Дом

      Грейс смотрит на экран, слушая одним ухом. В речь спикера почти не вникает, лишь рассматривает показанное фото. Это точно он, она не может ошибаться. Она видит на фотографии солдата, с которым работала столько лет. Джеймс Барнс объявлен в международный розыск за терракт.       Уильямс роняет на кафельный пол стеклянный стакан, из-за чего тот разбивается вдребезги. Она поверить не может в эту новость. Барнс, который за всё время существования Гидры был жертвой кода и экспериментов, после распада организации устраивает масштабный терракт. Девушку в чувство приводит подошедший со спины коллега, который хлопает её по плечу.       — Лиз, ты чего? — юноша смотрит на неё с искренним непониманием в глазах и будто каким-то беспокойством.       — А? — девушка пару раз моргает и поворачивается к нему. — Ой… — она опустила взгляд на разбитый стакан, — я задумалась… Извини…       — Ты в порядке? — парень нахмурился и посмотрел на коллегу с недоверием. — Ты его знаешь? — он посмотрел на фото Джеймса на экране телевизора.       — На секунду показалось, что я его где-то видела… Вот и пыталась вспомнить, — Грейс помотала головой, окончательно приводя себя в чувство.       — Тебе помочь? — он указал на осколки, разлетевшиеся по всему полу за барной стойкой.       — Нет, я сама, — девушка потёрла переносицу и стала взглядом искать веник.       Девушка взяла в руки веник, убрала осколки и протерла пол за стойкой. Из головы всё еще не выходила эта новость, она пыталась понять, как такое вообще могло произойти. Она всегда знала Джеймса не как добровольца, а как жертву. Насколько ей известно, некоторые выжившие добровольцы объединились и стали работать вместе. Но она отчего-то была уверена, что Барнс не состоит ни в одной из таких группировок. Теперь связаться с Рамлоу в её голове стало первостепенной задачей, она просто обязана найти его и спросить, чьих это рук дело.

***

      Грейс вернулась домой. Она стала перебирать все свои контакты в поисках того, кто поможет ей выйти на Брока и узнать нужную ей информацию. Девушка даже залезла в свои старые записи, которые забрала с базы. Пирс мертв, а больше ей звонить было некому. Но девушка решила набрать номер Александра Пирса, чтобы… Она и сама толком не поняла, зачем ей это.       Гудок за гудком, Уильямс постепенно начала терять надежду на ответ с того конца провода, как вдруг в трубке послышалось тихое: «Алло?», — вот только голос совсем ей не знаком.       — Простите, этот номер раньше принадлежал Александру Пирсу… — но Грейс не успела договорить.       — Александр Пирс погиб полгода назад, простите, ничем не могу вам помочь, — голос на том конце провода дрожал, человек явно был очень напряжен.       — О, простите, я не знала… — очередная ложь, которую Грейс произнесла с настолько убедительной жалостью, что сама этому удивилась. — А не подскажете, есть ли в этом телефоне номер Брока Рамлоу?.. — вопрос крайне неаккуратный и неуместный, но Грейс было настолько наплевать на это.       — Секунду… — на том конце провода послышалось тихое шебуршание, а через пару секунд донеслось не менее тихое, — да, есть… Вы записываете?       — Да, конечно… — Грейс открыла заметки в телефоне.       Она записала номер Брока, попрощалась с неизвестным собеседником и сбросила. Вряд ли этот номер действующий, конечно, но стоит попробовать.       Девушка набрала нужные цифры и назала на кнопку. Гудок, гудок, гудок… Звонок был сброшен. Девушка нахмурилась, закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Она не понимала, почему Барнс никак не выходил у неё из головы. Она не понимала, простой ли интерес сейчас ей управлял, или что-то другое, но девушка не могла отделаться от мысли, что она должна знать абсолютно все об этой ситуации. Грейс снова набирает нужный номер, и звонок снова сбрасывают.       — Сука… — пробормотала она сама себе под нос и снова набрала номер.       На этот раз звонок прошел. По ту сторону слышалась лишь мертвая тишина: ни ветра, ни чужих голосов, ни дыхания — вообще ничего. Девушка сжимает руку в кулак, пальцы хрустят.       — Брок? — голос у нее тихий и неестественно хриплый. Она не произносила этого имени почти год.       — С кем я говорю? — сначала Грейс показалось, что это какой-то незнакомец, но именно манеру речи Рамлоу — официальность вперемешку с грубостью и быдловатостью — она узнает из тысячи.       — Агент Уильямс, — тихо сказала девушка, надеясь, что после этого командир не сбросит звонок и не заблокирует её номер.       — Грейс?.. — голос Рамлоу в секунду стал в миллион раз мягче.       — Мне нужна твоя помощь, — она нервно выдыхает, руки почему-то начали трястись.       — Родная… — Брок с облегчением выдохнул, — я думал, мы уже никогда не встретимся…       — Просто скажи мне, куда ехать… — Грейс прикусила нижнюю губу.       — Бери ночной рейс в Нью-Йорк. Мои люди встретят тебя в аэропорту, — мужчина улыбался, и это было прекрасно слышно по голосу. — На табличке напишем «Лиса».       — Как скажешь, — девушка кивнула сама себе, а где-то внутри разливалось тепло от того, что командир назвал её по позывному, который она старалась не вспоминать почти год.       — До завтра, золото, — Брок не дождался её ответа и сбросил звонок.       Девушка закрыла глаза и легла на кровать, прикрыв лицо ладонями. Было так хорошо… Она чувствовала невероятное облегчение, узнав, что Брок жив и с ним всё в порядке.       Грейс полежала так еще пару минут, а потом вскочила с кровати и стала собирать вещи. Только необходимое: одежда, деньги, документы… Фальшивые, правда, но это не имело значения. Настоящих документов у неё не было с момента вступления в Гидру. Уильямс посмотрела на свое фото в паспорте, на ненастоящие имя и фамилию. Она взяла в руки телефон и написала сообщение своему менеджеру:

«Я увольняюсь. Извините.»

      Коротко, но достаточно ясно. После этого она заблокировала и удалила все номера своих коллег, всех своих «друзей», которых нашла в Амстердаме. Она чувствовала, что это не её город. Понимала, что она здесь не задержится. Знала, что однажды ей придется сжечь все мосты и вернуться к старому. И она искренне этого хотела.

***

      За час девушка добралась до аэропорта и купила билет на самолет. На ближайший рейс. Лететь семь с половиной часов. Грейс написала об этом Рамлоу и прошла на посадку.       Уже в самолете выяснилось, что они могут лететь еще дольше. Плевать. Она летит в любимый и родной Нью-Йорк, чтоб вернуть себе любимый и родной стиль жизни. Её душа требовала возвращения в криминал, жажда крови уже становилась невыносимой, а нехватка адреналина всёё время о себе напоминала. Грейс наконец-то возвращается домой. Грейс наконец-то возвращает себе себя.

***

      Девушка выходит из самолета, проходит по рукаву в аэропорт и идёт прямиком на выход, закидывая небольшую черную сумку на плечо. Глазами она ищет знакомые лица, рассматривает таблички и пытается найти заветное «Лиса». Не видит. Она уже успела расстроиться, как, выйдя на улицу, увидела прямо у выхода черный автомобиль. Прямо перед ним стоял мужчина во всём черном, с маской на лице. Руки и шея были прикрыты руками водолазки, а на лице была чёрная балаклава. В руках он держал табличку с коротким «Лиса».       Грейс смотрит на него очень критично, выискивает в памяти хоть кого-то похожего на этого мужчину. В итоге плюет на эту затею и просто подходит к нему. Девушка стоит прямо перед ним, смотрит то на табличку, то ему в глаза.       — Это моя балаклава, — сказала девушка, заметив вышитую красными нитками букву «Л» сбоку.       — Знаю, — мужчина убрал табличку. Этот голос был Грейс очень хорошо знаком.       — Брок… — она аж растерялась, когда произнесла его имя. — Тебе ж нельзя на людях появляться вроде… Ещё тогда было нельзя… — девушка обняла его за шею и закрыла глаза, уткнувшись носом в его плечо.       — Привет, родная моя… — Рамлоу крепко обнял её и прижал к себе, — я так по тебе соскучился… — Брок закрыл глаза и невесомо чмокнул девушку в макушку.       — Я думала, что не найду тебя. Клянусь, я искала… — Грейс не договорила, мужчина её перебил.       — Я знаю. Я надеялся, что ты сможешь спокойно жить и быть счастливой, — он поджал губы. — Неужели я ошибся? — он криво улыбнулся, отстраняясь от Уильямс.       — Ошибся… Я думала я с ума сойду от такой жизни, Брок, — она посмотрела на него и тяжело выдохнула.       — Поехали, родная, — Рамлоу открыл перед ней дверь автомобиля, — запрыгивай.       Грейс села в авто и закинула сумку на заднее сиденье. Она увидела в салоне ещё одну черную балаклаву, уже без вышитой буквы. Рамлоу сел на водительское, быстро снял её балаклаву и надел другую. Он протянул девушке её вещь.       — Это твое, — он улыбнулся.       — Боже… — девушка надела маску и закрыла глаза. Эта вещь была для нее как вторая кожа, настолько родная и привычная, — я по ней очень скучала… — Грейс провела пальцами по грубоватой ткани и заулыбалась.       Рамлоу завел машину и тронулся. Стоило им выехать на шоссе, мужчина вжал педаль газа в пол, положил ладонь девушке на плечо и ухмыльнулся.       — Я очень рад, что ты вернулась, Грейси, — он сжал её плечо. — Клянусь, именно тебя я ждал куда больше остальных.       Грейс кивнула и посмотрела на мужчину. Пусть она ничего и не ответила, внутри она была невероятно счастлива. Она мечтала вернуться с самого начала, пыталась найти хотя бы кого-нибудь. И наконец-то нашла. Она чувствует себя на своем месте: в этой маске в большой черной тонированной машине и рядом с Броком Рамлоу девушка понимала, что она дома. Она именно там, где должна быть.