на свои внутренние часы. — Ой-ой, что-то я тут уже задержался. — встревоженно проговорил Эн. — Узи наверняка уже заждалась, я ж ей сказал, что ненадолго уйду! Это вызвало у Ворона легкий смех. — Ну, значит, беги к ней. — ответил Ворон, отходя в сторону и освобождая проход для демонтажника, что стремительно выскочил из десантного отсека. — А, и еще - спасибо за помощь, и до встречи! Эн на секунду замер, услышав благодарность от человека, и даже немного растерялся, но потом с широкой улыбкой приложил одну руку к фуражке. — Всегда пожалуйста! И… до встречи, человек! После этих слов демонтажник побежал в шпиль. Ворон, выйдя наружу, пронаблюдал за ним какое-то время, упершись плечом о БТР, но когда он скрылся: — Мда, и как его еще на заводе не забраковали? Уж не похож он на "дрона-убийцу" от слова совсем… Хотя работяги с этим вряд ли согласятся. — рассуждал вслух Ворон, а потом решил и сам взглянуть на время на своем возвращенном КПК. — Ладно, пора сворачиваться. А еще надо будет Кнопку попросить экран на КПК поменять.

***

В квартире Ворона стояла привычная для Аванпоста-3 прохлада, вызванная тем, что Ворон так и не смог починить терморегуляцию в его квартире, а попросить Узи помочь ему он все время забывал. Хотя сейчас, уже привыкнув к ней, он не обращал на это большого внимания. Все же человек ко всему привыкает и со временем адаптируется, и он в этом за всю свою жизнь убедился не раз. И не раз ему приходилось адаптироваться к его новой реальности, что так турбулентно изменялась и раз за разом норовила отправить его на тот свет. И чтобы этого не произошло, во всех этих реальностях Ворон не забывал делать одну простую вещь - чистить оружие. Этим он прямо сейчас и занимался: на журнальном столике перед ним лежали детали от АК-74, какие-то тряпки, баллончик с оружейным маслом, небольшая щетка и прочие принадлежности для чистки, которые сталкер смог найти. Помимо них, на столе лежало несколько пустых автоматных магазинов, а также несколько пачек патронов к ним. Вместе с чисткой Ворон решил провести и ревизию своего зоновского имущества, которое за ненадобностью было отправлено в дальние углы кладовки его квартиры, где до сих пор покоились его трофеи - голова его первого убитого дрона-убийцы, а также его меч, который Ворон однажды даже пытался освоить, но потом понял, что это фехтование не для него, да и уж слишком он тяжел и неудобен. Ревизия имущества показала, что за все время сталкер успел изрядно потратить свои запасы взрывчатки, так что теперь ему приходилось беречь оставшиеся гранаты для крайних случаев. Насчет патронов же, то хоть запасы и уменьшились за три месяца, их ему могло хватить еще надолго, благо пускать в ход автомат ему приходилось всего несколько раз за все время на Купер-9. Отдельной категорией вещей Ворона, что он принес с собой из Зоны, были различные датчики и детекторы. Первое время он еще таскал их с собой по привычке, но, поняв, что они ему не понадобятся, решил просто собрать их в одну коробку и спрятать, как обычно прячут те вещи, которые тебе вроде и не нужны больше, но выкинуть ты их не можешь - память, как-никак. Ну а еще цена, которую сталкер за них когда-то заплатил, не позволяла ему их просто так отправить в мусорку. Так что детектор аномалий, пси-излучения, а также детектор артефактов "Велес", стоящий солидную сумму, но с лихвой окупивший себя потом, были обречены на судьбу пылесборников. А вот старый добрый счетчик Гейгера сталкер до сих пор носил с собой. Хоть радиационный фон на Купер-9 был приблизительно одинаковый, но иногда встречались непонятного происхождения "радиационные пятна", где фон был такой, что Ворон ощущал легкую ностальгию по Чернобылю. Но сейчас сталкер сидел на диване у себя в квартире, и тут - слава и вечная память инженерам этого бункера - радиация его не беспокоила, так что он, тихо напевая себе под нос, чистил канал ствола АК-74.

…Ми помрем не в Парижі, тепер я напевно це знаю, В провінційній постелі, що потом кишить і слізьми, І твого коньяку не подасть тобі жоден, я знаю, Нічиїм поцілунком не будемо втішені ми, Під мостом Мірабо не розійдуться кола пітьми…

Напевание прервалось из-за сильного першения в горле, которое Ворон решил сбить несколькими глотками крепкого черного чая, найденного когда-то в одном из многочисленных разрушенных домов Купер-Сити. Травяная жидкость разлилась по телу приятной теплотой, что согревала и даже успокаивала, но першение до конца не убрала. Так что человеку либо придется это терпеть и дальше, либо ожидать уже полноценного приступа кашля. Но когда он уже хотел вернуться к увлекательному процессу чистки, он услышал звонок в дверь. — И кого это на ночь глядя принесло… — пробурчал недовольный нарушением своего уединения Ворон. — Открыто! Список потенциальных гостей Ворона был невелик, но с учетом того, что одна из них сейчас "в изгнании", а вторая из своего царства таблеток почти не выходила, сталкер думал, что к нему с визитом решил нагрянуть или Оливер, или Долл. Каково же было его удивление, когда он услышал голос визитера. — Здравствуй, Ворон. — в проходе в гостиную стоял сам глава колонии дронов-рабочих Хан Доорман. Вид у него был не самым лучшим: в глазах виднелась усталость и разочарование, сутулая осанка, изнуренный и хриплый голос, а также мешки под глазами давали понять, что последние дни для Хана тоже не веселыми были. — Хан? А тебе чего надо? — не сильно дружелюбно спросил человек, высоко подняв брови при виде дрона. После того случая с Узи Хан к Ворону в квартиру не заглядывал, что радовало сталкера. Сейчас же глава колонии и командир WDF был последней персоной, которую Ворон хотел видеть, уж тем более у себя в квартире. — Поговорить. — коротко ответил на вопрос дрон. — Я могу войти? — Как же я могу отказать достопочтенному главе колонии и командиру WDF Хану Доорману? — яд, смешанный с сарказмом в голосе Ворона, Хан считал моментально, и проскочившее раздражение на его лице говорило про это само за себя. Но он проигнорировал его и вошел в зал. Быстро окинув помещение в поисках места, где можно сесть, он решил воспользоваться одним из свободных стульев около обеденного стола. Ворон тем временем вернулся к чистке, но если до этого он делал это спокойными и методичными движениями, то сейчас они были куда более резкими и нацелены не на эффективность, а просто ради отвлечения самого себя от присутствия Хана. — Гляжу, обжился ты тут хорошо. — начал диалог Хан, окидывая взглядом комнату, что с момента его последнего визита стала более живой. — Да и гардероб расширил. Ворон на секунду остановился от чистки и опустил взгляд на свою одежду. Одет он был не в свою привычную военную униформу, а в простой серый свитер с горлом, синие джинсы, а на ногах вместо тяжелых армейских берцев - мохнатые тапки. "По-гражданке" Ворон одевался в основном тогда, когда ему не надо было никуда из квартиры выходить, и он мог расслабиться и не быть в своем устоявшемся образе "человека с загадочным прошлым". — Спартанский аскетизм, конечно, хорошо, но в меру. — нехотя ответил человек, не глядя на Хана. — Про что поговорить хотел? — Поверишь, если скажу, что про твое состояние? — ответил ему Доорман с еле заметной усмешкой. — Нет. — прямо сказал Ворон. — Говори уже прямо, чего ты хочешь? — Вот так… ладно. — глава WDF задумался над своими дальнейшими словами, но, проведя пальцами по усам, продолжил. — Ты же в шпиль ездил, да? — Ха, доложили уже? Оперативно. — усмехнулся Ворон, все так же не смотря на главу бункера, ведь в данный момент его больше интересовал шомпол калаша, который он засовывал в исходное место. — Да, ездил. — И… как там Узи? — в голосе Хана было слышно сожаление и какая-то легкая надежда на что-то. — После того как ты ее предал, оставив умирать за дверями? Думаю, хуево, но она этого не покажет, ведь я уверен, что она привыкла держать все в себе. — прямолинейно вывалил все Ворон, впервые оторвав свой взгляд от автомата и переведя его прямиком в белые глаза Хана. — И знаешь, я ее не виню, ведь одно дело, когда тебя не понимают и сторонятся твои одногодки, с этим еще можно жить. Но когда это делает родной отец? Это уже больно. От услышанного лицо Хана скривилось в печальной гримасе, и он опустил взгляд. — Я-я понимаю это… понимаю, что все это время я был плохим отцом, но понял… понял это слишком поздно… — тихим и разбитым голосом сказал Хан. — Я испугался… тогда, когда увидел того дрона-убийцу. Я вспомнил тот день, когда потерял свою жену, и… — И решил потерять еще и дочь, хотя мог ее спасти? Умно. — перебил Хана сталкер, возвращаясь к чистке автомата, а точнее к ее завершению. Эти слова вывели Хана из себя, и тот подорвался со стула на ноги. — Да ты хоть представляешь, как сложно быть отцом-одиночкой, так еще и лидером колонии дронов-рабочих?! Да, я не уделял ей должного времени, да, я был чересчур строг с ней и перегибал палку, но и ты пойми - на мне вся колония держится, сотни жизней! Я делал все в первую очередь на благо колонии и всего народа, а с Узи… уж так вышло. — закончил свою гневную тираду Хан. — Так вышло, что вся колония завешана плакатами, какая у тебя хреновая дочь? Так вышло, что ты ее при мне несколько раз отчитывал за какую-то мелкую хуйню? Так вышло, что ты просто, блядь, струсил и поступил как последняя сука, бросив умирать свою дочь?! Да ты должен был все сделать, чтобы спасти ее, или хотя бы развернуть ее, когда у нее в голове родилась гениальная, бля, мысль пойти на поверхность ночью, а ты… — Ворон ответил своей гневной тирадой. — Да ты хоть понимаешь, что такое иметь детей?! Я ее сам вырастил и воспитал, и выросла она в прекрасного инженера! Да, я оступился, да, я совершил много ошибок, и я это прекрасно понимаю! — ответил Хан, а затем пораженно сел назад на стул, опустив свое лицо в ладони. Щелк! Крышка ствольной коробки встала на место, ознаменовав завершение чистки автомата. Ворон удовлетворенно выдохнул и, отложив автомат, молча встал с дивана и пошел к кухонной раковине, чтобы помыть руки, по пути обрабатывая все, что сказал Хан. По крайней мере, он теперь понимал, что отец из него, как из говна пуля. Подойдя к раковине и включив горячую воду, которая тянула максимум на "еле теплую", он тихо выдохнул. Вот чему-чему, а тому, что ему починили водопровод и пустили горячую воду, сталкер был неимоверно рад. Пока человек занимался мытьем рук, дрон сохранял молчание, собирая мысли в голове в одну кучу. — Ладно, покричали и хватит. — решил разрушить молчание Ворон и попытаться поговорить с Доорманом на более "спокойных" тонах, ведь ему в этом бункере еще жить так-то, и портить отношения с его главой не сильно хочется, каким бы мудаком он ни был. — Если возвращаться к твоему вопросу, то с ней все нормально, и она справится со всем - уж моральная поддержка у нее там есть. Но в остальном… мою позицию ты понял, и больше я обсуждать это не хочу. — Да… — кивнул головой Хан. — Это наше семейное дело, но все же… если сможешь, приглядывай за ней там, хорошо? Ты к ней все равно будешь частенько ездить, а она копия своей матери, так что приключения на свою жо… таз она найдет. — Постараюсь. — согласился Ворон и, подойдя к журнальному столику, потянулся к чашке с остатками чая. — Это все, про что ты хотел поговорить, или нет? — Нет, есть еще одна тема, и как бы тебе это помягче сказать… — глава колонии, раздумывая над формулировкой, стал активно разглаживать свои усы, пока Ворон допивал чай. — Короче, я хочу пригласить тебя в Совет Управления. Глаза мужчины от услышанного резко расширились, и он поперхнулся чаем и разразился сильным кашлем. Этот кашель перерос в полноценный приступ, так что ему пришлось лезть рукой в карман и доставать ингалятор, выданный Гией. — Ч-что, в совет? — переспросил Ворон с надеждой, что ему послышалось. — Ну да, а что тебя удивляет? — не понимая удивления Ворона, спросил Хан. — Чрезвычайное положение отменено, Совет теперь вновь имеет власть… кое-какую. А мне туда нужны профессионалы, а ты себя доказал, и Отряд 44 тому подтверждение, так что почему бы и нет? — Не-не-не, так не годится! — активно замахал головой и руками сталкер. — В гробу я видал быть членом каких-либо советов - меня власть никогда не привлекала. Да и неправильно это как-то - ставить человека в управление колонией дронов-рабочих; мои сородичи твой народ так-то в качестве рабов держали и дронов-убийц послали, а тут ты мне в совет предлагаешь… Не поймет народ. — Но ты же не связан с Компанией, — пожал плечами Хан, — и репутация у тебя в бункере вполне приемлемая. — Ага, только вот я стал одной из причин прорыва демонов на Аванпост-3, так что извини, Хан, но в совет я не пойду. — Во многом причины отказа Ворона были правдивы, но также его пугала потенциальная бумажная работа, что ожидает члена совета, а еще у него, как-никак, целая гора неразобранных бумаг была, и кому-то всем этим надо было заниматься, так что… — Может, Оливер согласится? Он, конечно, тоже может поначалу отказываться, он парень скромный, но думаю, он согласится! — Знаешь, твоя вина в этом нападении на бункер такая же, как и у меня, ведь если бы я не отпустил тогда Узи, может, всего бы этого не было. — задумчиво проговорил Хан, но потом помотал головой и занялся обработкой контрпредложения Ворона, пока тот пошел к электрочайнику, дабы получить кипяток для чая. — Ладно, если не хочешь, то я не буду заставлять, а Оливер… хм, может сработать! — Рад, что мы пришли к компромиссу. — ответил Ворон, стоя спиной к Хану и наблюдая за чайником, начинающим издавать шипящие звуки. — Есть еще какие-то неожиданные новости? — …вообще-то есть: Дмитрий и Ева были официально признаны погибшими. — после длинного молчания и с осторожной интонацией ответил Хан, зная деликатность темы для Ворона. — Я знаю, что ты думаешь про мое решение насчет засекречивания их смерти, но… надо что-то менять в себе. — Угу, лучше поздно, чем никогда. — ровным тоном сказал Ворон. — Жалко только, тела не нашли. — Есть такое, но я тебе не просто так говорю. — хоть Ворон и не видел Хана, но он услышал, как скрипнул стул и он встал с него. — С этого момента Долл Соколова признается официальной сиротой, и по ее инициативе и с моего одобрения… Александр Радченко, с этого момента ты официально признаешься ее полноправным опекуном и несешь ответственность за Долл Соколову. Щелк! Чайник вскипятил воду, но Ворон не спешил наливать кипяток в чашку. Сталкер медленно повернул голову к Доорману с шокированным выражением лица. — В-в смысле опекун? Я?! — Ворон указал на себя пальцем. — Слушай, не строй такое удивленное лицо - ну а кто еще? Ты и так с Долл кучу времени проводишь с момента гибели ее родителей, и она много про тебя позитивно отзывалась… — Хан запнулся, когда увидел поднятую бровь сталкера. — Чего ты удивляешься? Думал, я совсем урод и дочь своего лучшего друга кину? — Да не, просто это как-то… неожиданно. — растерянно проговорил Ворон. — Ну, я ж человек, а она дрон-рабочий и все такое. — Как бы это ни звучало, но ты другой. — загадочно ответил лидер колонии. — Ты в дронах видишь личности, и твое отношение с Долл это доказывает, а еще и дружба с Узи много о тебе говорит. Но да ладно, заговорился я, про опекунство тебе более подробно расскажет Оливер - он как раз один из тех, кто подобными вопросами занимается, а мне пора. Рад был поговорить, хоть и на повышенных тонах. Закончив свою речь, командир WDF спешно покинул квартиру человека, будто специально хотел избежать расспросов. Ворон в квартире снова один, но на этот раз к нему на плечи легла новая ответственность. Хоть Хан и был прав, и фактически это ничего не поменяло, да и Ворон не был против этого, но после этого "признания" все стало как-то слишком официально. Опекун Долл… Ворон посмотрел на чайник и на пакет чая рядом с ним. — Ебаный в рот, да тут не чай нужен, а литрушка коньяка… а лучше водки…