Часть 1

Баллада Гриаран. Ветер крылья подарил — небо верным другом стало. Могущественный, гордый дракон, стал надёжным плечом. На чужбине, душа причал отыскала. «Нариальм… Кэльм ауи»       Взмах мощных крыльев. Полёт. Ветер, струящийся по накидке. Небо.       Цепкие пальцы ухватились за ремни, кажется, дракон и сам чувствовал, куда они держат путь. Нариальм стал для Тисс союзником, приобретённым братом. С первого зова в полёт, в их глазах было кое-что общее, — одиночество. Для других это был страшный зверь, чудовище, которое может разорвать своими когтями, убить. Для Тисс же он был живым существом с душой, своеобразным характером, у которого есть собственные страхи. Она знает, потеряв и её, огромное сердце наполнится печалью. Нагрянет гроза, тысячи молний вспашут землю, Нариальм скроется за ними и больше не вернётся в этот мир, не откликаясь ни на единый зов. Разорвёт, убьёт, только теперь за неё и для неё. А если пострадает он… Тисс стало больно от этой мысли, в голове прозвучало лишь: «Никогда. Не позволю.» Недавний случай на перевале стал переломным для их отношений. Лишь по глупости произнесённое имя предыдущего наездника другим летуном, стало причиной беспокойства Нариальма, и желания Тисс обезглавить имперца.       Вдали виднелся горный массив, Нариальм на мгновение завис в воздухе, затем со всей мощью хлопнул крыльями и по спирали пикировал вниз. Эсшайские пейзажи начали вращаться перед глазами, крик застрял в горле, Тисс вжалась в седло, все органы будто опустились к ногам. Иногда Нариальм был непредсказуем в своих желаниях, но Тисс позволила эту маленькую шалость дракону, ведь знала, что Нариальм ни за что не подвергнет её опасности. Полёт выровнялся низко над ущельем, где протекало узкое русло реки. Чем дальше, тем пространство от берега к берегу становилось всё шире. Эсшайка никогда здесь не бывала, видела это место лишь на картах. Теперь, вернувшись с вражеских земель, где даже воздух был другим, от видов захватывало дух, ведь это её земля, родная, здесь её дом. «Вражеские земли»… - Возникло ощущение, что Тисс обманывает себя. Ро’од подарил ей Нариальма, пусть у них были и остаются свои мотивы, но она благодарна за это. С обретённым крылатым другом, деталь которой вечно не доставало Тисс встала на место, даря ощущение, будто можно наконец дышать полной грудью. Но лишь за это ли можно благодарить судьбу?.. Была ещё одна причина. Летун. Сердце не должно было предательски колотиться лишь от одного его слова, Тисс не должна была думать о нём засыпая, не должна была просыпаться с мыслями о нём. Не должна! И всё же, это стало явью. Вкус его губ, почувствовав, поняла — обратно не свернуть.       Нариальм мягко приземлился на берегу реки, рядом раскинулась высокая стена хвойного леса. Солнце близилось к закату, окрашивая небо медовым оттенком. Ни души, слышался лишь редкий стрёкот насекомых. Тисс в привычной манере съехала по чешуйчатому бедру дракона и спрыгнула, удерживаясь на двух ногах. Дальше, в нескольких метрах приземлилась драконица Ша’арнеза, сегодня у неё явно не было настроения, удар об землю вышел жёстче, мощные лапы отбросили от себя мелкую гальку, поднимая пыль.       Эльфийку отвлёк рык Нариальма, она обратила на него свой взгляд, тот мордой бодал поясную сумку, ожидая угощений. — Милый мой, я своих обещаний не забываю. — Тисс открыла сумку, в которой лежала лишь одна шкатулка. Сжав челюсть, она мельком посмотрела на Ша’арнеза и прошла к седлу, где был закреплён вместительный мешок из рогожи. Эльфийка развязала узел и достала оттуда огромный ломоть Эсшайского сыра. — Т-р-р? — Глаза зверя округлились, а из пасти начали капать слюни. — Да, это тебе. Ты заслужил.       Пока летун был занят своей крылатой спутницей, Тисс не отходила от Нариальма. Дракон с удовольствием чавкал позволяя эльфийке поглаживать его по массивной шее. В моменте её рука застыла, она прислонилась лбом к зверю, от чего-то её глаза заслезились. Тисс шептала ему: «Спасибо, спасибо тебе, что ты у меня есть.» — Ф-р-р. — Нариальм мотнул мордой и Тисс отскочила. Он вглядывался в неё своими янтарными глазами, вытянул и опустил перед наездницей шею, словно говоря этим движением: «Подойди ближе». Тисс протянула руку. Шаг, ещё один. Ладонь коснулась мокрого шершавого носа. Её подбородок дрогнул. Он принял её, полностью. Так он показал ей, что тоже благодарен. Его ноздри раздулись, он выдохнул урча, будто это было не опасное чудовище, а большой, странный, но ласковый кот. Эльфийка погладила Нариальма на последок, решила не злоупотреблять его хорошим настроением, оставила дракона отдыхать. — Как ты? Ты не поранилась? — Ша’арнез без какой-либо заминки подошёл к Тисс и обхватив её лицо, поцеловал в лоб, так естественно, будто делал так сотню раз, — Видел как твой дракон решил испытать тебя на прочность. — Всё в порядке, правда. Мне даже понравилось.       Придерживая за локоть, Ша’арнез провёл её немного дальше, на небольшую поляну. Расстелил плед на траве, и, подав руку Тисс, помог ей присесть рядом с собой. Эльфийка убрала поясную сумку в сторону, скинула с себя накидку, представ перед летуном в платье с открытыми плечами, вырез которого открывал спину. — Невероятный вид. — Да, на карте я видела здесь должен быть недалеко водопад, и… — Тисс запнулась. Когда подняла голову, то заметила, что Ша’арнез смотрит не на реку, а на неё. — Эльфийка тут же захотела опустить взгляд, Ша’арнез огладил линию подбородка Тисс, и время вновь замедлило свой ход. Больше не существует в мире предательств, войн, нет ни боли, ни тоски, лишь внимательные фиолетовые глаза. — Я давно хотел кое-что сделать, ты позволишь? «Ох, боги.» — Тисс кивнула в знак согласия, и Ша’арнез переместился ей за спину, прижав её ближе к себе, нежно обвил руками талию, оставил лёгкий поцелуй на плече.       Со стороны послышался шелест. Летун обернулся и увидел из-за куста выглядывающую морду дракона. Нариальм насупленно смотрел на эльфа, явно не доволен таким раскладом, фыркнув он скрылся из вида. Ша’арнез повёл бровью: «ревнует.». Его взгляд вернулся к Тисс. — Вы так красивы, леди, невозможно описать словами. Это платье вам к лицу. — Едва касаясь кожи между лопаток, Ша’арнез задерживает дыхание, белёсые ресницы подрагивают, а сердце замирает в предвкушении трепетного момента. Всего несколько недель назад он не мог себе простить той вольности, что не сумел держаться в стороне. Он проиграл собственным чувствам, и к каким бы последствиям это не привело, он готов понести любое наказание, лишь за возможность наблюдать за ней, пусть даже из далека.       И вот ладонь полностью прилегла к коже, дыхание возобновляется, срываясь с разомкнутых губ. Тепло. Ша’арнез не в силах переступить эту черту, закрыв глаза провёл кончиком носа от плеча к шее, вдыхая её запах. Вновь приоткрыл глаза, губы тронула лёгкая улыбка от потрясающего вида: его обсидиановая кожа, так контрастирует на фоне кожи цвета кремового жемчуга. Горный эльф готов был поклясться, что это лучшее, что он когда-либо видел за всю свою жизнь. — Тебя что-то тревожит? — Нет… нет. Тисс. — его голос, еле слышный, подобен шелесту листвы. Выдержав небольшую паузу, Ша’арнез поцеловал её за ухом, и заговорил вновь. — Так странно, и одновременно пленительно-прекрасно чувство, что я могу испытать, находясь рядом с тобой. Полные противоположности притягиваются, дополняя друг друга. — Ша’арнез. — на выдохе произнесла Тисс, чувствуя, как жар подступает к щекам. Вдруг ей захотелось взглянуть на его смущённое лицо, увидеть, как он поджимает губы и робко прячет взгляд под белоснежными ресницами. Она повернулась к Ша’арнезу, лёгкий ветер коснулся открытых плеч, до дрожи. Тисс оказалась права: она предугадала его выражение лица, будто изучала его не один десяток лет. В его глазах подсвеченных закатным солнцем, она разглядела отблеск собственного отражения, — У меня есть кое-что для тебя.       Тисс потянулась к дорожной сумке, её завитые локоны скользнули с плеч, закрывая профиль лица. Ша’арнез протянул к ней руку, заправляя прядку волос за ухо. Всё в ней его пленило, даже казалось бы незначительные детали он подчёркивал, запоминал. Слегка склонив голову, наблюдал, как хмурятся её брови, как приоткрываются пухлые губы розового оттенка. Эльфийка выпрямилась, протянула Ша’арнезу небольшую ониксовую шкатулку. Тисс была заметно взволнована, прикусила нижнюю губу и отстранилась, передав подарок в руки мужчине. Ша’арнез замешкался лишь на мгновение, но, приоткрыв крышку шкатулки, не смог сдержать удивлённого вздоха. Щёки мужчины вспыхнули от смущения, его взгляд несколько раз метнулся от шкатулки к лицу Тисс и обратно. Изящные мужские пальцы подцепили тонкую цепочку — особый подарок для горного эльфа. — Ох-х. Тисс, это… «Робкий. Мой.» — Эльфийка подхватила его за ладони и спросила, — Лорд Ша’арнез со Генэш, вы позволите мне надеть на вас Нальг ? — Леди. — В груди разливалось тепло. Горели даже острые кончики ушей. Улыбка коснулась не только его губ, Ша’арнез улыбался глазами, глядя на то, как нежно Тисс поглаживает костяшки его пальцев. Летун передал украшение, затем подал руку леди. Тисс встала, шагнула к нему ближе, склоняясь над лицом летуна. Мужчина сел прямо, слегка вытянув шею, приподнял подбородок. Как бы ни пытался поджать губы, те всё равно расплывались в улыбке.       Тисс продела цепочку и заправила за уши, мизинчиком поправила украшение на переносице, обратным движением провела указательным пальцем по кончику носа, спускаясь к губам. Ша’арнез редко моргал, не желая прерывать зрительный контакт. «Дикий ирис. Как же ты красив.»       Вздох. Стук сердца. Порыв.       Ша’арнез подался вперёд, одной рукой зарылся ей в волосы, другой обхватил предплечье, потянул на себя, нашёл губами её губы. Мне грозы рассказали о том, как рождённая первой звездой, среди заклятых врагов, на чужой земле, свою судьбу — сына подземелий повстречала. Под звёздным небом кружились в танце, по утру ловили блики солнца. И всё те же грозы расскажут о том, как руки делились теплом, и безудержно сердца стучали. ***      Этой ночью Ша’арнез, уронив лицо в ладони, корил себя за то, что остановился, не стал идти дальше, посчитав берег реки неподходящим местом для сближения с Тисс. Сейчас же он стоял в её покоях. Горный эльф редко следовал импульсу, но всё, что касается Тисс, непременно становится исключением из правил. Даже сейчас, он сомневался, может она сочтёт это за грубость, вот так врываться посреди ночи в её покои. Всё внутри тянулось к ней, ему необходимо было ещё раз взглянуть, обнять, прижаться к губам. Он свёл брови, прикусил губу, будто от боли сожмурился, прислоняясь спиной к деревянной двери. «Что я вытворяю?»       Тисс засидевшаяся допоздна за книгой, вскочила, когда услышала стук об дверь. — Ша’арнез! Что с тобой? Ты невероятно бледен. — Бледен? — всё ещё с полуприкрытыми глазами, летун ухмыльнулся и покачал головой. — Я просто хотел побыть вместе.       Тисс сократила расстояние. Почувствовав её запах совсем рядом, он Открыл глаза и обнаружил, что эльфийка была в одежде для сна. Ну конечно же, ведь сейчас ночь, и она готовилась к отдыху. Ша’арнез отвернулся, покрываясь румянцем. Тисс сделала ещё один шаг, едва не заключив летуна между дверью и собственным телом. — Я говорила, что мне нравится тебя смущать? — Да. — На выдохе произнёс мужчина. — Я вовсе не имею никаких намерений… — Конечно, я же женщина, вольна делать, что захочу? Это ты хотел сказать? — Тисс осторожно коснулась его запястья, переходя на шёпот. — В таком случае, я хочу, чтобы ты посмотрел на меня.       Он сделал то, о чём она просит. Невидимая вспышка. Глаза эльфа потемнели. Ша’арнез мягко подхватил Тисс на руки, обвив талию, эльфийка воспарила над полом обнимая мужчину за шею. Ша’арнез слегка закружил Тисс, меняя их местами. Ступни вновь коснулись поверхности, теперь спиной упиралась в дверь она. Мужчина прижался губами близко линии декольте. Дрожь змеёй прокатилась по позвоночнику эльфийки, и та выгнулась, сильнее вжимаясь в летуна. — Невозможно, как ты меня завораживаешь. Невероятная, притягательная… — С каждым новым комплиментом Ша’арнез оставлял влажные поцелуи на шее, двигаясь всё выше, пока вновь не добрался до губ. Тисс терялась в поцелуе, обвила его шею и неосознанно тянула его вниз. Летун горячо выдохнул в уста и огладил стройную ножку. — Держитесь крепче, леди. — Ша’арнез подхватил Тисс за бёдра, заставляя опоясать его ногами.       Страстно целуя, он отнёс её к кровати. Тисс хитро посмотрела из-под опущенных ресниц покачнулась на руках летуна. Так их тела стали ещё ближе к друг другу, и эльфийка могла почувствовать, как нарастает его возбуждение внизу. Он отпустил её, девушка присела на край кровати, наблюдая за тем, как Ша’арнез стягивает с себя верх, оголяя стройное, рельефное тело. Тисс тянется к нему, проводит пальцем по дорожке светлых волос, ведущей от пупка, ниже. Она неспешно расшнуровывает пояс его штанов и спускает их до пола. От столь непристойного и не менее возбуждающего вида у Ша’арнеза подрагивают руки, он несдержанно выдохнул и с хрипотцой в голосе произнёс: — Нет, не так. Хочу, чтобы ты тоже чувствовала. — Ша’арнез навис над эльфийкой. Девушка начала пятится к подушкам, когда летун забрался на кровать. Он переместил женские руки себе на шею, придерживая за талию перекатился на спину. Ша’арнез усадил её сверху почти на грудь, спиной к себе, провел ладонями по пояснице с нажимом, заставляя наклониться вперёд, подтянул её за бёдра ближе к своему лицу, оставил поцелуй на внутренней стороне бедра, вызвав у эльфийки стон, он лишь прошёлся языком вдоль складок, как волна удовольствия заставила его откинуть голову и вжаться в шёлковые подушки часто дыша: Тисс обхватила член рукой и начала ласкать Ша’арнеза языком, затем вобрала в себя головку и начала неспешные движения, которые доводили тёмного эльфа до грани исступления.       Ноги девушки задрожали, ласки Ша’арнеза лишь набирали обороты, он уделял особенное внимание чувствительной точке. Каждый раз, его кончик языка касался её, всё тело вздрагивало. Ощущения обострялись когда до её слуха доходили стоны мужчины, хотелось сделать ему ещё приятней, чтобы слышать их как можно чаще. Ша’арнез подается навстречу бёдрами, входя губже. Их тела разгорячились, жадно принимая и даря ласку друг другу. Страсть, желание взяли верх, мужчина входил всё активней. Когда мышцы напряглись до предела, обхватил Тисс и девушка податливо выпрямилась. Рука летуна забралась под пеньюар и обхватила грудь, а язык всё также продолжал ласкать Тисс внизу. Эльфийку пробило мелкой дрожью, она начала бесконтрольно стонать и извиваться в его руках, ритмично покачивая бёдрами. Тисс задыхается, когда чувствует, как вибрирует его стон внутри неё, она привстала на трясущихся коленках, сползла с Ша’арнеза, жадно ловя воздух губами в попытке отдышаться.       Летун мягко привлёк её к себе, его щёки и кончики ушей приобрели темно-бордовый оттенок, он стёр влагу с губ и подбородка ладонью. Тисс не могла не признать — таким он выглядел ещё привлекательней. Ша’арнез коснулся её предплечья, и эльфийка потянулась к нему за поцелуем. Пальцы путают белоснежные волосы. Язык мягко прошёлся по его нижней губе, затем протолкнулся внутрь, лаская нёбо. Руки мужчины, не переставая, изучали её тело бережными касаниями. Тисс перекинула ногу через его талию, вновь оказалась сверху. Дыхание Ша’арнеза учащается, он цепляет края пеньюара и тянет вверх, полностью обнажая девушку. Сжимает округлые ягодицы и подается вперёд, обхватывая губами пик груди. — Ша’арнез. — Тисс прикусила губу и томно выдохнула в потолок, чувствуя, как удовольствие вновь тепло скапливается внизу живота. С откровенным, влажным звуком Ша’арнез выпустил грудь изо рта, удерживая эльфийку за ягодицы, он направил себя между её ног. Когда головка коснулась складок, подразнивая, Тисс вновь простонала и изогнулась в спине. Ша’арнез вошёл в неё. Неспешные движения дарили негу, мужские руки ласкали изгибы талии, обхватывали груди, проходились по ключицам. Он восхищался Тисс, и был преисполнен желанием доставить большее удовольствие своей леди. Сплетение тел, нежные поцелуи, плавные движения, громкий стук сердец, стоны, заполнили спальню эльфийки. Движения становились всё более резкими и частыми, Тисс впилась ногтями в плечи эльфа, чтобы хоть как-то унять дрожь в теле. Ша’арнез последний раз толкнулся внутри Тисс и из его уст сорвался утробный стон. Семя разлилось по горячей коже. Придерживая девушку за талию и под коленом, летун резко перевернул её на спину: — М-м? А-а-х. — Тисс простонала, когда мужчина вновь развёл её бёдра и принялся ласкать её пальцами. Эльфийка уже была на грани, кожа покрылась мурашками, носки натянуты, напряжены. Она хотела что-то сказать, но получалось что-то нечленораздельное. И вновь это ощущение, будто она вот-вот провалится в небытие. Мало воздуха, жар слишком быстро разлился по телу. Казалось, сейчас изнутри вырвется громкий стон, но она беззвучно содрогнулась под его телом и обмякла. Ша’арнез наклонился и поцеловал место, где только что были его пальцы, затем потянулся и чмокнул Тисс в подбородок, убирая с лица прилипшие к мокрой коже прядки волос.       Ша’арнез опустился к Тисс, положил голову ей на грудь. Эльфийка пропускала сквозь пальцы его волосы, словно пыталась убаюкать. — Тисс… — Да? — Тисс эя Вэдтри, я люблю вас. Сплетаются судьбы, как корни древа, новую жизнь — частицу любви, примет в полёт бескрайнее небо. ***      Десятая годовщина заключения мира между Ро'од и Эсшаем. Ворота столицы были открыты для всех желающих посетить праздник. Улицы украшены цветами, лентами и флагами двух государств. По приказу короля Тая эя Эйни Лоно Вэд Ваин Фиркаин, организован пир в главном дворце. Эльфы, дварфы, полурослики и люди с самого восхода пели и танцевали, прогуливались по площади, вокруг которой развернулась ярмарка с развлечениями на любой вкус. Ночью над землёй воспарят разноцветные светильники, город погрузится в особенную атмосферу волшебства, музыка продолжит литься со всех сторон.       Просторный зал разразился громкими аплодисментами. Гриаран завела лютню за спину и глубоко поклонилась всем собравшимся. А когда выпрямилась, её взгляд был устремлён в дальний угол зала, где продолжалась жизнь героев её баллады: мальчишка лет шести, держа в руках маленького деревянного дракона, спрыгнул с колен отца, с надутыми щеками принялся дёргать мать за юбку. Мальчик был похож на Тисс только глазами, всё остальное унаследовал от отца: белые волосы, обсидиановая кожа, прямой аккуратный нос и тонкие губы. Эльфийка наклонилась, чмокнув сына в висок, прижала указательный палец к губам и подмигнула, аккуратно вложила в маленькую ладонь несколько серебряных монет. Детское лицо озарила улыбка, он подскочил и убежал в сторону, где его ожидала стайка ребятишек. Тисс успокаивающе погладила мужа по плечу, но Ша’арнез всё равно провёл взглядом сына, вдруг споткнётся. Летун глубоко вздохнул, не поворачивая головы, нащупал её руку, поднёс к губам и поцеловал каждый пальчик.       Гриаран сошла со сцены под требовательные возгласы продолжить выступление, и уже собиралась подойти к старым друзьям. Двойные массивные двери распахнулись, толпа обернулась, а бардесса застыла на месте. С гордой осанкой, чиканя каждый шаг, в зал вошла Эзгана со Генэш. Но не женщина привлекла взгляды, а громко плачущий ребёнок на её руках. Пухлощёкая девочка лет трёх капризно размахивала руками. Волосы как и у Эзганы, были серебристого оттенка, украшены маленькой диадемой, лишь кожа была немного светлее. С первого взгляда можно было понять — они родственники. Интерес толпы быстро угас, как только на сцену вышел следующий выступающий бард. — Папочка! Украла! Украла мой нос! — Увидев отца девочка потянулась к нему, со всем удобством устроилась на руках у Ша’арнеза продолжила всхлипывать. Тисс перебирала её волосы и что-то нашептывала. — Ли’итара… — Взгляд с лица дочери переместился на бабушку. — Вот оно что, я же просил больше не показывать этот фокус. Верните на место. — Ша’арнез протянул распахнутую ладонь Эзгане и шевельнул пальцами, подгоняя. Бабушка хмыкнула, вложила невидимый нос в руки. Отец сжал ладонь, сделал вид, что поставил всё на место, — Вот же он, Ли’итара.       Малышка вмиг успокоилась потирая сонные заплаканные глаза, всё ещё с недоверием поглядывала на прабабушку топыря нижнюю губу. Эзгана цокая покачала головой: — Вся в отца. Не в обиду Тисс. Ах, как он плакал, стоило ему показать этот фокус. Всю прислугу вокруг себя собирал, до самой ночи не могли его успокоить. Каким милым был. А сейчас у него уже свои дети… А, где мой правнук? Где Хивар? — Побежал искать новые ссадины. — Прозвучал голос Гриаран за спиной, Эзгана обернулась. — Леди со Генэш, Тисс, Ша’арнез, приветствую вас. — Леди эя Итлур, рада тебя видеть вновь, жаль не успела на твоё выступление. — произнесла Эзгана. — В скором времени планирую выступление в «Поющем гроте», буду рада вашему присутствию. — Хм, в таком случае… Через два дня мы с Ва’адой отбываем, не желаешь составить нам компанию? — О, это большая честь, с удовольствием. — Гриаран. — Тисс поднялась со своего места. Бардесса бросилась к Эсшайке и крепко обняла. — Я так рада, сколько прошло с последней нашей встречи? Я помню тебя с округлившимся животом, а потом… — А потом ты отправилась покорять весь Эсшай своими стихами… — Не знаю как весь Эсшай, но одного эльфа я всё же покорила, но об этом позже. — Гриаран!.. — Тисс улыбнулась и похлопала бардессу по плечу, но тут же её взгляд переменился. — Эта баллада. Спасибо. Мне понравилось, очень красиво.       Услышав эти строки, Тисс и вправду будто вернулась в то время, пусть на её пути было много тайн, опасностей за каждым углом. Но благодаря тому, что однажды она ступила на тот момент ещё на вражеские земли Ро’од, она смогла обрести семью, верных товарищей. Брата. — На эти стихи меня вдохновила моя подруга, самая отважная девушка, которую я только встречала.