Часть 1

Когда Лю Цингэ приходит в этот мир, огласив его громким криком, миру это определенно не нравится. Звёзды в тот момент выстраиваются на небе в огромную фигу. Тёмная энергия вырывается из глубин бездны. Повитуха даёт маленький свёрток госпоже Лю и провозглашает: — Это девочка. Позже гадатель подливает масла в огонь и сообщает, что она никогда не выйдет замуж. Госпожа Лю только вздыхает и смотрит, как её пятилетняя дочь лупит соседского мальчика деревянным мечом. Она догадывается об этом уже давно. Ничем другим, кроме этого, глупость других людей Лю Цингэ объяснить не может. Они говорят что глупа она, но сами путаются в том, как к ней обращаться. Она не исправляет постоянные «шиди» и «шисюн». На их фоне грубое «эй, ты» от Шэнь Цинцю — небольшая радость. С Шэнь Цинцю всё и начинается. Они сопровождают Му Цинфана на миссию по сбору трав, ругаются, всё как обычно. Попадают в ядовитые цветы, всё как обычно. На них нападает огненный буревестник, всё как обычно. Огненный буревестник ранит Шэнь Цинцю в грудь, и вот тут уже можно волноваться. Пока Лю Цингэ добивает монстра, Му Цинфан бросается на помощь. — Только через мой труп меня коснется мужчина, — шипит Шэнь Цинцю. — Так и будет, — предупреждает Му Цинфан. Лю Цингэ как раз заканчивает и подходит: — Давай я посмотрю. — Как это отличается?.. — Хорошо, — соглашается Шэнь Цинцю. Му Цинфан захлопывает рот на полуслове. Смотрит на Лю Цингэ. На Шэнь Цинцю. — Он не хочет мужчину, так что я посмотрю, — объясняет Лю Цингэ. Недоумения во взгляде Му Цинфана не становится меньше. — Но шиди Лю — мужчина? — почему-то спрашивает Му Цинфан у Шэнь Цинцю. — С каких пор? — теперь спрашивает Лю Цингэ, освобождая Шэнь Цинцю от верхних слоёв. Крови мало, повезло. — Всегда был? Они с Шэнь Цинцю не удостаивают его ответом. Лю Цингэ никогда не говорила, что она мужчина. Она моется отдельно от остальных байчжанцев. Она выгоняет надоедливых женихов с горы. Она даже пару раз носила праздничные женские одежды в торжественных случаях и никто и бровью не повёл. Так что Лю Цингэ всегда считала, что всем понятно. Понятно было только Шэнь Цинцю. Лю Цингэ спускает нижний халат с плеч Шэнь Цинцю и обнажает перемотанную бинтами грудь. Она тоже так делает иногда, мешает в битвах. Лю Цингэ пялится. — Да, поэтому, — Шэнь Цинцю мрачна, как грозовая туча. — Ты будешь пялиться или лечить? — Что там? — в волнении подбегает Му Цинфан. — О. Ты тоже скрываешь свой пол? — Я не скрываю свой пол, — говорит Лю Цингэ. — Рана не опасна. — В отличие от бинтов, — Му Цинфан неодобрительно хмурится. — Потом я дам тебе специальное бельё. На их вопросительный взгляд Му Цинфан только отклеивает свои ужасные усики и снимает шапку. Волосы волной падают ему на плечи, придавая хрупкости и женственности. — Мне сказали, что девушки не становятся врачами и я могу даже не пытаться. Пришлось немного обмануть, — он… она улыбается. — Теперь я могу осмотреть тебя, шицзе Шэнь? — Шисюн, — поправляет Шэнь Цинцю. — Не хватало, чтобы ты потом сбилась при всех. — Поверить не могу, что мы все скрывали, что женщины, — с некоторым восхищением говорит Му Цинфан. — Я не скрывала. Му Цинфан только бурчит, что тогда Лю Цингэ стоит сказать это всем остальным лордам. Потому что не одна она была в неведении. Вот ещё, так-то Лю Цингэ плевать. После этой миссии всё немного меняется. Шэнь Цинцю начинает ходить на Цяньцао за помощью. Му Цинфан зовёт их на девичник. Лю Цингэ пытается разгадать их обеих. Зачем скрывать, что ты женщина, если ты женщина? Это не как с Шан Цинхуа, который просто имеет женское тело, но в душе мужчина. Шэнь Цинцю даже ненавидит мужчин. И сейчас никто не скажет Му Цинфан, что она не сможет стать врачом. — Ты права, шицзе Лю, — Му Цинфан задумчиво перебирает бумаги. — Никто не сможет мне ничего предъявить, я признаюсь на следующем собрании. — А я посмотрю, — усмехается Шэнь Цинцю. — А я защищу, если что, — подводит итог Лю Цингэ. Так странно, что у неё есть подруги. Она не хочет их лишаться, даже Шэнь Цинцю. Лю Цингэ впервые ждёт собрания. Впервые раньше всех в зале. Впервые внимательно слушает. После признания Му Цинфан наступает тишина. — Приятно, что я не одна леди в Цанцюне, — ободряюще улыбается ей Ци Цинци. Шэнь Цинцю начинает смеяться. — Что смешного в боязни быть уязвимой? — тут же начинает Ци Цинци. — Ничего. Смешно, что вы не видите очевидного, — Шэнь Цинцю даже всхлипывает от смеха. Или от того, что её так легко не признают, если она раскроет себя. — Можно подумать, ты сам знал о шимэй Му, — задирает нос Ци Цинци. — Нет. Но я знал о Лю Цингэ. Все смотрят на Лю Цингэ. Долго. Пристально. — Так… — нерешительно говорит Юэ Цинъюань. — Так… — Я женщина. Всегда была. Никогда не скрывала. Я ношу женскую одежду в конце концов, — не выдерживает Лю Цингэ. — Дважды, — важно добавляет Шэнь Цинцю. Когда она на твоей стороне, это приятно. — Прошу прощения, шимэй Лю, — бормочет Ци Цинци. — А, плевать, — вдруг говорит Вэй Цинвэй. — Я тоже женщина. Вэй Цинвэй распахивает ханьфу, открывая глубокое декольте и довольно большую грудь. Ци Цинци могла бы позавидовать. Шан Цинхуа давится семечками и запахивает ворот плотнее. Его скрытность Лю Цингэ понимает. — Что? Не только шимэй Му столкнулась с предрассудками, — пожимает плечами Вэй Цинвэй. Рядом стремительно покрывается румянцем лорд Цзуйсяня. Может быть, леди Цзуйсяня, Лю Цингэ теперь не уверена. Итак, у Му Цинфан не будет никаких проблем, понимает Лю Цингэ. Возможно, Шэнь Цинцю тоже когда-нибудь признается. Лю Цингэ на всякий случай смотрит на неё, но она только качает головой и раскрывает веер. — Ещё признания? — с опаской спрашивает Юэ Цинъюань. — Ну, ты мог бы уже сказать мне правду, — немного злобно бормочет Шэнь Цинцю. Как она думает — тихо. Её слышат все. — Вы тоже девушка? — спрашивает Ци Цинци у Юэ Цинъюаня. — Если бы, — фыркает Шэнь Цинцю. — Ну… — Юэ Цинъюань замолкает, а потом смущённо улыбается. — Опасно было быть собой, когда растёшь на улице, а потом уже неловко всех расстраивать. На пол падает веер.