Точка отбытия

Алёнка не чувствовала себя слишком хорошо после того что случилось в комнате Алисы. А тот факт, что подобные и совершенно расстроивающие действия были для неё к этому моменту оказывается не редкостью и то, что этот случай был далеко не первый, о чём девочки только сегодня удосужились рассказать, просто оно стало не только последней каплей, но и вторым самым ужасным её поступком, не делало ситуацию лучше. Настроение Алёнки теперь стало гораздо хуже, и её начали терзать крайне неприятные и не менее сильные эмоции. Когда она направлялась в комнату Алисы, она надеялась, что сможет всё исправить, а в итоге, стало хуже. И фактически по её личным несколько искажённым ощущениям реальности, которые вытикали из новых ощущений, и которые начали активно проявлять себя в начале этого месяца. Ощущение, что это всё действительно исключительно её вина, терзало Алёнкино сердце изнутри и задним числом желудок, заставляя тот неприятно колоть. После того случая с Алисой, они должны были сначала коллективно пойти на пары профессора Крив Кузьмича, которого все любили просто называть Кривозубом. Чего греха таить, Алёнка тоже быстро принаровилась к кличке, нежели к его настоящему имени. Но эта была не суть. Важно было то, что они все в итоге пришли на пару в полном составе, однако по ощущениям Алёнки, воздух в аудитории был ужасно тяжёлым. Во многом этому способствовало её состояние. Правда Алёнка на тот момент мало анализировала. Её разум оккупировала проблема, которая разразилась каких-то плюс-минус десять минут назад. Как раз перед занятием. Алёнка выбрала не самое удачное время для этого. - Тема сегоднешнего семинарского занятия, особенности заклятий и проклятий. Как их снимать и им противостоять. На этих семинарах мы поговорим, разумеется, о том, как определить по деталям, что вы были прокляты или находитесь под заклятием и как снимать. Рассмотрим разные способы. Когда какие подходят и какие ни в коем случае нельзя использовать, если вы нашли специфические признаки, мы так же поговорим. Опережая вопросы, мы не будем учиться насылать проклятья. Если вы выберете напряавление обучения, их предполагающие, например, Основы тёмной магии и безопасное обращение с проклятиями, то вы будете разбирать, как что делается, однако поскольку для общей безопасности желательго, чтобы у учащегося не было злого умысла и не было его впредь, вы будете проходить постоянные проверки, поэтому я бы не рекомендовал. Это что касается лирического отступления...принцесса Алёна, не витайте в облаках. - профессор Кривозуб пояснял тему семинарского занятия с лёгким отступлением, пускай и на смежную тему. В первые две трети сентября он закончил читать лекции и сейчас по лекционным материалам начались занятия - семинары. Однако у Алёнки не было и не могло быть особой радости по этому поводу. Ей...было о чём подумать. - ...Не отвлекаюсь. - тихо промямлила себе под нос Алёнка, благо преподователь её услышал. Немного недавольно он продолжил читать дальше и возможно был намерян дать практическое задание после пояснений, возможно намеривался объяснить, как делать доклады по семинарам, а Алёнка вновь вернулась в свои мысли, разумеется его толком не слушая. В кабинет Кривозуба она изначально пришла раньше своих возможно бывших подруг и уселась на своё место. Она не знала, стоит ли ей отсесть или нет, и можно ли вообще, хотя Кривозуб ни разу по этому поводу никому не делал замечаний, поэтому по привычке села туда, куда "надо". А затем, закономерно, на неё нахлынули мысли по поводу произошедшего, которые она старательно пыталась отгонять. Не думать о подругах, их злобе и своей вине, хотя бы во время урока. Сердечно притвориться, что ничего не случилось, просто чтобы не ощущать тяжесть в груди и холод. Не ощущать, что она во всём виновата, или наоборот, что всё это время она дружила ни с теми, с кем стоит. Однако больше её пугала явно первая перспектива. Её возможная собственная вина. Потому что в таком случае, все те люди, что отвергали её в жизни, получаться правыми на её счёт. А Алёнке не хотелось верить, что всё дело только в ней. Ей хотелось искренней дружбы и любви без ощущения, что она ходит по минному полю, что вот-вот её все бросят. Собственно она и жила без этого ощущение уже какое-то время. Очевидно всё изменилось резко и быстро. Оставшись на едине с этими страхами, влоть до начала занятий, Алёнка залипла в телефон и задавала гуглу много раз тревожных вопросов. Как раз-таки те, что она уже чильно позднее обнаружила в истории поиска, после вопросов про коал. Многов опросов на тему того, как загладить своб вину, как не чувтсвовать боль и что вообще делать с собой. Много ответов она для себя не обнаружила. Скорее наоборот, у неё зародилось море вопросов, с которым Алёнка банально не знала, что делать. - Почему...я так поступила? Это же было очевидно, что так случиться. У меня всегда руки из жопы росли. У меня в руках всегда всё горело...не буквально. Я должна была остановиться, я должна была послушать, но всё будто...само случилось. Это со мной что-то не так? Это я виновата? - думала про себя Алёнка. На данном этапе это были просто полные тоски вопросы. Честные вопросы, пропитанные сожалением и ведомые желанием Алёнки найти надежду на лучшее. Надежду, что не всё потеряно. Но мысли не могли дать утешительный ответ. Более того, делали хуже и заставляли Алёнку штормить, разрывать в противоречивых формулировках, которые приносили ничего, кроме больших страданий. Формулировках, от которых голова шла кругом, и которые оттадали от хоть какого-то вывода, заставляя Алёнку ходить кругами. - Или это их вина? Я это всего не хотела. Этого бы всего не случилось, если бы они мне всё говорили, а не играли со мной в молчанку, делая вид, что ничего не случилось, только чтобы потом на меня взорваться. Это они мне никогда не говорили, что их что-то расстраивает. А потом, когда я хотела сделать как лучше, порадовать, разозлились, что я хотела как лучше, а не просто из-за жульничества. Сами оттолкнули меня, потому что видетели я им не поверила, что они готовы со мной проиграть. Что я думаю о низ так низко, но при этом они...просто оставили меня там и даже не стали проверять как я там. По крайней мере на это похоже. Да...да! Это их вина, что они мне ничего не говорили! Они играли в молчанку, а потом сами обиделись с ничего....но с другой стороны, я наверное должна была бы понять, что я делаю что-то не так, разве нет? А я...точно делала что-то не так до того момента или...? - Алёнку бросало от одного варианта к другому. Причём, что на занятии, что на перемене. Говоря о ней. До начала занятия, Алёнка пыталась на перемене, сидя в аудитории, придти к нужному выводу, но туман в голове мешал, да и нужный вывод, как ни странно, и тогда тоже не хотел напрашиваться. Разум терзали одни и те же мычли по кругу, которые не стыковались в том формате, в котором Алёнка решила подходить к проблеме и постановке вопросов. И потому что в этой парадигме, очевидных возможных вывода всего два, и оба совершенно не радужные. Либо полностью виновата она, либо её подруги и не были ей настоящими подругами и отвернулись от неё из-ха пары глупых мелочей. И от обоих вариантов Алёнка не испытывала восторга, а нечто среднее ей совершенно не представлялось. Почему-то мысли делились ровно попалам. Внутренее мироощущение говорили ей, что не может быть чего-то по середине. Либо подруги плохие, либо она сама. Сильные эмоции, энергия, заставляли Алёнку ощущать некую тяжесть, что заставляла склоняться её к более упрощённым, чёрно-белым вариантам, которые склонялись к тому, что ну не может быть такого, что в этой ситуации, кто-то не плохой человек. Кто-то обязательно должен быть злодеем. Сирин, одназначно был плохим сказочным или сказочной, Алёнка для себя это чётко понимала, Влад был хорошим, просто не понятым...из того, что Алёнка понимала. Вот такая вот построилась логика, на потоке из чувств и хаотичных мыслей. Однако...очевидно это было лишь начало. В своиэ переживаниях Алёнка пока что топталась в одном месте. Очевидно, что раз она быоа под таким гнётом на перемене, Алёнка отчасти и не испытывала восторгов от того, что девочки всё ещё сели на свои места. Ну, то есть рядом с Алёнкой. Вопреки их ссоре и предположениям Алёнки насчёт их поведения на этот счёт. Они сели молча за свои места, а их лица были напряжёнными, а в понимании Алёнки даже злыми. Они на неё вроде бы и не смотрели даже, но в тоже время, Алёнка стойко ощущала, что когда она краем глаза их не видит, они её сверлят злыми взглядами, словно горя желанием прожечь в ней дыры. А Варя, что сидит сзади вместе со Снежкой и Алисой так и вообще проклинают и наводят порчу взглядом. И в купе со всеми физическими, внутренними ощущениями Алёнки, ей было совсем не сладко, когба девочки пришли. Сидение бывших подруг рядом с ней походило на кошмар наяву. Алёнка даже успела пожалеть, что села за привычный ряд и за привычную парту. Знала бы, что так будет, села бы в другое место, несмотря на возможное возмущение Кривозуба на этот счёт. Алёнка была в этом уверена. Весь семинар она ощущала, что ей нечем дышать, и что у неё кажется гудит и кружиться голова. А ощущала она себя так, потому что уже боялась даже дышать при девочках. Ей казалось, что она безумно громко вдыхает и не менее громко выдыхает и что девочек безумно злит каждый её вздох. А сердцебиение яростным барабаном раздавлось в её голове, до звона в ушах, что делу не помогало, усугубляя переживания. Алёнка ощущала себя беспомощной и не слышала ничего вокруг. Она пялилась в свиток перед собой, старательно ни на кого и ни на что не смотря. - Всё хорошо, не паникуй, не смотри...не дыши так громко. И не надо так громко писать ручкой по бумаге. Они это слышат, наверняка их это раздражает. Чёрт, затылок чешется. Не чеши, а то подумают что-то лишнее. - всё занятие Алёнка старательно изображала воздух, боясь, что девочки замечают каждое её микродвижение, но получалось у неё так себе, по её собственным ощущениям. К несчастью для неё правда, Кривозуб один раз к ней обратился: - Принцесса Алёна, это будет на экзаменах в этом году, не отвлекайтесь. А в обозримом будущем Вам по этой теме делать не один доклад. Если потом забудите, пинайте на себя, я не буду это всё повторять индивидуально для Вас. - профессор Крив Кузьмич замечал, что рыжая девица считает ворон, но причину конкретную знать не мог. Мог лишь думать, что просто и так не самая одарённая студентка, опять ворон считает и хотела бы заняться чем-нибудь другим. Более весёлым и менее академичным. Чем-нибудь более "интересным" - Сделай лицо попроще... - мысленно приказала себе Алёнка. Она не знала, как выглядела со стороны, поэтому полагала, что плохо, раз Кривозуб сделал ей замечание второй раз. Правда после этого потом она обратился к ней ни разу, но Алёнку это мало волновало. Зато уже потом...в конце пары её начало волновать нечто иное. Кротковременное отвлечение развеялось, уступая проблеме дня, а в последствии...ещё и последвющих практически двух месяцев. - Что...делать? Что мне делать?! - после семинарского занятия Алёнка вернулась в комнату, на время большой перемены, которая в Волшебном колледже составляла пол часа, и лёжа на кровати она разымышляла над произошедшим. Полчаса достаточно много, особенно по меркам школьной десяти и пятнадцати минутки, так что у Алёнки было время на подумать. Ну и просто с головой окунуться в причудливый микс самобичевания и жалости к себе. Ей хотелось рвать и метать после произошедшего, проклинать белый свет, себя и конкретно подруг, но из-за того, что в комнате она была не одна, она себе позволить этогт не могла. Девочек там не было, они не стали заходить в комнату и оставлять там свои сумку, хоть последнее занятие и должно было быть с Владом. Их замечательным физруком. Зато в комнате практически на постоянке был Шушик - та самая белая говорящая мышь, которая является подданым королевства, которым правит Крысиный король. Дракоша - дракон или "фиолетовая ящерица", тот самый племянник Ядвиги Петровны - Бабы Яги и сын Горыныча. Цветик-Разноцветик - тот самый говорящий "кактус", который Маша купила в интернет магазине. Ну а Зайка - та самая живая игрушка голубого зайца, которую когда-то оживил Морок. Они были в комнате и играли настолку. Коротали время до возращения своих подруг, в случае Шушика. В случае "кактуса" - хозяйки и подруг, а случае Дракоши - скорее няньки и её подруг. Ну а в случае Зайки было что-то среднее между всем этим. По крайней мере Снежка для него наврядли была просто нянькой или просто хозяйкой. Да и просто подругой плюшевой игрушке она не могла приходиться. Но это было не суть важно. Важно, что девочек не было в комнате по одной конкретной причине. Очевидно они были заняты проблемой Алисы, что создала на перемене Алёнка. Помогали ей починить Часики, которые невозможно было починить в рамках десяти минут перемены. Ну а также девочки наверняка в это самое время успокаивали её. Алёнке же в это время некому было помочь. Ну или почти некому. - Почему...почему всё получилось так!? Почему мне так страшно, даже думать о них теперь?! Почему...раз девочки ко мне сели сегодня, они мне ничего не сказали!? Совсем...ничего. Они ведь могли просто отсесть, свободного места много. А раз сказать нечего, так зачем садиться рядом?! - мысли Алёнки пронизывались внутренним холодом, что не отступал уже не первый день, но после серьёзно усилился, будучи теперь не просто фантономом, отравляя Алёнкину и без того нездоровую энергию. Рыжая девочка плакала, с трудом контролируя свои всхлипы, пока зверинец старался это не замечать. Ну, кроме ещё одной зверушки, что было в этой комнате тоже. Той, кого Алёнка сама создала. - Мяу. - Огневушка...а вернее та, кого Алёнка до потери памяти называла "Огнекошкой", легла рядом, чтобы хозяйке было морально проще вот только от этого не было совершенно никого эффекта. Алёнка была далека от того, чтобы успокоиться в самой ближайшее время. - Агх! Алёнка, ты можешь потише?! Сосредоточиться невозможно! - ругался Шушик, который проигрывал Зайке и Цветику уже не в первый раз. Действительно ли тоска Алёнки его отвлекала, было тяжело сказать, но раздражала - это точно. Очевидно в вопросе жульничества и принебрежения дружбой, да и не только, он был не на стороне Алёнки. Надо полагать и остальные тоже. И лишь "Огнекошка" даже если и не была на стороне Алёнке, всё равно стремилась её утешить, будучи по характеру отличной от тех, кого Алёнка случайно когда-то призвала, когда впервые нашла Ключ Огня. Она создала её опираясь, на свои сны. Она часто видела в них кого-то подобного, а после неудач с огневушками, волевым усилием и методом проб и ошибок создала ту огневушку, которая не причинит зла. Самую настоящую Огнекошку, которая была верна своей хозяйке и ощущала тяжесть её чувств. Надо ли говорить, что реакция остальных расстраивала фамильяра. - Не могу! Мне плохо! - с явной злостью и болью выкрикнула Алёнка. Эмоции переполняли её и били через край. Энергия, холод и грусть, неосознанные импульсы и туман, заслоняющий простые мысли. Всё это стало хуже, как только Алёнка начала чувствовать себя плохо. При этом не первый день уже по счёту, учитывая вчерашний денб. Алёнку в принципе много чего расстраивало, но в данной ситуации...ей не на кого было опереться. По крайней мере в ближайшее время не было такой возможности. Родителям она не хотела звонить, потому что боялась, что они разочаруются в том, что она сделал и что как следствие потеряла подруг. К Владу она идти не хотела плакаться, потому что тот не отличался особой мягкостью и в её случае, если она действительно виновата, то он бы ей бестактно так бы и сказал и отправил бы на коленях умолять девочек, чтобы те её простили. По крайней мере чувство стыда в Алёнке ей об этомм кричало. Ну а в случае звонка бабушке...аналогично ситуации с родителями. Правда также ещё и сверэу этого, Алёнка не была уверена что должна в принципе погружать бабушку в свои проблемы, учитывая, как сильно она может начать за неё переживать. Что с ней будет, если Алёнка признается, что у неё опять с друзьями проблема? Она будет ужасно беспокоиться, не так ли? Алёнка этого совершенно не хотела. Даже несмотря на то, что чувствует она себя ужасно. А если бабушки ещё и проблемы с сердцем? Сказочная или нет, но этого нельжя было полностью отметать. Да и...Алёнке всегда было больно видеть бабушку тоскливой из-за неё. - А нечего было жульничать! Тебе просто нужно было играть честно! А в итоге ты себя и их просто опозорила помимо прочего! Ты должна радоваться, что их терпения хватило на то, чтобы выдерживать все остальные твои выкрутасы, которые тебе пришли в твою голову ни с чего. - сказал строго и недовольно Шушик. Очевидно он был сторонником того, что кроме Алёнки винить тут некого. В этом плане мнение виновницы торжества с его отчасти совпадало конечно, но услышать это из чужих уст было больно и вызывало в Алёнке ментальное и моральное сопротивление. Всё-таки психика Алёнки стремилась её защитить. - Тутуту... - Шушичка, это немножечко, нехорошо...такушки говоритушки. - Зайка и Цветик пытались немного одёрнуть друга, но тот очевидно не планировал и думать поступать иначе в отношении рыжей девицы. Собственно он в этом плане был не одинок. Дракоша тоже выглядел злым. Очевидно это был результат проведённого с Варей времени. И её эмоций, что очевидно тоже били через край, когда девочки вчера здесь были вместе. - А что я не так сказал?! Это всё её вина! Из-за неё Маша грустит, Снежка грустит, Маша грустит, что Снежка грустит и Варя ужасно злиться! А потом она ещё даже в комнату ночью не вернулась! Если бы не факт, что покинуть территорию колледжа не через автобус студентам невозможно, они бы себе тогда места бы не находили и думали бы, что она попала в беду! И вообще ведёт себя ненормально уже с начала этого года учебного! Она нас всех чуть не погубила, когда взялась водить этот автобус! Потому что её просто что-то дёрнуло! - Шушик очевидно не был в восторге от прошлого поведения Алёнки. Она сама же ощутила, как внутри сильно закололо, а нарастающая и острая обида заставила её сказать: - Хватит меня обвинять! Ты ничего не знаешь! Ты просто глупая мышь, которую Маша зачем-то с собой взяла в Волшебный колледж! Да и вообще зачем-то просто предложила тебе с ней остаться! Просто раздражающий, говорящий питомец! - буквально вырвалось из уст Алёнки, без какой-либо ощутимой мысли. Словно обида и боль действовали в отрыве от самой Алёнки, подчиняя себе её действия. В каком-то плане возможно так и было. Алёнка просто не могла и возможно не отдавала себе отчёта в том, что она себя не контролирует. По крайней мере в этот момент это подозрение начало пробиваться сквозь туман. В порыве обиды, которая может перерасти в злость, Алёнка мало фильтровала свою речь. С ней это и раньше происходило, но сегодня слова будто вылетали сами по себе и были более ядовитыми. - ...- Шушика же это уже встречно обидело. У него самого на глазах навернулись слёзы. -...П-Прости я...! - Алёнка осознав, что только что ляпнула, хотела извиниться перед ним, вот только и сам Шушик в этом плане был сам хорош. - А ты просто пародия на принцессу! Ты не умеешь себя вести и вообще, я не понимаю, зачем девочки с тобой подружились! Никто другой бы в здравом уме не захотел бы дружить с такой, как ты! - разница была правда в том, что Алёнке было фактически тринадцать, а Шушику вероятно в районп семи-восьми. По крайней мере на перёсчёт в человеческий. Но так или иначе...эти слова задели её очень сильно. Эти слова были подобны удару поддых, что Алёнку просто напрочь обезаружил, не давая ей дышать. Похоже проблемы с дыханием и не только обещали стать постоянной проблемой, если не хронической. В прочем в нынешнем состоянии многое походило на нечто хроническое, но подобную природу своих ощущений Алёнке было не суждено понять в самом раннем возможном будущем. Так или иначе в отличии от Алёнки, Шушик не ощущал, что сделал что-то не так. Око за око, зуб за зуб. Вот только Алёнка теперь ощущала, что и её извинения были излишни. Ну и конечно же она ощущала всей душой, как её бросает от обиды к злости, а тоска набирает силу. Резко встав с кровати, Алёнка направилась в сторону двери. В расстроенных чувствах за ней летела и Огнекошка, чтобы хоть немного облегчить состояние хозяйки. Она ощущала, что с хозяйкой что-то не так и не могла встречно не грустить по этому поводу. - Эй, ты куда?! - Шушик был зол, а Алёнка его уже не слушала, хоть и слышала, но очевидно уже не хотела не слушать, не слышать. Она ушла, показательно громко хлопнув дверью, словно хотела, чтобы та слетела с петель, и заперев её на замок. - Тц! Ну и пожалуйста! Уходи! Я всё Маше расскажу! - пообещал Шушик, но это обещание уже осталось без адресантки. - Мяу? - Алёнка шла вперёд. Она позволяла себя вести просто ощущениям и энергии, что питала её тело. Дурная голова ногам покоя не даёт, но в своём случае, Алёнка ощущала, что тут всё ровно наоборот. Тело двигалось просто туда, куда хотело, а рыжая девица лишь наблюдала за результатом. Слёзы продолжали стекать по щекам, пока Алёнка крутила в голове разные мысли. Пускай она и ощущала пустоту, туман, она всё ещё могла мыслить и накручивать себя по полной программе по поводу и без, справедливо и не очень. Этого никто не отменял. Просто ощущение мешало ей, заставляя паниковать и тревожиться, что в голове пусто, сверху её уже личных переживаний. Правда тогда приоритетными и осознанными у неё были конкретные. - Девчонки меня ненавидят! Они меня не простят! Все кончено! Это я во всём виновата! Я что-то сделала не так, как обычно, и теперь они зляться! А если...если я извинюсь, они не станут меня слушать! Они больше не хотят со мной дружить! Меня никогда не простят! - Алёнка пришла к удручающим выводам, контекст которого в дальнейшем явно обещал ещё ужасно коллебаться. От самообвинения, к обвинению подруг и обратно, замыкая круг. Слова девочек в комнате Алисы распалагали не совсем к такому выводу, совсем не такому, но Алёнка была убеждена, что этот как на собеседовании. Если обещают подумать, обязательно уже планируют отшить. Откуда у Алёнки такая убеждённость? Она сама над этим не думала, но некоторые события далекого и не очень прошлого её располагали к такому выводу. Гнойник, что сначала всковырнули девочки, а Шушик расковырял неосторожными словами, сказанными на эмоциях. - Я не хочу, что бы ты провожала меня до дома. И я не хочу, что бы ты насильно разговоривала со мной. Ты постоянно пытаешься говорить со мной, даже когда я молчу. Я давно хотела поговорить с тобой, но ты меня опередила. - ...Почему!? Друзья же ведь должны общаться, если не в школе, то хотя бы по пути домой! А там ты со мной не разговариваешь! Что это за дружба такая, если мы совсем не будем общаться?! - ... - Что я сделала!? Почему ты молчишь?! Если я сделала что-то не так, то скажи мне! Пожалуйста! Прости меня, Алина! - ... - неприятный эпизод. Когда-то лучшая и единственная подруга по имени Алина бросила её, даже после извинения, так ничего и не сказав. Просто объявила холодную войну, оставив её в полном неведении. А ведт казалось бы, всё было нормально и ничего не предвещало беды, а потом холодный взгляд, молчание, игнор. Почему, Алёнка не знала и по сей день. Возможно Алина могла её просто перерасти, возможно общение с Алёнкой ей и не нравилось изначально, и она решила прекратить его сейчас, чтобы не идти на поводу у своей жалости, возможно ей просто хотелось Алёнке сделать больно и посмотреть на её реакцию, а возможно она поверила какому-нибудь слуху и решила, что с Алёнкой не стоит водиться. Ну или Алёнка сказала что-то не то-то или сделала что-то не так, но вместо того, чтобы сказать об этом, подружка решила просто тихо слиться. Алёнка правда не знала, но с тех пор...очевидно не отошла от этой раны. И эта же самая рана...заставляла думать худшее и в этом случае. В конфликте, который не должен был произойти, но во преки Алёнкиной комфортной мысли, что её настоящие друзья будут любить её не смотря ни на что, случилось обратное. - Я уже извинилась, дважды! Их ничего не устроило! Они...меня уже отвергли! Я им не нужна! Возможно и не была нужна никогда! Они...они могли просто общаться со мной, потому что боялись оставить человека как я без присмотра! Боялись, что я разболтаю про магию! - мысли Алёнки были очень громкими. Они вольно кричали в её голове, выстраивая мотивацию девочек на основе их поведения. Тревога и страх, с нотками обиды склоняли Алёнку к конкретной вере в конкретные мотивы, пускай с начала конфликта и прошло, дай бог, дня два, а та...и не была в силах сопротивляться этому. У неё не было поводов думать, что что-то может быть иначе. Вернее сказать возможно и были, но боль из прошлого, неприятное воспоминание заслонило всё, оставляя только печальный прогноз. Ну а что касалось Огнекошки...она могла лишь беспомощно смотреть на Алёнку, пытаясь понять, что ей делать по этому поводу. Корить Алёнку, за взрывное поведение или же...жалеть? Всё-таки сама Алёнка тоже с трудом понимала, как относиться к себе и к окружающим в этот самый момент. Огневушка, будучи её частицей, тоже прибывала в пограничном состоянии, но будучи фамильяром всё же склонялась сначала к какому-никакому сочувствию. - А что если это моя вина? Что если просто не смогла подождать, пока они меня сами простят? Они бы остыли и меня бы простили! Тогда получается я всё испортила! Глупая! Дура! - Алёнку очевидно штормило. От критики себя до жалости и обратно. Это путало не только её, но и Огнекошку, которая была всё ещё в замешательстве. - Мяу? - Агх! Отстань от меня! - огрызнулась на нервах на Огневушку Алёнка, ускорив шаг. Она не хотела кричать на своего фамильяра, но в нынешнем её состоянии, когда она мысленно пыталась биться над ответом на вопросы, её ужасно раздражали посторонние звуки. Они были сродни тому, когда ты несёшь что-то тяжёлое, а какая-то гадина тычет тебе в свину иголкой. Да и сказочные вокруг, которые начали появляться на её пути и смотреть нервирующими и изучающими взглядами, влияли на неё не меньше. Однако это не помешало ей понять, что она только что огрызнулась на ту, на кого правда не хотела. - Прости меня, Огнекошка...я не хотела на тебя кричать. Просто...мне кажется больно. И мне...очень больно и страшно. Почему-то...меня всё так сильно нервирует. - извинилась Алёнка, утирая слёзы и на мгновения замедлив шаг. Тогда Огнекошка её ещё простила и старалась успокаивать её мягким и неосуждаюшим мурлыканием, хоть у неё самой и были такие странные и неприятные ощущения в сторону хозяйки, которую она пыталась утешить. Огнекошка глушила в себе в себе эти ощущения в схожей степени, что и Алёнка. И получилось у неё лучше, будучи всё же отдельным существом, хоть и связанным с Алёнкой. - Мне нужно в архив. Там точно мне никто не помешает...просто побыть в одиночестве и поплакать. Если конечно...девочки не будут меня искать и не захотят поговорить со мной. - думала Алёнка, будучи при этом как раз-таки не далеко от этого архива. Вот только...как день начался с неудачи, так он и планировал продолжаться. - Что?! Почему закрыто?! - возмущалась Алёнка, когда пришла вместе с Огнекошкой в библиотеку, стараясь не привлекать к себе внимание. Она возмущалась скорее тихо, стараясь шептать. Она была намеряна сначала войти в архив через главную дверь, но когда та не поддалась, попробывала попасть через библиотечную. Но и та не поддавалась на её усилия. И даже не смотря на попытки быть тихой, она всё равно привлекала внимание сказочных вокруг себя, которые смотрели на неё с лёгким раздражением. Правда до поры до времени, ведь потом они все ушли аа свои занятия. У некоторых сказочных перемена была короткой, так что скоро Алёнка оказалась на едине с дверью в тишине. Однако кому-то попытки Алёнки открыть дверь казались забавными. Кому-то, кто наблюдал за этим зрелищем издалека, пока не захотелось выйти на свет и сказать Алёнке, какие мысли есть по этому поводу. - После твоего жульничества его стали закрывать со специального заклинания. Конкретно от тебя. Обычно дверь просто закрывается на ключ, который храниться у Астера, как и многие другие ключи, кроме тех, что от аудиторий. Они сочли что ты его выкрала, а поскольку ты первая такая одарённая, что попыталась выкрасть артефакт, зная обо всех рисках и последствиях, Малая Волшебная Комиссия решила перестраховаться. - послышался противный, сладкий голосок, вместе со смешками. Разумеется он принадлежал одной конкретной особе. А смешки - двум, из личной "группы поддержи". - Тц. - у Алёнки не было настроения на Любаву и её хихикающих подружек. Это были именно они. Три девицы под окном...козни строят вечерком. Алёнка тут же решила уйти в другую сторону. Подальше в библиотеку от тех, из-за кого она отчасти также и попала в эту паршивую ситуацию. Алёнка ощущала острое желание порвать каждую из этих девиц в клочья, но в то же время у неё будто и не было настроения. Словно тяжёлый камень забирал силы. По крайней мере печаль из прошлого на время отбила желание вступать в кинфротнацию. Благо библиотека большая, уйти можно было очень далеко, но Любава не дала. - Ну принцесса Алёна, ты чего. Давай поговорим. Я же вижу, что тебе тут одиноко без подруг, которые не оценили твоих стараний. И судя по всему даже быших, хм. Неужели хочешь бродить тут в одиночестве со своим фамильяром и просто жалеть себя и плакать над своей печальной судьбой, на которую ты напоролась сама? - спрашивала Любава нарочито и наигранно обеспокоенно. Ну просто Мать Тереза. - С дороги. - процедила Алёнка сквозь зубы. Печальный камень с груди начал соскальзывать куда-то прочь и нехдоровая энергия изъявила желание выплеснуться на ружу. Но даже так Алёнка не хотела реагировать на Любаву и её подруг. Ей кажется резко поплохело. Слишком много шума, слишком много ощущений, слишком много неуловимых мыслей чьи силуэты Алёнка даже не может осезать своим разумом. Слишком лёгкое и разгорячённое тело и ватные ноги. Ей нужно было перевести дух. Нужно было собрать свои мысли в кучку и подышать. - Почему так грубо, принцесса Алёна? Я конечно понимаю, что Вы не совсем подходите на свою роль, но зачем же так грубо? Мы между прочем хотим Вам составить компанию, поддержать. Раз уж ваши подруги не могут Вас простить, хоть они и должны были понять, что Вы хотели как лучше. Потому что иначе бы они бы проиграли и без Вашего участия. Возможно, конечно и то, что Вас и не за что прощать, потому что вы обошлись совершенно ужасно с ними, дав всем понять, что Вы жульничаете. Правда в отличии от Ваших подруг, Вы не сильно успели облажаться в наших глазах, так что мы могли бы оказать Вам честь и принять Вас к себе. Мы об этом обязательно подумаем. - Алёнка стремиьельно уходила от них дальше, а они подобно стервятникам преследовали её, словно зверушку, которую скоро убьёт хищник, оставив остатки, которые они смогут съесть. В прочем и переход на издевательское "Вы", Алёнку раздражало не меньше, заставляя кровь внутри неё закипать. В прочем и её фамильяра тоже. - Мяу! - грозно мяукала Огнекошка на девиц, пытаясь их заставить отстать от Алёнки, и даже угрожающе налетала, но те не отставали, хотя сначала испугались реакции и действий фамильяра. Вот только когда поняли, что тот...на большее то, как стало очевидно и Алёнке, и не способен, продолжили без зазрения совести кошмарить его хозяку. - Алёна, Ваш фамильяр безумно бестактый и безумно беспомощный. Вам не кажется, что стоит провести ему воспитательную беседу? Хотя наверное и Вам её тоже в пору проводить. Вы от нас убегате, а это невежливо. - продолжала действовать Любава Алёнке на нервы. Та ускорила шаг и постаралась нырнуть глубже в библиотеку и затеряться. Отчасти у нее это даже почти получилось и утирая слёзы, она оказалась в коридоре из стиллажей, но при этом её обогнала Настасья, задевая книжные полки и раняя несколько из книг на них...и чуть не роняя саму Алёнку. После же она перегордила путь. А Любава с Кикой с другой стороны не давали ей вернуться назад. Если бы Алёнка их не знала, то подумала бы, что те горят желанием её избить или ограбить. А этот факт...не улучшал общее состояние Алёнки. Напротив, её шаткое эмоциональное состояние ужасной тоски, лешившийся бремени камня печали из прошлого, и пьенящей энергии, которую девать было некуда лишь ухудшалось, ожидая момента, чтобы как-нибудь выплеснуться. - Отстаньте от меня! - Алёнка сорвалась на крик. Ей было ужасно обидно, больно и страшно. И сверху она злилась, но в таком состоянии боль и гнев сливались в нечто единое, что было сложно разделить. Она просто не могла понять мотивов Любавы и её подружек, от чего это её ужасно пугало, а их действия ужасно злили. Слишком много всего, слишком много бесконтрольного хаоса. Огнекошка же могла ощущать, что гредёт что-то нехорошее и её потуги отпугнуть обидчить ни к чему так и не приводили. Алёнка однако пока могла заставить себя терпеть. Вопрос лишь был: "Как надолго?". Ответ был - не слишком. - Принцесса Алёна в библиотеке должно быть тихо. Это базовое знание. Не удивительно, что ваши подруги от Вас отвернулись. Кому нужна вечно ничего не знающая подруга, которая не понимает банальных вещей и вечно встревает в неприятности? Которая ещё при этом и ведёт себя вот так. Я даже теперь удивляюсь, почему они вообще с Вами дружили. В них самих не было ничего примечательного, но Вы буквально обратное от "ничего особенного" и совершенно не в хорошем понимании. - внутри разума Алёнки вновь образовалась громкая пустота. Она не слышала свои мысли, зато ощущала, как смесь гнева и тоски парализовала её, натянуло словно пружину, а затем начали слабенько держать. - Что за шум, а драки нет? О принцесса и принцесса со свитой. Что у вас тут происходит? Подерётесь? - появилась за спиной Настасьи Несмеяна, напугав трёх девиц, но не Алёнку. Очевидно хулиганке было просто интересно посмотреть на шум. Возможно это будет весело, а Несмеяна любит такое "веселье". Но для Алёнки...пускай это и не было каким-то специфическим оскорблением конкретно в её сторону, для неё это стало последней каплей в чане с терпением и в следующие мгновение...в лоб Любавы прилетел Алёнкин кулак. Алёнка начала драться. Огнекошка впала в некий ступор у одного из стелажей, пытаясь сопротивляться ощущению, что исходило от хозяйки. Та же, словно в аффекте, со слезами на глазах, и воспользовавшись элеметом неожиданности, она смогла повалить Любаву на землю и начать избевать. Для Алёнки драки - это не нечто новое. Ей даводилось раньше сражаться, с теми же волколаками, но вот Любаве нет, так что она даже не могла никак с себя столкнуть Алёнку или заблокировать её удары, часть из которых пришлись не только лицу, но уже приходились и по корпусу, и по рукам. Алёнка била во всё подряд, будучи ведомой эмоциями. Настасья и Кика же встали в ступор, их на мгновение парализовало от страха и неожиданности происходящего. - Хахаха! Правда дерётесь! Давай принцессуля, врежь ей как следует! - Несмеяну это забавляло. Она стала такой себе группой поддержки, которой какое-то время нравилось наблюдать за движем. Правда не шибко долго. Совсем не долго. Ровно до момента, пока Любава не начала громко кричать. До этого, гордая Любава отчасти терпела. Видимо гордость не позволяла закричать, да и сначала адриналин от испуга немного купировал боль. Теперь же боль подкатывала везде на теле, и Любаве стало больно. Крик немного привёл в чувства Кику, и она попыталась заколдовать Алёнку на бесконтрольный смех. Решила использовать одно из своих гадких заклинаний во благо. Вот только...на Алёнке оно почему-то не сработало. Она просто со слезами на глазах продолжала колотить несчастную старосту. Возможно негативные Алёнки слишком сильно сопротивлялись "веселью", которому хотела подвергнуть её Кика. - Эй, принцессуля, ты полегче! Ты её убьёшь сейчас! - в итоге и Несмеяна поняла, что тут...уже намечается не просто драка. Ей стало резко страшно от того, что сейчас на её глазах могут убить одногруппницу, поэтому уже она попыталась заколдовать Алёнку после Кики. Она навела на Алёнку ужасную тоску. - Какого...?! - у неё получилось, но вот Алёнку это не остановило. Напротив, подмешаная тоска, заставил Алёнку бить чаще и больнее. Просто с большим потоком слёз ещё и в придачу. - Зачем ты это сделала?! - Она должна была остановиться! Обычно мои заклинания делают людей беспомощными! - между Кикой и Несмеяной почти завязался спор, но тут уже отвисла Настасья и своими боготырскими силами оттащила Алёнку подальше от Любавы. А та продолжала брыкаться, пока Кика и Несмеяна думали, что делать по поводу Любавы, которая была вся в синяках, и у которой из но, текла кровь. И которая возможно была с возможным сотрясением. Алёнка также пыталась вмазать Настасье затылком в подбородок в надежде, что от этого будет эффект. Он бы был, вот только Настасья держала её достаточно низко, чтобы она не могла ей нанести подобный удар. В отличии от подруг, Настасья обладала каким-никаким боевым опытом. А когда оппонент действует исключительно на импульсе, с ним иметь дело ещё проще. Правда держать Алёнку было утомительно, ведь её нездоровая энергия не заканчивалась. По крайней мере до поры до времени. А именно до начала занятия Влада, на которое пятеро девиц сразу не явились. Очевидно нужно было сначала помочь Любаве...и урезонить Алёнку, которая не на шутку разошлась даже по меркам Несмеяны. Алёнка в итоге урезонилась сама. Ну а вслед за этим и Огнекошка смогла немного придти в себя и осознать ужас случившегося. Навождение немного спало, и Алёнка, посмотрев на Любаву, у которой лицо было усыпано синяками, немного протрезвела. Внутри сердце будто перехватило. Она в тот самый момент поняла, что именно она сделала. Она избила одногруппницу за слова и свидетелями этого были три сказочных. Держит её Настасья, не держит...Алёнка понимала, что от проблем ей наврядли отвертеться. Даже если умолять ту же Любаву ничего не рассказывать взамен на что-то, наврядли из этого что-то выйдет. Наврядли наглая девица сжалиться или у Алёнки найдётся что весомое, что ей предложить. Разве что себя только в рабство ей отдавать, но Алёнка была слишком гордой, чтобы на это пойти в любом случае. Ожидаемо Настасья дотащила Алёнку до кабинета Василисы, пока Огнекошка пархала рядом, пытаясь угрожаюшим мяуканьем, которое переходило в короткое шипение, заставить отпустить Алёнку. Это разумеется не работало. Вообще, единственная причина, по которой Настасья продолжала держать Алёнку, это чтобы та не сбежала и чтобы можно было сразу про неё всё рассказать Василисе. Разумеется присутствовали вместе с этим ещё и жертва в лице Любавы, её полная ярости и беспокойства подруга Кика и Несмеяна, которой просто хотелось посмотреть, что из этого выйдет. В прочем ярость Алёнки напугала даже её ,так что...и она ничего хорошего об Алёнке не думала в этот момент. Уже в кабинете Василисы, в котором помимо неё самой находился ещё Влад - бывший тёмный князь, который похоже не торопился на своё же занятие по какой-то причине, а Василиса его не торопила. При этом же Влад в настоящее время был нынешним учителем физкультуры, которого выгнали с работы в театре, потому что Моргана - владелица, не хотела, чтобы у неё работал преступник, когда его прошлое вскрылось. Они о чём-то разговаривали и похоже на повышенных тонах, но когда послышался стук в дверь, они закончили и Василиса разрешила девочкам войти. Надо ли говорить, что и она, и Влад были ужасно удивлены и шокированны. Фиолетовое лицо Любавы привлекало особое внимание, ка ки кровь из носа, что Любава утерала рукой. А потом когда уже пошли объяснения, началось ровно то, чего Алёнка и боялась. А по совместительству и фамильяр. - Мы просто с ней поговорить хотели, а она избила нашу старосту! Мы её еле оттащили! - Да! - поясняла Кика, а Настасья поддакивала. Разумеется молодая кикимора немного лукавила, когда говорила, что они просто хотели поговорить. Вернее не договаривала. Но очевидно, что даже если бы контекст был более точным, это погоды бы в её ситуации не сделало особо. Исход был бы плюс-минус тем же. - Поговорить?! Вы ко мне приставали, когда я вам сказала от меня отстать! - Алёнка чувствовала определённую вину за свою реакцию. На самом деле, она её даже уже пугала. Что из-за пары слов, она будто с цепи сорвалась, а руки будто начали жить своей жизнью. Однако злость от того, что она опять попадает в неприятности из-за трёх глупых девиц, была так же на месте, отчасти заглушая вину. - ...Ты перестаралась, принцессуля. Это был перебор. У неё из-за тебя возможно сотрясение, и кровь из носа текла. - разумеется Несмеяна не могла встать на защиту Алёнки. Они не друзья, да и Несмеяна сама тоже никого особо так сильно не избивала. Наверное было странно слышать такой упрёк ни от кого иного, как от Несмеяны, но похоже даже у неё самой были свои личные границы дозволенного в отношениии окружающих. - Кто бы говорил! Ты меня тоже достала между прочим, но тебе за это ничего не было! И вообще тебя никто не любит, потому что ты всех вокруг обижаешь! Какое право ты имеешь что-то говорить?! - с обвинениями набросилась на Несмеяну Алёнка. Её ужасно начало раздражать, что Несмеяна ведёт себя так, будто она самая настоящая светоша прямо сейчас. По крайней Алёнка так считала намерения хулиганки. Поэтому и разговаривала с той на повышенных тонах. Несмеяна, однако, не то чтобы не привыкла к эмоциональности одногруппницы, но определённо подмечала, что сейчас она не просто злилась. Было в её голосе именно что-то злобное и гадкое. Так или иначе говорить это перед Василисой и Владом ей не стоило. - Алёна, успокойтесь и помолчите. С Вами я сейчас отдельно поговорю. Будем решать, что с Вами делать. - строго сказала Василиса, заставив кожу Алёнки похолодеть. Негативная реакция на её поведение её явно отрезвляла, правда по совместительству и вгоняла и в панику. - А вы, девочки, идите на занятия, кроме Любавы. Вам нужно в лазарет. Остальные же, у вас сейчас как раз по расписанию боевые искусства должны быть уже как восемь минут. Владислав Владимирович, проводите по пути Любаву в лазарет. - отправила Влада и девочек подальше от разговора Василиса , затем устремила на Алёнку строгий и разочарованный взгляд. После чего, начала с ней очень серьёзный разговор. Разбор полётов был некороткий. Разумеется Василиса часть времени потратила на напоминание правил и зачем они нужны, выразив при этом разочарование, что Алёнку хватило на месяц без неприятностей...и то не совсем. С оговоркой. Ну а Алёнка какое-то время молча слушала, пока Огнекошка пряталась куда-то ей за спину, ощущая страх хозяйки. - То что, Вы сделали, это неприемлимо. Вы же понимаете, что Вы могли серьёзно навредить? Вы в своё время с моими студенками часто сражались, пока они практику проходили, Вы должны были понимать, что нельзя никого бить, просто потому что Вам кто-то не нравиться. - Я понимаю, но...просто...они правда сами ко мне пристали! Я просто хотела побыть одна, а потом эта белобрысая мымра вылезла, со своими подлизами и начала говорить гадости! - Принцесса Алёна, даже если мы допустим, что это так, Вы не имели права её бить. Вы должны были держать себя в руках и решить проблему словами, как и подобает не только принцессе, а и в принципе любому ответственному и доброму человеку. Вы не должны были наносить тяжкие увечья. - Да решала я уже словами! Это не работает! Они меня не слушают! А Кривозубу на это наплевать! Он всегда ругает только меня и никого больше! - "Кривозуб"? - Ну, в смысле Крив Кузьмич...да...да и не важно! Его все так всё равно за спиной называют, потому что он ужасно вредный и у него рожа кривая...! - на этот моменте Алёнка себя заткнула, пока Огнекошка ещё больше сотрясалась от страха. Алёнка поняла, что её понесло и занесло. При чём всё также, на каком-то непонятном импульсе с приступом энергии. И разумеется она начала понимать стремительно, что только что сказала и кому. И какие у этого могут быть последствия. - Принцесса Алёна, Вы понимаете, что Вы нарываетесь на большие неприятности? Вам не кажется, что такое поведение, после того, что Вы сделали, сказочные могут расценить как очень наглое? - наводящие вопросы Василисы, скорее играли предупреждающую роль и воспитательную. Чтобы Алёнка не просто перестала себя неподобающе вести,но и мысленно поняла сама, что она делает и говорит не так. - ...Наверное могут. - могла она лишь неловко ответить, стыдливо устремив взгляд куда-то в пол и начав переминаться с ноги на ногу. На неё накатил стыд, который в тандеме с паникой всё же немного угомонил её. Правда очевидно лишь на время. Энергия никуда не девалась, а туман в голове не развеивался. - Вот и славно что Вы это понимаете, однако нам надо решать, что с Вами делать. Конечно у меня была мысль ограничиться лишь первым предупреждением, но боюсь учитывая ущерб, это не будет спроведливо по отношению к старосте Вашей группы. Да и Крив Кузьмич мне давно жалуется на Ваше поведение. Вы не сдаёте работы вовремя, у вас есть также сверху множество долгов, которые Вы профессору так и не сдали. И пускай Вы у меня в кабинете в первый раз, я не могу просто сделать Вам предупреждение, понимаете? - ... - Молчание знак согласия. И поэтому мы поступим следуюшим образом. Любаве Вы обязаютесь принести извинения. После занятий будете сдавать Крив Кузьмичу долги. Будет следить за тем, чтобы Вы все его задания за этот месяц досдали. Ну и чтобы такого точно больше не повторилось и чтобы у нас было поминимуму поводов для Вашего исключения, прямо сейчас мы свяжемся с Вашими родителями. Проведём воспитательную беседу ещё и с ними. - Пожалуйста, Василиса Васильевна, можно не будем приплетать к этому родителей! Они и так...думаю не в восторге, что я не могу хорошо учиться и вступительный экзамен сдала плохо! Пожалуйста! Не надо им звонить! Если они узнают, то разочаруются во мне! Я...не хочу, чтобы они думали обо мне плохо! Они ведь наверное будут кричать на меня! Не надо с ними связываться, пожалуйста! Прошу! - слёзно умоляла Алёнка родителей в этой картине она видеть совершенно не хотела. Она боялась представить, какая у них будет реакция, если они узнают, что она избила девочку. И особенно если при этом подумают, что совершенно просто так. Василиса же сделала глубокий вдох и задумалась. Она видимо о чём-то размышляла. Похоже слова Алёнки, а точнее мольбы, и её реакция, которая представляла из себя глаза на мокром месте, Василиса всё же решила пересмотреть последний пункт. - ...Хорошо, на первый раз обойдёмся без них. Однако всё остальное остаётся в силе. С завтрашнего дня будете ходить к профессору Крив Кузьмичу и досдавать Ваши долги. Так же Вы должны будете принести извинения. Ну а поскольку мы не связываемся с Вашими родителями в этот раз, вместо этого будете заниматься уборкой в библиотеке. Обычно этим занимаются наши уборщики, но мы их придупредим, что в ближайшую неделю этим будете заниматься Вы. В связи с текущими обстоятельствами, возражения не принимаются. Всё понятно? - ...Понятно. - Алёнке не хотелось этим заниматься, но выбора у неё не было. В противном случае привлекли бы её родителей. Уж что, а рыжая девица предпочтёт заняться полезной общественной деятельностью, лишь бы не выдерживать натиск осуждающих взглядов. Ей в этом плане и Вари, Маши, и Снежки с Алисой пока достаточно. - Вот и хорошо. Энергии у Вас похоже очень много лишней, потратите её на полезную деятельность. А сейчас Вы можете быть свободны и идти на занятие Владислава Владимировича. У вас как раз есть ещё минут сорок, чтобы позаниматься. - сорок от полутора часа. Алёнка чуть больше половины занятия провела за разговорами с Василисой. - Хорошо, Василиса Васильевна. - Алёнке было бы в пору радоваться, что она избежала ещё больших проблем, чем могла бы иметь, но не могла. Всё-таки вляпалась она серьёзно. Неделя уборки не маленькой библиотеки - это большая нагрузка. Как и устранение долгов. Алёнка боялась представлять, сколько времени она на это всё потратит. В прочем это были далеко не единственные в настоящее мгновение её беспокойства. Алёнка с Огнекошкой не шла в сторону зала, в сторону занятия по боевым искусствам. Напротив, возращалась в комнату общежития. Было много причин, по которым она не хотела идти на занятие. Как например такая, что она избила одногруппницу, которая сейчас в лазарете, а её подружки уже могли всем всё разболтать. Ну и Несмеяна за компанию, раз уж она свидетель тоже. Алёнка боялась представить, что будет, если она придёт. Она боялась и подруг в этой ситуации, и остальных одногруппников. Её никто по голове не погладит за избиение Любавы, даже те, кому она противна. Что будет, если Алёнка придёт? Её могут начать осуждать, говорить ей какие-нибудь гадости, могут отомстить за несчастную одногруппницу, могут просто устроить ей бойкот и мучить осуждающими и холодными взглядами, надеясь, что вот-вот Алёнка вылетит из колледжа за свои выкрутасами. Проблемы с ней ведь не в первой, но настолько ужасно, Алёнка поступила впервые. И уже отсюда, Алёнка начала понимать...она попала во всех отношениях. Подруги вероятно уже её ненавидят, и это избиение закрепит их позицию, остальные одногруппники, если и не ненавидят, то призерают, как минимум один профессор на неё жалуется и с ним постоянные проблемы, переодически её данимает четверо одногруппниц, трое из которых на постоянной основе, а сама Алёнка...испытывает трудности с тем, чтобы держать себя в руках из-за остроты ощущений, которые начали приследовать её с начала месяца и ничто не могло отогнать их от неё. Напротив, сегодня был результат работы этих острых ощущений, которые отступали только тогда, когда Алёнка была очень сильно измотана или уже спала. С какой стороны не подступись, Алёнке казалось, что у неё везде были проблемы. И очевидно ей не просто казалось. - Что со мной проиходит? Почему...я её избила? Меня будто...что-то заставило. Или...тело двигается против моей воли. - это ощущение Алёнку приследовало уже давно. Что тело не в полной мере подвластно ей. Тем не менее не было такого, что Алёнка ощущала какое-то потустороннее присутствие, хоть и начала его подозревать. Это всё ещё была она и никто другой, просто словно всё само случалось, за что Алёнке было потом бесконечно стыдно, и потом она задавалась возможно не самыми разумными вопросами. - Так или иначе я не могу придти на занятие Влада. Приду, мне кирдык будет. Возможно...в том числе и от него. С другой стороны, кто он такой, чтобы меня осуждать? У самого прошлое наверное похуже моего настоящего будет. Я ведь...никого не убивала. - помимо прочего, Алёнка для себя понимала, что ужасно боиться реакции Влада. Причём боиться получить от него те же проблемы, что и от остальных. В прочем она для себя понимала, что его осуждение, возможно было бы лицимерием с его стороны. - Лучше я пойду в комнату и...попробую отвлечься. Да и возможно если я просто уткнусь в монитор ноутбука, меня никто не будет трогать. Подумают, что это не прилично отвлекать меня...да, как-то так. - мысленно сказала себе Алёнка. Это всё она себе сейчас наговорила, скорее для самоуспокоения. Она хотела почувствовать, что контролирует ситуацию. Что есть некие ритуалы, которые могут уберечь её от больших проблем и боли. Как жаль, что ей самой же в свой метод верилось с трудом. Она не верила, что это так работает, но очень надеялась. В прочем возможно "ритуал" мог сработать и вне зависимости от её усилий, но это был уже другой разговор. Сейчас ей ещё нужно и пересечься со зверьём в комнате, в те обязательно могут пробросить какие-нибудь неприяные комментарии на её счёт. И вот Алёнка с Огнекошкой пришла к нужному месту и вошла в комнату. Она немного ошиблась относительно зверей. Её верный фамильяр, что следовал за ней всё это время, не питал к ней слишком тяжёлых чувств, но его охватывало лёгкое разочарование. Остальных же нечто большее. По крайней мере Дракошу и Шушика. Они сверлили её злыми взглядами, на которые та старалась и не смотреть. В прочем как и её фамильяр, что старался как-нибудь развеселить хозяйку, успокоить, но не мог. Просто бочки в воздухе, исполненные фамильяром не поднимали Алёнке настроение. Поэтому, облегчённо поняв, что зверинец не собирается ей ничего говорить, играя с ней в молчанку, Алёнка достала ноутбук, благо интернет на нём ловил и в колледже, достала наушники, и ощущая лединящий кровь страх, принялась искать в графе поиска то, что могло бы ей помочь с её водоворотм чувств. - Смешные видео. - Алёнка хотела начать с их просмотра и ввела этот запрос в поиск, когда уселась к себе на кровать, предварительно сняв обувь. Сочувствующая Огневушка села рядом, свернувшись в клубочек и украдкой бросая взгляды на тех, кто злобно зыркал на её хозяйку. Было фамилиару неприятно, почему-то это также воспринималось и на личный счёт тоже. В прочем пока, огненную зверушки одалевала только тоска, через которую просачивалась лёгкая надежда на лучшее. У Алёнки тем времинем с хорошим настроением всё было скверно. Смешные ролики не так сильно помогали, как бы она хотела, а смотреть примерно одно и тоже, посмотрев уже самый сок, ей наскучило. Она решила сменить тактику и посмотреть какие-нибудь анекдоты. Она в своей жизни слышала парочку смешных, так что решила и это попробывать. В графе поиска был ролик длинной в два с половиной часа, с каким-то мужиком на превьюшке. Алёнка решила, что это будет не плохой вариант. Два часа анекдотов, хоть один должен её развеселить. На свой страх и риск, Алёнка нажала на этот ролик. - ...Ложь - лазновидность злаковой культулы... - ...Хозяйке на заметку: если сломалась мясорубка, попробуйте продавить мясо через дуршлак... - ...На рынке. Бабушка а это у вас картошка на посадку? Нет, блин, на взлёт!... - ...Его звали охотником на крокодилов, потому что ему попадались только страшные девушки... - ...Уважаемые радиослушатели, вы только что прослушали о безопасности, приблежающейся к нашей галактике чёрной дыры. В Москве по прежнему семь часов, пятьдесят одна минута... -... "Блин! " - сказал слон, наступив на колобка... - подобных шутеек в ролике было много. И это из более-менее понятных Алёнке. Ну и тех, что более-менее она находила забавными. Там также было много шуток про канаплю и на два слишком часа, по её скромному мнению их было слишком много. В прочем и не только их. Так или иначе часть из них немного подняло Алёнке настроение, а другие вызвали замешательво и местами даже злость, которые немного отвлекли от грусти, так что это был своего рода успех. Ну и лежащая рядом Огнекошка, которую Алёнка в итоге взяла на руки и положила себе на ноги, сев при этом по турецки, тоже немного сказались на её настроении. Как жаль, что эффект не обещал долго жить. После занятий с Владом девочки, в составе трёх человек вернулись. Радости на них особой не было видно. В прочем Алёнка и не старалась на них смотреть. Она наоборот, улышав их прибытие начала с замеранием сердца пристальней пялиться в монитор. Словно она так надеялась спрятаться от взгляла девочек и от их чувств. Они судя по всему молчали, но Алёнка не могла их слышать нормально через наушники в любом случае. Но так или иначе она почувтсвовала, как рядом с её кроватью упало что-то тяжёло, тем самым немного заставив дрогнуть Огнекошку. Да и саму хозяйку. Краем глаза, Алёнка старалась увидеть что это. Это...была её учебная сумка, которую она забыла на занятии Крив Кузьмича, позабыв, что следующее занятие не с ним, когда ушла искать уединение. Алёнка это не прокомментировала, продолжив словно заколдованная пялиться в монитор. Девочки в свою очередь, тоже ей ничего не сказали и даже не попробывали как-то привлечь её внимание. Зато, Алёнка могла сквозь звук в наушниках слышать, как кое-кто похоже ябедничает. - А она...! - разумеется это был Шушик. В прочем, даже не смотря на собственные нервы, Алёнка сочла, что не стоит распыляться реакцией. А то мало ли, девочки грешным делом подумают, что она не занята. Чтобы они там себе не подумали, Алёнка об этом в итоге не узнала. Девочки с ней не разговаривали, а говорили исключительно друг с другом, словно Алёнки в комнате не было. Алёнка это заметила боковым зрением и судила по реакции Огнекошки. Она была очень встревоженна и смотрела на девочек с лёгким...отвращением. Видимо ей не нравилось, что они игнорировали Алёнку. В прочем та сама не была лучше, вплоть до самой ночи, она пересматривала один и тот же двух с лишним часовой ролик с анекдотами, пока её подруги просто не улеглись спать, даже не попытавшись сказать ей спокойной ночи. От чего...на самом деле Алёнке было даже ужасно больно. - Неужели...им совсем не интересно как у меня дела? Или...почему я избила Любаву? Я конечно сама не знаю почти, но всё же...неужели им совсем плевать? Алёнку терзали по этому поводу противоречивые чувства. С одной стороны, она будто бы хотела, что бы девочки её не трогали, с другой ей хотелось, чтобы они завели с ней разговор, поинтересовались как у неё дела. Ну или хоть...даже как-нибудь отчитали, при этом показав, что им не всё равно. А в итоге её встретило лишь осуждающее молчание. Когда Алёнка закончила смотреть ролик, по какому-то уже счёту кругу, она выключила ноутбук и улеглась спать. Огнекошка улеглась рядом с ней. Алёнка легла на бок к стене, а Огневушка приземлилась к её грули свернувшись клубочком. Пыталась оказывать поддержку. Которая скорее вызывала больше боли, нежели наоборот. Алёнка начала тихо плакать, стараясь при этом не всхлипывать и очень тихо дышать, чтобы никого не разбудить и чтобы не показать свои слёзы. Не показать, что ей как-то грустно. Быть сильной в глазах тех, кто её отвернул, даже если это было не так. - Они тебя больше не любят. Тебя никто...здесь не любит. Тебя никто никогда не примет такой. Это ты во всём виновата. Если бы ты делала всё правильно ничего такого бы не было... - внутренний голос Алёнки зазвучал ещё более обвиняюще, чем до этого и даже несколько чужеродно. Он явно был намерян её критиковать, пока та не провалиться в хоть какое-то подобие сна, а учитывая её плаксивое состояние, ей это не светит в блидайшие часы, когда будто бы и внутренний голос...решил зажить своей жизнью и откинуть былое "я". В процессе саботажа сна, который и в прошлый раз был такой себе, а все последующие не обешали быть крепче. Потому что и все следующие дни... давали понять, что не будут блестать позитивом, которого Алёнке сейчас совершенно не хватало, но и места для него точно не могло быть в обозримом будущем. По крайней мере Алёнка была такого мнения об этом.