Часть 7. Новая работа (часть вторая)

— Роза, подойди-ка сюда! Девочка послушно вышла из комнаты. Шелли должна рассказать своей дочери о завтрашнем отъезде. Рассказать о разговоре с Пайпер, связанный с новой работой девушки. — Да, мамочка? — тут же выбежала к матери девочка. — Завтра мы едим в гости к одному человеку, — начала рассказывать Шелли, опустившись перед дочерью на одно колено. — Кажется, я нашла новую работу. — Это здорово, мам! — засияла от счастья девочка. Она не особо разбиралась во взрослые проблемы, однако прекрасно ощущает, когда матери тяжело или больно. — Но зачем я там нужна? — У этого человека есть дочь, — объяснила девушка. — Может, даже твоего возраста — мне об этом не сказали. Я подумала, может, познакомить наших дочерей друг с другом? — Это ведь круто! — воодушевилась Розалия. — У меня появится новый друг, и на этот раз у меня будет первая лучшая подруга! А во сколько надо выезжать? — Вот когда Пайпер со своим парнем подъедет — тогда можно выходить. Но нам обеим лучше выспаться как следует. Так что пойдём я тебя искупаю по-быстренькому и идём спать. — Хорошо! Шелли стало так тепло на душе. Возможно, боги услышали её молитвы, увидели, как ей тяжело, и наконец-то дают ей шанс на более нормальную жизнь, и, быть может, она не пробудет на этой работе всего несколько недель или месяцев. Нет. Она обязана работать как следует ради дочери. Жизнь понемногу налаживается… Однако остаётся одна единственная проблема. Проблема по имени Фэнг. Что же делать с ним? Как от него избавится? Как от него защитить Розалию? Шелли никак не может откинуть ту страшную мысль, что тот может отобрать у неё смысл жизни, радость в лице девочки. Если он добьётся лишения своей бывшей родительских прав, тогда Роза будет жить с ним. Придя он лет через пять-десять, девочка сразу бы сказала, что хочет остаться с матерью, как предусматриваются законы. Однако Розе всего четыре. Её слова не будут иметь никакого значения. Даже, если она будет против того, чтобы жить с отцом, суд не будет придавать этому внимания. «Ничего, — в мыслях говорила себе девушка, словно она сама — единственный её собеседник. — Я позабочусь о том, чтобы этому подонку ничего не досталось: ни алименты, ни моя дочь. Он этого не заслуживает после того, что сделал пять лет назад, и что сделал сейчас».

***

На следующее утро Шелли собрала себя и свою дочку перед предстоящей поездки на новое место работы первой. Девушка немного волнуется. А что, если этот человек намного страшнее Фэнга? Вдруг он окажется намного ужаснее её бывшего? Пайпер говорила, что двоюродной брат её парня вдовец — значит, он был женатым. Но а что, если его жена умерла по его инициативе? И плевать: нарочно или случайно, косвенно или прямо. Шелли вовсе не знает этого человека, не знает его семью. Но, если подруга предложила ей такую работу, может, он не такой уж и плохой, как думает девушка? Приедет — тогда посмотрит. Телефон матери-одиночки издал рингтон. Она подняла трубку для разговора. — Пайпер, привет, — поздоровалась она своей подруге. — Вы уже подъезжаете? — Да, мы уже совсем рядом, — после приветствия отвечает та. — А вы уже собрались? — Ещё пять минут назад. — Отлично! Тогда встретимся на парковке возле твоего подъезда! После этого разговора Шелли взяла Розалию за ручку и они вместе покинули квартиру. Они закрыли своё место проживания на замок. Девушка на всякий случай рассказала Зинаиде Петровне, что они с девочкой уезжают на новое место работы для старшей, не забыв упомянуть, что у человека, у которого будет работать, есть дочка. Пожилая соседка ничего против не имеет. Она напоследок, прежде чем Шотганы спустятся по лестнице к парковке, пожелала девушке удачи на новом месте работы. Также она шуточно добавила, что не даст никакому маньяку и убийце пройти через неё к квартире Шелли (намекая на её бывшего). — Ещё раз привет, Пайпер! Как только Шелли с дочерью спустились, на них уже поджидала довольно-таки дорогая машина. Насколько дорога — девушка точно не знает. Она не сильна в автомобилях. Да и не водить она толком не умеет. — И тебе привет, дорогая! — улыбнулась подруга. — И тебе, Розочка, тоже привет. — Она посмотрела на девочку с теплом и добротой. — Здравствуйте, тётя Пайпер. Пока девушки обнимались в знак приветствия, к ним подошёл молодой парень с тёмной, будто пятнадцать лет ходил по пустыне, кожей. В его глазах были весёлые, ярки огоньки. — Hallo, — сказал тот на иностранном языке, которого Шелли не знала. — Lass uns kennenlernen. — Что? — не понимала девушка. — Брок, я же попросила, не разговаривай на немецком! — старалась сдерживать возмущение Пайпер. — Я тебе сто раз говорила, что Шелли не понимает его. — Прости, — виновато улыбнулся тот. А потом повторил, но уже на понятном русском: — Будем знакомы. Брок Мюллер, — и он в знак знакомства протянул свою руку подруге своей девушки. — Шелли Шотган. — Девушка осторожно пожала его большую ладонь. — А это, — она указала на свою малышку, — моя дочка — Роза. — Рад знакомству с вами, — заулыбался на все белоснежные тридцать два зуба парень. — Мне Пайпер про вас многое рассказывала. Правда, на вопрос, кто отец ребёнка, она умалчивает, — зыркнул он на свою девушку слегка обиженным, но не злым взглядом. — А я про Вас только вчера узнала. Рукопожатие закончилось. — А откуда Вы знаете немецкий? — спрашивает Шелли. — Так ещё и так свободно на нём говорите. — Во-первых, давай на «ты», — говорил новый знакомый. — Всё-таки, ты подруга моей девушки. А во-вторых, у меня мама немка — вот она меня обучала этому языку. Правда, скажу по секрету, — слегка наклонился Брок. — Мне больше русский нравится. — Почему так? — А у него сейчас не очень хорошие отношения с матерью, — вместо своего парня отвечает Пайпер, которая всё это время стояла рядом и улыбалась, когда видела, как её подруга знакомится с её парнем. Шелли собиралась спросить, почему, но тут же прикусила свой язык. Это не её дело, что там в семье нового знакомого происходит. Она вообще не любит вмешиваться в семейную драму, поскольку у неё и так своя имеется. Но только без семьи. Вернее, без родителей. — Что ж, не будет медлить! — командирским и в то же время весёлым голосом говорит Брок. — Поехали! Мы же не будем заставлять Тётю Пэм и её сына с внуком нас ждать! Все с ним согласились. Опаздывать к родственникам друга или парня — это не красиво и не вежливо. Шелли и Роза оказались на заднем сидении автомобиля, Пайпер села на переднее место, а её парень — за рулём. Машина двинулась с места, и уже через несколько секунд за окном транспорта примелькались силуэты зданий и домой, деревьев, людей, проезжающих мимо других транспортных средств. Девушка задумчиво смотрел в окно, не обращая внимания ни на что. Ни на кого. Лишь маленькая, тёплая ручка Розалии не давали ей полностью потеряться в своих думах. Неужели её жизнь начнёт налаживаться? Неужели она нашла достойное место работы? Неужели она наконец-то сможет полноценно уберечь свою любимую и единственную дочку от этого сумасшедшего и жестокого бывшего? Когда денег станет достаточно, она наймёт адвоката, чтобы лишить его права на приближения к ней и к девочка, и чтоб тот оказался за решёткой за нападение. Бог решил её пожалеть, дать ей жить лучшей жизнью. — Шелли, а что с твоей щекой? Этот вопрос застал девушку врасплох. Этого она и боялась — что кто-нибудь заметит этот пластырь на левой щеке. Она вовсе не хотела, чтобы кто-нибудь узнал, что к ней вчера пришёл бывший и сделал с ней это. Это её личные проблемы, личное дело, и никто не имеет право вмешиваться в её личную жизнь — даже, если это её близкие подруги. — Это папа такое сделал! — тут же отвечает Роза вместо своей матери, которая собиралась просто уйти от ответа. — Он пришёл к нам и сделал маме больно! В машине повисла пауза. Почувствовалось напряжение, которое не собиралось покидать транспорт и людей в нём. Шелли чувствует вину за то, что не попросила у дочери умалчивать о вчерашнем происшествии, не попросила не рассказывать никому о вчерашнем приходе бывшего к ним в квартиру. Если б она только знала, попросила бы у неё держать язык за зубами. — Он вернулся? — задала вопрос с очевидным ответом Пайпер. В её голосе слышится тревога. Шелли лишь медленно и коротко кивнула. Врать не имеет никакого смысла. — И что он хотел? — осторожно задала другой вопрос подруга. — Хотел вернутся ко мне, — холодно и безразлично отвечает Шелли. Она не отводила взгляд от окна. — Хотел начать всё с самого начала, наладить отношения. — А ты? — Отказала. Грубо и без сожалений. Хотя, я жалею лишь об одном, когда он явился в мою жизнь вновь. — Её взгляд, полон нежности и в то же время вины, упал на девочку молодой матери-одиночки. Её рука из ручки Розы плавно лёг на её такие же яркие, как у девушки, волосы. — Я жалею, что Роза была там, когда всё это произошло. И что теперь она знает, кто её биологический отец, а он… узнал о существовании собственной дочери. — Вот муд@к! — разъярённо процедил Брок, который лишь изредка сводил свой взгляд на свою девушку, а затем на её подругу с дочерью через зеркало. — Его нужно в полицию здать! В тюрьму отправить и лишить его прав на какой-либо контакт с твоей дочуркой! — Не получится! — Голос Шелли теперь полон отчаяния. — У него связи, его не посадят. И не менее того, он сам лишит меня каких-либо прав и разрешений на присутствия в жизни Розы! Он заберёт её у меня! — Заберёт?! — испуганно переспросила девочка. — Мам, я не хочу к нему! — Она обняла свою маму и едва не через слёзы говорила ей эти слова. — Он страшный! Я его боюсь! Девушка лишь прижала свою малышку к себе. Она тоже не хочет отпускать её, не хочет, чтобы её бывший заполучил ребёнка. Но сейчас она бессильна против него: и финансово, и физически. Но не морально. Пайпер переглянулась со своим парнем, явно были в не себе от всего, что сказала Шелли. Никто из любящих родителей не хотел бы отдавать собственного ребёнка — смысла их жизни — первому человеку, даже если этот человек — биологический родственник ребёнка. — Не переживай, Шелли, — стала утешать её девушка. — Мы придумаем, как сделать так, чтобы он никогда больше не возвращался в твою жизнь. И в жизнь твоей дочери. От этих слов матери-одиночки стало чуть легче. Эти слова немного мотивировали её. Она точно знает — Фэнг не отстанет от неё, но она готова бороться ради дочери. — Спасибо, Пайпер. Через неопределённое время машина подъехала к дому, где проживали родственники Брока. Вернее, это не какой-то там скромный, одноэтажный, но уютный дом. Это был большой особняк — прям дворец, замок! Похоже, у этого человека очень богатая кампания, раз он себе позволил такой большой дом. Девушке стало немного не по себе. Вроде, она здесь работать собирается, а приходится иметь дело с очень влиятельным человеком. Похоже, в этой семье слово «рубль» не имеет никакого значения. — Всё будет хорошо, — утешала взволнованную подругу Пайпер. Она сразу приметила это чувство на её лице. — Уверяю я тебе: Кольт очень хороший человек. Просто на людях он кажется холодным и отстранённым. — Пойдёмте уже! Шелли взяла Розалию на руки и последовала за подругой и её парнем. Сердце невольно дёргалось, колотилось. Она чувствует себя не в своей тарелке. Чувствует, что ей явно будут не рады. Особенно если учесть, какие были домработницы до неё. Если девушку не выгонят в первый же день, то через неделю точно. Но она же не ради самого Кольта. Она здесь только ради работы, ради денег, которых она честно заработает. После нажатия на кнопку звонка дверь открыла женщина. Не сказать, что она прям молодая, но рассвет силы потихоньку угасает. Глаза были добрыми и сияющими. — Привет, тётя Пэм! — И тебе привет, Брок! Женщина и парень обнялись. На лице той заигралась радостная и добродушная улыбка. — Давненько я тебя не видела, милый! — женщина, которую Брок назвал тётей Пэм, отпустила его с объятий. — Рада, что ты приехал к нам. Давно мы тебя не видели. Мы все скучали по тебе. — Я тоже по всем вам соскучился. — Здравствуйте, тётя Пэм, — к ним приблизилась девушка Брока. — Привет, Пайпер, — увидев девушку, добродушная улыбка никуда не делась с лица Пэм. — И чего ты сразу «тётя Пэм»? Я сказала, чтоб ты называла меня просто Пэм, без «тёти». И прошу, обращайся ко мне на «ты», хорошо? — Извини, забываю, — смущённо и неловко улыбнулась Пайпер. — Мы же не так часто видимся, вот и забываю. Шелли наблюдала за всем этим и испытывала радость за подругу. Никакой зависти. Просто радость. Мало того, что у неё парень любящий, так ещё его родственники очень добрые по отношению к ней. А она, Шелли, была обычной игрушкой для своего бывшего. И про его семью она не знала. Тот твердил ей, что его родители не желали видеть сына с пассией, а другим родственникам вообще не было дело на него. Возможно, он врал про всё это, но лично у него спрашивать меньше хотелось. Особенно после вчерашнего. Женщина обращает внимание на ещё двух гостей, приехавшие вместе с Броком и Пайпер. Улыбка исчезла, но взгляд ничуть не стал хмурым. — Я не знала, что вы приведёте ещё гостей. Вы кто? Шелли занервничала. — Здравствуйте, — вежливо поздоровалась девушка. Она пыталась сделать свой голос более вежливым и не вызывающим. — А Кольт Звезда дома? — Да, он в своём кабинете. А что? — Пэм, эта девушка приехала с нами поработать, — вместо подруги отвечает Пайпер. — Да, именно всё так, — кивнула Шелли. — Меня зовут Шелли Шотган, а эта девочка, — она взглядом указала на Розу, — моя четырёхлетняя дочка, Розалия. Мне Пайпер рассказывала о «бракованных» домработниц, которые устраивались до меня только ради Вашего сына. Но хочу, чтобы Вы знали: мне он не нужен. Я здесь только ради честно заработанных мной денег. Я имею ввиду тех, которые я заработаю честным трудом, не пользуясь господином Звездой. У меня самой ребёнок — чему мне красть родителя у другой девочки? Эти слова Шелли говорила твёрдо, без капли лжи или обмана. Ей действительно нужна работа. Ей нужны деньги, которые она честно заработала. Ей не нужен кто-нибудь, который готов давать ей хоть целое своё состояние. Если зарплата будет минимальной, то это не пугает девушку — она и так работала на предыдущих работал с малой зарплатой. — Можешь доверится ей, Пэм, — снова подала голоса Пайпер. — Она моя подруга, и я её знаю лучше, чем кто-либо другой. Она бы точно не стала рушить чужую семью, ведь сама в одиночку растёт свою дочку. Некоторое время повисла пауза. Не напряжённая, не неловкая. Спокойная и ровная, как река в неветряной день. — Это Кольту нужно решать: давать шанс домработницам, или нет, — прервала молчание женщина. — Напомни, как твоя фамилия? — Шотган. Лицо Пэм показался задумчивым. — А ты случайно не родственница Насти Шотган? — осторожно, но уверенно спросила женщина. — Да, я её дочка, — честно ответила Шелли. — А Вы что, знакомы были с ней? — Давайте лучше зайдём в дом — там и поговорим.

Продолжение следует (*´ ˘ `*).