Часть 10

      Судорожно сглотнув, мужчина с трудом сдерживал себя. Он осторожно притянул её ближе, снял галстук с её запястий и бережно взял её руки. Вновь уложив её безвольное тело на спинку кресла, он нежно погладил запястья, стараясь избавиться от покраснений, которые остались от тесных пут. Его пальцы аккуратно скользили по тонкой коже, он чувствовал биение её пульса прямо под кончиками пальцев. Медленно и бережно он коснулся губами её запястья, там, где под нежной кожей пролегали тонкие, тугие жилы. Её кожа была тёплой и слегка влажной. Он закрыл глаза, пытаясь успокоиться, так как его собственные руки начинали слегка дрожать. Вика наконец выровняла дыхание и, смущённо взглянув на него, молча наблюдала за его движениями. Мужчина продолжал касаться губами её запястий, стараясь сосредоточиться на этих нежных прикосновениях, чтобы унять внутреннее напряжение. Он тихо хмыкнул, открыл глаза и встретился с её взглядом. Она не находила слов и просто сидела в тишине. Мужчина также не спешил прерывать эту затянувшуюся паузу, глядя ей в глаза. Снова хмыкнув, он наклонился ближе к её запястью, прижав губы к тонкой коже над пульсирующей жилкой.       — Как ты себя чувствуешь? — тихо спросил он.       — Очень... очень странно... — с неуверенностью ответила она.       Он едва заметно улыбнулся, покрывая её запястье легкими влажными поцелуями, словно стараясь успокоить её или, возможно, себя, мягко касаясь перебинтованных вен.       — Пить хочешь? — спросил он, слегка приподняв бровь.       Девочка кивнула. Он снова тихо хмыкнул и, медленно скользя пальцами по её руке, опустился к кончикам пальцев, ощущая на ощупь её нежную, почти прозрачную кожу. Затем он наклонился, убрал прядь волос с её щеки и тихо сказал:       — Сейчас принесу.       Мужчина быстро налил стакан воды из кулера и протянул его ей. Она сразу прижалась губами к холодному стеклу стакана, жадно выпивая воду. Мужчина, усталый, опустился в кресло, откинув голову назад, чтобы дать отдых напряжённой шее. Вика залпом выпила половину стакана. Её пальцы нервно поглаживали запотевшее стекло, взгляд был опущен, а щеки всё ещё оставались розовыми от недавнего смущения. Она молчала, будто боялась произнести хоть слово.       Мужчина внимательно следил за своими движениями, стараясь контролировать дыхание. Он тихо хмыкнул, изучая девочку, сидящую напротив с опущенной головой. Она была так мила в своей робкой скромности, что отвести взгляд от неё казалось невозможным.       — Я... наверное, пойду, — тихо прошептала она, поднимаясь с кресла.       Он вновь тихо хмыкнул, чуть откинув голову назад:       — Уже? — В его голосе послышалась лёгкая насмешка.       Он повернул голову, чтобы увидеть её лицо. Вика нервно сжала стакан в руках, чувствуя неловкость и дискомфорт. Её желание уйти, сбежать, становилось всё более очевидным. Мужчина молчал, подавляя своё желание остановить её. Он медленно положил ладони на подлокотники кресла, пытаясь успокоиться и не испугать её внезапным движением.       — Думаю, мне пора, — сказала она чуть громче, медленно поднимаясь с кресла. Её взгляд мельком упал на электронную сигарету, лежащую на столике, но она не решилась взять её. Вместо этого Вика тихо направилась к двери, забыв, что она заперта.       Мужчина, с трудом сдерживая желание удержать её, продолжал следить за её движениями. Он понимал, что девочка слишком напугана и смущена, чтобы начать разговор. Его взгляд был прикован к её спине, пока она приближалась к двери. Через несколько секунд он встал, чтобы помочь ей открыть дверь. Остановившись всего в нескольких сантиметрах позади неё, он аккуратно протянул ей ключи. Вика, дрожа от волнения, не сразу смогла вставить ключ в замок. Открыв дверь и оставив ключи в скважине, она бросила последний взгляд на мужчину, прежде чем тихо выйти в коридор. Он позволил ей выйти первой, стараясь успокоить учащённое сердцебиение. Остановившись в дверном проёме, он продолжал наблюдать за её удаляющимся силуэтом, пока тот не исчез за углом.       Мужчина тихо выдохнул, вернулся к креслу и, присев на его край, уткнулся лицом в столешницу. Его мысли путались, лёгкий шум её недавнего смеха всё ещё звучал в голове. Как же она была хороша... Он до сих пор не мог поверить в то, что только что произошло. Девочка была права — он сошёл с ума. И теперь этот безумец сходил с ума ещё сильнее, вдыхая запах её парфюма, оставшийся на его ладонях. Он должен был просто показать ей новые способы наслаждения... но он не ожидал, что это окажется столь разрушительным для него самого. Он медленно поднёс руки к лицу, чувствуя на коже её аромат, и с силой сжал пальцы в кулаки, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Но чем больше он старался успокоиться, тем сильнее билось его сердце. Он по-прежнему ощущал тепло её кожи под своими пальцами и это медленно сводило его с ума. Вновь тихо хмыкнув, он прикусил губу, осознавая, насколько опасно близко подошёл к той грани, которую не следовало переступать.       Из кармана раздалась знакомая мелодия, мягко и неожиданно прерывая тишину. Мужчина вытащил телефон Вики, который она забыла, и, прежде чем успел осознать, что делает, уже держал его в руках. Аккорды песни группы «Король и Шут» разливались по комнате, заставляя пространство наполняться странной лёгкой меланхолией. Он не мог удержаться от улыбки, глядя на экран. Это была она — её выбор, её мир, её маленький кусочек жизни, который каким-то образом стал частью его.       Он поднял трубку, и сразу же послышался голос классной руководительницы:       — Викочка, ты звонила? Прости, я телефон на зарядку поставила, совсем замоталась. Что-то случилось?       Мужчина слегка хмыкнул, взгляд его не отходил от экрана. Он замедленно поднял глаза, поглощённый сомнениями. Вернуть ли ей телефон прямо сейчас или подождать, пока она вернётся? Он знал, что она вернётся, но мысли о том, будет ли у него ещё шанс коснуться её кожи или снова услышать её звонкий смех, терзали его. На мгновение в воздухе повисло нечто, что он не мог объяснить, и он сдержал дыхание.       — Добрый день, Людмила Ивановна, это Дмитрий Андреевич. Виктория забыла телефон у меня в кабинете. Когда она вернётся за ним, я попрошу её вам перезвонить.       — Ой, здравствуйте! Как она? Всё в порядке? То, что говорят про её руки — это правда? — голос звучал встревоженно.       — Да, к сожалению, это так. Её руки действительно покрыты порезами. Но мы уже поговорили, можете быть спокойны, вскоре она прекратит это.       Мужчина устало закрыл глаза, отпуская на мгновение ту мысль, что снова возникает в его голове. Всё снова сводилось к ней — к Вике, этой девочке, которая на первый взгляд могла бы быть такой лёгкой, открытой, но за её яркой улыбкой скрывался мир, полный боли и тревог. Это было сложно осознать, но, как и многие другие, он понимал — не каждому дано увидеть, что происходит внутри другого человека.       — Понимаю. Но мы обязательно поможем ей справиться, не волнуйтесь, — мягко ответил он, стараясь скрыть ту тяжесть, что навалилась на его сердце.       — Ну дай Бог, дай Бог... Ох, Дмитрий Андреевич, вся надежда на вас...       Голос Людмилы Ивановны затихал, и её последние слова эхом отдавались в его голове. Он ощутил, как тяжёлый вздох вырывается из груди, и усталость наконец охватывает его целиком. В темноте закрытых глаз снова возник её образ — тонкий, хрупкий силуэт, её растрёпанные мысли и те самые глаза, что смотрели на него с мольбой. Его душа терялась в их глубине.       — Не переживайте. Я помогу ей. Она больше не причинит себе вреда, обещаю.       — Спасибо вам огромное, — с благодарностью в голосе ответила Людмила Ивановна. — Напомните ей, пожалуйста, чтобы обязательно перезвонила мне.       Он тяжело вздохнул, переведя взгляд с телефона на стол, который казался пустым и лишённым всякого смысла.       — Конечно, напомню. Берегите себя, до свидания.       Мужчина положил трубку и на мгновение замер, давая себе несколько секунд перед тем, как окунуться в следующие переживания. Затем он встал, подошёл к зеркалу и застегнул рубашку, вновь примеряя на себя маску спокойствия. Возвращаясь к креслу, он заметил, как небрежно на нём лежит галстук, слегка помятый и изогнутый. Он попытался завязать его, но руки слегка дрожали, и ткань сопротивлялась, словно тоже пыталась вырваться из его контроля.       Отражение в зеркале словно отражало внутренний вызов — он боялся того, как сильно она влияла на него, как её присутствие и даже мысли о ней могли потрясти его до самых глубин. Он понимал, что если он ещё хотя бы раз коснётся её кожи, он потеряет себя, и тогда уже не будет пути назад. Это было опасно. Слишком опасно.       Мужчина, опустив голову, снова вздохнул и устало присел в кресло, закрыв глаза, пытаясь привести мысли в порядок. Но его ум не мог успокоиться. Он вновь ощущал, как в памяти всплывают недавние сцены — как её хрупкие руки крепко держали галстук у его шеи. Время как будто растянулось, и в этот момент его мысли, казалось, не имели конца...       Неожиданно в дверь раздался тихий стук. Мужчина мгновенно выпрямился в кресле, услышав этот едва заметный звук, который казался таким знакомым. Он знал, кто стоит за дверью. Глубоко вдохнув, он закрывал глаза, пытаясь успокоить сердцебиение.       — Войдите, — произнёс он спокойно, и его голос звучал почти нейтрально, хотя внутри всё бушевало.