Часть 1

Тишина опустилась на комнату. Кейл, обычно молчаливый и с вечной ухмылкой, стоял у окна, смотря на багровый закат. В обычной жизни он бы избегал подобных «романтичных» моментов, но что-то внутри него рвалось наружу. Собравшись с духом, он начал тихо напевать, его голос, хоть и не отличался особой красотой, был наполнен какой-то странной тоской. «Пронзил мне сердце в час ночной, Сон вещий огненной стрелой…» Первым отреагировал Раон. Он перестал грызть печеньку и уставился на Кейла своими огромными голубыми глазами. — Слабый человек поёт? Что-то случилось? Бикрос, стоявший в углу, заметно напрягся. Атмосфера в комнате становилась все более гнетущей. Обычно невозмутимый Альберу нахмурился. — Кейл, что это за песня? Кейл проигнорировал их вопросы и продолжил, его голос становился немного громче, увереннее: «Мир вспыхнул словно сущий ад Никто ни в чём не виноват… Так небо прокляло любовь И слёзы превратились в кровь! Всей правды лучше и не знать Так легче жить и умирать…» Розалин оторвалась от своей книги. Даже она, обычно поглощённая своими магическими исследованиями, ощутила тяжесть в голосе Кейла. — В этой песне что-то не так… — пробормотала она. Чхве Хан, обычно готовый к бою в любую секунду, замер, как статуя. Он чувствовал, что в этих словах кроется какая-то глубокая боль, что-то, что Кейл тщательно скрывал. — Кейл-ним… — тихо произнёс он. Эрухабен, прислонившись к стене, прикрыл глаза. Даже древнему дракону было не по себе от этих слов. — Неужели он поет о… проклятии? — пробормотал он. Кейл, не обращая внимания на растущее беспокойство в комнате, продолжал петь, его голос эхом разносился по помещению: «В сад гордых роз любви моей Пришла зима, снег и метель И демон шепчет мне во мгле Что верности нет на земле Тех, кто забыл про Божий Суд Проклятья мёртвых роз найдут!» Рон, обычно сдержанный и улыбчивый, перестал улыбаться. Его взгляд стал острым и настороженным. — Молодой господин… Вы уверены, что хотите это петь? Кейл на мгновение замолчал, затем отвернулся от окна. Его глаза были полны тоски и какой-то странной решимости. — Да, — тихо ответил он и продолжил: «Мой ангел крылья распростёр, Но знаю, ждёт меня костёр От злой судьбы бежать нет сил Хранитель мой, меня спаси! И день и ночь покоя нет Пусть карты мне дадут ответ Я в жертву принесу себя Я стану казнью для тебя…» Альберу подошёл к Кейлу и положил руку ему на плечо. Он почувствовал, как Кейл вздрогнул под его прикосновением. — Кейл, что происходит? Ты можешь нам рассказать. Кейл покачал головой. — Вам лучше этого не знать. Но песню он не прекратил. «Тот сон мне правду рассказал Меня ты предал, ты мне лгал Будь проклят лживых клятв обряд Пусть роз шипы наполнит яд! Мой ангел крылья распростёр, Но знаю, ждёт меня костёр От злой судьбы бежать нет сил Хранитель мой, меня спаси! Спаси меня от одиночества Спаси от тёмного пророчества Проклятых карт известна масть Хранитель мой, не дай мне пасть…» Чхве Хан сделал шаг вперед, его рука потянулась к мечу. — Хватит, Кейл-ним! Эти слова… они опасны. Кейл усмехнулся, печально и горько. «Я буду лгать самой себе На зло врагам, на зло судьбе Любить и ненавидеть вновь Пока бежит по венам кровь Сама приму свой тяжкий крест И пусть мне не видать небес! Ответь хранитель мой… Ты здесь? Хранитель мой, меня спаси! Спаси меня от одиночества Спаси от тёмного пророчества Проклятых карт известна масть Хранитель мой, не дай мне пасть Я буду лгать самой себе На зло врагам, на зло судьбе Любить и ненавидеть вновь Пока бежит по венам кровь Сама приму свой тяжкий крест И пусть мне не видать небес! Скажи хранитель мой… Ты есть?» Наступила мертвая тишина. Все смотрели на Кейла с беспокойством и тревогой. Раон подлетел к нему и обнял его за ногу. — Слабый человек… ты в порядке? Кейл посмотрел на них, в его глазах отражалась усталость веков, бремя, которое он нес в одиночку. Он хотел им все рассказать, но знал, что последствия будут слишком разрушительными. Поэтому он просто улыбнулся, своей обычной, слегка насмешливой улыбкой. — Все в порядке. Просто… настроение такое. И правда в этих словах была как всегда слишком мала рядом с скрытой истиной. Молчание снова опустилось, но теперь оно было другим – наполненным заботой и готовностью быть рядом, несмотря ни на что. Они не понимали, что именно происходит, но они знали одно: они будут рядом с Кейлом, всегда.