2. Казнить нельзя помиловать

      Утреннее солнце почти не грело, а от земли тянуло холодом. Морось оседала на коже тонкой ледяной плёнкой и, скапливаясь каплями росы, стекала за шиворот. Пахло прелым сеном, мокрой землёй и чем-то терпким. И не скажешь, что ранняя осень на дворе. Как раз урожай с полей вовсю собирали, и в деревнях даже без беженцев с юга царило особенное оживление, связанное с крестьянскими заботами. Судя по тому, что особой паники не наблюдалось, значит, Мору ещё только предстоит напугать пограничные с Дикими Землями Коркари поселения. Следовательно, войско короля Кайлана под Остагаром до сих пор собирается, готовясь к очередной, но решающей битве. Все живы и всё хорошо.       В таком случае, имелся ли смысл идти в крепость? Стоило ли предупредить короля и уберечь его и десяток тысяч людей от роковой ошибки?       Даже пытаться не буду, вот, честное слово.       Логейн в любом случае не поладит с Кайланом — потому что кое-кто бесстыдно переписывался с императрицей Селиной, — и гражданская война рано или поздно накрыла бы Ферелден.       Причина ещё крылась и в самом Море. Если разбить Орду под Остагаром, то тогда Архидемон может скрыться на некоторое время, и предсказать его появление будет очень трудно. А там как раз гражданская война подоспеет, и пройтись катком по уже ослабленной стране у Архидемона получится проще простого.       Казалось бы, самый важный персонаж, способный повлиять на Ферелден, но нет — спасать Кайлана бесполезно.       Так что прости, король, но с твоей безумной тактикой и мечтаниями о «славных битвах как в легендах» Ферелден долго не проживёт и потянет за собой весь Тедас из-за единственной ошибки.       Такими мыслями я занимала свою голову всё то время, которое потратила на обустройство лагеря около озера. До деревни Редклифф ещё полдня пути, но я не видела смысла тащиться в будущий рассадник мертвецов с бессознательным Стэном на руках. Для начала, его бы подлатать и на ноги поставить. Раз уж никакие фермеры нас не нашли, то и канон от Стэна отстал. Меч, его верная Асала, вон — лежит рядышком со спальным мешком и кучей доспехов. Никаких мародёров, никаких убийств, никакого заключения кунари в клетку на площади Лотеринга.       Один факт — а как история одного чело… тьфу, кунари поменялась! Главное, чтобы эффектом бабочки не накрыло, а иначе хана канону. Когда знаешь будущее, выпутываться из него проще…       Наслаждаясь утренней тишиной и изредка вслушиваясь в людские шумы, что доносил до стоянки ветер с Имперского тракта за пролеском, я развела костёр в ямке на песке. Разложила спальные мешки и провиант, натянула тент меж трёх деревьев и ещё раз поблагодарила храмовников за их беспечность. Вояки от вида большой женщины-чужеземки посреди трупов порождений тьмы настолько растерялись, что так и не догадались, что я маг. Даже не знаю, что их сбило с толку больше: присутствие кунари или моровых тварей?       Но и после установки лагеря бездельничать и предаваться мыслям о тайнах мироздания не приходилось. До самого заката я куском от своей юбки протирала Стэна от крови — чёрной осквернённой и его собственной красной. Сильное двухметровое тело мужчины, конечно, восхищало… Однако вечно одинокой и придирчивой мне казалось слишком широким. Это, правда, не мешало обводить тряпкой мышцы, чисто по-женски балдея от короткого мига вседозволенности.       В зону пояса, естественно, не полезла. Наглость — второе счастье, но границы есть границы. Да и чего я там не видела?       После водных процедур я перетащила кунари на чистый спальный мешок, а тот сразу сожгла. Грязную воду же благоразумно не выжимала в озеро, а огненным заклинанием испаряла с тряпки. Почему-то скверна исчезала в никуда, превращаясь в самый обычный пепел при высыхании.       Субстанция, я полагала, без живого организма или источника магии долго не существовала. Вроде и хорошо, что можно её уничтожить навсегда, однако, покуда имелся где-то в безграничном Тедасе хотя бы один осквернённый магистр, дракон или красный лириум, с Мором покончить не получится.       Нда, это определённо не то, о чём я хотела бы думать на ночь глядя.       В хаосе лагерного быта не забывала я и упражняться с произношением слов, чтобы долго бездействующие язык и губы вернули свою подвижность. Параллельно поддерживая заклинание исцеления над Стэном, проговаривала руны и думала, думала, думала.       Магия, так-то, тоже прилично сил забирала, поэтому в текущих условиях запасы еды на двух кунари можно смело умножать ещё на два. А мне ещё и вес набрать надо, так что на все три.       Не-не-не, подумать только: магия! Руны! Кунари!       Прорвалась-таки мысль через заслон моего лютого негодования. Сама себе поражалась, как я вообще держалась и даже не думала раскиснуть? Всё понимаю: закалённый характер и опыт выживания на самом дне бедности. Но магические бои с тварями Мора? Попадание в рогатую женщину после смерти? Полагаю, мистика — не криминал, вот и недостаточно испугалась. А вот предстоящая война с богом-драконом во главе… Угх.       Стэн, вдруг дёрнувшись, захрипел, сделав слишком глубокий вдох. Это привлекло моё внимание, и я сместила фокус заклинания, магическим «рентгеном» проверяя, что не так. Ага. Сломанные рёбра, ещё не до конца мною залеченные, приносили боль. Выровняв дыхание кунари, оценила свою работу, устало выдыхая. Подлатала я его очень даже хорошо, пускай магия дико требовала хотя бы глотка лириума для стабильной работы. Сэрабазов запрещено поить волшебным минералом, но хотелось его где-то на подсознательном уровне просто неимоверно! Впрочем, с передышками исцеление тоже работало. Дольше, менее эффективно, но выбора-то у меня не было.       Вновь вдохнув вне цикла сна, Стэн дёрнул рукой.       — Командир, ты в сознании? — слегка невнятно протянула я на кунлате, садясь на колени.       Осторожная «распевка» и упражнения с губами дали свои плоды почти сразу. Приходилось насильно напрягать мышцы и следить за положением языка, произнося буквы и слова, будто у логопеда на приёме, однако результат радовал. Сэрабазу рот зашили плюс-минус двадцать лет назад, но упорства (или упрямства?) мне хватало.       Ещё в момент первого звука по лицу стэна пробежала хмурая волна. Несколько раз поджались уголки рта, дёрнулись густые светлые брови. Веки наконец дрогнули, и кунари открыл глаза. Ярко-лиловые, почти ядовитые даже в скудном свете слабенького светляка, они очень внимательно изучили меня. Зрачки опасно сузились, когда командир заметил верх лёгкого доспеха сэрабаза и отсутствие у меня цепей и маски.       Барьер чисто на всякий случай я уже на себя накинула.       — К завтрашнему утру раны закроются полностью. — Сжатый кулак с разбитыми костяшками был стойко проигнорирован, а контраргументом с кончиков моих пальцев готов был сорваться паралич. — Когда встанешь на ноги, тогда и будешь решать, что делать дальше. Поспи, — удерживая зрительный контакт, надавила я на здравомыслие мужчины.       — Выжив-вшие? — всё же просипел стэн, еле разлепив пересохшие губы.       Оперативно протянув флягу с водой в дрожащую руку, лишь покачала головой в ответ. Печальнее было бы, если канонично выжил только Стэн. Моё незапланированное присутствие хоть как-то сгладило положение, но приятного всё равно мало. Стэн, считай, провалил миссию, так ещё сэрабаз освободился, а Мор уже на пятки наступал. Полный комплект неудачника-командира.       Вскоре силы совсем оставили кунари даже после столь короткого диалога, и сон сморил воина. Я тоже потратила последние крохи магии на его исцеление и, потушив стандартный такой светляк и костёр, легла спать под соседнее дерево. Благоразумно оставив Стэна закутанным по самую шею в спальник, потому что я хочу всё же проснуться утром и желательно без меча в сердце.       Идиотская привычка с деревенского детства — вставать с первыми петухами — сыграла со мной злую шутку даже в другом мире. Мало того, что я целых полчаса пыталась понять, не сплю ли я, и не чудится ли мне лишний вес рогов на голове, из-за которых не то, что на бок, а даже на спину без валика из тряпья не лечь, так ещё и снилась какая-то лютая ху…       Я распахнула глаза и резко села, едва последняя мысль успела сформироваться.       Нет — попадание в кунари мне не приснилось. На кончиках когтистых пальцев весело запрыгали искорки, с рогов свисали спутанные пряди светлых волос, а лишние полметра роста очень даже ощущались. Да — во сне меня всё же где-то помотало, потому что я очень чётко помнила сон — с запахами, с лицами, как никогда в прошлой жизни. А как я?..       Точно. Тень.       Во сне сознание здешних обитателей, кроме иммунных к магии гномов, попадало в Тень. И та дичь, что я видела, это нихрена не дичь, а вполне себе реальное магическое пространство за так называемой Завесой — чтоб чихалось в Утенере одному лысому эльфу, — отражение реальности. В этом отражении я видела кошмар: недавнее сражение, только вместо огра помнила осквернённую женщину-кунари.       Демонов, кстати, не встречала, как бы ни старалась вспомнить. Возможно дело в том, что я истратила слишком много сил и стала им неинтересной, как обычно маги притягивают им подобным? Искажённые духи любят сильных чародеев, а себя таковой я бы сейчас не назвала, почти полностью истощённая. После вспышки магии в бою с порождениями, а затем и длительного исцеления мне в принципе поплохело. Будто голод, но энергетический.       Эх, магия.       Хорошенько размяв фантомно ноющие после цепей плечи, закинула во вновь пустой желудок вяленого мяса, посетовав на прожорливость, и вышла к берегу. Небо светлело лазурью и лимоном над озером Каленхад, а солнце еле прогревало остывшую за ночь землю и блестело радугой в капельках росы. Где-то над башней Круга далеко-далеко вдали вились и кричали чайки, загадочно бултыхалось нечто в глубокой воде, откормленное зельями, выливаемыми из канализации крепости, да стрекотали насекомые в высокой траве.       А ещё было порядком так холодно. Свежесть утра взбодрила окончательно, пробежав мурашками по позвоночнику и до затвердевших сосков, вынудив меня одёрнуть тряпку-топ с матами и руганью на отсутствие современного бюстгальтера.       В такой-то дубак мне и предстояло умыться.       Спустившись к спокойной воде, сбросила изгвазданные сапоги и, убедившись, что не так уж холодно для закалённого тела кунари, разделась полностью, прошлёпав босиком по жёсткому песку. Кое-как я оттёрла от тела и бороздок рогов грязь, ёжась от малейшего дуновения ветра, и выстирала одежду, тут же её высушив магией. Удобно.       Вернулась к костру я уже чистенькая, вычёсывая пальцами и заплетая в толстую косу неухоженные, неприлично длинные волосы, не стриженные с два десятка лет. Замёрзшая, но наконец-то довольная и умиротворённая полной грудью вдохнула свежий воздух. Мозги на место встали и дискомфорта от чужого тела более не чувствовали.       На мою возню стэн проснулся мгновенно. Впрочем, подняться он так и не смог, укутанный на совесть, и с резким выдохом и ворчанием лёг обратно. Его рука выпуталась из спальника и потянулась к мечу в куче брони даже с болезненным тремором, однако я намеренно не стала далеко убирать снаряжение именно из-за соображений комфорта и безопасности для самого Стэна. Это у меня даже копья нет, чтобы хоть с чем-то колдовать, однако вот она — магия. Голыми руками огра порвала, потому что сэрабазов так и учат.       Маг опасен даже безоружным, а маг-кунари опасен вдвойне.       Ничего-ничего. Сейчас «босса» накормлю, исцелю, и настроение у него улучшится. По крайней мере, я на это надеялась.       На завтрак командиру пошли фрукты и вяленое мясо. Не слишком богато, однако солдатскими пайками кунари не забалуешь. Припасов и так осталось мало из-за моего обжорства, и я уже запланировала закупиться у крестьян чем только можно. Мешок картошки бы, мясца, молока, рыбки… М-м, аж снова есть захотелось.       Да только работа зовёт.       Пока кунари медленно жевал, приняв положение сидя только с моей помощью, я держала руку у его напряжённого плеча и поддерживала лечение, оставшись стоять над душой. Прогресс отслеживался в таком темпе весьма наглядно: после нескольких минут из пальцев мужчины ушла дрожь; к получасу стэн выпрямил спину; к концу часа последние раны затянулись полностью. Также я заметила, что заклинание вышло на порядок проще и мощнее по сравнению с вчерашним вечером. Сегодня восстановились какие-то внутренние резервы и физические силы, никакой усталости, концентрация лучше. В общем, здоровье я себе поправила хотя бы немного. Массу бы ещё набрать, конечно, а то выгляжу несуразно. Мышцы и кости, бр-р.       Ладно, сейчас важнее выяснить, что там надумал Стэн.       Суровый взгляд кунари прожигал ни в чём неповинную флягу в его руке, и я терпеливо ожидала, когда командир додумает свою важную мысль и вынесет вердикт. Лучи солнца пробивались через листву и дыры в тенте, и в таком обманчиво-мягком свете атмосфера, казалось бы, должна оставаться по-утреннему ленивой. Да только затылок жгло вниманием, и расслабиться не получалось. Всё это время в полной тишине я вычищала доспехи босса, привычно избавляясь от грязной воды. Взгляд Стэна, колкий и грозный, стабильно обращался к моим рукам, с которых огонь облизывал тряпку.       Страх магии и безумия в Кун врождённый. Тотальный контроль всего неподконтрольного и всё такое. Именно поэтому Стэн пристально наблюдал за тем, что и как я делала, наверняка считая, что без цепей сэрабаз тотчас должен стать одержимым.       Но я ведь буквально на своём горбу притащила его с поля боя, накормила и вылечила. Меч даже оставила рядом.       Не сбежала и не бросила.       Если этих аргументов ему будет мало, то клянусь, что привяжу его на площади Лотеринга его собственными нательными верёвками, и пускай Герой Ферелдена сам с ним возится!       — Сэрабаз без арварада подлежит немедленной казни, — заученно монотонно процитировал Стэн на кунлате за моей спиной, что, впрочем, и ожидалось.       Более он не издал ни звука.       Дар и проклятье попаданца — судить заранее. Я знала, что Стэн на самом деле не настолько категоричен, при этом понимала, что на решение кунари влияет именно то, что я сэрабаз, а не тот же неведомый Страж-человек/эльф/гном. Перестав следовать Кун, беглец автоматически становился тал-васготом и преследовался по закону Кун.       Однако обстоятельства, приведшие к данному разговору, влияют на его итоги и влияют сильно.       Потому что нельзя просто так взять и убить своего спасителя, когда все условия соблюдены: меч при нём, и фермеров в зоне видимости не наблюдается. Так что…       — И это твоя благодарность? — медленно продолжила я на том же кунлате, невольно хмурясь, когда некоторые звуки в словах плохо проговаривались. — Это твоя честь и гордость воина Кун — наплевать на потраченное на тебя время и силы и убить невиновного?       Даже не поворачиваясь и продолжая чистить доспехи, я уловила движение. Это Стэн с тихим шарканьем по земле встал с места, абсолютно точно не собираясь отпускать меня живой. Ну, это мы ещё посмотрим.       — Магия опасна.       — Не опаснее меча в твоих руках.       Неспешно закончив своё занятие, я поднялась на ноги. Отряхнулась, поправила великоватые штаны и даже волосы заправила за рога, намотав более короткие пряди из чёлки на кончики. Вот настолько я уверена, что в пару предложений смогу переубедить стэна.       Как?       Конечно же поспорить с ним!       Кунари он любопытный, что в реалиях Тедаса уже само по себе необычно. Безвольных людей очевидно не любит, шутки не шутит, однако — подумать только! — любит печенье, цветы и котят. Издеваюсь? Нет.       Просто это — оставшееся «человеческое», не стёртое заветами Кун. До этого-то и надо достучаться.       — Без надзора арварада велик риск, что ты станешь одержимым или магом Крови, — шах.       — Не каждый отступник становится магом Крови, — мат.       Стэн свёл брови и озадаченно опустил поднятый в боевой стойке меч. Хороший знак. Продолжаем приседать на уши!       — Более того, использование магии Крови ухудшает связь с Тенью. — Да и для психики вредно, что заметно у большинства пользователей. Прости, Йован, но результат налицо. — Одержимость же есть последствие слабости разума. Неспособность противостоять соблазнам демонов. После гибели нашего отряда и обретения свободы ничего меня не гложет и больше ничего не нужно. Соблазнов попросту нет.       Стэн молчал и молчал долго. Решение вопреки правилам в принципе давалось нелегко и обычному человеку, поэтому я с пониманием отнеслась к тяжёлым и долгим раздумьям командира. Пускай и его решение практически ни на что не влияло, к слову. Если я захотела уйти, я это сделаю в любом случае. Стэн — не храмовник, магию не подавит. Достаточно его обездвижить, а там уже весь Тедас открыт для приключений на всякие интересные места.       В ожидании решения, отражавшегося на облике кунари разве что сжиманием и разжиманием кулака на рукояти меча, я бессовестно выпала в собственные мысли. Хорошо помогал справляться со стрессом анализ собственных действий. Например, моё плетение заклинания исцеления. Чисто по ощущениям выходило оно у меня неправильно. Куда-то магия растрачивалась зря, а раны залечивались неравномерно. Но что? Куда? Как? В душé искренне не еб… не знаю. Сэрабазов учили минимально, только попытки и опыты на себе могли помочь. Ну, или консультация сильного и умудрённого жизнью мага, что пожалел бы юродивого рогатого нелюдя.       Да где ж такого ещё найти?       Лучи солнца успели переползти на несколько метров, прежде чем Стэн отмер и наконец положил меч обратно в кучу доспехов. После чего он вовсе сел на спальник и принялся гипнотизировать мою переносицу, не моргая.       Ждал, когда я стану одержимой, что ли?       — Твой вердикт, командир? — всё же усмехнулась я, чувствуя, как болезненно треснули сухие губы, кольнув точками шрамов от нитей.       — Ты споришь и не подчиняешься. Но ты не безумна, — с сомнением добавил Стэн, нахмурившись ещё сильнее. Тень от его бровей упала на глаза, да только те были настолько яркими, что малейший свет всё равно отражался в необычной лиловой радужке. — Ты не кунари.       — Тал-васгот, кунари, — зеркально ему я присела напротив, — какая в сути разница? Я маг, и я хочу свободы и жизни. И то, и другое у меня уже есть.       — Что ты планируешь делать, если я тебя отпущу? — Стэн свёл густые светлые брови как-то особенно грозно в этот раз, и это очень сильно отразилось на его взгляде. Не то чтобы меня хоть что-то в новой жизни могло теперь впечатлить, но этот взгляд ничего хорошего за собой не нёс. — За тобой придётся выслать арварадов по правилам Кун.       — Высылай, если хочешь, — пожала я плечами, на что лицо Стэна забавно вытянулось и напрочь потеряло всю суровость. — Только позже, потому что сейчас важно совсем другое. Мы потеряли отряд, — посмотрела я на него глаза в глаза, изучая мрачневшее лицо вояки. — Миссия, считай, провалена. Пятый Мор дышит нам в затылок. Вопрос не в том, что буду делать я. А что будешь делать ты, если останешься совершенно один?       — Отправлюсь сражаться с Мором, дабы отомстить за павших кунари.       Молниеносный ответ Стэна, конечно, не поразил меня, однако поставил жирную точку в разногласиях и дал старт нашему партнёрству.       Честь, долг, месть. Стэном движет кодекс Кун, поэтому помочь Серым Стражам для него это плата за то, что он провалил миссию. Он мог вернуться к себе на Сегерон, да. Но ничего хорошего без какого-либо результата его там не ждало.       Канонный же путь открывал ему прямую дорогу к званию Аришока, где ему самое место.       Губы сами растянулись в улыбке, и только едва зажившие шрамы от ниток не позволили эмоции перерасти в довольную ухмылку.       — Тогда нам по пути.