1. Бизнес равно грязь

      В мире, где все решается деньгами — нет места слезам, любви и слабости. Джиён уже поняла это на собственной шкуре. Стоит хоть на секунду засомневаться в себе и в своих действиях, ожидающие этого люди сразу начнут действовать и пытаться столкнуть.       Поэтому всегда стоит держать лицо, улучшать и без того безупречную репутацию и показывать свою власть. Иначе загонят в угол.       И конечно же это прибавляет врагов. Особенно когда ущемляются жалкие бородатые мужички, когда понимают, что власть и деньги в руках женщины куда больше, чем их. Тем более, когда эта женщина еще совсем молода и возраст ей двадцать пять. Когда эта женщина Пак Джиён.       Бизнес умеют строить не только мужчины, но и женщины. Джиён тому отличный пример.       Ее рестораны по всей Корее пользуются огромной популярностью среди богатеев и чиновников. И совсем скоро Пак планирует выйти на мировой рынок. По крайней мере высокая конкурентоспособность позволяет.       Просыпаться с утра пораньше и за чашкой крепкого кофе проверять статистику продаж и прибыли — уже вошло в традицию. Если показатели ниже — значит весь день сотрудники главного офиса будут реже смотреть в сторону Джиён, ведь ее настроение на весь день будет испорчен, а если же показатели вырастут — шансы на корпоратив возрастут. День зависит только от показателей, которые показывают ежедневный доход Пак.       Но в последнее время корпоративом даже и не пахнет. С каждым днем статистика снижается. И с каждым днем Джиён все более злая переступает порог главного офиса.       — Почему с этим еще не разобрались? — по малому конференц-залу проносится холодный и до жути спокойный голос Пак. — Неделю вы сидите сложа руки? Мне вас всех тут по увольнять?       — Понимаете, госпожа Пак… — девушка, занимающая главную должность в маркетинговом отделе, нервно начала отвечать. Поймав взгляд ген-директора, девушка тут же посмотрела в сторону. И без того нагнетающая аура вокруг Джиён слишком давит и пугает, наводит страх увольнения. — Мы всячески стараемся отчистить рейтинги ресторанов, но плохих отзывов и оценок становится всё больше. Особенно у ресторана на… — она быстро тычет что-то на планшете и затем называет адрес местонахождения заведения. — Там самый низкий рейтинг. Основные жалобы на подачу блюд, грубый персонал, вкус и вид блюд…       — Значит с этим что-то делать надо! — Джиён повышает голос. — Статистика с каждым днем все ниже. Разве можно и дальше позволять ему падать?!       — Ну что вы, госпожа Пак, будьте спокойнее. Потраченные нервы не восстанавливаются, — парень, сидящий ближе всего к Джиён, расслабленно откинулся на спинку стула.       — Хван, помалкивай. Я еще не читала отчеты бухгалтерии, — Джиён злобно зыркнула в сторону расслабленного финансового директора. — Твоя очередь тоже дойдёт, — вздыхая и потирая переносицу, она снова посмотрела на остальных присутствующих. –Управляющий этого заведения что-нибудь предпринимает? Господин Чон, к вам обращаюсь.       — Да, но увы, это не помогает, — мужчина — директор исполнительного отдела, держится стойко и отвечает уверенно. — Есть предположение, что именно в нем и проблема. Имею ввиду, завелись крысы. Предлагаю закрыть это заведение, госпожа.       Джиён дернула бровями и откинулась на спинку стула, проводя ноготком по нижней губе.       — Закрыть — слишком… Жестоко… — произнесла Пак. — Что заставило вас подумать о том, что у нас завелись крысы?       Исполняющий директор поднялся со своего места и подошел к экрану на стене перед длинным столом. Останавливаясь возле него, через свой планшет он выводит изображение.       Сперва идут отрицательные отзывы, написанные в однотипном стиле. А затем заголовок статьи, привлекший внимание генерального директора.       — «Управляющий и его халатное отношение к критику»? — читает Джиён, заставив мужчину остановиться на этом изображении. — Что за статья?       — Статья была удалена спустя десять минут публикации. Выяснилось, что именно управляющий подкупил журналиста, чтобы тот удалил статью. Критика так же подкупили и заставили молчать об грубом отношении не только персонала, но и самого управляющего. Блюда в любом случае выносят в зал в хорошем виде, но именно отношение персонала все портит, — мужчина показывает следующие отзывы. — Так же отзывы и оценки ставили незарегистрированные пользователи. Каждый текст однотипный, меняется лишь постановка предложений — это наталкивает на то, что кто-то специально портит рейтинг заведения. Все проблемы указывают на управляющего. И что самое главное – выручка данного предприятия не доходит полностью до нас, верно, господин Хван? – мужчина взглянул на бухгалтера, на что тот кивнул.       – В отчетах, что я получаю, множество дыр и несуществующих цифр, – расслабленно протягивает Хван Хёнджин.       — Хотят сбросить меня с моего трона? — тихо произносит Джиён. — Давненько я не ужинала сочным стейком… — девушка переходит на шепот и скорее намекает на визит в это заведение. — Совещание окончено, можете продолжить свою работу.       Пак встает первая и покидает зал, следом за ней идет секретарь и финансовый директор.       Джиён тоже умеет вести бизнес грязно.       Так что церемониться с заведенной крысой она не собирается. Весь мусор, что мешает ее компании — принято выбрасывать и уничтожать, чтобы не засоряло.       На Джиён уже давно не смотрят, как на пай-девочку, когда она только начала свою карьеру. Притворяться нежной и скромной становилось сложнее, когда вставляли палки в колеса. Теперь же больше никаких масок. Люди видят в ней девушку жестких принципов, она знает чего хочет и, не давая себе и секунды сомнения, достигает поставленных целей, сметая все на своем пути.       Люди, которые уже столкнулись с ней не в самой лучше обстановке по их же вине — видят в Джиён более жесткую натуру.       Пак заходит в свой просторный кабинет и усаживается за свой стол, откидываясь на спинку кресла.       — Госпожа Ким, отмените все дела вечером после шести. Появилось кое-что важное и требующее моего присутствия, — говорит Джиён, параллельно что-то печатая в своем телефоне.       Секретарь кивнула, внося правки в расписание генерального директора. Позже отлучилась, ибо Джиён просила чашку американо.       — Мне составить тебе компанию? — Хёнджин хозяйственно расселся на диванчике и уставился на Джиён. — Как никак вечер обещает быть интересным.       — Что ты вообще забыл в моем кабинете? — Джиён хмурится. — Мне не нужна компания. С этим я и сама справиться смогу. Тем более ты мне нужен будешь в компании Сынмина.       — Господи, опять этот чудик! Ты хочешь свести меня с ума! — взвыл Хван. — Если вдруг пропадет такой талантливый бухгалтер и директор финансового отдела, который знает толк в деньгах, а говорю я про замечательного и талантливого себя, то виновата будешь ты!       — Не ной, замену тебе будет вполне легко найти, — Джиён язвительно улыбается, наблюдая, как у парня отвисает челюсть. — А теперь к сути. Конечно, я понятия не имею кто работает в том заведении, но этот человек явно хочет, чтобы я пришла лично разбираться. Не зря ведь рейтинг уже самой компании падает с каждым днем. Боюсь, у этих крыс плохие намерения по отношению ко мне. Поэтому я попросила Сынмина мне помочь.       — Мне кажется ты преувеличиваешь. Просто управляющий слишком безответственен. Ему хватит беседы, увольнения и внесения в черный список компании, — Хёнджин смотрит на Пак скептически, а затем закатывает глаза.       — Моя интуиция еще никогда не подводила меня. К тому же всегда стоит быть настороже. Поэтому я прошу тебя и Сынмина о помощи.       — Ладно Сынмин, а я что должен делать?       — Ты не только превосходный бухгалтер, но и лучший стрелок. Посидишь где-нибудь на крыше соседнего здания. Если ситуация станет хуже, тебе придется стрелять.       — Я давно бросил работу снайпера.       — Но ты все равно иногда балуешься в тире, — хмыкнула Джиён.       — Сравнила реальную стрельбу и тир, — Хёнджин закатывает глаза. — Но я согласен. А как же свидетели, если будут?       — Сынмин разберется со всем остальным.       Парень только смиренно вздыхает. Затем, прикрываясь не готовыми отчетами, покидает кабинет Джиён.       Ранее Хёнджин часто держал в руках снайперскую винтовку, но не для хороших дел. Он состоял в преступной организации и был наёмным убийцей. За все время его пули не пролетали мимо, а дела выполнял он чисто. За убийство всегда сажали других. Хёнджин умен и не оставлял за собой улик.       В компании Джиён он оказался случайно. Пак заказала его, чтобы убрать одного ублюдка, мешающего ее планам, и тогда Хёнджина подкупила ее внешность, ее характер и ее власть. Ему понравилось работать вместе с ней, поэтому теперь он директор финансового отдела и личный снайпер в грязных делах Пак.       Достаточно редко, но все же иногда Хван получает дополнительную плату в большом размере.       До вечера еще достаточно времени, поэтому Джиён копается в отчетах каждого отдела. Муторно конечно разгребать эту кипу бумаг, но такова работа. Разочаровывает еще больше то, что по сравнению с прошлым месяцем, за этот месяц отчеты показывают некоторые ухудшения.       Наконец она заканчивает подписывать бумаги. Аккуратно складывает их в стопку, поправляет лежащие на столе вещи, перекладывая их на свои места, и в конце концов выключает компьютер.       Оглядывая свое рабочее место, Джиён, убедившись в идеальном состоянии, встает с кресла. Она жуткий перфекционист, поэтому даже ручка должна лежать на столе под идеальным углом.       Девушка хватает свою сумку с вешалки в ее кабинете и покидает его, закрывая за собой дверь на замок. Предупреждает секретаршу о том, что уезжает, и начинает идти, попрощавшись с сотрудниками, оставляя за собой лишь громкий стук каблуков об пол.       Джиён оказывается на подземной парковке и достает из сумки ключи от собственной машины. Дистанционно открывает ее, подходя ближе.       Усаживается внутрь и заводит автомобиль. Пак сперва дает двигателю прогреться, поэтому убивает эти несколько минут в телефоне, копаясь в соцсетях.       В конечном итоге она заходит на сайт сети ресторанов и по адресу находит самый проблемный из всех. Переходит в раздел отзывов и видит новые, отрицательные оценки. «Управляющий плюнул на меня», «Управляющий хамит и ругается», «Управляющий вылил на меня красное вино», «Когда сама компания возьмётся за это? Как можно держать на работе такое животное?». И если первые три, сразу заметно, подставные, то последний уже точно не такой. У пользователя существуют и другие отзывы, и даже фотографии прикрепляет, как доказательство.       Джиён с большей агрессией ставит телефон на специальный держатель, а потом сжимает руль, надавливая на педаль газа. Она быстро выезжает на главную дорогу и уже через пару десятков метров останавливается на светофоре.       Тот час же по салону автомобиля раздается телефонный звонок. Джиён проводит по экрану и отвечает на вызов.       — Что-то хотел? — тут же спрашивает девушка, повторно смотря на имя. Звонит Сынмин.       — Я отключил камеры в здание, где будет Хван, — отчитывается парень. — В ресторан пришли несколько мужчин в классических костюмах и расселись за разные столики. Подозрительные, поэтому держись от них подальше. Так же я нарыл информацию на того ублюдка. Вы совсем не следите за тем, кого нанимаете?       — Не возмущайся и рассказывай, — когда загорается зеленый, Джиён трогается и едет дальше в сторону своего дома.       — В общем это Кан Гисок, мужчина тридцати пяти лет, по знаку зодиака скорпион. Сирота, так как родители отказались от него еще в раннем возрасте, а потом его отец после этого скончался от наркотиков, а мать стала проституткой, но на одном из заказов ее убили, потому что она отказалась глотать…       — И нахуя мне такие подробности? — перебивает Джиён на повышенном тоне. — Ближе к делу.       — Самое интересное, что у него есть парочка судимостей. Мошенничество и отмывание денег. В общем он очередной обиженный мужчина, хотя сам он виноват в том, что ничего не может достигнуть, даже нелегальным путем, — Сынмин усмехается. — В общем, все пройдет на… Восемьдесят процентов идеально.       — Почему не сто?       — Потому что я не могу понять кто эти люди, сидящие в зале, потому что они нарочно стараются не показывать лицо. Так что советую быть настороже и желательно взять с собой телохранителей. Я на всякий случай отключил всю связь на зоне ресторана.       — А как мы будем общаться? — Джиён непонимающе изгибает брови.       — На счет этого я тоже подумал, так что не переживай. У тебя ведь все еще имеется микро наушник? — Сынмин получает положительный ответ. — Кстати, чуть не забыл. Возьми с собой оружие. Тебе явно придется обороняться.       — Где я тебе его возьму?!       — Хёнджин позаботится об этом. Всё, давай, у меня катка в игре, — и сразу же после этих слов Сынмин отключается.       Джиён порой думает зачем связалась с этим человеком.       И все же Ким Сынмин лучший хакер и айтишник. На Пак наткнулся в тот момент, когда по приколу набрал чей-то номер и хотел разыграть человека из-за скуки. Но разыграли его.       Джиён тогда притворилась полицией. Сперва Ким немного забеспокоился, а потом додумался пробить по номеру телефона, откопав всю нужную информацию.       А дальше как-то и закрутилось общение. Джиён же берет большую выгоду с этого. Сынмин рассказал о своих аферах. Например история о том, как он боролся с защитой сайта нечестного казино, но все равно победил слабеньких аферистов и вывел все деньги себе, при этом полностью заруинив весь сайт — Джиён понравилась. Хотя, сказать, что Сынмин боролся — слишком грубо сказано. Он скорее просто игрался и ловил веселье с глупых владельцев сайта. А когда надоело, то одной командой все решил.       Джиён окружила себя умными и способными людьми, которым доверяет. И все равно, что они ранее вели плохую деятельность. Один бывший наемник, а другой хакер и вор.       Но Пак сама не лучше. Конечно она лично никого не убивала и никого не взламывала, но с чужой помощью делает это. И не жалеет. И не боится, что посадят. Потому что этого не произойдет. Ее прикрывают и все делается очень чисто.       По возвращению домой, Джиён переодевается в более вечерний наряд. Поправляет укладку и добавляет к образу солнцезащитные очки. В зеркале оценивает себя как всегда идеально.       Предпоследним этапом Пак цепляет на ногу под платье кобуру для пистолета. Затем прихватывает сумочку и выходит из квартиры, параллельно вставляя в ухо микро наушник.       Хёнджин сообщил, что уже приехал и ждёт на подземной парковке. Джиён сразу замечает его и не задерживаясь ни на секунду, садится в автомобиль.       — Надо же, не привычно видеть тебя не в классике, а в чем-то… Таком… Сразу создается впечатление маньяка, — усмехается Пак.       — А ты будто на свидание собралась, — Хван закатывает глаза. Первым делом он передает ей пистолет, который Джиён сует в кобуру, а потом уже трогается с места, покидая парковочную стоянку. — Вообще не понимаю зачем все так усложнять. Проще уволить его и всё.       — Ситуация принимает другие обстоятельства. Сынмин продолжает скидывать новую информацию. Люди в зале не все пришли просто покушать. Меня там ждут.       — В таком случае только меня будет мало.       — Ну… Сынмин сказал если что позаботится обо всем… Если бы дела обстояли в разы лучше, то мы бы разобрались только с Гисоком. Но увы, он настроен серьезно. Конечно я и сама еще не до конца уверена во всем, так что делаю все, как сказал Сынмин.       — О да, я бог, — у обоих в ушах слышится громкий голос Кима. — Надеюсь вы готовы к веселью?       — Придурок, я за рулем, не ори так громко! — Хёнджин в ответ повышает голос.       Джиён только раздраженно вздыхает. Все в сборе, хоть один и в заочном формате.       — В общем Джиён сама едет в логово хищника. Увы подмоги никакой не будет, поэтому тебе, уважаемая госпожа Пак, придется шевелить своими красивыми ножками. Черный выход будет открыт со стороны здания, где будет Хёнджин. Никто его закрыть не должен, если только это не со стороны улицы, так что он будет следить еще и за дверью. Если кто-то попытается с улицы закрыть дверь, то его тоже придется убить, да, Хван? В зале присутствуют всего шесть мужчин. Их личность установлена, все они обычные наемники и конечно у каждого есть судимость. Раз Гисок так подготовился, значит его предупредили о приезде Джиён. Не кажется ли вам, что крыс развилось больше, чем одна? В общем, если будете следовать моим указаниям, то все пройдет гладко.       Даже мурашки по коже бегут, стоит понять серьезность ситуации. И процент падает с восьмидесяти до семидесяти пяти. По крайней мере в голове у Джиён, как бы она не доверяла этим двум парням.       Хёнджин оставляет Джиёнт сразу возле ресторана, а сам уезжает уже к своей точке.       Пак заходит внутрь. По словам Сынмин два парня сидят в правом углу возле окна, один за барной стойкой и еще три с левой стороны посередине. Джиён взглядом обводит все места, а потом оглядывает прочих присутствующих посетителей. Человек восемь всего. Слишком разочаровывает, слишком маленькое количество гостей. Хотя им все равно придется уйти.       Найдя пустой столик в правом углу возле лестницы на второй этаж, Пак садится на стул с мягким сиденьем, спинкой и с подлокотниками, сумочку оставляет на соседнем стуле.       Возле бара Джиён видит несколько официанток. Они видели, как она зашла, но даже не спешат подойти к ней и предложить меню.       Спустя лишь две минуты одна из троих наконец подходит к Пак, пока те две официантки косо смотрят в стороны Джиён и что-то обсуждают.       — Не нужно, — девушка улыбается, отказываясь от меню и поправляя очки на переносице. — Я сразу закажу, — Пак называет название блюда.       Официантка закатывает глаза и уходит передать заказ в кухню. Проходит около подруг и рассказывает им про заказ Пак.       Даже не скрывают своего лицемерного поведения. И скорее всего они даже не знают, что за особый гость к ним пришел.       — Стервозная сучка. Вино и стейк, серьезно? Ей бы похудеть, — одна из девушек бросает в сторону Джиён высокомерный взгляд и уже совсем не следит за тоном голоса. Говорит о весе, хотя сама явно не следит за своими цифрами на весах, раз так завистливо смотрит на фигуру Пак.       И Джиён все прекрасно слышит. Хочется подойти и влепить этим идиоткам пощечину, но Пак сдерживается. Приятнее будет видеть их лица, когда она позовет управляющего и просвятит этих куриц в том, кем Джиён является.       — Поливали бы они тебя дерьмом и дальше, если бы знали кто ты? — усмехнулся Сынмин. — Такие смешные.       — Они бы старались подлизаться ко мне, — тихо хмыкнула Джиён, опуская голову. Выглядело бы иначе так, словно Пак разговаривает сама с собой.       Блюдо выносят спустя двадцать минут. Вполне приемлемо, но все же на пять минут дольше.       Джиён начинает ужинать. Стейк действительно хорош, так что повара тут хорошие. Но к официанткам вопросы.       — На самом деле даже придраться не к чему, — шепчет Джиён, сразу же делая глоток вина.       — Подложи волос под стейк, хотя бы коротенький, — предлагает Хван каким-то скучающим голосом.       Ему там на крыше пока совсем скучно. Это у Сынмина имеется доступ ко всем видеокамерам и он может так себя развлечь, внимательно изучая изображения.       Джиён все же послушала Хёнджина и, пока никто не видит, отрывает кончик своего волоса и с помощью вилки подкладывает волосок под блюдо.       Спектакль начался.       Девушка раздраженно зовет официанта и та подходит к ее столику. Она хмуро смотрит на Джиён и ждёт. Совсем не нравится, что ее оторвали от безделья и даже не скрывает своего недовольства.       Пак же вилкой отодвигает мясо и показывает на волос. Взгляд становится более хмурым.       — Я не хочу слушать извинений от вас или от поваров, — раздраженно тараторит Джиён. — Зовите управляющего. Помимо сие отвратительного зрелища у меня к нему есть еще пара предъяв.       — Госпожа, прошу прощения, но ведь это просто маленькое недоразумение, не стоит звать управляющего… — официантка пытается забрать тарелку.       Джиён рычит и, пока та не успела дотронуться до тарелки, хватает ее и бросает на пол, разбивая посуду.       — Я не ясно выразилась?! — Пак встает. — Я требую сюда управляющего!       Девушка только фыркнула и отправилась на второй этаж.       Только через две минуты она спускается уже вместе с ожидаемым человеком.       Джиён уже обратно села и приняла расслабленную позу. Губы изгибаются в ухмылке, пока она снимает свои очки.       Официантка что-то тихо говорит ему и собирается уходить. Но не достаточно тихо, чтобы Джиён не услышала оскорбление в свой адрес.       — Господи, как ты смеешь так обращаться к генеральному директору?! — Гисок театрально прикладывает ладонь к груди. – Госпожа Пак Джиён, ради бога, примите мои извинения!       Ухмылка Пак становится еще шире, когда она видит заметный шок на лицах этих дрянных официанток.       Джиён встает со своего места и подходит к той, что обслуживала ее. Она сперва проводит пальцам по бейджу, а затем снимает его.       — Уволена, — тон голоса холодный. А в душе так радостно. Особенно когда она поставила этих идиоток на место. — И своим подружкам передай, что они так же уволены. Таким, как вы, нельзя работать с людьми.       — Двое из мужчин вышли из здания, — в ухе слышится голос Сынмина.       Джиён мельком осматривает остальных четверых мужчин, потом видит, как обычные посетители так же покидают ресторан, а затем поворачивается к Кан Гисоку.       — Как удачно все сложилось. Время закрываться, — Джиён улыбается. — Предлагаю нам подняться в ваш кабинет и обсудить все там.       Девушка первая шагает по лестнице, а за ней следует Кан. На первый взгляд он выглядит достаточно нервным. Хотя он может быть хорошим актером. Но в любом случае ее это не волнует.       Сынмин успел еще накопать кое-какой информации. Например у него в планах убить Джиён, и сейчас она идет прямо в его ловушку, хотя и об этом она конечно же знает. Ей нужно в его кабинет, потому что именно туда целится Хёнджин.       — Хочешь утопить меня? — спрашивает Пак, зайдя в кабинет управляющего. — Глупо было думать, что я тупая и не догадаюсь.       — Я не понимаю о чем вы?       — А тут и понимать не нужно, — Джиён достает из сумочки пачку сигарет, а потом закуривает. Даже не волнуется, что находится в помещении. — Прекрати играть в дурака. Что ты замыслил? Ты ведь ждал меня?       — А ты разве сама не сечешь? Тебя мало кто любит и много, кто ненавидит. Потому что ты стервозная сука! — Гисок почти скалится. — Блядина, которая возомнила себя королевой! — он подходит ближе, затем толкает девушку к стене, заставляя ее выронить сигарету, на которую он успешно наступил. Джиён удивляется и уже тянется ниже, чтобы достать пистолет, и она успевает это сделать, но только не выстрелить. Мужчина успел перехватить оружие.       — Хёнджин, стреляй! — кричит Сынмин.       — Да секунду, не сбивай меня! Я могу случайно промахнуться и попасть в Джиён! — Хван медленно и сосредоточенно двигает снайперскую винтовку, смотря в дальний прицел и нацеливаясь на Гисока.       Джиён боится. Страх подкрался незаметно и очень быстро. Мало того ублюдка перед ней, так еще и слова Хёнджина пугают не на шутку.       Кан сначала сжимает ее горло, душит и прижимает к стене, а пистолет вставляет ей в рот. Хёнджину сейчас очень сложно. Любое телодвижение Гисока заставляет снова настраивать прицел.       — Именно я стану тем, кто наконец убьет тебя, пока остальные ссутся, — шипит он и спускает курок.       Выстрела не следует.       — Ах, так он на предохранителе… — усмехается Гисок.       Хёнджин видит идеальный момент. Пока этот мужчина рассматривает ствол и пытается снять его с предохранителя, Хван действует.       Сначала слышится звук разбивающегося стекла, а затем Джиён ощущает, как кровь попадает ей на лицо, пока пуля пролетает в нескольких сантиметрах от ее головы, пробившая насквозь голову мужчины. Потом уже Гисок валится на пол, где по поверхности растекается лужа крови.       Девушка смотрит вниз. На макушке и на лбу у Кана кровавые отверстия, с которых буквально льется кровь.       Не говоря ни слова, Пак хватает с пола пистолет и спешит покинуть это здание. Плевать на мужчин снизу, которые явно ждут ее, сейчас важно уходить.       — Еще бы чуть-чуть и ты бы Джиён убил! — ругается Ким.       — Но я же не убил ее. Вот что значит превосходный снайпер, — а Хёнджин наоборот доволен собой. Он знал, что не промажет. Конечно было сложно при этом не попасть в Пак, но Хван все равно справился. Он в себе не сомневался.       Шагая по коридору, Джиён достает из сумочки влажные салфетки и вытирает лицо от крови. Спустившись по лестнице, Пак тут же заворачивает за угол и идет к черному выходу. Плохо конечно, что сначала придется идти по длинному коридору.       Сынмин с Хёнджином что-то говорят, но пока Джиён не намерена слушать их перепалки или обсуждения по поводу этой «операции». Сейчас Джиён просто хочет перевести дыхание, умыться, спать.       Завтра снова много дел. Этот ресторан будет закрыт. А что по поводу полиции и разбирательств по поводу убийства Кана — Джиён даже думать не будет. Знает, что Сынмин разберется, верит ему больше, чем себе.       — Джиён! Камеры перестали работать! — говорит Ким, пока девушка только дошла до черного хода.       — Да какая уже разница? — протягивает Пак и дергает за ручку двери. Потом второй раз. Но дверь закрыта. Тут уже Пак не на шутку начала беспокоиться. — Дверь закрыта! Эй, Сынмин! Ты меня слышишь?       Джиён оборачивается назад, затем снова на дверь. Волнение нарастает, потому что никто не отвечает.       Она зовет Хёнджина, но и он тоже молчит.       Девушка сильнее сжимает рукоятку пистолета и идет обратно. В голове лишь строится план побега через окно в задней части здания.       Поворачивая за угол, Джиён, вздрогнув, остановилась и тут же вытянула руку с пистолетом, направляя на человека, что оказался на ее пути.       — Вот это встреча… — протягивает незнакомец.       По голосу кажется, что это не сильно взрослый парень. Джиён может видеть только его глаза, вся остальная часть его лица скрыта под балаклавой. И все же глаза красивые, и по ним много что видно. Сейчас парень улыбается.       Мужчина поднимает руки вверх и подходит ближе, пока Джиён наоборот пятится назад, не сводя с него ружье.       — Госпожа, давайте будем спокойнее, — произносит он, ловко перехватывая пистолет, и теперь раскручивая его на указательном пальце. — В конце концов… Моей задачей было убить тебя, но моего заказчика убили. Вот беда…       — Мне ничего не оставалось, он сам напал на меня, — Джиён не собирается стоять и трястись от страха. — Раз уж заказчик мертв, значит и твой заказ так же аннулирован. Уйди с дороги. Не ты не я не хотим связываться с полицией, верно? Еще добавлю, что нас слышат.       Мужчина громко смеется и пригибается к Джиён, позволяя ей полностью рассмотреть его глаза. Чертовски выразительны.       Он заправляет прядь волос Пак за ухо, вынуждая мурашки пробежаться по коже. И Джиён уже была готова обвинять его в домогательстве, но парень сразу же отстраняется, зажимая между пальцами тот самый микронаушник.       — Ты об этом? — наигранно удивленно спрашивает скорее всего наемник. — Спешу разочаровать, твой дорогой дружок больше не имеет доступ к камерам и не может поддерживать связь с тобой. Эта штука просто безделушка, — он бросает микро наушник на пол и раздавливает его ногой.       Затем он просто блуждает туда сюда и снова останавливается, смотря на Джиён.       — Если я тебя убью, то мне никто не заплатит… Но при этом ты посмела убить моего дорогого клиента. А я, как добросовестный человек, не могу оставить его душу беспокойной. Тем более я и мои парни потратили на это время. Как думаешь, что же я буду делать? — он кидает свой пронзительный взгляд на нее. Пак ничего не говорит. На самом деле даже страшно становится. Придет ли хотя бы Хёнджин?       Наемник нацеливается пистолетом на нее, предварительно сняв его с предохранителя. Сначала подмигивает, а потом стреляет.       Джиён дергается и жмурится, потом с опаской медленно открывает глаза. Она жива. А когда смотрит на стенку, видит там отверстие. Пуля была всего в паре сантиметрах от нее.       — Промазал, какая жалость, — по глазам видно как ему весело. Он подбрасывает пистолет в сторону Джиён и та рефлекторно ловит его. — Я знаю, что мы еще увидимся, так что на этот раз я отпущу тебя, госпожа. Беги давай, дверь открыта. Твой красавчик снайпер ждёт тебя в машине.       — Откуда мне знать, что ты не лжешь? Может ты хочешь вонзить мне нож в спину, — Джиён хмурится.       — Если бы я хотел, ты бы уже давно сдохла. Так что пиздуй от сюда быстрее, пока я не передумал.       Джиён уходит и постоянно оборачивается. И этот человек все же не солгал. Теперь черный выход открыт, а он сам не напал на нее.       Мужчина же до последнего провожал ее взглядом, и когда Пак наконец скрылась, он стянул с головы балаклаву.       Если бы он это сделал в ее присутствии, то она бы точно потеряла дар речи. Он буквально эталон красоты. Но пока она будет помнить лишь его глаза и голос.       — Эй, Минхо, зачем ты отпустил ее? — когда он выходит в главный зал, один из банды подошел к нему.       — У меня есть на нее планы, — произносит он. — Приберитесь тут, а я домой. Пиздецки устал.