Я хуэю...

      Ровно в восемь я стояла перед кабинетом директора Гакугандзи, нервно сминая ткань юбки. Ещё бы — этот старик призвал меня не абы зачем, а на повышение ранга. Одна лишь мысль о том, что я на шаг ближе к цели, будоражила мой разум.       Хотя, будем честны. Эта миссия всей жизни была навязана аномалией под названием Система. Однако я в душе не чаю, чем бы занималась в этом мире, не будь этой шибанутой подруги. Наверное, попыталась бы вернуться в Россию через миграционный отдел или же попала бы в приют как инвалид. Всё же моя речь поначалу была немного… непонятной.       — Входи.       Наконец-то он разрешил мне войти.       Его кабинет встретил меня безупречной чистотой и ароматом сандала. Не сказать, что я привыкла и свыклась с мыслью о жизни здесь, но пока и так сойдёт.       Поклонившись, я прошла в центр помещения, стараясь передвигаться как можно тише.       Тем временем в кабинете была не только я одна.       Первой я заметила Утахиме — и мозг на секунду завис. Как человек всего за месяц с небольшим может так сильно измениться? Её лицо оставалось таким же спокойным, но тень усталости дымкой скользила во взгляде. Волосы были собраны в аккуратную причёску — не ту, какую я помнила в последний раз.       И шрам. Сглотнув, я решила всё же не пялиться на него, дабы не смущать.       Она стояла у стены, скрестив руки, и смотрела прямо на меня. Улыбка тронула лишь уголки её губ — тёплая, приветливая. Но стоило её взгляду соскользнуть в сторону, как он мгновенно потяжелел. Утахиме холодно, пристально сверлила известного мне мага, словно он ей под дверью нагадил с утра пораньше.       Куросаки Хуэй — маг первого уровня. Четверокурсник.       Ранее мы уже пересекались с ним на кухне, но после этого больше не встречались. Дзюнко лишь мельком упоминала, что он из кожи вон лезет ради повышения, возомнив себя магом особого ранга. Однако ни Гакугандзи, ни даже его собственный класс так не считали. Ну, если верить её словам.       Сразу я его не признала, даже несмотря на его внешность.       Он был… высоким. Хотя после Сатору и Сугуру любой казался на их фоне какими-то гномиками. Тёмные волосы были коротко стрижены, с парой «антеннок» на затылке. Форма — стандартная для магов колледжа, но носил он её так, словно это была не униформа, а центр вселенной.       Самым странным были глаза. Не цвет — нет. Взгляд. Он смотрел на меня с искренним, почти детским любопытством, будто я была новым видом проклятия, ещё не внесённым в учебник. От этого взгляда у меня невольно напряглись плечи, а по спине скользнуло холодное, неприятное ощущение — не страх, скорее инстинктивная настороженность.       Накануне Годжо упоминал о нём.       Но сейчас, глядя в эти глаза, я не видела в них ни лжи, ни двуличия. Этот взгляд вообще не походил на взгляд человека, способного на предательство. Скорее уж он будет тихо-мирно сидеть в уголке и ждать у моря погоды.       А если вспомнить его слова про мои будущие амурские похождения с этим… Нет. Сатору. Абсолютно нет. Земля скорее с небом местами поменяется, чем я начну с ним встречаться. Уж лучше крутить идиотские шашни с Годжо, чем позволять себе думать о… вот о этом непонятном маге.       Я внутренне напряглась от собственного потока мыслей. Господи Исусе, почему я вообще рассматриваю его как какую-то замену этому четверокурснику? Нет, какого чёрта я так скурпулёзно об этом думаю?!       — А, — раздался скрипучий голос Гакугандзи. — Явилась.       Что-то у этого пердуна с утра настроение ни к чёрту. Вон как зыркает — будто я опоздала. А я не опаздывала! На часах всего лишь десять минут девятого! Какого…?!       Гакугандзи недовольно прищурился, клацая языком. Но он всё ещё молчал — и это пугало меня ещё сильнее.       — Подойди, Мура.       Я на трясущихся ногах подошла ещё ближе к его рабочему столу, минуя двух магов первого ранга. Когда этот пережиток былой роскоши так смотрит, кажется, что мне конец наступит раньше, чем Система успеет объявить о провале.       А она уже, похоже, готова устроить расправу… Угадайте, кто до сих пор не прокачал своё дерево талантов?       — Повторюсь, твоя деятельность за последний период… — Гакугандзи сделал паузу, листая бумаги, хотя я была почти уверена, что он просто делает вид, что читает. — …была признана достаточной.       Ну да, ебать, спасибо папаша за это великодушное «достаточно», грёбаный ты жмот! Неужели у тебя язык отсохнет, если ты скажешь хоть что-то более… воодушевляющее? Или у тебя снова активировалась фаза пидораса?       Так ты знай: я тебе эту дверь обоссу после выпуска. Из принципа. Мура ничего не забывает. Никто не забыт, ничто не забыто.       — В связи с этим, — продолжил он, — принято решение о первом этапе повышения твоего ранга.       Я моргнула. Один раз. Второй. Утахиме тем временем тихо кашлянула в кулак, явно сдерживая улыбку. Неизвестный маг, наоборот, оживился.       — Гакугандзи-сан, Гакугандзи-сан! А Мура-чан знает о порядке повышения? А то там знать нужно кое-что-о… — протянул он с ленивым удовольствием.       Я резко повернулась к нему. Чёт его манера речи мне совершенно не внушает доверия. Ещё один зомбированный псих…       — Знать что?       — Что повышение — это не бумажка и не медалька, — Куросаки продолжал говорить, гнусавя в каждом слоге, важно подняв указательный палец. — Это проверка в боевых условиях.       — Конечно-конечно. А я-то надеялась на чай и поздравительную открытку… — недовольно проворчала я, сдерживая себя от позывов увидеть собственный мозг с обратной стороны.       В кабинете наступила тишина. Казалось, что стоит открыть дверь, как по полу прокатится перекати-поле.       — Ты отправишься на миссию сегодня вечером, — продолжил директор, сверля меня недовольным взглядом, но никак не комментируя язвительную фразу. — В сопровождении более опытного мага.       Он кивнул в сторону этого титана-идиота.       — Это Куросаки Хуэй…       — Дорогой директор! Я предпочитаю просто Хуэй, — тут же вставил тот и слегка наклонил голову. — Куросаки звучит так, будто я сейчас начну драться и кусаться… Не люблю свою фамилию, хе-хе.       Ебанный банкай-дрочер… М-да… Я реально хуэю с этого Хуэя. Честное слово — классическая шестёрка, без фантазии и достоинства. Посмотрите только на эту древнюю седовласку: сидит и лыбится. Лыбится, хотя его только что прилюдно оскорбили.       Каждый чувствовал атмосферу, находя её странной. Все — кроме этих двоих. Гакугандзи продолжал улыбаться: спокойно, даже с каким-то странным удовлетворением, будто произошедшее — комплимент его бровкам. Я даже вижу румянец! А этот жук стал покачиваться на пятках, словно принёс пятёрку в первом классе, будучи одиннадцатиклассником.       Верните меня к Яге! Я всё прощу этому миру!       В помещении снова осела тишина. Иори неловко кашлянула, а помощник Гакугандзи поспешно отвёл взгляд, словно стал невольным свидетелем чего-то откровенно постыдного. Я же стояла с каменным лицом, лишь изредка бросая взгляд на Систему, которая, как по заказу, снова завела свою убогую шарманку о способностях. Вернее — об их жалком отсутствии

Внимание. Подготовка к заданию рангового повышения всё ещё не завершена!

Рекомендуем выбрать активные и пассивные навыки до отправки на миссию.

…

Пожалуйста…

      Ля-ля-ля. Ничего не вижу, ничего не слышу…       И всё же странную атмосферу чувствовали все. Она действовала на нервы, похлеще Годжо раним утром на планёрке. ВСЕ — кроме этих двоих. Биба и Боба — два, прости господи, долбоёба.       Гакугандзи продолжал улыбаться: довольно, удовлетворённо, будто услышал не унижение, а тонкий комплимент своим чёртовым бровям. А этот пидоро-жук тем временем покачивался на пятках, самодовольно и расслабленно, словно только что принёс пятёрку в первом классе, уже будучи одиннадцатиклассником. Сиял. Гордился. И, судя по всему, искренне не понимал, почему вокруг вдруг стало так тихо.       И вот этот человек всерьёз считает себя достойным особого ранга…       — Не хулигань, Хуэй-кун. — легко проворковал Гакугандзи, не обращая внимания абсолютно на ВСЕХ.       Стоп. Стоп-стоп-стоп! Ху-хулигань?       Хуэй усмехнулся, смотря на то, как я в панике решила рвать волосы на жопе от такой несправедливости.       — Значит, ты и есть та самая Мура-чан, что заинтересовала старейшин своей связью с Тенген? — и добавил тихо, почти шёпотом под мой офонаревший взгляд. — Интересно…       Хуя себе театр абсурда на колёсиках пожаловал. Кого-кого я там заинтересовала? А чё с бабулей не так?       И какого хрена Гакугандзи вдруг подкашлянул, привлекая внимание этого Куросаки?! И почему… Ну почему, именно в этот момент эта голубая хрень решила повторно вылезти прямо перед глазами?! Ты издеваешься?! Серьёзно?! Вся сцена, весь момент — и вот сейчас тебе приспичило?!       Система, если ты прямо сейчас не съебёшься из центра обзора со своим сраным уведомлением, я тебя клянусь — я тебя отключу. Мне плевать, как и через что — но ты исчезнешь. Немедленно!       Час за часом день постепенно уходил за окнами. Кабинет я давно покинула, а уведомление всё ещё старательно витало в воздухе. Оно не исчезло. Оно, похоже, ждало, пока я сама сдамся.       — Иди нахуй. Я принципиально отказываюсь качать то дерьмо, что ты предлагаешь с таким усердием.

Доступные очки навыков: 2 пассивных, 2 активных. Рекомендуемый стиль боя: избегание прямого контакта.

      — О, да неужели, — я бросила подушку в пустоту, хотя целилась в это грёбанное окошко.              Знаете, из-за чего я возмущаюсь? Эта гадина предлагает мне забыть о том, как раньше я своим прекрасным голосом разносила проклятий в клочья, и вместо этого заставляет меня пиздохать прямо на них и размахивать ногами. При этом она ещё и требует избегать урона и забыть об оружии и кулаках.       Может, мне ещё фристайл на собственной могиле станцевать прямо перед тем, как меня сожрёт монстр?!       Тем временем Система продолжала терроризировать мой мозг, подсвечивая разные пассивные навыки.       — Я хочу быть Нео в матрице. Пока такого не предложишь — не доставай.       Да. Я травлю Систему. Учитесь: без регистрации и смс, между прочим.       Ха, зато я выиграла. Она таки сдалась под гнетом моего великолепного характера, разбивая все способности на категории, сразу же подсветив пассивный навык уклонения.       — Так-так… Повышение скорости отклика тела, снижение задержки на обработку информации, повышенная чувствительность к резким всплескам проклятой энергии… — я довольно кивнула и перевела взгляд на дебаффы. — Так. Увеличение нагрузки на нервную систему и возможны кратковременные головные боли? Система, что это значит всё?!

Ваше тело начинает реагировать быстрее, чем Вы успеваете подумать. Через некоторое время ваши мозги устают и у вас начинает болеть голова.

Ёпта.

      — Вот это я называю — по делу. Молодец, Система! Я даже проигнорирую твоё внезапное желание подражать гопнику.       Я подтвердила выбор, и буквально сразу же виски сжало, будто в голову резко вбили клин вместо груди. Мир на секунду пошатнулся, а затем так же быстро выровнялся. Не поняв прикола, я уже смотрела на свою руку перед глазами, даже не успев подумать о том, чтобы её поднять.       — Э-э-э… К этой имбе нужно будет привыкнуть…

Желаете пройти тренировку?

Да/Нет

      — Давай позже. Вот выберу я ещё одну пассивку и две активки, а там можно и потренироваться, — криво улыбнулась я, отводя взгляд в сторону. — Хотя в душе не чаю, что именно ты подразумеваешь под тренировкой…       И я вновь полезла в древо талантов, пролистывая странные пассивные навыки. Не, ну вот кто вообще выберет «Порог боли»? Я же говорю: я — панк, и мне похуй. Я столько говна словлю — у-у-ух. Закончится мой путь ниндзя. Ведь тело моё — пистолет       Ещё тут: «Инстинкт выживания: бета-версия», «Привычка к опасности» и моё «любимое» — «Фоновый диалог». Видите ли, моя «любимая» Система решила обзавестись голосом за мой счёт.       И всё же роза среди навоза обнаружилась — «Пластичная кошка-волшебница». Да-да, она продолжает меня подкалывать даже здесь, но сейчас не об этом. Только послушайте: суставы и мышцы подстраиваются под резкие движения, а значит, потянуть их становится в разы сложнее. Плюс снижается риск травм при неестественных уклонениях.       Еба, да я же стану примой!..       Но… побочка: после боя тело «плывёт», походка странная, будто я не сражалась, а сидела под деревцем и бухала абсент.       Плевать, мне и не привыкать.       Подтверждение, и я снова ныряю в свои любимые «активки». Судя по всему, Система решила довести меня до белой горячки — в каждом названии навыка кошки: «Кошачий срыв», «Кошачья траектория», «Кошачьи тудым-сюдым»…       Я пробежалась глазами по десяткам техник, и, знаете что? Я всё равно начну лупить ногами. Порхать как бабочка и жалить… пятками.       «Кошачья отдача» — высвобождение импульса проклятой энергии в ногах в момент прыжка или во время быстрого перемещения. (Работает даже при лёгком касании). Минус: жжёт собственные нервы, если использовать постоянно.       Ляха-Натаха, а можно мне хоть что-то для дальней атаки?!       …Нет. Ну нет же…       «Кошачий плевок» — сгусток проклятой энергии летит по дуге. Чем больше Вы сконцентрируете силу во рту, тем больше шансов быстро атаковать цель, унизив её. (Минусов нет — Вы ощущаете, как плюнули на врага :))       Ах, сейчас бы мыло и верёвку…

***

      Проклятие по наводкам находилось в районе заброшенной бани на окраине города. Место, где десятилетиями копились стыд, унижение и страх одного-единственного травмированного администратора. Как вообще один человек умудрился провернуть такое — дело уже второстепенное.       — Классика, — зевнул Хуэй, лениво обходя здание по периметру в поисках монстра. — Место, куда никто не сунулся бы по доброй воле, «внезапно» оказалось проклятым.       — Обалдеть аналитика, — буркнула я, активируя проклятую энергию в ногах. — Проклятие здесь питается эмоциями одного человека?       — Ага, — он хмыкнул, даже не глядя на меня. — Неловкостью, подавленным желанием… вся эта уютная внутренняя гниль.       Он наконец повернулся лицом и скользнул по мне таким мерзко-оценивающим взглядом, что меня аж передёрнуло.              — Тебе ли не знать?       Я остановилась. Руки что-то зачесались…       — …Ты сейчас на чё намекаешь?       — Да так, — маг пожал плечами, растягивая губы в добродушную улыбку. — Впечатление такое произвела.       Этот чмошник меня открыто провоцирует. И получается у него очень хорошо. Я уже открыла рот, чтобы по пунктам объяснить ему, где заканчиваются его ебучие зубы и начинаются мои кулаки, когда в углу что-то зашуршало. Желание выбить из Сосайки весь его сраный сарказм вместе с челюстью куда-то резко испарилось, стоило только почувствовать опасность.       Проклятие выглядело… ну, обычно. Если под «обычно» понимать мерзкий ком из мокрых полотенец с глазами там, где им вообще не положено быть. Длинный язык тянулся будто прямиком из желудка (если его так можно назвать), лениво шлёпаясь по асфальту и окончательно морально добивая меня.       — О боже, — вырвалось у меня и я грустно взглянула на Бобу. — Я официально отказываюсь это видеть. Можно я не буду к нему подходить?       — Не переживай, — лениво протянул Хуэй, отходя от меня на два шага назад. — Оно, поверь, тоже не в восторге от встречи.       И ухмыльнулся, лениво прикладывая указательный палец к губам — так, будто это был не жест, а ещё один способ меня поддеть.       — Ну что, девчонка, — протянул он, лениво оглядывая меня сверху вниз. — Подойдёшь или будешь дальше сомневаться — выбор за тобой. Но изгнать его всё равно придётся. Покажешь, на что способна… или развернёшься и сбежишь, поджав хвост… Токийские, говорят, по‑другому и не умеют.       Я уже почувствовала, как пальцы сами дергаются, готовые разнести его лицо. Мне уже даже плевать на мерзкое проклятие, которое с интересом остановилось, наблюдая за нашей потасовкой. Куросаки же скользнул пальцем по губам, облизывая его. Так тебе охуенно наблюдать, как я сдерживаюсь?       — Я же тебя за такие слова похороню прямо под этой баней… Синдзи, полезай в грёбаного робота по собственному желанию!       — Ч-чего?       Знаете, когда тебя целенаправленно провоцируют, нужно быть очень сильным человеком, чтобы не пойти на поводу у желаний и не врезать по этому нахальному лицу со всей дури. И, к моему счастью, в моём распоряжении были не только подростковые гормоны и пара извилин, но и Система, которая во всю начала мигать перед глазами, настойчиво прося остановиться.       Это слегка остудило мой пыл. Слегка — не значит полностью.       Останавливать поток хаотичных мыслей я не собиралась. Я не хотела «успокоиться». Я хотела одного — выплеснуть всё это дерьмо. Хотела перестать чувствовать камень на душе.       И первым на очереди был вовсе не Хуэй.       — Как ты это сделала?! — его голос сорвался, а сам он побагровел от злости. — Почему ты даже не шелохнулась, а проклятия уже нет?! Т-Ты…       Я выпрямилась и встала в максимально крутую позу, на какую только была способна, делая лицо таким, будто так и было задумано с самого начала.       — Я — Хана Мура, — победно улыбнулась я, откидывая волосы назад. — И тебе хана, если ты продолжишь меня злить, Сосаки-кун.       Хотя, если быть честной… ножки-то трясутся…

Внимание! Навык «Кошачий плевок» не должен использоваться руками.

Пожалуйста, впредь используйте рот.